Neverland

- Хорошо отдохнуть, - с приветливой улыбкой проговорила Мардж. Женщина действительно радовалась тому, что младший брат главврача повидается с семьей. Она давно работала в клинике Блейн, поэтому каждый пациент для нее был словно ребенок, о котором нужно заботится. Доктор Блейн обаятельно улыбнулся в ответ, Винсент же напрягся еще сильнее. Сохранять маску безразличия и отстраненности становилось все труднее и невыносимее. Он судорожно искал глазами знакомое лицо, но с опозданием вспомнил, что у Грея выходной. Первый за долгое время. Парадные двери клиники открылись, выпуская наружу. Сердце замерло на миг. Осознание того, что сегодня он покинет эти стены медленно заволакивало. Винсент поежился под порывистым ветром, сильнее кутаясь в зимнюю куртку. Обычно он не ощущал холода, но не сейчас. Они молча прошли на стоянку и сели в машину. Юноша даже побледнел, когда услышал, как заурчал мотор. - Успокойся, Винсент, - Хьюго мягко улыбнулся. – Все будет хорошо. Брюнет заторможено кивнул, после чего сделал глубокий вдох и выдох. Убедившись, что младший брат успокоился, Хьюго улыбнулся, а руки скользнули по рулю. Машина выехала со стоянки. Винсент заметил знакомый силуэт в одном из окон гротескного здания психбольницы. Рей Хантер. Он молчаливо провожал удаляющийся автомобиль взглядом. Винсент поспешно отвел взгляд. Он сам не понимал, почему вдруг решил согласиться на предложение своего брата. И совершенно не понимал, почему Хантер поддерживал это предложение. Неужели он и правда хочет помочь? - Вчера приходил Карл Вольфганг, - из размышлений молодого человека вывел мягкий голос Хьюго. - Кто это? – растерялся юноша. Мужчина бросил на него насмешливый взгляд. - Неужели ты не помнишь детектива? – удивился Хьюго, снова возвращая взгляд на дорогу. – Он ведь навещал тебя несколько раз. - Детектив… - задумчиво проговорил Винсент. – Да, я его помню. И зачем он приходил? - Поинтересовался, как ты поживаешь. Так же сказал, что никаких следов того человека не обнаружено. Внимательно изучил наш дом, чтобы убедиться, что ничто не угрожает ни нашей, ни твоей жизни. От этих слов брюнет вздрогнул и испуганно посмотрел на профиль брата. - Успокойся, - с улыбкой произнес Хьюго. – Все в порядке. Нам ничто не угрожает. Винсент тяжело вздохнул и снова уставился в окно, наблюдая за мелькавшим лесом. Лысые деревья вызывали тоску и неприятное сосущее под ложечкой ощущение. Юноша вздрогнул, когда по салону вдруг разлилась музыка. Он оглянулся на шатена, который тщательно подбирал радиостанцию. Сейчас у него было такое сосредоточенное лицо, что это невольно вызвало улыбку на пухлых губах брюнета. *** Автомобиль медленно пробирался по городским улицам, иногда останавливаясь на светофорах. Винсент не без любопытства разглядывал городской пейзаж. Снующая толпа людей, яркие рождественские огни, мелькающая на огромных экранах реклама. Жизнь кипела. Все было настолько привычно далеким, что сердце сжималось. «Когда-то я тоже гулял по этим улицам» - с легкой горечью подумал брюнет, вспоминая. Губы исказились в подобии улыбки. Хьюго молчал, изредка поглядывая на брата. Пока все шло хорошо. Стоило только машине припарковаться у знакомого двухэтажного дома, как на улицу выбежали двое ребятишек с радостными воплями. Винсент не сразу узнал в них своих племянников Анну и Питера. Он тут же выскользнул из душного салона. - Дядя Винс! – кричали дети, подбегая к нему. - Анна, Питер, - юноша присел на корточки, обнимая племяшек. – Вы так выросли. - Мы скучали, дядя Винс, - заявил Питер. Ему было около восьми лет. Темные волосы и глаза, прямо как у его отца, хотя черты лица были больше присуще матери. - Тебя так долго не было, - десятилетняя Анна слегка отстранилась и внимательно вгляделась в лицо дяди. Казалось, будто ее карие глаза видят насквозь. Таким же взглядом