Глава 21
30 декабря 2014 г., 10:36
Так и не догадавшись, зачем его вызывает Дамблдор, Поттер дошел до коридора, где располагался вход в директорский кабинет. Он уже намеревался подойти к горгульям у его двери, когда вспомнил, что Оливер не сказал ему пароль для прохода мимо этих каменных уродин. Гарри даже остановился, растерянно оглядываясь и пытаясь сообразить, как лучше поступить. Вернуться, чтобы спросить Оливера? Благо времени в запасе еще немного было. Или просто подождать, вдруг пройдет кто-то из преподавателей, и попросить у них помощи? В это время горгульи у входа в директорский кабинет зашевелились, и до Поттера донесся смех, так надоевший ему за сегодня. Встречаться в очередной раз с братьями Уизли не входило в планы Гарри. Вот когда он поблагодарил неизвестного дизайнера, расставившего по всем коридорам Хогвартса старинные рыцарские доспехи на высоких тумбах. Фред и Джордж еще не успели спуститься по витой лесенке от директорского кабинета до горгулий, как Поттер уже спрятался, удобно устроившись за пьедесталом под доспехами.
— Ха-ха-ха. Ты слышал, что сказал директор Маккошке? Мы просто немного шалим, как и все дети в нашем возрасте. Вот! — один из близнецов Уизли довольно прищелкнул языком.
— Ага. Это он хорошо сказал. Если бы еще не стал нам объяснять, чего мы можем делать, а чего его дорогому воспитаннику…
— Фред! Он не говорил «воспитанник», он говорил: «Гаааррии», — Джордж заржал. Голос звучал противно, словно его обладатель был не в себе. — «Не навредите Гаааррии». Нужен нам его Поттер!
— Ты что, отступишься? Джордж, ты решил все бросить?
— Смеешься? Я — и отступить? Просто будем осторожнее. Чтобы не было свидетелей.
— Согласен. А Ронни еще огребет на орехи. Или я — не Фред…
Близнецы Уизли свернули за угол, и их голоса стихли. Поттер посидел еще несколько минут в закутке за доспехами, размышляя об услышанном. Ему не все было понятно в репликах Фреда и Джорджа, но все же их разговор оставлял неприятный осадок и вызывал смутную тревогу. Поняв, что дальнейшие раздумья ни к чему не приведут, Гарри вышел из своего укрытия и взмахом палочки привел в порядок одежду, сняв с нее пыль и расправив складки на мантии. После этого достал из кармана маленький флакончик и стряхнул из него на язык несколько капель почти безвкусного снадобья. Посчитав себя достаточно подготовленным к встрече с Дамблдором, Гарри решительно направился к горгульям, которые так и не встали на свое место. Видимо, директор все же ожидал его.
— Входи, Гарри, — откликнулся Дамблдор на стук Поттера в дверь.
— Добрый вечер, господин директор, профессор МакГонагалл. Вы хотели меня видеть? — Гарри немного удивился, что директор был в кабинете не один.
— Проходи, мой мальчик. Присаживайся, — Дамблдор указал Поттеру на стул. — Профессор МакГонагалл рассказала мне, что над тобой сегодня немного подшутили, — Гарри увидел, как при этих словах директора МакГонагалл недовольно поджала губы. По-видимому, она выходку близнецов невинной шуткой отнюдь не считала. — Ты же не станешь на них обижаться? Фред и Джордж — отличные ребята. Я бы советовал тебе присмотреться к ним, а может, даже и подружиться.
Теперь пришла очередь Поттеру поджать губы, чтобы ненароком не сказать Дамблдору, куда он должен отправить своих «отличных ребят».
— Знаешь, Гарри, нехорошо сразу жаловаться… — начал директор.
— А я ни на кого и не жаловался, — Поттер удивленно посмотрел на МакГонагалл, решив, что это она таким образом преподнесла историю Дамблдору.
— Альбус, я не говорила тебе, что мистер Поттер жаловался. Я сказала, что ему пришлось идти на урок босиком.
