Глава 32
3 января 2015 г., 09:51
Настроение у Рона и Гарри, только что возвратившихся через камин из Малфой-мэнора в Хогвартс, было не радужным. Поэтому на бодрую улыбку Дамблдора и его вопрос, как они провели время у друга в гостях, оба, не сговариваясь, ответили:
— Хорошо, но мало.
Снейп только насмешливо скривился на столь дружный ответ, а сами ребята удивленно переглянулись. Директор, отпустив Поттера и Уизли в факультетские гостиные, попросил Снейпа задержаться.
— Северус, присядь на пару минут, — предложил Дамблдор, пока Рон и Гарри, поправив на плечах новые сумки-рюкзаки, также полученные в подарок от родителей Драко, покидали его кабинет.
— Тебе нужен отчет? — Снейп проводил мальчиков взглядом, после чего устроился в кресле, предчувствуя непростой разговор.
— Ну, отчет — это громко сказано. Но я хотел бы узнать, чем занимались студенты, вверенные твоему вниманию, эти несколько дней. И не ершись, Северус. Ты знаешь, как я отношусь к Люциусу Малфою. Я ему не доверяю. Так что ты мне можешь рассказать? — Дамблдор перестал улыбаться сразу же, как только закрылась дверь за Поттером и Уизли.
— Ты считаешь, что Люциус может как-то использовать друзей своего сына для того, чтобы возродить Волдеморта? Ты же все время повторяешь, что он вернется, — Снейп насмешливо смотрел на директора. — Должен тебя разочаровать. Люциус видел Поттера и Уизли преимущественно за столом, во время принятия пищи. Остальное время ребята проводили в обществе друг друга. Им и без взрослых было не скучно.
— Я не говорил, что Люциус займется возрождением Волдеморта. Я думаю, что он может захотеть занять его место в политической борьбе.
— Это будучи-то под надзором Аврората? Альбус, не смеши меня, — Снейп саркастично посмотрел на директора, как на параноика. — Значит, возрождение Темного Лорда отменяется? Теперь мы будем искать злой умысел в действиях всех представителей древних родов?
— Ты считаешь, что я зря тревожусь? Тогда почему из всех студентов школы Гарри выбрал в друзья сына преданного соратника Волдеморта?
— Так вот как ты оцениваешь дружбу Поттера? А ты не думал, что из всех первокурсников, попавших на Слизерин в этом году, Драко самый воспитанный и спокойный ребенок? И именно поэтому Поттер стал с ним дружить? На твоем месте я бы удивлялся, как это вышло, что к ним в компанию затесались двое гриффиндорцев. Ты раньше, насколько мне помнится, не очень жаловал такие дружеские альянсы, — Снейп скорчил слегка презрительную гримасу, намекая, что в свое время его дружба с Лили никогда не поддерживалась Дамблдором и даже открыто ставилась под сомнение.
— Времена другие, Северус. Ты сам понимаешь, что Гарри должен был попасть на Гриффиндор. Поэтому меня не удивляет, что его тянет к близким ему по духу детям, — Дамблдор был недоволен тем, какой оборот принял их разговор. Совсем не об этом он собирался побеседовать со Снейпом. — Так все же, чем занимался Гарри, когда был в Малфой-мэноре?
— Ел, пил, спал, принимал подарки, играл в парке с друзьями в снежки, учился ходить на лыжах, складывал магические пазлы, секретничал с Драко и Роном, облазил вместе с ними почти весь Малфой-мэнор. Я не сидел над ним, как дуэнья, Альбус. Могу только сказать, что настроение у всех троих ребят было отличное, и они были довольны своим общением. Считаю, что ты правильно поступил, разрешив им эту встречу. Да и я доволен, — Снейп усмехнулся. — Ты же знаешь, что я люблю утонченную кухню. А у Малфоев отличный вкус в этом отношении. К тому же у меня, как у желанного гостя, был доступ к библиотеке.
— Желанного? — Дамблдор подозрительно зыркнул на Северуса.
