Глава 33
3 января 2015 г., 09:52
— Гарри, мальчик мой, что же ты не пришел ко мне поделиться впечатлениями? Ты ведь знаешь, что меня интересует все, что происходит в твоей жизни, — голос директора был сладок, как пение сирен.
— Простите, профессор Дамблдор, но вы не говорили, что желаете меня сегодня увидеть. Я же понимаю, что у вас много забот, поэтому не хочу мешать вам своей болтовней, — за несколько месяцев Поттер уже научился разговаривать с опекуном так, чтобы выглядело и уважительно, и не бросалось в глаза его нежелание общаться с ним. — К тому же вы попросили остаться декана после нашего прихода...
— Что ты, Гарри. Ты всегда желанный гость в моем кабинете. Я уже неоднократно тебе говорил, что ты можешь приходить ко мне в любое время. А с профессором Снейпом мы только сверили расписание на второе полугодие.
Поттеру показалось странным, что Дамблдор отчитывается перед ним, о чем беседовал со Снейпом. Вывод напрашивался только один — они говорили о Гарри.
— У нас будет новое расписание? — спросил Поттер лишь для того, чтобы поддержать разговор, он снова присел на край кровати, после того как директор взмахом руки наколдовал себе кресло посреди их комнаты.
— Будет немного изменений. Совсем немного и только временно. Профессор ЗОТИ сейчас занят какими-то исследованиями и просил, чтобы я организовал ему возможность иногда отлучаться во время занятий. Необходимо, чтобы в этом случае был заранее приготовленный вариант подмен. Но профессор Квиррелл обещал не злоупотреблять, чтобы его исследования не повлияли на качество обучения студентов защите от темных искусств. Тебе же нравится этот урок? — Дамблдор выглядел таким заинтересованным, что постороннему наблюдателю он мог показаться идеальным опекуном.
— Нравится, сэр. Только… — Поттер запнулся, он чуть не высказался о странностях профессора Квиррелла и его опасных изысканиях, таких, как работа с троллями.
— Что, мой мальчик, я тебя слушаю. Не бойся мне высказать свое мнение, — подбодрил его директор, желающий расположить Гарри к себе.
— А вы не расскажете профессору Квирреллу? — решил бросить пробный камень Поттер, подумавший: «А почему и не высказаться по этому поводу, чтобы усыпить внимание директора».
— Профессору? Нет, я ничего ему не расскажу, — Дамблдор ободряюще улыбался, хотя Поттер и видел искусственность этой улыбочки.
— Хорошо. Я бы запретил профессору Квирреллу заниматься всякими изысканиями. Меня чуть не убил его тролль. И вообще, он странный. Носит этот тюрбан… Он же не араб? Так зачем тогда? И заикается. Старшекурсники говорят, что раньше он нормально разговаривал, — Гарри захотелось насолить профессору Квирреллу, по вине которого он чуть не погиб, но которого даже не наказали за это. Снейп рассказывал, что директор все списал на несчастный случай. Северус тогда еще возмущался, что Дамблдор защищает всех убогих умом для того, чтобы можно было ими помыкать по своему усмотрению.
— Гарри, ты же понимаешь, что история с троллем — это был несчастный случай. Я не могу запретить профессорам заниматься научными изысканиями, если это существенно не мешает учебному процессу. А внешний вид… У нас нет регламента, по которому запрещалось бы носить тюрбан, — Дамблдор развел руками, подтверждая свои слова, а сам мысленно уже хвалил себя за правильно выбранное направление для отвлечения внимания Поттера от недетских занятий, таких как вмешательство в работу директора с банком. По всему было видно, что Гарри заглотит наживку, когда придет время.
— Я только высказал свое мнение, как вы мне посоветовали, — Поттер понял, что Квирреллу ничего не было и не будет за его художества, пока он не переступит черту, как и близнецы. Это заставляло задуматься и немного присмотреться к профессору ЗОТИ.
— Да, конечно. Я это понял. Как ты отдохнул в гостях у друга? Тебе понравилось у него дома? — директор сладенько улыбался.
— Очень понравилось, сэр. У Драко очень красивый дом. Целый замок, — скупо похвалил свое посещение Малфой-мэнора Гарри.