— Но Гарри ведь тебе сказал, что знает, кто над ним подшутил? Ты упоминала это, — Дамблдор сделал ударение на слове «упоминала» и выразительно посмотрел на Минерву.
— Мистер Поттер не посчитал возможным просветить меня по поводу своих догадок. За него это сделал мистер Рон Уизли. И об этом я тоже упоминала, — казалось, МакГонагалл не понимает тонких намеков директора, которому взбрело в голову прочесть лекцию на тему «Как нехорошо ябедничать». — Альбус, я свое мнение уже высказала. Думаю, мое присутствие при твоем разговоре с мистером Поттером абсолютно излишне, — МакГонагалл поднялась из кресла, бросила сочувственный взгляд на Гарри и, не услышав возражений, покинула директорский кабинет.
— Ну что ж… — Дамблдор проводил ее внимательным взглядом. Его губы слегка шевелились, словно он то ли жевал, то ли что-то беззвучно говорил вслед МакГонагалл. — А давай попьем чаю, мой мальчик. С тортом. Или ты предпочитаешь печенье? — директор вдруг воодушевился и стал слишком гостеприимным, стоило только двери закрыться за МакГонагалл. Гарри сразу заметил фальшь в его поведении.
— Спасибо, господин директор. Скоро ужин, и я не хотел бы сладким портить себе аппетит, — вежливо отказался Поттер.
— Не хочешь? Ну да ладно. Ты ведь уже понял, что я пригласил тебя, чтобы узнать, как ты себя чувствуешь после дружеского подшучивания близнецов Уизли. Как вижу — с тобой все хорошо. Раз уж ты здесь, предлагаю побеседовать. Как учеба? Никаких трудностей? Может, нужна какая-нибудь помощь? — эти вопросы Дамблдор задавал каждый раз, словно не мог дождаться, когда у Гарри закончится запас способностей, и он перестанет успевать на занятиях.
— Спасибо, господин директор. У меня все в порядке, — Поттер старался быть немногословным, как и обычно при разговоре с Дамблдором.
— А как твои друзья? Ты подружился еще с кем-нибудь? Я вижу, за тебя заступился Рон Уизли. Это хорошо, когда друзья есть на разных факультетах. Мы уже разговаривали с тобой об этом раньше. Что-то ты молчаливый, Гарри. Может, ты хочешь о чем-то узнать или что-то попросить? — Дамблдор старался заглянуть Поттеру в глаза, но тот смущенно смотрел на свои руки, сложенные на коленях.
— Попросить?.. А можно погладить вашу птицу? Она не клюется? — Гарри перевел взгляд на феникса и залюбовался им.
— Ты хочешь погладить Фоукса? — директор был выбит из колеи таким странным желанием Поттера, не вписывающимся ни в одну из тем, которые обычно поднимались в их разговорах.
— Его зовут Фоукс? Красивое имя.
— Да, Гарри. Моего питомца зовут Фоукс. Это огненный феникс. Ты же знаешь, что они волшебные существа? — Дамблдор решил воспользоваться этим внезапным интересом Поттера, чтобы по возможности наладить с ним контакт. Все их беседы пока не принесли желаемого результата. Гарри по-прежнему был диковат и насторожен. — Иди-ка сюда, — директор поманил его рукой, подходя к золоченому насесту. — Фоукс у меня с характером. Не каждого к себе подпускает. Признаюсь, он и меня иногда клюет. О-о-очень чувствительно, — Дамблдор неискренне засмеялся и потряс рукой, словно его снова клюнул феникс. — Но ты можешь попробовать его погладить. Я тебя предупредил, — директор с прищуром посмотрел на Поттера через свои странные очки.
— Фоукс, привет, — Гарри улыбнулся птице и осторожно протянул руку к нему, но прикасаться пока не спешил.
Фоукс тихонько заклекотал и потянулся к руке Поттера, но не клюнул ее, как пророчил Дамблдор, а потерся об нее, как кот, что вызвало короткий смешок у Гарри. Он смело погладил феникса по шее, а затем и по голове, стараясь не задевать перышки хохолка. Фоукс от удовольствия прикрыл глаза и начал издавать булькающие звуки, словно мурлыкал.