— А как же? Я ведь декан факультета, на котором учится их сын. Первое, о чем меня ненавязчиво попросил Люциус — это уделить его сыну особое внимание и присмотреть за ним.
— Люциус всегда думает о своей выгоде, — пренебрежительный тон Альбус даже не пытался скрыть.
— Почему он должен меняться? У тебя есть еще вопросы? Мне стоит заняться подготовкой к новому семестру.
— А что ты говорил о подарках? Что-то особенное? — Дамблдор, казалось, просто тянул время, обдумывая, как подступиться с чем-то не очень приятным.
— Сумки для книг и вещей. Ты видел их. Какие-то навороченные, с массой полезных чар. Сам понимаешь, у Малфоев все по высшему разряду. Еще кое-что из одежды, детские игры, мелочи всякие. Да я не очень и присматривался. Обратил внимание, что всем троим подарки были одинаковые. Что очень мудро было со стороны Нарциссы, ведь именно она занималась подбором подарков, — Снейп сделал паузу. — Альбус, ты хочешь еще о чем-то спросить? Я же вижу.
— Спросить? Пожалуй. Северус, ты ходил с Поттером в Гринготтс? — Дамблдор был уверен в своих выводах, ведь судя по тому, сколько Гарри успел «наворотить» в банке, поход туда с Хагридом был у него не единственным. Летом попасть в Косой Переулок у Поттера возможности не было, так считал Дамблдор, следовательно, он был там на каникулах.
— Ходил, — не стал отпираться Снейп, зная, что их могли видеть. Да и не собирались они с Поттером это скрывать.
— Зачем? — директор зло поджал губы. Догадываться, что Снейп косвенно поспособствовал Поттеру устроить неприятности для него — это одно, а вот получить подтверждения своим догадкам — это совсем другое.
— Мистер Поттер хотел встретиться с управляющим делами рода в банке. Это противозаконно? — слегка насмешливый взгляд Снейпа не повысил настроения Дамблдору.
— Северус, я договаривался с тобой, что ты не будешь своевольничать в вопросах, связанных с Гарри. Я его опекун, а не ты, — раздражение и недовольство сквозило в голосе директора.
— Что я такого сделал? Насколько мне известно, несовершеннолетний наследник не имеет почти никаких возможностей влиять на процесс управления финансами, кроме формального контроля.
— Ты присутствовал при его разговоре с гоблином? — Дамблдор пропустил мимо ушей слова Снейпа.
— Я присутствовал в комнате, когда Поттер разговаривал с гоблином. Если именно это ты у меня спрашивал. Это было моим условием Поттеру, когда он попросил сопроводить его в Гринготтс. Я не собирался выпускать его из виду. Он согласился, поэтому в кабинет гоблина мы отправились с ним вместе. И сразу добавлю — я не знаю, о чем они говорили. Они перебирали какие-то записи — это все, на что я обратил внимание. Ты же знаешь, что гоблины не терпят тех, кто сует свой нос не в свои дела, — Северус говорил холодно и отстраненно, чем давал понять, что ему неприятна эта тема.
— Тебе не стоило вести Поттера в банк, не посоветовавшись со мной, — категоричный тон Дамблдора не понравился Снейпу.
— Если тебе не подходит то, как я присматриваю за твоим опекаемым, то можешь перепоручить это Минерве. Я не собираюсь просить разрешения на каждый шаг и отчитываться за каждый чих Поттера! — вспылил Снейп.
— Не возмущайся, Северус. Впредь, если Гарри попросит тебя повести его в Гринготтс, скажешь ему, чтобы по этому поводу он обращался ко мне.
— И когда же это он попросит меня об этом? Каникулы уже практически закончились. Или ты предполагаешь и на лето мне его подбросить? — Снейп подозрительно смотрел на директора, а сам думал, что такой вариант был бы очень удобным.