— Тебя не обижали, не пытались тебе навредить?
— Что вы, сэр! Я же был приглашен в гости, — Поттер, не выказывая своего знания законов магического гостеприимства, все же ткнул директора носом в то, что было бы как минимум непоследовательно со стороны Малфоев сначала пригласить Поттера в гости, а затем причинить ему намеренный вред. И это не говоря уже о наказании от Магии, которое ждет как хозяев, так и официально приглашенных в гости, если кто-то из них задумает совершить что-то недоброе.
— О чем с вами разговаривали родители Драко? Вы ведь беседовали с ними? — в глазах Дамблдора светилась жажда узнать что-то особенное, что могло бы помочь ему в построении своих дальнейших планов.
— Спрашивали про успеваемость немного поначалу. Потом их интересовало только, комфортно ли мы расположились, и не скучно ли нам в Малфой-мэноре, — Гарри подпустил в свой голос равнодушия, чтобы дать понять, как ему безразличны взрослые и их расспросы. Директор понял, что ничего интересного он от Поттера не узнает, и решил оставить свои вопросы для Уизли, который был не столь зажатым ребенком.
— Ох! Гарри, я чуть не забыл, зачем пришел к тебе! — Дамблдор сделал странный пас рукой, и на кровати рядом с Поттером появился пакет, перевязанный красной лентой. — Так получилось, что и на Рождество ты уходил из Хогвартса, и Новый год встречал в кругу друзей. Поэтому у меня практически не было возможности отдать тебе свой подарок.
— Вы не обязаны, профессор, — Гарри подозрительно смотрел на пакет.
— Мальчик мой, это, скорее, подарок не от меня, а от твоего папы. Так вышло, что у меня много лет хранилась его вещь. Я подумал, что ты уже достаточно взрослый, чтобы суметь ею распорядиться правильно, — Дамблдор с трудом сдерживался, чтобы не скрипеть зубами от расстройства, что приходится отдавать древний артефакт мальчишке.
Гарри сразу догадался, о чем идет речь. Он понял, что директор решил не дожидаться, когда Гарри потребует вернуть Мантию-невидимку. Вероятно, понимал, что закон на стороне Поттера. Лента легко развязалась, и обертка сама собой раскрылась, представив взору ткань, похожую на плотный шелк. Гарри поднял Мантию, дав ей свободно повиснуть у него в руках. Синевато-зеленый рисунок из переплетающихся ветвей и листьев создавал впечатление, что смотришь на крону сказочно-волшебного дерева. Встряхнув Мантию, Поттер сделал вид, что не знает, какое сокровище держит в руках и спросил:
— А что это, профессор Дамблдор? Мантия моего отца?
— Это артефакт, который хранил твой отец, Гарри. Надень эту мантию, — предложил он.
Поттер послушно выполнил его наказ. Он сразу понял, что имеет дело с родовым артефактом. Мантия, казалось, сама льнула к нему, плотно укутывая и пряча от глаз посторонних. Гарри чувствовал древнюю магию, исходящую от Мантии-невидимки. Словно у этой магии был свой особенный вкус, аромат или цвет. Она неуловимо отличалась от проявлений магии, заключенной в современные волшебные предметы, заставляя откликаться личные магические потоки волшебника, настраиваясь на их особенности.
— А теперь посмотри в зеркало, — Дамблдор указал в сторону стены, где в комнате было установлено большое зеркало, перед которым любил повертеться Драко.
— Ух ты! — увидеть, что в зеркале отражается только твоя голова, а остальное тело словно растворилось в воздухе, было для Гарри впечатляюще. — Это мантия-невидимка? Правда?
— Да, Гарри. Я надеюсь, что ты достаточно разумен, чтобы понимать, что это ценная вещь и ее необходимо беречь, — пояснял Дамблдор, думая, не рано ли он отдал артефакт? Вдруг Поттер его потеряет или еще что-то с ним сделает. Директор был уверен, что древние чары не позволят мальчишке уничтожить вещь, но иррациональный страх все же не давал покоя.