— Тебе нравится? — Поттеру казалось, что он понимает феникса, чувствует его эмоции. Он погладил его по спинке, и хотел было уже отойти, потому что Дамблдор вернулся в свое кресло за столом, как Фоукс расправил крылья и перелетел к нему на плечо. Под весом немаленькой птицы Гарри аж присел. — Ой! Фоукс! — птица прижалась головой к лицу Гарри, вызывая у него счастливую улыбку. Поттер очень осторожно поглаживал феникса и приговаривал: — Ты мой хороший. Умный. Красивый. Только тяжелый еще для меня.
Фоукс клювом разворошил волосы Гарри и словно понял его жалобу, потому что сразу вернулся на свою жердочку, где выдал заливистую звонкую трель.
— Ты ему понравился, мальчик мой, — несмотря на сказанное вслух, казалось, что Дамблдору было тяжело признать очевидное.
— Он очень красивый. Спасибо, что разрешили его погладить. А сколько ему лет? — Поттер старался выглядеть обычным любопытным ребенком, который вырос среди магглов и пока еще не привык мыслить категориями магического мира.
— Гарри, я же говорил, что Фоукс волшебное существо. Фениксы бессмертны. Ему очень много лет, — назидательно пояснял Дамблдор.
— Он у вас с вашего рождения?
— Нет, что ты. Он у меня появился, когда я был уже взрослым.
— А где вы его купили? — не останавливался Гарри и продолжал задавать вопросы.
— Знаешь, мой мальчик, бессмертное волшебное существо нельзя купить. Обычно они сами выбирают себе хозяина, становясь фамильярами — помощниками мага, — директору уже немного надоели эти расспросы, но он не мог упустить возможность привязать Поттера к себе.
— О-о-о… Это вы дали ему такое красивое имя? — Гарри понимал, что у него осталась возможность задать всего несколько вопросов — Дамблдор заметно раздражался. Нет, он по-прежнему сладенько улыбался, но Гарри, с детства приученный очень внимательно следить за изменением настроения тети и дяди, чтобы не попасться им под горячую руку, был искусным физиогномистом.
— Нет. Я не знаю, кто его так назвал. Но Геллерт так называл его, — по лицу Дамблдора скользнула тень, он был недоволен тем, что сказал. — Фоукс был раньше у моего друга, — нехотя добавил он, надеясь, что Поттер не обратит внимания на его оговорку.
— Ваш друг умер? Или он больше не захотел, чтобы Фоукс у него жил?
— Мой друг жив. Гарри, уже время ужина. Оставим все вопросы на следующий раз, — голос директора стал прохладным и категоричным. — Беги, тебе пора, мальчик мой.
— Конечно, господин директор. Спасибо, что познакомили меня с фениксом. Фоукс, до встречи, — выходя из кабинета, Поттер слегка дурашливо, как маленький ребенок, помахал фениксу на прощание, и тот ответил ему громким клекотом.
Ужин прошел без приключений. Гарри рассказал Драко о том, что ему посчастливилось погладить директорского феникса, на что получил интересный ответ:
— Странно. Очень странно.
— Что странного, Драко?
— Что ты знаешь о фениксах?
— Совсем мало. Что они волшебные существа. Что они сгорают и возрождаются из пепла. А что? — Поттера заинтриговало удивленное выражение лица Малфоя.
— Пробел образования? — усмехнулся Драко. — Знай — фениксы очень редкие волшебные существа и, можно сказать, однолюбы в пределах одной своей жизни от возрождения до самосожжения. Они обычно признают только своего хозяина и не расстаются с ним до смерти, сгорая вместе с его последним вздохом. Возродившийся феникс ищет новую кандидатуру волшебника, у которого он будет фамильяром. Часто они выбирают кого-либо из окружения бывшего хозяина, но не всегда. Они исключительно редко позволяют постороннему к себе прикоснуться. Даже подходить к ним близко бывает опасно — клюются и царапают когтями, раны потом очень долго не заживают. Нет, конечно, бывают исключения. Но совершенно не такие, как ты рассказываешь. Признавайся, ты приврал, что этот, как его… Фоукс сел тебе на плечо, — насмешка явственно прозвучала в его голосе.