обладал и Хьюго. - Я лежал в больнице, - Винсент мягко улыбнулся. Дети знали, что он в больнице, но не знали в какой именно и насколько. И посвящать их в это пока никто не собирался. - Ты уже выздоровел? Ты теперь снова будешь жить с нами? – мальчик засыпал вопросами, на которые брюнет не мог ответить. Он растерялся. - Вы почему раздетые на улицу выскочили? – послышался строгий голос Хьюго. Дети тут же отвлеклись от своего дяди, обращая внимание на отца. - Но папа, - попыталась возмутиться Анна. - Никаких «но», - отрезал мужчина. – Бегом в дом! - Ладно, - обиженно протянула девочка, тут же хватая Винсента за руку. – Идем, дядя Винс! - А ты сыграешь нам на гитаре? - А расскажешь про больницу? - А Грей придет? Ребетня продолжала засыпать вопросами немного ошарашенного брюнета, на что Хьюго лишь улыбнулся и покачал головой, следуя за ними. На пороге дома их встретила Сара, жена Блейна-старшего. - Винсент, - женщина обняла юношу, тот улыбнулся ей. - Давно не виделись, Сара, - Винсента переполняли эмоции. Он чувствовал, будто снова дома. Будто он вернулся в семью, где его ждали и любили. - Праздничный стол уже накрыт, а вас все нет и нет, - посетовала Сара, не в силах сдержать радостной улыбки. – Анна с Питером с самого утра не отходили от окна в ожидании. Думала, что там корни пустят. Винсент сдержанно улыбнулся. Он не мог слишком ярко проявлять эмоции. Он чувствовал себя неловко и неуютно. На плечо легла сильная и надежная рука. Юноша взглянул на брата. - Добро пожаловать домой, Винсент, - от этих слов теплый бальзам разлился на душе, заставляя трепетать. В горле встал ком, который брюнет тут же сглотнул. - Спасибо, - чуть слышно произнес он. - Дядя Винс! Идем! – Питер схватил молодого человека за руку и потащил в одну из комнат. За два года здесь мало, что изменилось. Разве что фотографий в рамках стало больше, и шторы теперь другие. А ведь мебель стоит на тех же местах. Этот запах был таким родным. Винсенту приятно кружило голову, как от алкоголя. Не успели они сесть за стол, как в дверь позвонили. Сара тут же поспешила впустить гостей. Через некоторое время в комнату вошли Грей и симпатичная миниатюрная девушка с короткими выбеленными волосами. Лили. Винсент узнал ее, хоть она и сильно изменилась с их последней встречи. Но по-прежнему оставалась маленькой и хрупкой на вид и, судя по всему, бойкой на характер. - Винсент! – у нее был приятный голос и красивая улыбка. - Здравствуй, Лили, - брюнет поднялся ей на встречу и тут же угодил в крепкие объятия. И откуда в столь хрупкой девушке столько силы? - Так давно не виделись с тобой, - Лили была искренне рада видеть его. Винсент даже поразился этому. - Ты уж прости, что из-за меня вы с Греем так мало времени проводите вместе, - Винсент поразился тому, как звучал его голос. Нет, в нем не было наигранности, но была какая-то двусмысленность. И судя по нахмурившемуся лицу белобрысого парня, он тоже ее уловил. А вот Лили проигнорировала странный тон брюнета, продолжая рассматривать его. - Ты так сильно похудел, - удивленно заметила она. – И синяки под глазами. Кожа бледная. Ты в порядке? Почему это беспокойство в ее голосе так раздражало? - Грей, ты совсем за ним не присматриваешь, – с укором обратилась Лили к своему парню. – Ты посмотри, во что Винс превратился! - Лили, давай не будем об этом, - белобрысый устало вздохнул. - Зато ты, Лили, отлично выглядишь, - Винсент натянул приветливую улыбку. Ему было стыдно, но он просто не мог себя контролировать. - Правда? – она смущенно улыбнулась. – Спасибо. В черных глазах на миг мелькнуло раздражение, которое молодой человек тут же подавил. - Вы еще не решили пожениться? – ненароком поинтересовался Винсент. Его взгляд скользнул на ошарашенного друга. Тот мгновенно побледнел. - А Грей тебе не сказал? – удивилась Лили, отступая от