Наедине

Ludovico Einaudi – Experience

я ненавижу прощаться, помнишь? я сказал правду тогда, раскрыл один из своих секретов — чёртовы глаза-блюдца не дали ни малейшего шанса заткнуться и молча свалить. была возможность, которую я упустил; а возьми я и уйди, сбеги от тебя, маленькой, безумной, сумасбродной девчонки, мне бы было так, как сейчас? я бы метался как зверь, ища пятый угол в тюрьме без стен? я бы умирал вместе с тобой раз за разом? сотни, чёртовы миллионы раз видел бы, как ты падаешь и больше никогда — никогда — не встаёшь на ноги? я бы... проклятье, Бет! мне дышать нечем. эта сука, вероломная, лживая сука прострелила тебе голову — одним движением руки, нажатием курка убила нас обоих. тебя так быстро, что я моргнуть не успел, а меня же с надрывом, мучительно-больно, долго — до онемения рта, до потери ориентации в пространстве, до крика, который дерёт и дерёт глотку, но не выходит наружу. эта пуля... у меня дыра в груди и она не затягивается. выпотрошенный, избитый, сломленный — зачем ты дала мне этот грёбаный свет, поселила внутри, а потом вырвала с кусками мяса, Бет? отвечай, твою же мать, отвечай! всё, что угодно: любой бред, каждую несуразицу, которая лезет тебе в голову, пой дурацкие, миленькие песенки, наставляй меня своей наивностью, чуть повышая голос. говори что-нибудь, чёрт возьми! хватит дышать землей, Бетти. я так не могу, понимаешь? просто спой мне свою грёбаную песенку и улыбнись так, будто бы всё хорошо. я поверю во всё: пусть толпы восставших мертвецов будут идти мимо меня; пусть города будут тухнуть в зловонии и умирать один за другим; пусть я никогда не увижу солнца над головой — пускай. просто дай мне надежду, Бет — я закрою глаза и всё будет так, как прежде: газировка, консервированные бобы, собака, которую ты так и не увидела. согласна? просто скажи, что ты согласна, Бет. выбей из меня эту дурь — докажи, что я не мудак, который потерял тебя той ночью и не смог найти. не смог спасти. не смог ни черта. эта пуля опять окропляет кровью стены — ты опять падаешь. ты снова не дышишь. я умоляю — хватит. Бет, остановись. остановись. мне же... мне больше никак. я пуст — я ослеп, я оглох, я онемел. наши пытаются со мной говорить, а я не лучше мертвяков, которым ты всегда отдавала дань уважения. наверно, это пройдет, вот только говорить с тобой, когда тебя нет вовсе, мне нравится куда больше — мне просто кажется... дрянь... мне кажется, что ты. меня. слышишь. мне нравится думать, что ты жива и где-то смеешься своим звонким смехом, по-дурацки официозно отвечая: «да, мистер Диксон!» поговори со мной, Бет — у меня больше нет сил сжимать в кулаках землю с твоей грёбаной могилы. это... уже слишком. к такому не готовят, такому нигде не учат. никто не сказал однажды: «вот, держи подарок, Дэрил — эту девчонку с огромными глазами-океанами — она научит тебя улыбаться, покажет звезды в хмуром небе, откроет дверь, где плещется свет, и захватит собой всё нутро до последней клетки. держи осторожно, береги, потому что иначе — если ты единожды проебёшь её, оставишь одну — заплатишь слишком большую цену за эту потерю. например... например, она умрет на твоих глазах и ты ничего не сможешь с этим поделать. такова цена, Дэрил — ты согласен? ты примешь этот дар и обещаешь его сохранить?» никто не сказал однажды, Бет. я должен был понять сам, но не смог, опоздал. прости меня, ладно? я ведь себя уже простить не смогу, а ты другая. ты все можешь. могла? к чёрту, даже думать не хочу. я остаюсь жить в прошлом: там, где твои тёплые пальцы так неловко сплетаются с моими; там, где ты пьёшь ядрёный самогон и возвращаешь меня из мёртвых; там, где ты глазами-безднами режешь, будто скальпелем, и говоришь пророческое: «и когда я исчезну, ты будешь очень сильно скучать по мне, Дэрил Диксон». вот только, чёрт тебя дери, оставаясь жить там, я не знал, что банальное «скучать» заставит сгребать пальцами землю с твоей могилы и прижимать эту землю к груди. ты ведь тоже не знала, правда? * засыпай, Бет, я буду рядом. в миллиарде световых лет, за гранью смерти. и если смогу сомкнуть глаза и перестать искать тебя в тенях, то спой мне свою дурацкую песенку, чтобы я снова поверил. мне же...