— Нет. Честно, я ничего не придумал. Нужно почитать о фениксах… — Гарри задумался.
Это ведь он еще решил не говорить Драко, что Фоукс раньше был у Геллерта, как сказал директор. Поттер хотел сам выяснить, какой Геллерт в друзьях у Дамблдора. «Да и Снейп говорил, что Фоукс к нему иногда прилетает. Какой-то неправильный феникс получается, что ли? Директор сказал, что у него фамильяр с характером. Но, судя по рассказу Драко, Фоукс и не должен никого подпускать. А он вместо этого клюет собственного же хозяина?» — Гарри фыркнул своим мыслям, обещая себе обязательно разобраться со странным своеволием красивой птички.
— А я еще никогда не видел огненного феникса, — признался Драко.
— Устроить тебе экскурсию в кабинет Дамблдора? — насмешливо поинтересовался Поттер.
— Не стоит, — Малфой бросил взгляд на преподавательский стол. — Отец не оценит этого, — тихо добавил он.
— Отец? Почему твой отец против того, чтобы ты увидел феникса? — не понял Гарри.
— Он не против феникса. Он против… Прости, об этом не стоит говорить здесь.
— Хорошо. Как скажешь, — Поттер внимательно посмотрел на Драко, стараясь понять, что тот хотел сказать, и почему его взгляд потух и стал печальным. — Мне книгу сдать нужно, так что я после ужина в библиотеку. Ты как? Со мной?
— Нет, прости. Мне домой написать нужно. Ты не возражаешь, если я родителям про нападки близнецов напишу? — Драко, ожидая ответа, промокнул губы своим носовым платком, за неимением салфеток на хогвартском столе.
— Пиши обо всем, о чем хочешь, если считаешь это необходимым. Почему ты у меня спрашиваешь разрешения? — Поттера удивил подобный вопрос.
— Ну, они-то, в смысле — Уизли, вроде как именно на тебя нападают. Может, ты не хочешь, чтобы кто-то посторонний об этом рассуждал, — пояснил Драко, поднимаясь из-за стола следом за Гарри.
— Во-первых, я не считаю тебя посторонним, а во-вторых, ты тоже мог пострадать сегодня. Твои родители вправе знать об этом. И, думаю, ты можешь писать обо мне и обо всех студентах и преподавателях, если хочешь. Ладно, я в библиотеку, — сказал Гарри, поворачивая в сторону лестницы. Только теперь он вспомнил, что забыл рассказать Драко о подслушанном разговоре братьев Уизли возле директорского кабинета.
* * *
Поттер, как и собирался, в библиотеке поменял книгу для дополнительного чтения, отыскав труд о магических существах, где очень подробно рассказывалось о фениксах. Он доверял словам друга, но хотел убедиться сам, не упустил ли чего в своем рассказе Драко. Затем Гарри полистал новое издание справочника по зельеварению и немного посидел над домашним заданием на среду по Истории магии. Он и не заметил, как пролетело время, и только услышав просьбу библиотекаря мадам Пинс сдать книги и освободить помещение, понял, что до отбоя осталось совсем недолго. Спустившись по лестнице на первый этаж, Поттер свернул в коридор, который должен был привести его к спуску в подземелье. Всю дорогу от библиотеки Гарри казалось, что за ним наблюдают, он даже мысленно обругал себя за паранойю. Стоило ему свернуть за угол, как все встало на свои места. В нескольких ярдах перед ним стоял то ли Джордж, то ли Фред Уизли, и по-волчьи скалился, выставив вперед руку с волшебной палочкой, указывая ею прямо в грудь Гарри. Поттер в ответ выхватил свою волшебную палочку, но тут же выронил ее, получив ощутимый удар по руке от выскочившего сзади второго близнеца. Палочка покатилась по полу. — Браво, мистер Уизли, — гоготнул, похвалив себя, тот из братьев, что выскочил из-за спины. После этого Гарри получил двойной залп оглушающего заклятья — два Ступефая прозвучали практически одновременно — и потерял сознание. — Вы мастер, мистер