— Тогда, может, мне отнести Мантию-невидимку в Гринготтс? Пусть ее спрячут в сейф, пока я не вырасту, — Гарри с удовольствием наблюдал, что Дамблдору не пришлась по вкусу его идея.
— Ты должен знать, Гарри, что тогда ты сможешь ее взять из Гринготтса только, когда тебя утвердят в правах наследника. А это в семнадцать лет. И только при условии, что ты будешь принят Магией как наследник рода, — вкрадчивый голос директора все же выдавал его напряжение. — Если ты уверен, что раньше тебе Мантия-невидимка не понадобится, и ты не собираешься ни от кого прятаться под ее полами, то можешь отнести ее в банк, конечно, — Дамблдор ухмыльнулся, стараясь заинтересовать Поттера открывающимися возможностями, если воспользоваться Мантией-невидимкой.
— Я подумаю, сэр. Спасибо за подарок, — Гарри осторожно сложил Мантию.
— Подумай, мой мальчик. Подумай, — Дамблдор поднялся из кресла и развеял его взмахом руки. Эти показательные жесты директора по применению беспалочковой магии должны были продемонстрировать его уникальные способности. Дамблдор считал, что магическая сила такого уровня впечатлит Поттера и заставит его проникнуться уважением к ней. — Чем планируешь заняться до обеда?
— Хочу пригласить Рона на прогулку в школьный двор. Нам же не запрещено выходить из здания? — Гарри, привыкший к наблюдению за использованием беспалочковой магии Томом и Севом, да и сам умеющий немного колдовать без палочки, даже не обратил внимания на старания директора.
— Конечно же, не запрещено. Погулять на свежем воздухе с другом — что может быть интереснее в твоем возрасте? Отдыхай, Гарри, — Дамблдор кивнул молчаливому Поттеру и вышел из комнаты.
Гарри сразу же спрятал Мантию-невидимку в свой саквояж. Он подумывал посоветоваться с Северусом, как ему быть с артефактом, так неожиданно вернувшимся к нему. Набросив теплую мантию, Поттер решил все же попытать счастья и отправился к гриффиндорской гостиной.
* * *
Выйдя к вестибюлю, Гарри не сдержал довольной улыбки, увидев Рона, направляющегося в его сторону. — Ты тоже решил прогуляться на улице? — Поттер кивнул на зимнюю мантию на плечах Рона. — Я шел тебя пригласить, — согласился Уизли. Через несколько минут они уже брели по заснеженным дорожкам школьного двора. Бегать и играть в снежки не хотелось, особенно после того, как последние два дня они этим только и занимались в парке Малфой-мэнора. — Я уже соскучился по Драко, — прервал молчание Рон. — Правда? — хмыкнул Гарри. — А может по его дому? — У него в гостях было очень здорово. Мне глобуса будет не хватать. И миссис Малфой такая приветливая. Как она учила меня разбираться в этой куче всяких ложек-вилок, — Рон хохотнул. — Я, кажется, и половины не запомнил. Но она такая терпеливая. Не то, что профессора в школе. — МакГонагалл разве тебя когда-нибудь ругала? — Нет. Но Снейп ругает. Хотя в Малфой-мэноре он был… — Рон словно только сейчас понял, что Снейп на него ни разу не повысил голос и ни разу не язвил в его адрес за все время, что они были в гостях. — Гарри, а ведь… М-да… Точно. Он меня не ругал, — Рон удивленно смотрел на Поттера. — Может, не было причины? — насмешливый взгляд Гарри, брошенный в ответ, заставил Уизли еще больше задуматься, и он замолчал на несколько минут. — Знаешь, там, в Малфой-мэноре, и вы с Драко были какие-то другие. Нет, не так. Не другие, но я вас узнал намного лучше. Надеюсь, и вы меня тоже, — Рон порозовел от смущения. — Я не так много знаю, как вы, но… Думаешь, я смогу учиться лучше? — Вполне. Будет трудно вначале, но потом привыкнешь. Мне сейчас очень нравится что-то новое узнавать. Я могу целый день читать и слушать учителей. — Ну, я читать целыми днями не смогу. К такому подвигу я не готов. Это только возле глобуса у меня получалось, — Рон усмехнулся воспоминанию о своем предположении, что на глобусе