брюнета и вытягиваю руку с обручальным кольцом на безымянном пальце. – Церемония в следующем месяце, - радостно объявила девушка. Винсент непроизвольно сжал кулаки. - Я не знал, - как-то обреченно произнес он. - Ты сможешь придти? – надежда в мелодичном голосе, который сейчас так резал по ушам. - Я не знаю, - Винсент отвел взгляд в сторону. Почему-то стало неприятно сейчас смотреть на эту парочку. Грей тоже молчал. - Так вы все-таки определились с датой свадьбы? – удивился Хьюго, вмешиваясь в разговор. - Да, - глухо ответил Грей. Он чувствовал себя предателем. А Винсент чувствовал себя преданным. - Мы принесли приглашения, - весело произнесла Лили, порывшись в сумочке. Она достала несколько приглашений и протянула их шатену. - Поздравляю вас, - Сара приветливо улыбнулась. - Спасибо, - Лили действительно выглядела счастливой. На некоторое время воцарилось молчание. - Давайте, садиться за стол? – внезапно предложила Сара. - Да, - согласился Хьюго. – А то я уже умираю с голоду. Специально с самого утра ничего не ел. На это замечание дети вместе с Лили рассеялись, а Грей сдержанно улыбнулся. Застолье проходило непринужденно и легко. Анна и Питер рассказывали о каких-нибудь забавных случаях в школе. Лили с Хьюго обсуждали каких-то писателей, Сара радостно улыбалась. Грей отпускал глупые шутки, или комментировал то, что рассказывала его невеста. Винсент молчал. Улыбался. Иногда искренне. Иногда натянуто. - Винсент, только сильно не налегай на еду, - предупредил его Хьюго. – Мне не жалко, но твой желудок уже отвык от такой пищи, поэтому может случиться несварение. - Ничего страшного, - беззаботно отмахнулся брюнет. – Грей иногда приносил мне что-нибудь перекусить, поэтому не настолько сильно я и отвык. Доктор Блейн строго взглянул на белобрысого. Его взгляд был слишком красноречивым, чтобы не понять, что мужчина не в восторге от этой новости. Каллен поежился. - Надеюсь, что хоть сигареты он тебе не проносил? – с наигранно ласковой улыбкой поинтересовался шатен. - Вот сигареты – нет, - Винсент тяжело вздохнул. – Поэтому пришлось бросать. - Вот бы и Грей бросил, - Лили обиженно надула губы, взглянув на своего жениха. - Мы уже обсуждали это, - Каллен устало вздохнул, мысленно пообещав открутить другу голову. - Чего я еще не знаю? – усмехнулся Хьюго, поочередно взглянув на Винсента и Грея. Оба молодых человека замерли. - Еще мы с Греем иногда играем в карты, - пожал плечами брюнет. Мужчина тяжело вздохнул. - Произвол и безобразие, - ворчливо проговорил он. - Не ворчи. Иначе становишься похожим на старика, - заметила Сара. Дети дружно рассмеялись, вызывая на лицах взрослых улыбки. Тут Винсент поднялся из-за стола. - Спасибо, но я немного устал, - он виновато улыбнулся. Голова гудела от шума. Переполнявшие его эмоции становились просто невыносимыми. - Да, конечно, иди отдохни, - спохватился старший брат. – Ты помнишь, где находится твоя комната? - Конечно, помню, - огрызнулся брюнет, вызвав усмешку на губах друга. Винсент молча удалился из-за праздничного стола, оставляя дружную компанию. Он поднимался по лестнице, разглядывая фотографии на стене. Голова кружилась, хотя он не выпил ни капли алкоголя. Ступеньки казались бесконечными. Но вот показался знакомый коридор. Молодой человек шел по памяти, скользя кончиками пальцев по стенам. Знакомая дверь с табличкой: «Не входить!» Ох, уж эти подростковые заскоки. Вспотевшая ладонь медленно опустилась на холодную металлическую ручку, поворачивая ее. За эти два года комната совсем не изменилась. Все вещи стояли на прежних местах. На стенах по-прежнему висели плакаты любимых когда-то рок-групп. На письменном столе так же, как и раньше, лежали журналы и диски. Ощущение, будто и не было этих чертовых двух лет страха и ожидания. Здесь нет этой надоевшей стерильности и ненавистного белого