Уизли, — поддержал похвалу брата тот, что раньше стоял посреди коридора, а теперь, продолжая скалиться, подходил к упавшему на пол Поттеру. — Палочку его подбери и помоги мне, — скомандовал он и ухватил Гарри за одну руку. — Думаешь, он будет молчать завтра? — А что он скажет? Что плохие мальчики заперли его в чулане? Так в этом нет ничего преступного. Шу-у-утка, как говорит директор. Поттера за руки притащили к чулану завхоза, где тот хранил инвентарь для уборки. Такие чуланы были на каждом этаже и почти в каждом длинном коридоре. Братья Уизли втолкнули Гарри в маленькое захламленное помещение, и он при падении зацепил то ли ведра, то ли тазы, но звон получился знатным. — Вот, блин! Бежим, — быстро заперев дверь заклинанием, близнецы Уизли вмиг ретировались из коридора.* * *
После отбоя прошло десять минут, затем еще десять, но Поттер в факультетскую гостиную не вернулся, и Драко не выдержал. Он подошел к старосте за советом: — Аманда, Гарри из библиотеки до сих пор не вернулся. К нему сегодня… — Уизли? — Аманда Корнфут не дала договорить. Она взяла Драко за руку и потянула к двери из гостиной. — Это уже все заметили. Идем к декану. Поттер — подопечный директора, и, если с ним что-то случится, Снейпу первому открутят голову. — То есть, если бы это был я или еще кто-то, ты бы так не волновалась? — задал вопрос Драко, спеша следом за мисс Корнфут, которая от его вопроса даже остановилась. — Малфой, для меня нет разницы между студентами. Я только имела в виду, что декану приходится особо приглядывать за Гарри Поттером, даже если сам Гарри этого и не замечает. Такова реальность, — под конец своего возмущенного спича она немного успокоилась, и они продолжили путь. — Гарри хороший человечек, но как бы мы ни старались видеть в нем обычного мальчика, ты должен понимать — это невозможно. Поттеру не нравится излишнее внимание к нему, но тут уже ничего нельзя изменить. Тем временем они, пройдя парой узких коридорчиков, остановились перед дверью, украшенной десятками различных рун и алхимических знаков. Аманда решительно постучала в нее. Не прошло и минуты, как дверь распахнулась, и на ее пороге застыл профессор Снейп, вопросительно глядя на поздних посетителей. — Декан, мистер Малфой обеспокоен тем, что его друг мистер Поттер до сих пор не вернулся из библиотеки, — четко объяснила ситуацию Аманда. Снейп посмотрел на Драко и мгновенно принял решение: — Мисс Корнфут, вернитесь в гостиную и проверьте, не вернулся ли Поттер за время вашего отсутствия. А мы с мистером Малфоем отправимся в библиотеку привычным путем, осматриваясь в поисках пропавшего. Догоните нас. Если мальчик не вернулся, захватите с собой Оливера, — тем временем они втроем уже вышли в коридор, по которому студенты Слизерина проходили от своей гостиной к кабинету зельеварения и лестнице на первый этаж. Когда Аманда побежала в факультетскую гостиную исполнять распоряжение декана, Снейп начал расспросы Драко: — Что заставило вас волноваться, мистер Малфой? Мистер Поттер никогда не нарушал режим школы? Сегодня произошло что-то особенное? — случай за завтраком в Большом зале не ушел от внимания Снейпа, и он хотел убедиться, что его тревога не беспочвенна. — Гарри никогда не нарушал режим школы специально, — храбро бросился на защиту друга Драко. Его сомнения, стоит ли рассказывать о хулиганских выходках близнецов, длились ровно три секунды. — Сегодня братья Уизли не давали ему прохода… — Ясно, — поднимаясь по лестнице из подземелий, хмуро сказал Снейп, выслушав взволнованный рассказ Драко. Он был немного зол на Поттера, который ни словом не заикнулся ему о приставаниях Уизли, хотя вполне мог после урока подойти и