были специальные привлекающие чары. — Да и не все учителя интересно рассказывают. Но мне бы хотелось… Только ты не смейся, — Рон посмотрел на Поттера, у которого после этих слов губы самопроизвольно начали вытягиваться в улыбку. — Мне бы хотелось чего-то добиться. Когда я вырасту. Ты понимаешь? — Понимаю. — Ты и Драко — наследники богатых родов. А я… У нас… — Рон, я понимаю, что ты хочешь сказать, — Гарри стал серьезным, заметив, что на глаза друга стали наворачиваться незваные слезы. — Нет ничего унизительного в том, что ваша семья небогата. Если ты захочешь, то сможешь в будущем добиться успеха. Для этого тебе придется приложить усилия. Ты же видел, что быть наследником богатого рода — это еще не значит, что в будущем ничего не придется делать? Драко обучают с семи лет управлять поместьем. — Я это уже понял, — закивал воспрянувший духом Рон, получив поддержку Поттера. — А знаешь, Перси наколдовал клетку моей крысе, — сменил он тему. — Только не нужно про крыс, — Гарри передернулся. — Прости, но не люблю я их. Фуу. У нас в маггловской школе на заднем дворе столовой мусорные баки стояли, так там крысы водились. Меня однажды… — Поттер запнулся, поняв, о чем собирается рассказать. Он не очень распространялся о своем прошлом, и вот вдруг ему захотелось объяснить Рону, почему он не любит крыс. — Однажды мой кузен со своими дружками загнал меня к тем бакам. Он частенько меня колотил, — Гарри бросил взгляд на Рона, чтобы увидеть его реакцию. Уизли внимательно слушал. — В общем, с бака на меня прыгнула крыса. Прямо на голову. Я так испугался, что вмиг запрыгнул на козырек, который над дверью в столовую был. Сам не мог тогда понять, как это вышло. — Магия, — серьезно кивнул Рон. — Так бывает, когда сильно испугаешься. Со мной тоже случалось. Теперь понятно, почему ты так на Коросту всегда косишься, если я ее с собой беру на прогулку. Буду ее без тебя выгуливать. Нужно было раньше рассказать. Я думал, ты просто насмехаешься над моей крысой. Ну, что она не из магазина, а просто найденыш. А оно вон как. — Скоро обед. Пойдем в школу. Да я и замерзать что-то начал. Чем после обеда займемся? — Гарри повернул в сторону входа в замок. — Меня директор к себе пригласил, — Рон недовольно скривился. — Я его видел перед тем, как с тобой встретился в вестибюле. Он и подсказал мне, где искать слизеринскую гостиную. — Ты не хочешь к нему идти? — Поттер насторожился. — Да мне все равно. Только странный он какой-то. — В смысле? — не понял Гарри. — Он сказал, чтобы я зашел к нему, потому что у него письмо для нас от мамы. Странно, правда? Почему письмо, которое мама прислала нам, находится у директора? И почему он сразу не отдал его Перси? Это было бы логичней — отдать почту самому старшему из нас. Даже сова приносит письмо Перси, если оно для нас всех написано. Мне кажется, что это только предлог, чтобы я пришел к директору. Как-то неприятно, словно меня за маленького и глупого держат. В прошлый раз директор просил меня рассказывать ему все, что узнаю о тебе. Наверно, он будет меня расспрашивать про то, как мы провели время в гостях, — Рон повернулся посмотреть на Поттера. — Почему ты молчишь? — А что я должен говорить? Это ты будешь отчитываться перед директором о том, как я себя вел в Малфой-мэноре, — Гарри постарался сказать фразу как можно равнодушнее, но легкое негодование в голосе все же прорвалось. — Чего? Отчитываться? — Рон поджал губы. — Так вот какого ты мнения обо мне? Не собираюсь я ни о чем отчитываться! — Прости. Но это от тебя может не зависеть, Рон. Директор умеет расспрашивать, — постарался смягчить свои слова Гарри. — Ты ему все расскажешь, даже то, что и не собирался. — Наверное, умеет, — согласился Рон, вспоминая прошлые свои беседы с Дамблдором и успокаиваясь. — Но мы же ничего плохого не делали? — Ничего. Но