Глава 50
9 января 2015 г., 10:29
На следующее утро, стоило Поттеру вместе со Снейпом аппарировать на территорию Певерелл-мэнора, как в тот же миг он почувствовал, что просто переполнен счастьем и готов от радости пуститься в пляс. Такого не происходило с ним зимой, когда он на рождественских каникулах гостил здесь. Он и тогда был очень доволен возможностью увидеть Риддла, но такого наплыва столь сильных эмоций за собой не наблюдал. Гарри решил разобраться с этим феноменом позже, чтобы не портить отличное настроение, вызванное возвращением.
Встреча с Томом вышла точь-в-точь такой, как ее и представлял себе Гарри. Риддл ожидал его на пороге особняка, и они обнялись. Том ласково чмокнул его в макушку, отчего у Гарри от удовольствия защипало в носу и пришлось срочно сморгнуть, прогоняя незваную влагу с глаз. Почти так же, как бывало, когда миссис Уизли выказывала ему свою особую заботу.
Все утро Том и Гарри не отходили друг от друга ни на шаг, обсуждая и анализируя все, что произошло с Поттером за последние полгода. Снейп время от времени вклинивался в их разговор, высказывая свое мнение по тому или иному вопросу, не скрывая порой насмешки или легкой язвительности. Гарри узнал, что Северус принес с собой флакон с Подчиняющей иглой, и попросил Тома спрятать артефакт в надежном месте.
— Было бы здорово вернуть все, что Дамблдор взял из сейфа Поттеров, — заметил он. — Интересно, директор собирается возвращать артефакты или же попытается убедить меня оставить их ему? — вопрос был чисто риторическим и ответа ни от кого не требовал. — Том, а я принес Мантию-невидимку. Не думаю, что она будет в безопасности в доме Дурслей. А в Гринготтс мне тоже относить ее не хочется.
— Собираешься сделать из меня своего кладовщика? — хохотнул Том.
— А ты против? Я тебе как-никак не дырявые котлы на хранение оставляю, — поддержал его шутливый тон Поттер, намекая на особую ценность вещей, которые он доверяет Риддлу.
— Оставляй, конечно. Иголку я спрячу до твоего совершеннолетия, когда ты сможешь ее вернуть в хранилище рода, а Мантию… Надеюсь, ты позволишь нам ее немного исследовать? Я тут, пока вы с Северусом были в Хогвартсе, поднял свои книги по артефакторике и кое-что почитал, освежил в памяти подробности. Так вот, среди основных свойств родовых артефактов есть одно весьма интересное. Мне не приходилось с этим сталкиваться, просто было ни к чему, поэтому я и не был в курсе, — Том словно извинялся за то, что не все на свете знает и помнит. — Выяснилось, что никто не может отследить артефакт рода в родовом здании. Никто, от слова «абсолютно». Даже я, если не буду знать, где он находится, то не смогу с помощью магии его отыскать. Я проверял — это так, — не увидев ожидаемой реакции на лицах собеседников, Том понял, что недостаточно точно передал суть так заинтересовавшего его свойства. — Сейчас объясню. Родовой артефакт все время поддерживается родовой магией, которая лежит в основе его создания, и абсолютно неважно, где он в это время находится. Это понятно? — он смотрел на Гарри, обоснованно считая, что Северус быстрее разберется в этом вопросе. — Родовое поместье, дом, замок, особняк — это особое место. Здесь находится, так сказать, сердце родовой магии — родовой камень. Так вот, любой родовой артефакт, попадая в зону его воздействия, становится магически неразличимым в общем потоке магического поля, наведенного родовым камнем. Магическая аура артефакта как бы сливается с аурой родовой магии в таком здании, и стандартными универсальными заклинаниями ее не удается обнаружить. Поэтому подобные артефакты чаще всего снабжают специальными чарами для обнаружения и розыска их членами рода, — Том выжидающе смотрел на Поттера и Снейпа.
— А если призвать? — Северус заинтересованно смотрел на партнера.
— Призвать можно, если артефакт не защищен от призывающего заклинания. Я не это хотел… — Том на миг задумался. — Мы будем видеть родовой артефакт, можем призвать его либо Акцио, либо с помощью специальных чар, которые мастер закрепил на нем. Но если применим чары выявления магических неоднородностей, то обычные артефакты выдадут себя сиянием ауры, а родовые артефакты как бы сольются с общим фоном родового замка и не будут видны. Они будут выглядеть, как обычные немагические вещи. Собственную магическую ауру родового артефакта в родовом здании не видно.