— На лето? Нет, не думаю… Хотя до лета еще дожить нужно, — неопределенно ответил Дамблдор. — Ладно, Северус, надеюсь, ты понял мою позицию относительно походов Гарри в банк.
— Понял, — хмыкнул Снейп. — А откуда ты узнал, что я водил его в Гринготтс?
— Догадался.
— Вот просто так взял — и догадался? — насмешничал Северус. Он хотел узнать, кто передал директору о его походе с Гарри в банк. Ведь никого знакомого в зале Гринготтса Снейп в тот день не заметил. Зато он знал от гоблина, что Дамблдор собирался навестить банк. Неужели гоблин директору рассказал? Неприятно было сомневаться в способности гоблинов хранить тайны клиентов.
— У меня появились основания считать, что Поттер побывал в Гринготтсе. Учитывая, что Гарри был с тобой на каникулах за пределами Хогвартса, согласись, догадаться, кто его сопровождал, было несложно, — Дамблдор довольно ухмыльнулся, словно хвастался своими недюжинными способностями здраво рассуждать. — Я удовлетворил твое любопытство?
— Вполне. Я могу отправиться к себе? Или ты еще о чем-то «догадался» и жаждешь моего отчета?
— Нет, Северус, у меня к тебе вопросов больше нет. Пока. А там видно будет. Я больше тебя не задерживаю, — высокомерный взгляд и взмах рукой в сторону двери дали понять, что Дамблдор выяснил все, что его интересовало.
«Какой апломб! Словно собственного секретаря отпустил делами заниматься. Ничего, я терпеливый и дождусь того времени, когда смогу стереть с твоей рожи это самодовольство», — мысленно возмущался Северус, выходя из кабинета Дамблдора, хотя по его виду этого нельзя было даже заподозрить.
* * *
Тем временем в гриффиндорской гостиной Рона встретили братья. Перси, узнавший о планах близнецов «разобраться с младшим», услышав шум в гостиной, поспешил на помощь Рону. Картина, которую он застал, была отвратительной. Рон, еле сдерживая слезы, просил братьев отдать его новую сумку. Фред и Джордж безуспешно пытались открыть рюкзачок, а когда это у них не получилось, попробовали за лямки его разорвать. — Прекратите! Совсем сбрендили? Мальчишки на миг замерли, но поняв, что это Перси старается их остановить, решили не обращать внимания и продолжили свои издевательства над сумкой. — Вы меня не слышали? Я сейчас позову директора! Вы осознанно норовите повредить чужую вещь, — попытался охладить их пыл Перси. — Почему это чужую? Это Рончика, — заявил Фред. — А он наш брат. Значит, это не чужая вещь, — продолжил объяснение своей позиции Джордж. — Отдайте сумку Рону. Или я зову директора. Вы обещали ему, что не будете больше безобразничать. Ненадолго же вас хватило, — не сдавался Перси. — Прекратите нас позорить своими выходками! — Да что мы такого делаем? Мы только хотели посмотреть, что Рончику Упиванцы подарили. — А что ты им за это подарил, братец? — Джордж раскачивал рюкзачок, взяв его за лямку. — Отдайте, — Рон выхватил сумку, почувствовав поддержку Перси. Тот всегда старался его защитить от хулиганов-близнецов. — А почему мы его не смогли открыть? Что ты там прячешь? — Ты теперь тоже Упиванец? Да, Рончик? — Замолчите! Мистер и миссис Малфой очень хорошие. Они добрые и внимательные. И не смейте их обзывать! — Рон стоял с расширившимися от удивления глазами, он и сам не ожидал от себя такого. Ему, конечно, понравились родители Драко: и приветливая миссис Малфой, и мистер Малфой, рассказывающий интересные истории. Только вот рассказывать о них он никому не собирался. — Так-так-так… Хорошие, говоришь? — Джордж насмешливо смотрел на Рона. — А почему тогда они пригласили только тебя? Они разве не знали, что здесь еще двое… — Джордж оглянулся на Перси. — Нет. Трое твоих братьев остались в Хогвартсе на каникулы. Это так по-доброму, пригласить тебя в гости… — Завидуйте молча! — усмехнулся