я бы не очень откровенничал, — предупредил на свой страх и риск Гарри. — Считаешь, директор может неправильно понять то, что я ему расскажу? Это может повредить кому-то? Но ведь директор добрый, он ведь не… — Рон задумчиво посмотрел на Поттера, который скептически скривился. — Ладно… Считаешь, о чем-то не стоит рассказывать? — Про занятия я не стал бы рассказывать. На каникулах положено отдыхать, а не учиться. И вообще не стоит сильно восторгаться всем, что там видел. Чем ты будешь сдержаннее, тем меньше получишь дополнительных вопросов, — ухмыльнулся Поттер, открывая дверь и ныряя в тепло школьных коридоров. За обедом Гарри ухитрился незаметно капнуть в сок Рону антидот от директорских зелий, сваренный для него Северусом. Он надеялся, что Дамблдор не станет применять к Рону чары, потому что от них нужен амулет. На Слизерине это было делом обычным — носить защитные амулеты. На других факультетах наследники древних родов тоже старались не оставаться без защиты. Но Уизли были небогатой семьей и не могли себе позволить покупать артефакты, которые обычно стоили немало. — Хочешь, я тебя подожду в том кабинете, что возле вестибюля? Помнишь, ты мне там рассказывал о том, что нас в гости пригласили? Его, кажется, никогда не запирают, — предложил Поттер. Он видел, что предстоящая встреча почему-то тревожит Рона. И если догадки Гарри, сделанные на основе их последних разговоров, были правильными, то это давало повод проникнуться уважением к другу. Ведь, скорее всего, Рон не очень стремился делиться с Дамблдором своими впечатлениями о времени, проведенном в Малфой-мэноре. — А ты можешь? — Рон с надеждой посмотрел на Гарри. — Конечно, могу, — Поттер даже кивнул, подтверждая свои слова. — Я только схожу к себе за какой-нибудь книжкой и буду тебя дожидаться. — Оу! Если тебе все равно, какую брать, то возьми ту книжку, где всякие простые полезные заклинания, которую тебе миссис Малфой рекомендовала. Хорошо? Мы сможем потом вместе потренироваться. Драко хвастался, что все заклинания из нее уже знает, — Рон, почувствовав поддержку, перестал думать о встрече с Дамблдором. — Договорились, — Гарри ободряюще похлопал Рона по плечу, расставаясь с ним возле дверей Большого зала: Поттер отправился в свою комнату за книжкой, а Уизли, обреченно вздохнув и жалобно улыбнувшись, пошел к лестнице, чтобы добраться до директорского кабинета.* * *
— Рон, мальчик мой, — Дамблдор привычно улыбался, жестом приглашая Рона присесть напротив него возле директорского стола. — Тебе понравилось гостить у друга? Тебя там не обижали? — Дамблдор, задавая вопросы, попутно наколдовал им пару чашек с чаем и подвинул ближе к Рону вазочку с конфетами, указав на нее рукой, предлагая не стесняться и угощаться сладким. — Понравилось, — на второй вопрос Рон только недоуменно посмотрел на директора, словно спрашивал, кто его мог там обидеть? — И чем тебя там развлекал мистер Малфой? — Дамблдор наклонил голову к плечу, внимательно наблюдая, как Рон забрасывает первую конфету в рот. — Мистер Малфой? — Уизли чуть не подавился конфетой от удивления. Гарри только недавно предупредил о том, что не стоит рассказывать о занятиях в Малфой-мэноре с папой Драко, и вдруг директор сразу же об этом и спросил. Словно Гарри знал, что заинтересует Дамблдора. Это насторожило Рона и заставило внимательнее отнестись к расспросам директора. — Мистер Малфой занимался своими делами, сэр. Почему он должен был меня развлекать? — Прости, Рон. Я неудачно спросил, — Рон заметил, как у директора недовольно дернулся уголок рта. — Я имел в виду твоего друга, Драко Малфоя. — Драко? А я подумал, что вы спрашиваете о его папе. Драко показал нам свой дом. Мы все втроем, с Гарри, — уточнил Рон, — учились ходить на лыжах. Строили снежную крепость в их парке. Собирали картинки