— То есть гоблины тоже потеряют такой артефакт из виду? Они уже не будут знать, чья магия на него воздействует? — высказал свою догадку Гарри, очень точно уловив суть того, что пояснял Том. — Постой. Если они сейчас захотят узнать что-либо о Мантии, то обнаружат, что она пропала?
— Судя по всему — да, — подтвердил Риддл. — Так что решай, либо ты оставляешь ее здесь, что, вероятно, приведет к вопросам у гоблинов. Либо находишь другое место для ее хранения.
— Здесь, — ни секунды не колеблясь, ответил Гарри. — С гоблинами я разберусь, если понадобится. Они ведь и сами не знают, на что способен трирожденный? — Поттер впервые использовал название своего статуса, который до этого озвучивали только гоблины. — И почему «трирожденный», а не, скажем, тремя рожденный? Я ведь не трижды родился, — привычка перескакивать с вопроса на вопрос еще не была искоренена Поттером окончательно, хоть он и боролся с ней, стараясь запоминать всплывающие во время беседы вопросы и обсуждать их позже.
— Никто не знает всех возможных твоих способностей, даже ты сам, — подчеркнул Северус. — Называя тебя трирожденным, гоблины могут иметь в виду не только количество магов, признанных твоими родителями или количество родов, принявших тебя под свою защиту. Думаю, когда-нибудь ты узнаешь ответ на свой вопрос.
— Когда вы начнете исследовать Мантию? Вы мне расскажете, что накопали? — кивком согласившись с мнением Снейпа, Гарри перешел к вопросам, на которые можно было получить ответ прямо сейчас, а не в призрачном будущем.
— До конца лета еще два месяца. Выберем время, когда ты будешь в Певерелл-мэноре, и постараемся раскрыть секреты Мантии-невидимки, — пообещал Риддл, с удовольствием наблюдая расцветающую счастливую улыбку на лице Поттера.
— Мы вместе будем ее исследовать? Класс! — Гарри понравился ответ Тома.
— Это же твой артефакт. Вернее — почти твой. Он не зря хранится в роду Поттеров. Это значит, что Магия имеет на то основание… — пояснял Риддл.
— И ты что-то об этом знаешь? — перебил его Гарри. — Я уверен, что ты… — Поттер оглянулся на Снейпа, — что вы знаете о Мантии больше, чем мне рассказали.
— Будешь хорошо себя вести — расскажем тебе сказку, — фыркнул Северус на его заявление. — На ночь. А может быть, даже и днем.
— Ясно. Не дорос еще. Хорошо, я подожду, — смирился Поттер. — Это что? — вопрос адресовался домовому эльфу, возникшему перед магами с корзинкой в руках.
— Это снедь для пикника, молодой хозяин, — ответил ему Барри, поворачиваясь к Тому. — Плед, шезлонги и посуда уже на месте. Будут ли еще распоряжения?
— Нет. Спасибо, Барри. Корзинку мы понесем сами, чтобы настроиться на пикниковый лад. Надеюсь, возражений нет? — обратился он к Гарри и Северусу.
Возражений не последовало. Провести вместе пару часов на свежем воздухе у озера — что может быть лучше в умеренно-солнечный день? После незамысловатой трапезы Поттер растянулся на пледе, а Снейп и Риддл устроились в шезлонгах — каждый выбрал место согласно своим вкусам и предпочтениям. На сытый желудок серьезные разговоры вести не хотелось, поэтому в основном обсуждали, каким образом устроить регулярное посещение Певерелл-мэнора Поттером во время каникул.
— Том, ты не мог бы проверить чары на доме Дурслей? Я хочу знать, можно ли мне там колдовать? — попросил Гарри.
— Согласен. Проверить нужно, и весьма основательно, после вчерашнего вмешательства Альбуса, — лениво согласился Снейп, растянувшийся на мягком матрасе шезлонга. Он даже прикрыл глаза, наслаждаясь тем, что не нужно куда-то бежать и что-то срочно делать.
— Не было бы никакого вмешательства, если бы ты не стал… — начал Поттер, но его речь была прервана Риддлом.