поставить его, как декана, в известность. Правда, немного обдумав ситуацию, Северус понял, что Гарри вряд ли станет когда-либо жаловаться по пустякам. К тому моменту Поттер уже пришел в сознание. Какими бы сильными ни были заклинания двух третьекурсников, но организм Гарри, поддерживаемый магией трех родов, довольно быстро справился с состоянием, вызванным серьезным магическим вмешательством. В комнате было темно и пахло универсальным волшебным пятновыводителем, который любил использовать завхоз, оттирая художества хулиганистых студентов и полтергейста Пивза на стенах коридоров. Из этого Поттер сделал вывод, что он находится в чулане для ведер и швабр. Он осторожно сел. Болела голова и весь правый бок. Видимо, его не очень ласково сюда доставили. Правая рука, на которую пришелся удар, когда выбивали волшебную палочку, слушалась с трудом и заставляла шипеть от боли. Гарри пожалел, что не владел каким-нибудь беспалочковым заклинанием, наподобие Люмоса. В темноте на ощупь было сложно определить — здесь ли его волшебная палочка. На Акцио палочка не отзывалась. Стараясь ничего не обрушить себе на голову, Гарри обследовал комнатушку, благо была она совсем маленькой. Очень быстро отыскалась дверь, которая, вполне ожидаемо, оказалась запертой. Перед Поттером стояла задача — попробовать отпереть дверь беспалочковой магией и отправиться в гостиную или немного подождать. «А вдруг эти придурки сидят неподалеку, надеясь еще раз развлечься? Я не имею права давать им в руки знание о моих способностях. Я не ранен серьезно. От того, как быстро я выйду отсюда, не зависит моя жизнь. Следует поступить так, как любой другой первокурсник на моем месте», — подумал Гарри и, найдя вслепую среди инвентаря швабру, стал ею колотить в дверь. Долго ожидать помощи не пришлось. Поднявшись на первый этаж, Снейп и Малфой сразу услышали стук. Этим коридором пользовались только для того, чтобы попасть в подземелья, до остальных факультетских гостиных и до жилых комнат профессоров отсюда было далеко. Так что шум вряд ли кто-то услышал бы до утра, разве что ответственный дежурный педагог при обходе, который обычно делался около полуночи, завернул бы сюда проверить, все ли в порядке. Снейп взмахом волшебной палочки заставил магические факелы в коридоре гореть ярче и поспешил на звук. Драко обогнал его и, очутившись рядом с чуланом, нервно спросил: — Гарри? — Драко?! — радостный голос Поттера был ему ответом. Подоспевший Снейп открыл чулан и подхватил вываливающегося из него Поттера. Болезненное шипение Гарри, когда его взяли за правую руку, и начавший багроветь кровоподтек на половину лица заставили Драко широко распахнуть глаза и прикрыть рот рукой, заглушая вскрик. С другого конца коридора к ним спешили Аманда и Оливер. — Гарри, — Снейп знал всех студентов со своего факультета по именам и иногда позволял себе, в исключительных случаях, такую фамильярность. Слизеринцы считали это признаком особого доверия и гордились, если им удавалось удостоиться подобной чести — быть названными по имени. Так что ни для кого не стало удивительным такое обращение к Поттеру. — Где болит? — Везде справа, — честно ответил Поттер. — Наверное, швырнули на пол. — Что значит «наверное»? — Снейп проводил диагностику, не торопясь куда-либо уходить. — Ступефай. Вернее — два сразу, — лаконично ответил Гарри. — Оливер, будь добр, сходи за директором. Скажи — на мистера Поттера совершено нападение. — Какое нападение? Ой! — Снейп дотронулся до поврежденной щеки, и у Гарри непроизвольно выступили слезы. — Оливер, я поставил тебе задачу, выполняй, — замешкавшийся Риверс удостоился недовольного взгляда. — Мистер Поттер, вы