Рон, поняв, что братьями двигала обычная зависть. Он решил их подразнить, надеясь, что в присутствии Перси они ему ничего больше не сделают. — Если бы вы не трогали Гарри, то, возможно, тоже смогли бы побывать в замке Малфоев. Знаете, как там здорово? И подарки получили бы. Но вы… — Рон. Они это и так понимают, — прервал его Перси, опасаясь, что близнецы могут разозлиться на хвастливые рассказы Рона. — Понимаем? Мы понимаем, что Рончик сдал нас Маккошке… — Профессору МакГонагалл, — поправил его Перси. — Какая разница? — огрызнулся Джордж на его слова и ткнул пальцем в сторону Рона. — Ты еще не расплатился с нами за свое предательство. — Я вас не предавал! Я просто сказал правду декану! Не будете впредь трогать моих друзей! — Рон раскраснелся от негодования. — И предупреждаю сразу — я обязательно напишу маме о том, что вы пытались порвать мою новую сумку. — Посмотрим, что еще скажет мама о том, что ты ходил к этим Упив… — Фред! — осадил его Перси. — Прекратите этот балаган! Рона пригласил в гости друг. Никто ведь не виноват, что у вас нет друзей, желающих видеть вас у себя дома. — У тебя тоже, — Джордж насмешливо скривился. — Ошибаешься. Меня приглашали в гости. Но я, как старший брат, решил не оставлять вас без присмотра. И вижу — оказался прав. А мама, к вашему сведению, знает о том, что Рон был в гостях. Я ей написал. А сейчас — оставьте в покое брата и дайте ему пройти в свою спальню. — Перси, ты такой зануда. Шуток совсем не понимаешь, — Фред решил, что уж Перси мама точно поверит, если тот напишет, как они встретили Рончика. — Мы же просто дразнили нашего «крошку», — Джордж, с полуслова понимавший брата-близнеца, поддержал Фреда. — Хороши шутки, — проворчал Рон, отправляясь в спальню первокурсников. — Рон, зайди ко мне и забери Коросту, — бросил ему вслед Перси. — Ой! Точно. Я сейчас. Спасибо, что присмотрел за моей крысой, — Рон искренне улыбнулся брату. Если бы у него кто-то спросил, кого из своих братьев он любит больше всего, то он, не задумываясь, ответил бы, что Перси. Чарли и Билл были слишком взрослыми, а близнецы всегда, сколько Рон себя помнил, не давали ему проходу со своими шуточками. Так что выбор у него был не столь и велик. Как бы Рон ни старался держаться перед близнецами, но только закрыв за собой дверь спальни, он почувствовал облегчение. Еще в Малфой-мэноре он задумывался о том, как братья воспримут все подарки, которые он получил от родителей Драко. Уизли были малообеспеченной семьей, и покупать детям вещи высокого качества у них не имелось возможности. Да что там говорить, зачастую приходилось покупать одежду на распродажах. Но никто не роптал, привыкнув к такому укладу жизни. Только вот и Билл, и Чарли, как только закончили Хогвартс, сразу же нашли себе работу достаточно прибыльную, чтобы жить отдельно от семьи. Билл работал в банке с гоблинами, Чарли и вовсе укатил в Румынию в драконий заповедник. Насколько знал Рон, Перси тоже мечтал найти престижную работу после окончания школы. Учитывая его успеваемость, он вполне мог рассчитывать на место среди клерков Министерства Магии. О чем думали близнецы, Рон не знал и знать не особо хотел. Как говорила их мама — близнецы были паршивой овцой в их семье, вернее, двумя паршивыми баранами. Рон усмехнулся своим мыслям. Он переодевался и тем временем прикидывал, чем бы ему заняться до обеда. Сидеть в гостиной с близнецами ему не хотелось, потому что они опять начнут смеяться над ним. Они всегда находили к чему придраться. Вот уж действительно, их поведение стало примером того, как не стоит поступать, который был перед глазами Рона всю его сознательную жизнь. — Как хорошо было в Малфой-мэноре, — прошептал Рон. — Никто не издевался, было