из пазлов. Вам разве такое интересно? — Мне все интересно, Рон. Я ведь отвечаю за Гарри и за тебя, раз ты остался на каникулы в школе. Я должен знать, чтобы написать твоим родителям. — Так я и сам могу это написать, — вполне резонно заметил Рон, попутно подумав, что он не оставался на каникулы в Хогвартсе, а его оставили, не дав права выбора. — Вы говорили, что у вас письмо от мамы, — напомнил он директору, лениво разворачивая очередную конфету. Что-то в этот раз с конфетами было не так. Или Рону просто показалось, что они не такие вкусные, какими помнились по прошлым его посещениям директорского кабинета. — Да, конечно. Вот, держи, — Дамблдор достал из ящика в своем столе письмо и протянул Рону. — Твои родители скоро уже будут дома, ты сможешь расспросить их о том, как они погостили у Чарли. Ты ведь не обиделся на них, что они на каникулы оставили тебя в школе? — Вообще-то, я сначала думал, что нас оставили из-за того, что близнецы натворили. Но мне Перси объяснил, что портключ не смог бы перенести всех нас к Чарли. Мама правильно сделала, что выбрала Джинни. Она хоть и девчонка, но ей ведь скучно дома, когда мы все в школе. А я, когда вырасту, сам смогу в драконий заповедник отправиться, — рассуждал Рон. Он заметил, что директор его не слушает. — Так я пойду? Отнесу письмо Перси. Он старший и должен первым его прочесть, здесь ведь не написано, что оно именно мне адресовано. — Так тебе понравилось у Драко? У него красивая елка была? — Дамблдор словно и не слышал вопроса. — Понравилось. Я же уже говорил. Елка была очень красивая. — А как Гарри себя вел? Ему понравилось у Драко в гостях? Вам не было там неуютно или неловко? Ведь дом у мистера Малфоя, наверное, показался вам непривычным. Вы быстро смогли освоиться с их правилами? — директор просто сыпал вопросами так, что Рон еле поспевал их запоминать, чтобы ответить на все. — Гарри все понравилось, так же как и мне. Драко нам все показал и рассказал. Нам выделили собственные комнаты, пока мы гостили в Малфой-мэноре. Было сначала немножко непривычно, но мы с Гарри справились. Нам помог Драко. И мистер Малфой и миссис Малфой отнеслись к нам приветливо. Они не смеялись, если мы делали что-то не так. Но мы в основном были втроем и играли в апартаментах Драко или во дворе, — добросовестно отвечал на вопросы Рон. Заботливый взгляд Дамблдора его подкупал. Только вот обилие вопросов уже настораживало. Выходило, что Гарри был прав, и директор устроил Рону настоящий допрос. Это неприятным осадком ложилось на прежнее доверие к директору и заставляло внимательнее вслушиваться в то, о чем спрашивают. Червячок разочарования начал свое разрушающее действие. Дамблдор, который был всегда так приветлив и добр к Рону, когда приходил в гости к его родителям, перестал казаться бескорыстным и заботливым. Он явно преследовал какую-то цель, расспрашивая Рона. Эта беседа мало походила на то, как раньше директор интересовался делами Рона — поверхностно и не вникая в подробности. — Мальчик мой, а как вы праздновали? Родители Драко устроили большой прием? Гостей много собралось? Вы не очень выделялись в своих школьных мантиях среди остальных? — Рону почудилось, что директору хотелось, чтобы они с Гарри выглядели нелепо среди роскошно-разодетых гостей Малфой-мэнора. Он даже покачал головой, отгоняя эту мысль и убеждая себя, что директору вряд ли до этого есть дело. — Гостей не было, только мы с Гарри и профессором Снейпом, — Рон не мог игнорировать вопросы, поэтому продолжал отвечать, но ему это уже порядком поднадоело. — А чем профессор Снейп занимался? — Откуда я знаю? — ответ получился слегка резковатым, и Рон решил немного исправиться, пояснив: — Он же не играл с нами. Мы втроем все время были. Вы же не считаете, что мы маленькие и нам нужна няня? — Рон засмеялся своим