Глава 14
28 декабря 2014 г., 11:26
Последние дни лета дались Поттеру тяжело. Снейп еще неделю назад отправился в Хогвартс и только на ночь иногда ухитрялся возвращаться в Певерелл-мэнор. Поэтому все внимание Риддла было полностью сосредоточено на Гарри. Окклюменция, беспалочковая магия, работа над простейшими заклинаниями с использованием волшебной палочки. А еще контроль над потоками магии, история магического мира, принципы деления магии на категории по различным признакам. Это неполный перечень занятий, которыми были загружены последние дни лета для Поттера.
— Волшебник - это человек, который наделен способностью применять особую энергию — магию для своих нужд. Такая способность дается от рождения, так же как и способ, которым волшебник пополняет свои запасы этой энергии, черпая ее из окружающего мира, — расположившись в гостиной на первом этаже, Том читал очередную лекцию Поттеру. — Есть маги, которые без специальных заклинаний и ритуалов могут частично заимствовать излишек магического потенциала у других волшебников и магических существ. Их называют темными магами. Им легче восстанавливать свои силы в местах, где живет много волшебников. Откуда берется этот излишек магии? Помнишь?
— Да. Организм волшебника все время подвержен магическому обмену. Это как дыхание. Улавливаются магические потоки извне, часть магического потенциала аккумулируется, образуя личный резерв, остальное возвращается в мировое магическое поле, где постепенно рассеивается. Основная роль в этом отведена магическому ядру волшебника. Именно в нем хранится основной запас магических сил волшебника. Вот та часть магического потенциала, которую магическое ядро по каким-то причинам не откладывает про запас и, так сказать, выбрасывает — называется излишком. В книгах написано так, — ответил Гарри.
— Ты верно запомнил. Но чем эта возвращаемая в мировое поле магия отличается от той, что омывает весь мир своими потоками? — Том старался добиться от Поттера понимания, а не просто запоминания истины.
— Она немного преобразована и… Ну, это как полупережеванная пища. Ее, наверное, легче поглотить, если знать, как это сделать, — Гарри нашел аналогию и надеялся, что был прав в своих выводах.
— Правильно. Магическому ядру темного мага нужно меньше трудиться для того, чтобы сделать запасы такой магии. Это для него проще, чем извлекать ее из чистых магических потоков мирового поля. Преобразованная магия, которая за ненадобностью возвращена магическим существом в общее поле, некоторое время остается неизменной и существует наравне с чистыми магическими потоками. Постепенно она приобретает первоначальный вид, который был до преобразования, и растворяется в мировом поле. У некоторых волшебников нет такой способности — использовать частично преобразованный магический потенциал. Такие волшебники зовутся светлыми. Но и они могут восполнить этот недостаток с помощью заклинаний и ритуалов. Правда, тогда их магическим ядром будет поглощаться не только избыток, а вытягиваться и уже аккумулированная магия из другого мага или волшебного существа. Такое применяется в колдомедицине при магическом истощении. Иногда это спасает жизнь магу, — пояснял Риддл.
— Но тогда ведь магическое истощение будет у…
— У донора? У того, к кому применили соответствующее заклинание? Если процесс не контролировать, то это неизбежно. И потому такие заклинания и ритуалы считаются условно-разрешенными. Если с их помощью будет нанесен преднамеренный вред, то за это последует наказание. Но светлым магам, в общем-то, нет необходимости в применении таких заклинаний. Они от природы способны легче, чем темные маги, преобразовывать свободную магию из магических потоков мирового поля. Конечно, не с такой скоростью, как темные используют возвращенную магию. Ты понял разницу между темными и светлыми магами? Можешь мне привести пару сравнительных характеристик? — Том не мог утерпеть, чтобы не дать Поттеру задание на сообразительность. Он постоянно повторял, что знание без умения им пользоваться ничего не значит. Для накопления фактов есть библиотека, а магу дана голова для того, чтобы делать выводы.