цвета. Винсент чувствовал, как перехватило дыхание, а ком в горле больше не сглатывался. В голове мелькали воспоминания. Вот они с Греем еще будучи школьниками играют в видеоигры. Вот он спорит со своим старшим братом, который отчитывает его за прогулы занятий. Вот они с Анной и Питером собирают корабль по схеме. Вот он целуется с рыжеволосой девушкой. В этот момент взгляд юноши натыкается на чехол с гитарой. Пальцы сводит судорогой. Винсент и сам не понял, как приблизился к ней. Достав из чехла инструмент, молодой человек любовно провел пальцами по изгибам корпуса, по тонким струнам. - Ты еще помнишь, как играть? – послышался насмешливый голос. Винсент быстро поднял взгляд и увидел на пороге комнаты Грея. - Я два года не держал гитару в руках, - губы дрогнули в печальной улыбке. Каллен смотрел на него некоторое время, скрестив руки на груди, затем прошел в комнату и закрыл за собой дверь. - Ничего, что ты Лили одну оставил? – съязвил брюнет. Грей уселся рядом с ним на кровать. - Она показывает твоим племянникам секреты оригами. Это надолго, - спокойно ответил белобрысый. Блейн нахмурился и снова перевел взгляд на гитару. Он попытался зажать аккорды. Получилось не очень удачно. Некогда родной инструмент сейчас казался таким чужим. Грей недолго понаблюдал за потугами своего лучшего друга, затем осторожно забрал гитару из его рук. Винсент проследил за этим, но ничего не сказал. Каллен наиграл какую-то незнакомую мелодию. - Что это? – поинтересовался брюнет. - Даррен Хейз, - ответил белобрысый. – «Neverland». Только я слов не помню… - молодой человек обреченно улыбнулся. - «Neverland»? – удивился Винсент. - Не поверишь, кто мне о ней рассказал, - усмехнулся Каллен. - И кто же? - Рей Хантер. Брюнет пораженно смотрел на друга. - Он сказал, что песня хорошо отражает его детство, - задумчиво проговорил Грей. – Поэтому я решил ее прослушать. - И как? – уточнил Блейн. - Она жутковата, - с этими словами белобрысый взглянул на него. – Я так и не понял, зачем он мне об этом рассказал. Но он знает, чем мы с тобой иногда занимаемся, - юноша нахмурился. - Знает?.. – Винсент тяжело вздохнул. О чем этот человек думал?! Повисло неловкое молчание. - Почему ты не сказал о своей женитьбе? – наконец Винсент решил прервать звенящую тишину. - Я не смог, - чуть слышно проговорил белобрысый. – Хотел, но не смог. - И что ты будешь делать, когда вы поженитесь? – поинтересовался брюнет, открыто посмотрев на друга. - О чем ты? – удивился Грей. - Как долго ты еще сможешь жить такой жизнью? Рано или поздно тебе придется выбрать: либо семья, либо я, - отстраненно произнес Блейн. На самом деле он боялся этого уже очень давно. Он боялся, что Грею может надоесть это все, и он просто уйдет. Как однажды это сделали другие. Просто отвернется. - Я не брошу тебя, - уверенно заявил Каллен. Винсент устало усмехнулся. - Грей, - начал он. – Давай, смотреть правде в лицо. Ты женишься на Лили. Рано или поздно у вас родится ребенок, - молодой человек чувствовал, как больно сжимается сердце в груди. Голос дрогнул. - В клинике тебе платят не так уж и много. А семью кормить тебе придется. Поэтому рано или поздно, но ты уволишься. Кроме того, ты работаешь без выходных. Ты просто физически не выдержишь, - губы искривились в жалком подобии улыбки. – А это значит, что выберешь ты не меня… Тишина. Губительная тишина, разрывающая уши. Винсенту показалось, будто его оглушили. Настолько невыносимым было это молчание. И почему его первый визит домой за такой долгий период должен был закончиться так? «Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь!» - мысленно кричал Винсент, хотя внешне оставался спокойным. Ладони сжимались в кулаки. Дыхание стало тяжелым. - Может ты и прав, - наконец произнес Грей. Эти слова были подобны грому среди ясного неба. Брюнет даже дышать перестал