— Гарри, поверь, Северус не хотел тебя напугать…
— Я не испугался. Я… Вот Мерлин! Да я чуть не потерял контроль над своей магией от неожиданности, — признался Поттер.
— Было просто необходимо сделать это в твоем присутствии. Иначе план терял смысл. Прости, — Снейп соизволил приоткрыть один глаз, чтобы посмотреть на Гарри, извиняясь.
— Зачем? Чего ты добился? — Поттер не возмущался, он еще вчера успокоился, и теперь его интересовала практическая сторона проведенного Снейпом хода в игре с Дамблдором.
— Ты так и не понял? — Снейп открыл второй глаз и пристально уставился на Гарри.
Поттер уже сделал некоторые выводы самостоятельно, но теперь хотел услышать и мнение самого Снейпа, о чем ему и сообщил.
— Прежде всего, я добился для тебя значительной свободы на время каникул. Теперь мне не нужно согласовывать с Альбусом свои планы относительно тебя. Так что будь готов рассказывать осенью своему опекуну о том, как заготавливал со мной ингредиенты для школы, как мы с тобой ходили на встречи с зельеварами, сможешь поделиться с ним воспоминанием о моем доме, где мы обязательно побываем. И не думай, что все это будет только на словах. Если предпочтешь оставаться у Дурслей — я тебя пойму, — насмешка прорвалась-таки в голосе Северуса, обещающего Гарри незабываемое лето в качестве помощника зельевара.
— А в Певерелл-мэнор я хоть иногда попадать буду? — на всякий случай уточнил Поттер.
— Обязательно. Том планирует основательно заняться с тобой ментальной практикой, а я не оставляю надежды научить тебя качественной беспалочковой магии. Те наши редкие занятия в Хогвартсе не в счет. Одно баловство.
— Ясно. Мне предстоит насыщенное и интересное лето. Одобряю, — кто-то из студентов, возможно, возмутился бы и потребовал дать ему отдохнуть от занятий на каникулах, но Гарри не привык в последнее время к праздности, и новые знания и умения его привлекали больше, чем ежедневное безделье. — Ммм… Том, — после нескольких минут тишины подал голос Гарри, намереваясь прояснить для себя еще один вопрос, — сегодня, когда мы прибыли в Певерелл-мэнор, я чувствовал себя странно. Не так, как раньше. Вернее так же, только сильнее. Тьфу. В общем, мне стоит зацикливаться на своих ощущениях, которые появляются именно здесь, или нет?
— Как информативно, — язвительно хмыкнул Снейп, насмешливо добавив: — Какой ты хочешь услышать ответ, если ничего толком не спросил?
Том, напротив, очень серьезно отнесся к вопросу. Он встал с шезлонга и подошел к Гарри, устраиваясь рядом с ним на краю пледа.
— Рассказывай. Подробно.
— Да это, наверное… — начал Поттер, принимая сидячее положение. Лежа было неудобно смотреть на Тома, свет немного слепил глаза.
— Мы договаривались, что ты всегда можешь задать любой вопрос. Я твой учитель по ментальным практикам. Наш магический договор ученичества еще не прервался, потому что я еще не всему тебя научил, — пояснил Том свою заинтересованность. — Ощущения, чувства, сны, внезапные мысли и предчувствия — все это имеет вес в области ментальных наук. Для правильного освоения окклюменции и легилименции, как основных направлений ментальных практик, ты должен хорошо разбираться в своих ощущениях, ты обязан понимать их, чтобы делать правильные выводы. Ты сегодня заметил что-то необычное, когда переместился на территорию поместья? Что это было? Дискомфорт или физическое воздействие? На тебя могут влиять защитные чары поместья. Да мало ли что? Расскажи.
— Нет. Абсолютно никакого дискомфорта. Напротив. Я и раньше всегда в первые мгновения после перемещения в Певерелл-мэнор ощущал какой-то резкий прилив чувства защищенности, что ли, мне становилось спокойно и хорошо. А сегодня… Сегодня меня чуть не снесло этим приливом, — Гарри хихикнул. — Мне стало так радостно, хотелось смеяться и кричать от удовольствия. Резко все произошло, понимаешь? Словно кто-то щелкнул переключателем. Том, я очень по тебе соскучился, но не думаю, что сильнее, чем зимой. Но тогда такой эйфории, по-другому и не назовешь, я не ощущал.