— Наверное, если посадить на две горы по магу, соответственно — светлому и темному, то темный вдали от всех будет медленнее аккумулировать магическую энергию извне. А значит для проведения каких-то опытов, где будет постоянно использоваться магия, светлому волшебнику в глуши будет комфортнее. Оу! Так вот почему говорят, что темные колдуны злые и практикуют жертвоприношения. Они проводят ритуал для быстрого пополнения магического резерва организма. Ведь они восстанавливаются медленнее, если рядом нет других волшебников. Правильно? — Поттер ждал приговора своим выводам.
— В общих чертах правильно, — слегка скривившись, согласился Том.
— Зато в бою темному колдуну будет легче. Ведь он будет быстрее восстанавливать затраченную магию, используя для этого уже частично преобразованную. И вообще получается, что, если темный маг не живет затворником, то он будет сильнее светлого.
— Сомнительное заявление. Гарри, я понял, что ты хотел сказать, но само по себе заявление не выдерживает никакой критики. Представим на мгновение, что ты темный маг, а я светлый. Мы не живем в затворничестве. Но ты же не сильнее меня? По крайней мере, сейчас. Потому что ты еще ребенок — это раз. Ты не обучен — это два. К тому же от рождения нам даны разные возможности для развития. Но, несомненно, темному магу, живущему в обществе, проще восстановить силы, и, следовательно, он может использовать более энергоемкие заклинания без вредных последствий для себя. В результате, как ты и сказал, темный будет сильнее светлого гораздо чаще, чем наоборот, — Том постучал пальцами по столешнице, задумавшись на миг. Затем поднялся, с намерением предложить Поттеру отдохнуть в парке. — Гарри, на сегодня, наверное, достаточно. Будут вопросы — задавай, как только они у тебя появятся. А сейчас…
— Уже появились, — ухмыльнулся Поттер, перебивая его. — А как происходит магический обмен у темного мага, если он способен поглощать переработанную магию? Его организм вообще ничего не выбрасывает в излишек?
— Согласно твоему сравнению — у темного мага в излишек идет «полностью пережеванная» магия, которая не поместилась в резервное хранилище. Такая магия используется некоторыми волшебными растениями. В конце концов и она тоже просто растворяется в общем магическом поле. Еще есть вопросы?
— Откуда такие названия — светлый и темный маг? — Гарри уже прочел об этом, но ему нравились пояснения Тома.
— Есть специальные возможности для того, чтобы увидеть магический фон волшебника. У всех магов он различен, но есть одна общая для всех закономерность. Магический фон темного волшебника яркий и насыщенный, в цветовом спектре тяготеет к синему и фиолетовому цвету. У светлых волшебников он блеклый, как разбавленная акварель и чаще всего ближе к светло-зеленому и голубому цвету. Сначала именно по таким признакам магического фона разделили волшебников на два, так сказать, подвида, — Риддл усмехнулся. — Лишь гораздо позже исследования показали еще и различия в способах пополнения магического резерва. Все?
— Ты темный маг? — Поттер знал ответ, но хотел его услышать от Риддла.
— Темный.
— А Сев?
— Тоже темный, — Риддл уже догадывался, к чему Гарри ведет.
— А Дамблдор? — не переставал любопытствовать Поттер, в глазах которого уже читался следующий вопрос.
— Светлый.
— Значит, ты его победишь, если вызовешь на бой? Ты же сильный колдун? Значит, можешь блин из него сделать? А если тебе поможет Сев, так от него вообще ничего не останется.
— Гарри, откуда такая кровожадность? Ты же еще не знаком с Дамблдором. Не знаешь мотивов его поступков, — Том покачал головой, хотя далеко внутри он был полностью согласен с желанием Поттера. — Я сильный колдун. И Северус тоже. Но мы вряд ли даже вдвоем сможем одолеть Дамблдора. А вот почему — я тебе пока не буду объяснять. Сам дойдешь, — Риддл шутя постучал Гарри пальцем по голове, — когда подрастешь. А сейчас пойдем на свежий воздух.
— Пойдем, — согласился Поттер. — А я какой маг?
— Ты светлый. Кажется, — хитро улыбнулся Том.
— Это как? Почему «кажется»? — Гарри остановился от неожиданного ответа.