от шока. - Но в таком случае, я заберу тебя из этой чертовой психушки. Хочешь ты этого или нет, - внезапно заявил Каллен. – Я не позволю тебе оставаться там одному. Особенно если твоим лечащим врачом по-прежнему будет Рей Хантер. Винсент сделал судорожный вздох. Кислород маленькими иглами опалил легкие. - И не смотри на меня так, - усмехнулся белобрысый. – Или ты мне хочешь в пламенной любви признаться? – он насмешливо вскинул брови. - Может и хочу, - выдохнул Винсент, подаваясь вперед. – Я ведь и правда люблю тебя, Грей, - пухлые губы тронула улыбка. - Ты чего? – белобрысый пораженно смотрел на друга, ничего не понимая. В следующий миг он почувствовал, как чужие губы прильнули к его. Винсент целовал отчаянно, слегка покусывая нежную кожу, из-за чего белобрысый парень недовольно шипел. Тогда укусы тут же бережно зализывались горячим языком. Дыхание сбилось. Атмосфера вокруг накалилась. Каждый понимал, что в любой момент может кто-нибудь зайти, но тем не менее ни один не спешил отстраняться. Они редко позволяли себе поцелуи, больше отдаваясь похоти. Но сейчас все было по-другому. Винсент не позволял перехватить инициативу, но при этом и не стремился подавить чужую волю. Как будто этим удушающим поцелуем он хотел что-то сказать. Что-то важное. - Я не сумасшедший, Грей, - шептал он в опухшие губы другого парня. – Я не сумасшедший, - голос срывался. Они не успели заметить, как рухнули на постель. Приятный аромат свежевыстиранного белья говорил о том, что комната ждала возвращения своего хозяина. - Ты чокнутый, - усмехнулся белобрысый, слегка отстраняясь. – И меня делаешь таким. Ты единственный парень, которого мне хочется целовать, - прохрипел он, снова припадая к столь манящим влажным от поцелуев губам. Винсент улыбнулся, но ничего не ответил. Однажды они перешли границу, и теперь сходили с ума от последствий. Но обоим это безумно нравилось. *** Когда Лили и Грей уходили домой, Винсент внезапно вспомнил про открытки для своих племянников. Дети безумно обрадовались неумелым и корявым рисункам на рождественскую тематику. И снова это приятное тепло, разливающееся на душе. Вернувшись в свою комнату, Винсент принялся рассматривать свои вещи. Взгляд мимоходом упал на разворошенную постель. Улыбка застыла на лице. Они впервые просто целовались. Винсент не особо понимал, откуда взялся этот порыв. Просто ему стало безумно одиноко от осознания того, что Грей может отказаться от него. Взгляд снова скользил по комнате и внезапно наткнулся на открытку, лежащую на письменном столе. Странно, что брюнет не заметил ее раньше. Обычная рождественская открытка. Но когда молодой человек ее раскрыл, то вздрогнул от внезапно возникшей музыки. «Музыкальная?» - удивился брюнет. Однако это была не рождественская мелодия. Больше походило на какую-то мелодию из шкатулки. Блейн пробежался глазами по строчкам поздравления, выведенными красивым почерком. Глаза широко распахнулись, а тело охватила дрожь. «С Рождеством тебя, моя птичка из клетки. Надеюсь тебе понравилось то запретное яблоко, что ты вкусил, пока мы играли в салки. Или же это были прятки? В любом случае, я был рад снова тебя увидеть за такое долгое время нашей разлуки. Мне безумно нравится, как ты научился надевать эти маски лжи и обмана для окружающих. Но я вижу тебя насквозь. Эта игра слишком затянулась. Пора бы тебе сделать выбор. Пиратский корабль уже в ожидании отплытия. У тебя есть еще немного времени на раздумья. Если решишься, то просто отвори свою клетку и выпорхни в синее небо. Ты ведь так жаждешь свободы. И я могу тебе ее дать. Тебе нужно лишь стать моим. Знаешь, я ужасно ревную, когда к тебе кто-то приближается. Что та рыжеволосая девушка, которая вздумала спрятать тебя. Что твой белобрысый друг, который так отчаянно пытается защитить тебя, даже не зная от кого. Но все же мое