— То есть, ты считаешь, что это было не от того, что ты обрадовался? На тебя что-то извне так повлияло? — теперь и Снейп заинтересованно прислушивался к словам Поттера, несмотря на свое насмешливое отношение к его излишней эмоциональности.
— Да. Наверное. Не знаю. Если бы знал, то не спрашивал, — немного возмутился Гарри, поняв, что не может ответить на вопрос.
— Ты и сейчас так себя чувствуешь?
— Нет. Сейчас мне просто хорошо. Как обычно. А тогда… Пик, я бы сказал, пришелся именно на момент нашего появления в поместье. Потом это состояние как бы пошло на спад. И, пожалуй, минут через пять я уже ничего не ощущал. Ой, ну не смейся, — Поттер бросил льняной салфеткой в Снейпа, расплывшегося в очередной ехидной усмешке. — Я имею в виду, что не ощущал больше ту бурю эмоций. Конечно же, я был рад встрече, рад, что я наконец-то в Певерелл-мэноре. Ммм… Я не просто взял эмоции под контроль. Мне словно что-то помогло или просто прекратилось действие чего-то. Все. Больше я не знаю, как объяснить.
— А больше и не нужно, — Том довольно улыбался. — Северус, когда ты в последний раз проверял магическое ядро Гарри?
— После инцидента с Квирреллом. На всякий случай. Если вас интересует мое мнение, то, думаю, максимум через пару лет формирование магического ядра мистера Поттера будет полностью завершено. С завидным опережением ровесников, — Снейп уже не раз с благодарностью вспоминал, как Риддл в свое время посоветовал ему пройти практику колдомедика. Конечно же, Северус не был специалистом в какой-то области колдомедицины, но оказать первую помощь и провести качественную диагностику он мог с легкостью.
— Судя по рассказу Гарри, я бы предположил, что это случится немного раньше. Нет-нет, не сегодня и не завтра, — Том предупредил возможные вопросы. — Объясню. Гарри, в том, что ты сегодня ощутил, добравшись до Певерелл-мэнора, нет ничего необъяснимого. Здесь находится средоточие родовой магии Певереллов. То, что ты так ярко реагируешь на близость родового камня, говорит о том, что этот род тебя принял окончательно в качестве наследника и, скорее всего, будущего претендента на роль главы рода.
— То есть, так себя чувствуют все наследники рода? — Поттер недоверчиво посмотрел на Тома. Потом перевел взгляд на Северуса, словно спрашивал: «И ты тоже?»
— «Так» — не все. Во-первых, ты еще очень молод, поэтому легче поддаешься эмоциям. Со временем ты не будешь так остро реагировать на близость родового камня, научившись брать под контроль свои эмоциональные порывы, вызванные перенасыщением родовой магией. Для этого не нужно прилагать никаких специальных усилий. Твое магическое ядро само постепенно настроится и будет спокойно справляться с плотными потоками магии. У меня в свое время на это ушло примерно полгода. Правда, я не столь эмоционально переживал воздействие близости родового камня. Но мне на тот момент было уже двадцать два года. Именно поэтому я предполагаю, что формирование твоего магического ядра немного ускорится. Ему поможет усилившийся приток родовой магии Певереллов. Во-вторых, чем ближе к вершине наследования находится волшебник, тем более заботливо к нему относится родовая магия. Это не говорит о том, что остальные члены рода оказываются обделенными, но все же избирательность в распределении магической поддержки существует. Наиболее сильная она у главы рода, именно поэтому он имеет некоторую магическую власть над остальными членами рода. И в-третьих, смею предположить, твоя чувствительность, если можно так это назвать, обусловлена особенностью твоего рождения. Все трое твоих родителей являлись наследниками Певереллов. Думаю, это должно было как-то проявить себя, — Том даже облегченно вздохнул, закончив свою речь, оказавшуюся познавательной, судя по всему, не только для Поттера, потому что Северус тоже слушал его очень внимательно.
— Я тоже твой наследник, но того, что описывает Поттер, за собой не наблюдал, — заметил Снейп.