— Потому что ты еще несовершеннолетний. До завершения формирования магического ядра — магия извне может извлекаться исключительно только из магических потоков. Учитывая, что двое из твоих родителей были светлыми, логично предположить, что и ты будешь светлым. Но это не обязательно. Даже у светлых волшебников может родиться темный маг. Почему ты хихикаешь? — Риддл и Поттер уже вышли в парк и потихоньку двигались в сторону озера.
— Я вспомнил маггловские сказки. Представляешь, у злой ведьмы и темного колдуна родился светлый ребенок? Там же всегда — раз темный, значит злой и плохой, — продолжал посмеиваться Гарри.
— Но так чаще всего и бывает, — теперь уже Том улыбался, любуясь растерянностью на лице Поттера, которая, к счастью, очень быстро сменилась пониманием.
— Именно потому, что они могут быстрее восстанавливать свои магические силы. Да? Потому что они сильнее?
— Конечно. Сила — очень ответственный дар судьбы, Гарри. История знает множество примеров, когда власть завоевывалась именно силой. И слишком редко это приносило счастье людям. Запомни, использовать силу для того, чтобы доказать свою правоту, можно только семь раз подумав. А в идеальном варианте лучше правоту доказывать знаниями и убеждениями.
* * *
День первого сентября начался с того, что сразу после рассвета Том аппарировал Поттера в дом Дурслей. Они привыкли за последний месяц каждые три-четыре дня отмечаться там, чтобы магические следилки Дамблдора не подняли тревогу. Но сегодня после того как Гарри побродил по двору, поливая газон и теткины розы, заодно показываясь соседям, они не вернутся в Певерелл-мэнор. Сегодня Поттер впервые отправится в Хогвартс. — Ничего не забыл? Сумка собрана? Наг на месте? Амулеты, помогающие скрывать магический потенциал, взял? — Том задавал вопросы для того, чтобы не молчать. Они уже целый час сидели на заднем дворе. Следовало на всякий случай подольше дать возможность чарам, поставленным на дом, понаблюдать за Гарри. — Все я взял. Не волнуйся. Я буду скучать по тебе. Может быть, Северусу удастся захватить меня к тебе в гости, — Гарри чувствовал, что Том немного расстроен, хоть и не подает виду. Он и сам привязался к нему очень сильно, а за последний месяц еще и привык видеться постоянно. Немного утешало то, что в школе поблизости будет Снейп. — Может быть, но я на это сильно не рассчитывал бы. В любом случае, мы всегда можем поговорить через зеркало Сева. Пожалуй, пора отправляться на станцию, если ты хочешь успеть на Хогвартс-экспресс, — Риддл достал из кармана флакон с Оборотным и решительно опрокинул зелье в рот. И вот перед Поттером сидит невзрачный мужчина неопределенного возраста. Ему можно было дать и сорок, и шестьдесят. Неприметный костюм завершал новый облик Тома. — Я под чарами проведу тебя до станции, а потом в поезде сяду рядом. Можем даже поболтать, как обычные попутчики, если захочешь. — Хорошо, Том, — Поттер немного пожалел, что не обнял Риддла, пока тот был еще собой. Обнимать этого дядечку, даже зная, что это Том, Гарри не хотел. Дорога до вокзала Кингс-Кросс в Лондоне прошла без происшествий. Не доходя до платформы номер девять, Поттер остановился и, прислонившись к бетонной колонне, постарался незаметно оглядеться в поисках Тома. Через пару минут рядом с ним остановился мужчина, под личиной которого прятался Риддл, и поставил на пол саквояж, притворяясь, что отдыхает от его тяжести. — У тебя недовольный вид. Что случилось? — тихий голос Тома выдавал его озабоченность. — Посмотри туда, — Гарри взглядом указал в сторону прохода между платформами девять и десять. — Видишь тех рыжих? Хагрид все время меня именно с ними хотел познакомить. Но они такие шумные. И одеты сегодня, как… Как не знаю кто. Зачем тетка натянула пластиковый дождевик, если на улице ни облачка? А девчонка в резиновых сапогах. И