сомневаетесь в моей оценке ситуации? Или это не ваши слова о заклинании Ступефай я только что слышал? — язвительно поинтересовался Снейп, продолжая оказывать посильную помощь, как заклинаниями, так и с помощью зелья, флакон с которым был им выужен из кармана мантии. — Но нападение, это… — Нападение — это Ступефай в лоб, и вас в бессознательном состоянии отправляют в чулан, — отрезал Северус, которому надоело пререкание оживающего на глазах Поттера. Аманда и Драко молча стояли в сторонке и в разговор не встревали. — В грудь и спину, — буркнул Гарри. — Что «в грудь и спину»? — Ступефай. Не в лоб, а в грудь и спину, — пояснил Гарри, опуская глаза, так как заметил приближающегося Дамблдора, хорошо расслышавшего его последние слова в тишине ночного коридора. — Что случилось, мой мальчик? — обратился директор к Поттеру. — Меня закрыли в чулане, — Гарри кивнул в сторону открытой двери. — Оу. Надо там палочку поискать. После его слов Снейп качнул головой, направляя мисс Корнфут на поиски, а сам задал вопрос: — Так что же все-таки произошло? Мистер Поттер, в присутствии своего опекуна вы нам можете рассказать подробности? — Я возвращался из библиотеки перед самым отбоем. Когда повернул в этот коридор, — Гарри оглянулся, стараясь определить, где все произошло. Он указал рукой на самое начало коридора со стороны школьного вестибюля. — Вон там стоял один из близнецов Уизли. Не знаю, кто из них, я их не различаю. Он смеялся и направлял в меня волшебную палочку. Когда я достал свою, чтобы защититься, из-за моей спины выскочил второй близнец и ударил меня по руке. Палочка выпала из моей руки и покатилась. — Мистер Риверс, будьте добры, посмотрите там, где указал мистер Поттер. Возможно, его палочка еще лежит там, — перебил рассказ Снейп, получивший от мисс Корнфут ответ о том, что в чулане никаких волшебных палочек она не обнаружила. — Призывным заклинанием лучше не пользоваться, мало ли что… Простите, мистер Поттер, продолжайте. — А уже почти нечего продолжать. После этого они дружно произнесли: «Ступефай». Очнулся я в темноте. Все болело. Меня, наверное, бросили, а не просто оттащили в чулан. Я отыскал на ощупь швабру и начал колотить ею в дверь. Очень скоро вы меня нашли. Все, — Гарри упорно продолжал смотреть в пол. — Добавлю, директор, что мне после диагностики пришлось применить к мистеру Поттеру несколько обезболивающих заклинаний, вправить ему вывихнутую правую руку, по которой, как мы теперь знаем, били, отбирая волшебную палочку, так и не найденную, кстати. Я напоил его восстанавливающим зельем. К сожалению, для того, чтобы вылечить все причиненные ему повреждения и привести в порядок его лицо, у меня с собой ничего не оказалось. Этим я займусь чуть позже. И еще… — Снейп оглянулся на Малфоя. — Мне стало известно, что за прошедший день близнецы Фред и Джордж Уизли несколько раз предпринимали попытки навредить студенту моего факультета. Я требую принять серьезные меры и наказать их по всей строгости. Дамблдор молча смотрел на Гарри, что-то просчитывая про себя. Затем обвел глазами всех, собравшихся в это позднее время здесь в коридоре. — Гарри, как ты себя чувствуешь? — наконец-то после раздумий подал голос директор. — Уже лучше, сэр. — Северус, отправь своих студентов, кроме Гарри, в гостиную. Им пора спать. А мы немного пройдемся. После этих слов Дамблдор снова замолчал и, что-то продолжая обдумывать, неподвижным взглядом опять уставился на Поттера, пристроившегося у стены, опираясь на нее левым плечом. Гарри не признался, но правая нога тоже существенно побаливала. Ему хотелось присесть, а не бродить ночью по Хогвартсу, но, как говорил Снейп: «Директору не отказывают».