весело и интересно. Я за эти несколько дней узнал больше, чем за все лето дома, — он сел на кровать и задумался. Эти праздники принесли ему не только подарки. Рон узнал своих друзей намного лучше, чем за месяцы учебы, он увидел их с другой стороны. Рон понял, что знания — это возможность чего-то достичь. Вообще-то ему и раньше об этом не раз говорили и родители, и Перси. Но то были просто слова, а вот погостив в Малфой-мэноре, Рон осознал чего можно достичь, если не лениться. Он был реалистом и догадывался, что ему и за десять жизней не заработать столько денег, чтобы построить хотя бы половину такого замка, в каком живет его друг, но в нем проснулось желание измениться. Рон видел, что друзья с радостью ему в этом помогут. Ведь Гарри и Драко никогда не смеялись, если он чего-то не знал или не понимал. Они подсказывали, учили сами или просили помощи у взрослых. Друзья показали Рону, что знания могут быть не скучными. Один только волшебный глобус Драко чего стоит — Рон мог часами сидеть над рассказами о разных странах и городах. Рон понял, что хочет научиться всему, что знают его друзья. — Для этого нужно идти к Гарри, а не сидеть одному в комнате, — принял решение Рон и направился к двери. Выйдя в гостиную, он вспомнил, что еще не забрал крысу у Перси. Делать было нечего, и ему пришлось зайти к брату. — Оу! Перси, ты поселил Коросту в клетку? — Рон удивленно смотрел на крысу, свернувшуюся в углу довольно просторной клетки. — Я не знаю, как ты за крысой следишь, но у меня она в первый же день куда-то сбежала часа на четыре, не меньше. Ты же знаешь, что правилами не разрешается, чтобы звери сами бегали по замку. За ними нужно обязательно присматривать. Я не собирался за ней по всему Хогвартсу мотаться. А ты как хочешь, я могу клетку и уничтожить. Я ее трансфигурировал, — пояснил Перси свое решение запереть крысу в клетку. — У меня Короста тоже несколько раз сбегала, и я боялся, что ее коты сожрут. Можно я с клеткой ее заберу? Когда буду уходить — пусть лучше в клетке сидит, — Рон постучал по прутьям и обратился к крысе: — Ты же не против, как я погляжу? — Забирай клетку. Она у меня качественная вышла. До конца учебного года чары должны продержаться. И я согласен с тобой — пусть лучше сидит в клетке, чем по вашим вещам будет ползать. Рон подхватил клетку и, еще раз поблагодарив брата за хлопоты с Коростой, отнес питомца в свою комнату. Проверив, чтобы у крысы была вода и еда, Рон со спокойной совестью отправился на поиски Поттера. Он не знал, где находится гостиная Слизерина, но рассчитывал, что встретит кого-то из педагогов, чтобы спросить дорогу.* * *
Гарри разобрал вещи из сумки: одежду переложил в свой волшебный саквояж, писчие принадлежности в тумбочку, в свой «старый» рюкзак сложил книги, которые мистер Малфой разрешил взять из их библиотеки, чтобы почитать на досуге, в новый рюкзачок отправились учебники и все необходимое для занятий. После того, как все вещи заняли предназначенные им места, на кровати Поттера осталась лежать еще одна новенькая сумка, такая же, какую он получил в подарок от родителей Драко, только девчачья, как заявил Рон. Миссис Малфой решила, что будет уместно передать небольшой подарок и для Гермионы, о которой она много слышала от ребят во время каникул. До обеда еще оставалось время, и Поттер задумался, как его лучше провести. Можно было достать одну из книг, взятых в Малфой-мэноре, и почитать. Гарри немного соскучился за время каникул по чтению, он любил узнавать что-то новое, позволяющее лучше разбираться в окружающем его мире. Можно было заняться домашним заданием. Профессора Хогвартса, в отличие от маггловских учителей, на каникулы почти ничего не задавали, но все в один голос твердили, что