платье у нее на ночную сорочку похоже. У тетки Петуньи такая была. Странные какие-то. — Это семья Уизли. Я видел их тогда в Косом Переулке. Такое впечатление, что они кого-то ждут. Я пройдусь, Гарри. Подожди здесь, — Том поднял саквояж и пошел в сторону миссис Уизли, которая в этот раз держала за руку сразу двоих детей. Мальчишку, которого и в прошлый раз не отпускала от себя, и маленькую девочку, такую же рыжую и конопатую, как и ее братья. Через десять минут Том, где-то уже бросивший наколдованный саквояж, подошел к Поттеру. — Поздравляю, Гарри. Можешь начинать пожинать плоды своей известности. Судя по их разговору, они ожидают именно тебя, — насмешка Риддла была приправлена настороженностью, и Поттер это почувствовал. — Думаешь, стоит подойти? Что-то не хочется, — Гарри глубоко вздохнул. — Ну что же… Я, пока ты не прошел через барьер, еще могу тебе помочь. Я отвлеку их, а ты не мешкай. Помнишь, как пройти на платформу девять и три четверти? — получив еле заметный кивок в ответ, Том пожелал: — В таком случае, удачи тебе. Учись хорошо и будь осторожен. И помни, я всегда приду на помощь, если пришлешь ко мне Нага, — не дожидаясь ответа, Риддл направился к Уизли. Вскоре миссис Уизли смачно ругалась с мужчиной, который невзначай толкнул тележку с сундуком ее сына, опрокинув ее. Гарри тем временем быстро шмыгнул к барьеру между платформами, оснащенному магическим проходом, и уже через минуту вышел на другой его стороне.* * *
Платформа девять и три четверти встретила Поттера громкими разговорами, клекотом сов и ором котов в клетках. А еще грохотом сундуков и шумом красного паровоза, время от времени пускающего пушистые клубы белого пара. В воздухе слегка пахло дымом, а наряды людей придавали всему, что открылось перед взором Поттера, налет нереальности, словно он попал в другой мир. Что, в общем-то, так и было. Большинство взрослых были одеты в мантии разных цветов и оттенков, да и некоторые студенты решили сразу облачиться в школьные робы. Гарри после прохождения барьера окинул взглядом все это непривычное для него столпотворение и решил немедля отправиться в поезд. Его никто не провожал, поэтому стоять на перроне не было ни малейшей необходимости. Поттер вошел в вагон, из окон которого еще не торчали головы мальчишек и девчонок, а рядом не толпились провожающие взрослые, дающие сотни полезных советов и пожеланий на прощание. Третье купе по проходу оказалось полностью пустым, и Гарри решительно занял место у окна, продолжив разглядывать разномастную толпу на перроне. Вскоре в поле его зрения попало семейство Уизли. Они шли вдоль состава и вглядывались в окна. Поттер на всякий случай отклонился от стекла, но, видимо, сделал это не слишком проворно. Потому что один из близнецов Уизли его все же заметил. Он дернул мать за рукав и что-то сказал ей на ухо. После этого рыжее семейство остановилось и приступило к привычному для вокзалов обряду прощания. Первым, подхватив свой сундук, ушел к вагону самый старший из ребят Уизли. Затем, после странных плясок с маханием руками и кривляньем на разные лады, отправились на посадку близнецы. Дольше всего миссис Уизли что-то объясняла самому младшему из своих сыновей. Она достала из кармана слегка мятый платок, встряхнула его и, послюнявив уголок, что-то пыталась оттереть на носу отбивающегося сына. Но вот уже и он поспешил в вагон, потому что паровоз Хогвартс-экспресса издал пронзительный гудок, предупреждая о своем скором отбытии. Миссис Уизли, справившись со своими обязанностями в отношении сыновей, теперь могла уделить внимание дочери. Девочка стояла насупленная, отчего ее веснушчатое личико стало похоже на сушеную грушу. Такое же сморщенное и коричневое. На слова матери малышка только зло топнула ногой и отвернулась от поезда. В это время паровоз дал еще один гудок, протяжнее