мнение о нем немного улучшилось. И именно поэтому он так раздражает меня. А еще у тебя ужасно милая семья, не так ли? Все так пекутся о твоем благополучии, даже не подозревая о твоих желаниях и пристрастиях. Я буду ждать тебя на той стороне, которую ты так боишься, Винсент. Счастливого Рождества!» Открытка выпала из дрожащих рук. Мелодия продолжала разрезать тишину комнаты. Винсент не мог поверить в прочитанное послание. - Господи, - выдохнул он, опускаясь на колени. Глаза застилала пелена. Немой крик застрял в груди, вырываясь сдавленными хрипами. Только он понадеялся на то, что все образуется, как тут же радужная иллюзия рухнула, являя серую реальность. Парадоксальную реальность. Все оказалось бессмысленным. Он все равно его нашел. И теперь еще и поймал в свою ловушку. Брюнет уловил этот прозрачный намек угрозы в послании. От этого хотелось рвать и метать. Ему не следовало покидать свою клетку… *** Винсент открыл дверь ключом и прошел в квартиру. Почему-то было непривычно тихо. - Кэрри, ты дома? – громко спросил юноша. Почему-то глубоко в душе проснулась тревога. - Кэрри? – с этими словами Винсент двинулся вглубь светлой квартиры. Ни в одной из комнат девушки не оказалось. Блейн начал нервничать. Она же говорила, что будет дома. Винсент толкнул дверь в спальню и тут же пошатнулся от резкого запаха металла, витающего в воздухе. Тошнотворный комок подкатил к горлу, перекрывая дыхание. Молодой человек потянулся к выключателю. Почему-то в спальне непроглядная тьма. Щелчок. Винсент едва сдерживает крик. Он замер на месте. Тело рыжеволосой девушки лежало на кровати. Все вокруг было в крови. - Кэрри… - голос предательски дрожал, в глазах застыли слезы. Липкий ужас охватил его в тот момент, парализуя. - Я ведь тебя предупреждал, - послышался за спиной до боли знакомый голос. Этот голос вызвал мурашки на коже. Винсент резко обернулся. - Ты… - только и смог произнести он. В следующий миг Винсент распахнул глаза. Он был в своей комнате. Непроглядная тьма вокруг. Открытка лежит на прикроватной тумбочке. - Проклятье, - раздраженно произнес брюнет в ночную тишь. Он чувствовал, как волосы прилипли к влажным щекам, как тело пробирает мелкая дрожь. Винсент с большим трудом поднялся на ноги и вышел из комнаты. Дом окутывала атмосфера спокойствия и умиротворения. Осторожные шаги по холодному полу. Первая дверь. Спальня Хьюго и Сары. Привыкшие к темноте глаза смогли разглядеть супружескую пару, спящую в обнимку. Губы молодого человека дрогнули в неуверенной улыбке, после чего он закрыл дверь и направился дальше. Вторая дверь. Комната Анны. Спальня в девчачьем стиле. Большое зеркало. Кругом феи и куклы. На полу была разбросана одежда. Винсент подошел к спящей племяннице и поцеловал ее в макушку, слегка поглаживая по непослушным темным волосам. Он знал, что из нее вырастет очень красивая и умная девушка. Жаль, что он этого возможно не увидит. Еще немного полюбовавшись на девочку, Винсент вышел и направился к следующей двери. Комната Питера. Кругом валялись игрушки, на письменном столе стоял аквариум с золотой рыбкой, из приоткрытого шкафа вываливались вещи. Сам Питер сжался в комок на кровати. Одеяло уже давно лежало где-то на полу. Винсент тепло улыбнулся и укрыл своего племянника. Лицо того мгновенно смягчилось и расплылось в блаженной улыбке. Брюнет погладил его по голове, а затем поцеловал в лоб, после чего покинул комнату мальчика. Он еще долго бродил по родному дому, стараясь запомнить каждую изменившуюся деталь. Странная меланхолия охватило его. Он снова ощутил себя ребенком. В детстве он тоже часто бродил по дому в ночной тишине. За окном шел снег. Свет фонаря проникал сквозь тонкий тюль. Ночь наполнена тайнами. Однако скоро снова придет утро. Он вернется в клинику, где ночь наполнена лишь тяжелыми мыслями. Но пока еще есть время…