— Ты принял статус наследника, будучи уже взрослым. Твое магическое ядро к тому моменту полностью сформировалось и поэтому гораздо легче справлялось с нагрузкой. Судя по времени, когда Магия признала тебя наследником, у тебя было тогда на что обращать внимание и помимо легкой эйфории от переизбытка поддерживающей магии. Ну и, не при ребенке будет сказано, Сев, но ты сюда уже прибываешь в состоянии достаточно выраженного возбуждения. Где уж тебе заметить влияние какой-то там родовой магии, — хохотнул Риддл, заметив, как порозовели скулы Северуса, поспешившего отвернуться и не забывшего огрызнуться:
— Для того, видимо, у меня есть причины.
— Очень на это надеюс-с-сь, — довольно прошептал Том, растягиваясь на пледе и похлопывая рукой рядом с собой, приглашая Поттера последовать его примеру. — Гарри, раз уж такое дело, что род, главой которого я являюсь, так благосклонно к тебе относится, то я как-нибудь тебя свожу к родовому камню. Не ворчи, мы и тебя с собой возьмем, — сказал Том Снейпу, что-то забормотавшему себе под нос на обещание Поттеру. — Куда мы от тебя денемся. Вообще-то, не принято водить экскурсии в главный ритуальный зал. Но я что-нибудь придумаю. Просто чувствую, что это нужно сделать.
— Твоя пресловутая интуиция? — усмехнулся Северус.
— Она самая. Гарри, на все лето ты не сможешь здесь поселиться, сам знаешь по какой причине. Но, думаю, у Дурслей тебе тоже особо делать нечего, так что мы утрясем этот вопрос. Будешь иногда ночевать у тетки, чтобы она не расслаблялась. Но в свете открывшихся подробностей отношения к тебе родовой магии Певереллов считаю, что необходимо постараться, чтобы ты провел в поместье как можно больше времени. Это должно пойти тебе на пользу. Родовое поместье Поттеров тебе пока недоступно, так что будешь довольствоваться близостью родового камня Певереллов.
— Я не против, вы же знаете. Нога моя не ступала бы в дом Дурслей, но так решил опекун, — тон, которым было сказано последнее слово, очень хорошо давал понять отношение Гарри к Дамблдору. — Северус, а как ты почту получаешь? Сюда ведь совы не летают. Ты же переписываешься со своими коллегами зельеварами? — Гарри вспомнил, что намеревался выяснить, как ему заставить сов с письмами лететь к Дурслям, вместо того чтобы, не найдя его за антисовиными чарами Певерелл-мэнора, они возвращались к отправителю. Разбираться с друзьями по этому поводу Поттеру не хотелось.
— Переписываюсь. Ты ждешь писем от Драко? — уточнил Снейп.
— И от Рона, — подтвердил Гарри.
— Напомни, когда я за тобой в следующий раз приду к Дурслям. Я помогу тебе закрепить на доме твой магический след, и навесим сигнальные чары, следящие за почтовыми птицами. Ничего особо сложного. Думаю, ты даже сам справишься, когда я тебе покажу, что следует сделать. Сов Петунья не тронет. А вот обычное письмо от Грейнджер она может перехватить, — вслух размышлял Северус. — Нужно объяснить ей, что ты будешь очень недоволен, если твои письма начнут пропадать.
— А я смогу Дурслям показать, насколько буду недоволен? — поинтересовался Гарри, услышав слова Снейпа.
— Для наглядной демонстрации пары разбившихся безвкусных статуэток Петуньи, думаю, будет достаточно. Не стоит сильно запугивать Дурслей, но предупредить не помешает, — высказал свое мнение Северус. Он стащил матрас с шезлонга и, бросив его рядом с пледом, места на котором ему не хватало, улегся возле Тома. — Надоело смотреть на вас сверху, — ответил он на вопросительный взгляд партнера, устраиваясь у него под боком.
Вечером Снейп и Риддл отправили Гарри к тетке, чтобы той жизнь медом не казалась, договорившись через пару дней забрать его в Певерелл-мэнор с ночевкой. А пока вручили несколько книг и, дружно ухмыляясь, посоветовали хорошенько отдохнуть, пока есть такая возможность. Из слов и многообещающих улыбочек Гарри сделал вывод, что лето ему, скорее всего, действительно предстоит нескучное.