и громче первого, и поезд тронулся с места. Не успел перрон промелькнуть за окном, как дверь в купе, где обосновался Поттер, открылась, и вошел младший Уизли. Теперь Гарри мог рассмотреть черное пятно сажи на его носу, которое безуспешно пыталась стереть миссис Уизли. Круглое лицо, усеянное веснушками, серо-голубые невыразительные глаза, рыжие волосы, слегка неопрятный костюм — все это было рассмотрено и оценено Поттером за несколько мгновений, пока тот усаживался на скамью напротив. — Привет, я Рон Уизли. — Привет, — нехотя ответил Гарри. — А как тебя зовут? — не выдержал Рон, когда понял, что представляться Гарри не спешит. Уизли сразу узнал в нем того мальчишку, которого сопровождал Хагрид в Косом Переулке. Да и близнецы сказали, что видели «того самого мальчика, которого хочет увидеть Джинни» в окне третьего купе. — В школе узнаешь, — буркнул Поттер и отвернулся к окну. Он ничего не мог с собой поделать — не нравился ему этот мальчик, не нравилась ему семья рыжих. Гарри и сам не знал, почему у него с первого мгновения, когда он их увидел еще в Косом Переулке, возникла такая стойкая неприязнь к Уизли. Зато он не раз слышал об интуиции Тома, которой стоит доверять. «Может и у меня интуиция развита?» — подумал Поттер, наблюдая за проносящимися за окном домами пригорода Лондона. — А у меня есть крыса, — Уизли пытался обратить на себя внимание. Гарри лениво повернулся, посмотрел на животное в руках Рона, брезгливо скривился. Крыса смахивала на тех, что Поттер когда-то видел на помойке возле школьной столовой. Обычная — серая с облезлым хвостом. — Нагайна таких глотает, не рассматривая, — сказал он и отвернулся снова к окну, вспомнив, как виделся с Нагайной перед отъездом, и та на прощание назвала его «наследником», как никогда раньше не называла. — Чем тебе моя Короста не нравится? — воинственно заступился за крысу Рон. — Как, ты сказал, ее зовут? — Гарри чуть не подскочил, услышав кличку. — Короста. Когда мы летом ее нашли возле своего двора, она была вся такая… — О! Не нужно подробностей. Держи ее подальше от меня. Не люблю крыс, — смягчил свою категоричность объяснением Гарри. — Это же нужно так назвать, — Поттер недоверчиво покачал головой. — Видно, ты очень ее любишь, — иронично напоследок фыркнув, он полез в сумку за книжкой. — Она очень умная. И все понимает, — Уизли не заметил иронии и расхваливал крысу. — А где твой сундук? — Рон следил за каждым движением Гарри. — В чем ты свои вещи хранить будешь? Поттер ткнул пальцем в отставленную сумку, посчитав, что этого будет достаточно, чтобы настырный Уизли отвязался. Но не тут-то было. — У тебя совсем нет вещей? В школу с сумками нельзя. Так не положено. — Кто тебе такое сказал? — Гарри со вздохом положил на колени только что раскрытый учебник по трансфигурации. — У всех сундуки, — напыжился Рон. — Не у всех. Ты это видел на перроне. Зачем тогда говоришь глупость? И отстань от меня, я буду читать, — Поттеру очень хотелось, чтобы еще кто-то пришел в их купе и отвлек внимание Уизли. Он понимал, что Рон ничего плохого не делает, пытаясь поговорить и завести знакомство. Но Гарри почему-то очень не хотелось этого делать. — Ты любишь читать? — минут через двадцать спросил Рон, но так и не получил ответа. А еще через полчаса исполнилось желание Гарри о посещении их купе еще кем-то из студентов. Только вот не таких посетителей он ожидал. Стоило Поттеру только увидеть двух одинаковых с лица рыжих мальчишек с хитрыми и насмешливыми взглядами, как он прошептал себе под нос: «Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться». — Ну что, Ронни, познакомишь нас со своим соседом? — две абсолютно одинаковые пары глаз нагло шарили взглядом по Поттеру, который преувеличенно внимательно всматривался в страницы своей книги. — Чего вы пришли? Идите в свое купе. Вас здесь