студенты должны повторять пройденный материал. Так что можно было взять конспекты и вспомнить то, чему их учили с сентября. А еще был вариант — пойти разыскать Рона и предложить ему отправиться на улицу подышать свежим воздухом. Здесь возникали некоторые затруднения. Во-первых, мало было прийти к гостиной Гриффиндора, необходимо было как-то передать приглашение для Рона внутрь. Учитывая, что на каникулах почти никого в гриффиндорской башне не осталось, как и во всем Хогвартсе, то можно было стоять там под портретом Полной дамы до посинения. Конечно же, портрет на входе был обязан передать его просьбу в гостиную, если там кто-то находился, но Гарри был неосторожен, и Полная дама услышала, как он критиковал ее платье с кружевами, и теперь была обижена на него. Так что ожидать от нее помощи было глупо. Во-вторых, имелась реальная возможность столкнуться с близнецами Уизли, чего Гарри в последнее время избегал, чтобы не провоцировать их. Близнецы не могли ему ничего сделать до каникул, потому что отбывали наказание, назначенное директором. Насколько бы импульсивными они ни являлись, все же быть отчисленными из Хогвартса не входило в их планы. Но сейчас отработки близнецов уже закончились, и было неизвестно, как они себя поведут, станут ли сдерживаться или снова примутся за старое. Так что встречаться с ними Гарри не спешил. А в-третьих, Поттер не знал как себя вести с Роном. Когда рядом был Драко, все было проще — они в Малфой-мэноре втроем играли, спорили, смеялись над шутками и задумывались над некоторыми словами взрослых. Но сейчас Гарри должен был показать свое личное отношение к Рону, оставшись с ним один на один. Поттер ведь прекрасно понимал, что вся их компания собралась вокруг него, что он ее центр, и его отношение к Драко, Рону и Гермионе определяет атмосферу, которая складывается в их маленьком дружеском коллективе. Поведение Рона в Малфой-мэноре поставило Гарри в тупик, и он все еще не знал, как из него выбраться. Поттер считал дружбу с Роном по большей части навязанной директором, хоть инициатором был сам Рон, который, судя по всему, даже не догадывался, что Дамблдору чем-то выгодно его стремление дружить с Гарри. Простота и недалекость были так естественны в поведении Рона на фоне его бесконечной лени, что взвешенные и достаточно зрелые мысли, высказанные им в Малфой-мэноре, просто не укладывались в привычные рамки. «Я тоже хитрый и изворотливый», — эти слова Рона, сказанные им в пылу ссоры с братьями, все чаще в последние дни всплывали в памяти Поттера. «Неужели, Рон не так прост, как кажется? — думал Гарри. — Драко мне тоже говорил, что такая блестящая игра в шахматы предполагает наличие определенного склада ума, характерного для хороших стратегов. Неужели Рон все время только притворяется недотепой? Не хотелось бы в один прекрасный момент понять, что он нас обманывает, выполняя чью-то волю. Но его рассказ о «конфетках» директора. Его противостояние с близнецами, усилившееся после открытого признания Рона профессору трансфигурации об их шалостях. Его мелкие оговорки, дающие понять, что он заботится обо мне иногда даже больше, чем о себе, — Поттер разлегся на кровати и перебирал в памяти все те случаи, когда Рон волей или неволей подтверждал свою искреннюю привязанность к нему, к Гарри. — Нет. Не похоже, что Рон поет с чужого голоса. Скорее верится в то, что он стремится вырваться из того мира, в котором жил до сих пор, что он хочет измениться. В хорошее верить всегда приятнее», — констатировал Гарри, так и не придя к определенному заключению, когда услышал, как открывается дверь в комнату. Он подскочил с кровати, оглядываясь на вход, и еле сдержал вздох разочарования — в проеме двери стоял Дамблдор.