словам, и директор нехотя поддержал его. — Нет, я не думаю, что вам нужна няня, Рон. Но ты мог заметить, что профессор Снейп, например, уходил куда-то или еще что-то… — Да не следили мы за ним, — отмахнулся Рон, которому были неприятны расспросы Дамблдора. Слова Гарри все больше и больше подтверждались — директор хотел услышать отчет о том, что было в Малфой-мэноре. И не только о том, что касалось непосредственно Рона, а обо всем. Словно Рон именно за тем и ходил в гости к Драко, чтобы наблюдать, кто и чем был занят в эти дни. — Что ж ты не угощаешься конфетками, Рон? Ты ведь так всегда любил их. Или тебя разбаловали всякими вкусностями в гостях? — Не хочется сегодня, спасибо, сэр. Я, наверное, много во время обеда съел, — извиняясь, улыбнулся Рон. Откуда было ему знать, что это антидот, подлитый Поттером, вступая во взаимодействие с зельем директора, вызывает у него легкое отвращение к конфетам с «начинкой». — Так ты мне больше ничего не хочешь рассказать? — Дамблдор был недоволен разговором с Уизли-младшим. Мальчишка больше отмалчивался и вел себя не так расслабленно, как в прошлые свои визиты. — Рон, ты не бойся, рассказывай, если тебе что-то не понравилось в гостях. Я никому не признаюсь, а тебе станет легче. О чем с вами разговаривал папа Драко? — Сэр, я уже говорил, что с мистером Малфоем мы виделись только за столом. Почему вы у меня выспрашиваете все? — не сдержался Рон, которого вопросы директора стали раздражать. К тому же, он только что соврал Дамблдору, и ему было страшно, что его ложь сейчас раскроется. Рон еще никогда не врал взрослым. Да и никому не врал. Только близнецы вызывали у него желание говорить всякую чушь, которая была далека от правды, но и ложью ее назвать было нельзя. — Я волнуюсь за тебя, Рон. Ты же помнишь, я предупреждал тебя раньше, что в Малфой-мэноре нужно было быть осторожным. Надеюсь, ты прислушался к моим словам. С темными волшебниками нужно держать ухо востро. Ты же понимаешь меня, мальчик мой? — Понимаю, сэр, — не стал спорить Рон, все больше замыкаясь в себе и не желая больше отвечать на вопросы директора. — Вот и отлично. Так ты ничего особенного не заметил, когда был в гостях? Вас никуда не водили из Малфой-мэнора? Никто не приходил в гости к Малфоям за эти дни? Может, какие-то мужчины или женщины? Ни ты, ни Гарри не чувствовали недомоганий за те дни? Вам не рассказывали о чем-то таком, о чем взрослые обычно разговаривают — о Министерстве Магии, например, или о политике. Ты же уже знаешь, что это такое, Рон? Может, вам рассказывали о древних родах или о старых обрядах? — Дамблдор сыпал вопросами, наблюдая за Роном, который почти сразу опустил взгляд на фантик от конфеты, который вертел в руках, и молча слушал его, даже не порываясь ответить ни на один вопрос. — Так как? Ты что-то заметил? — Нет, сэр. Ничего такого я не заметил, — Рон кисло посмотрел на директора. — Можно я пойду в свою гостиную? Отнесу Перси письмо. — Хорошо, — сдался Дамблдор, так и не добившись ничего внятного от Рона. — Иди, мой мальчик. И не следует ни с кем обсуждать наш разговор. Когда за Роном закрылась дверь, директор задумался, раздраженно постукивая пальцами по столу. Не понравилось Дамблдору упрямое молчание Уизли-младшего под конец разговора. Возраст у них такой, что ли? Что Гарри, что Рон, даже после конфет и чая с зельем замыкались в себе и не хотели делиться своими детскими секретами. Учитывая столь юный возраст оппонентов, мысль о том, что мальчики стойко сопротивлялись его способности расспрашивать и зелью доверия, даже не приходила директору в голову. «Очевидно, это все же возраст, — решил директор. — Считают себя слишком взрослыми. Ничего, найдем другой подход. Не хотите идти на контакт? Желаете иметь свои тайны? Будут вам и тайны, и секреты, и «взрослые» приключения».