только не хватало. Ни с кем я не буду вас знакомить! — раздраженно взвизгнул Рон. — Поня-я-ятно, — протянул один из близнецов, словно проблеял, и добавил вполголоса: — Объект не идет на контакт? Сейчас поможем... — Может быть, — продолжил фразу второй близнец, насмешливо фыркнув, и достал из кармана какую-то маленькую коробочку. — Не смейте ничего делать! — Рон даже подскочил с места, протестуя инициативе близнецов. Из коробочки вылетело какое-то насекомое, а близнецы с громким хохотом захлопнули дверь купе. Поттер из-под челки следил за Роном и его попытками поймать что-то вроде крупной мухи, мечущейся по купе. Еще одно последствие посещения их близнецами не заставило себя ждать — ужасная вонь разлилась в воздухе. Гарри, прикрывая нос рукой, в удивлении распахнул глаза, когда понял, что именно источник этого незабываемого запаха мечется по купе, и за ним гоняется Рон, который тем временем обиженно скулил: — Я напишу маме. Она не позволяла им подбрасывать мне блоху-вонючку. Как же тебя поймать, дрянь этакая?! — в сердцах выкрикнул Уизли, когда проворное насекомое снова избежало незавидной участи быть обезвреженным. Гарри почувствовал, что еще чуть-чуть и его вывернет наизнанку от неприятного запаха. Он бросился к окну, опуская рывком раму и жадно вдыхая прохладный воздух улицы. Поттер, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов и провентилировав свои легкие, оглянулся на Рона, который по-прежнему скакал по купе в погоне за насекомым. — Да не лови ты эту гадость! Гони к окну, — посоветовал он и удачным ударом зажатой в руках книги отправил неосторожно подлетевшую к нему блоху за окно. — Спасибо, — Рон устало плюхнулся на сидение. Казалось, что ему вовсе не мешает еще не выветрившаяся вонь в купе. — Где они только взяли ее? Это же не обычный жучок-светлячок, — рассуждал он вслух, когда заметил внимательно глядящего на него Поттера. — Это были мои братья — Фред и Джордж. Ты не обращай на них внимания. Они полные придурки. Вот интересно, где же они взяли блоху-вонючку? Она же не обычная. Ее только в волшебном лесу найти можно. Я только один раз ее видел. Они тогда ко мне в комнату ее запустили. Это было в начале лета… Рон продолжал еще что-то говорить, но Гарри, закрыв окно после проветривания купе, его уже не слушал, снова углубившись в чтение книги. Поттера не очень интересовали отношения Рона с братьями, о которых тот вещал. Спустя час или полтора в купе заглянула девочка и поинтересовалась о пропавшей жабе. Голос Поттеру показался знакомым, и он оторвал взгляд от страниц учебника. В дверях стояла его лохматая знакомая из книжной лавки. — Привет, — тепло улыбнулся он девочке. — Прости, забыл, как тебя твой папа называл. Редкое такое имя… — Гермиона, — ответная чуть застенчивая улыбка украсила ее личико, ставшее сразу довольно симпатичным, если бы не торчащие во все стороны волосы. — А мы тут жабу ищем, — добавила она. — А я Гарри. Жабу не видел. Вам помочь? — Мы уже весь вагон обыскали… — Эй, кто там жабу искал? — раздалось из коридора. — Ой, мы побежали. Приятно было познакомиться, Гарри, — Гермиона вышла в коридор и прикрыла дверь. — Любишь девчонок? Они плаксы, с ними дружить не интересно, — с видом знатока заявил Рон. — Так значит, тебя зовут Гарри? А фамилия? Поттер демонстративно уткнулся в книгу, но почитать ему не удалось, потому что очень скоро дверь снова открылась, и раздался радостный возглас: — Наконец-то! Я думал никогда не найду тебя, — в купе ввалился Малфой, притворно вытирая несуществующий пот на лбу. — Драко… — Гарри даже не думал, что его так обрадует появление случайного знакомого с Косого Переулка. — Привет, — он протянул руку для приветствия. — Привет, — пожав руку Поттеру, ответил Драко. — Что это у тебя тут за компания такая скучная? — он кивнул на напыжившегося Рона. — Я компанию не выбирал. Он сам подсел ко мне в купе, — пожав плечами, ответил Поттер. — Где хочу, там и сижу, — буркнул Уизли. — А ты вали отсюда, тебя не звали. — Это он чего? — Драко сделал удивленные глаза. — Спроси у него. Я почем знаю, — Гарри положил учебник в сумку, догадываясь, что Малфой ему скучать не позволит до самого прибытия в Хогвартс. Драко уселся рядом с Поттером и сложил руки на груди, явно копируя чей-то жест. Он задрал нос и высокомерно поинтересовался: — Не с мистером ли Уизли имею честь разговаривать? У Рона отвисла челюсть, и он сподобился сначала только кивнуть в ответ, а затем все же спросил: — А откуда ты знаешь? — Ярко-рыжий и конопатый, — фыркнул Малфой. — Кем еще ты мог быть? — Рыжих много, — Рон разозлился. — А сам? Бледный, как смерть. Тебя родители в подвале держали? Или ты вампир-кровопийца? Уходи отсюда. Мы тебя не звали! — Уизли видел, что не так-то просто будет добиться дружбы с Поттером. Он помнил, что и в Косом Переулке этот бледный крутился возле Гарри. Ему братья говорили, как фамилия этого мальчишки, только Рон забыл. Зато он понимал, что нужно как-то привлечь внимание Гарри к себе. — Рон, говори за себя. Я не давал тебе право делать заявления от моего имени, — процедил сквозь зубы Поттер. — Да что ты связался с этим квелым? Он пришел сюда, начал обзываться, — не успокаивался Уизли, который терпеть не мог, когда его называли конопатым, ведь у него было меньше веснушек на лице, чем у той же Джинни. — Немощь ходячая. — Ты хочешь сказать, что ты не рыжий и не конопатый? Посмотрись в зеркало. И я тебя не оскорблял, — Драко брезгливо скривился, явно, снова кого-то копируя. — Не имею привычки засорять свою речь бранью без причины, не то, что некоторые, — намек был весьма очевидным. Какое-то время Гарри и Драко не обращали внимания на насупившегося Уизли. Они тихонько переговаривались, обсуждая учебники для первого курса. Когда прошла продавец с тележкой сладостей, и Поттер купил у нее разных конфет и шоколад для подкрепления, Малфой засуетился. — У меня в сумке кое-что припасено, мы могли бы перекусить… — начал он. — Успокойся. Я тоже не с пустыми руками. Ты такого, может быть, и не ел, — Гарри усмехнулся и достал из сумки большой пакет маггловского фастфуда, купленного специально для конспирации. — Это гамбургеры, — пояснил он Рону, подозрительно глядящему на странные бутерброды. — Угощайтесь, — воспитанно предложил Поттер, беря один. — В МакДоналдсе купил? — Малфой ухмыльнулся, беря в руки гамбургер. — А я рассчитывал удивить, — вздохнул Поттер. — Удивил, Гарри. Меня удивил, — искренне сказал Рон, откусив порядочный кусок и, даже не прожевав как нужно, добавил: — Вкушшно. Почему-то Поттеру стало жаль Уизли. Тот ел с такой жадностью, словно ему приходилось голодать до этого. Что такое голод, Гарри знал не понаслышке. Поэтому он дал себе слово не грубить больше Уизли и хорошенько присмотреться к нему. После легкого обеда Драко все же сходил за своей сумкой. — Скоро прибываем. Просьба всем надеть ученические мантии, — раздалось из коридора. — Ну что, готовы? – Рон, первый натянувший на себя форменную одежду, уже тащил сундук к выходу. — Оставь, — спокойно сказал Драко. — Ты слышишь? Сундук брось. Его без тебя доставят в школу. Никуда он не денется. — А если спутают или потеряют? Джордж — мой брат, сказал, что свои вещи нельзя оставлять без присмотра, — засомневался Рон. Поезд сбавил ход и уже полз еле-еле, готовясь остановиться. — Ну и тащи, — фыркнул Малфой, оставляя свою сумку на сиденье в купе. Поттер, предупрежденный Северусом, не удивился словам Драко и тоже налегке последовал к выходу из вагона. Рон растерянно смотрел им вслед. Кому верить: брату или Гарри? Верх взяло желание подружиться с Поттером. Уизли вздохнул и скрепя сердце покинул вагон, оставив свой сундук в купе.