* * *
— Ты предупредил тетку Гарри, чтобы она не распускала руки? Если она не будет его кормить… — Не превращайся в наседку. Это тебе не идет, — Северус только что вернулся из Литтл Уингинга, куда аппарировал Поттера. Снейп весь день мечтал прижать партнера к себе, и вот теперь ему это удалось. Без свидетелей, без понимающего взгляда подростка, который не был таким уж и ребенком по воле Судьбы и Магии. А потому его взгляд почему-то смущал еще больше и, как ни странно, провоцировал на эпатажное поведение. Хотелось дразнить его, смотреть, как по щекам Поттера расплывается румянец, как он насмешливо щурится, и как очень точно подбирает слова для ответа или шутливого замечания в тех редких случаях, когда застает Северуса и Тома в весьма двусмысленном положении. — Но если она не будет его кормить… Угм-м… Ты сбил меня с мысли. Если.. Ум-м… — Том распрощался с возможностью что-либо внятно произнести. Поцелуи Северуса оказались очень качественным отупляющим средством. — Поттер и сам может постоять за себя. Неужели ты до сих пор не понял, что он практически все время играет роль ребенка, — Снейп, оторвавшись от губ Тома, не удержался от замечания о Гарри. — Тебе это виднее. Это ты можешь наблюдать за Гарри за пределами Певерелл-мэнора. А здесь я не замечаю за ним неискренности, — Том указал рукой на диванчик на террасе, предлагая занять на нем более устойчивое положение, способствующее расслаблению и получению максимума удовольствия от близости друг друга. — Ты прав, здесь он другой. Здесь ему нет необходимости притворяться. Я не завидую Поттеру. В его возрасте нужно только открывать для себя понятие взрослого мира, полного ответственности и дисциплины, а он… Том, мне иногда кажется, что он способнее меня, что ли. Понимаешь? Не умнее, а именно способнее. Что ему дано осознать то, что недосягаемо для меня. То, что мне никогда не станет доступным, — Снейп удобно устроился в углу мягкого диванчика. В отличие от остальной мебели на террасе, изготовленной из ротанга, этот предмет мебели был классическим — с мягким сидением и удобной спинкой. Не выпуская Тома из кольца рук, Северус прижал его спиной к своей груди, заставляя облокотиться и положить голову на плечо. Это позволяло без труда доставать губами до его виска и оставляло большую свободу для действий рук. — Скоро он станет и умнее нас, — заметил Риддл, довольно улыбаясь незамысловатой ласке партнера. — Успокоил, — хмыкнул Снейп. — Мы же с ним тогда не справимся, — его руки медленно скользили по пуговкам рубашки Тома, задерживаясь возле каждой на несколько мгновений, достаточных для того, чтобы очередная вынырнула из плена петельки и позволила рубашке распахнуться шире, открывая жадному взгляду Северуса тронутую легким загаром кожу партнера. — Ты хочешь сказать, что нам приходится сейчас прикладывать усилия для того, чтобы сдерживать какие-то его порывы? — Том, запрокинув голову, посмотрел на Снейпа. — Я вроде не заметил. Или ты что-то другое имел в виду? — Силу. Пока он не обучен, мы имеем право сдерживать ее амулетами и прятать от глаз посторонних, конечно же, объясняя, зачем это делается. Но придет время, когда Гарри научится справляться с этим без нашей помощи. Несмотря на его возраст, мы будем обязаны положиться на его мнение. Если Гарри решит открыться миру, мы будем не вправе ему мешать. Но ты же понимаешь, что… — Что настоящая мудрость приходит с годами. Да, я это понимаю. Но Гарри умный мальчик. Он не станет бравировать силой ради призрачного самоутверждения. Он, пока не разберется что и к чему, предпочтет скрыть свои способности. Я уверен в этом. С чего ты взял, что он перестанет прислушиваться к нашим советам? Ты заметил, что кто-то становится для него авторитетом большим, чем мы с тобой? — Том поглаживал пальцы на руке Снейпа, которая уютно устроилась на его животе, согревая и вызывая неосознанное желание подтолкнуть ее, заставив спуститься чуть ниже. — Нет. Наш авторитет пока никем не оспаривается. — Вот и чудесно. Так ты поговорил с миссис Дурсль? — Том, возвращаясь к своему вопросу, выделил фамилию Петуньи голосом, произнеся ее так, как говорят злобные герои маггловских фильмов. — Успокойся, — Северус засмеялся, от чего его грудь затряслась, заставив Тома пошевелиться, удобнее укладываясь. — Даже Альбус снизошел до разговора с ней. Старый маразматик понял, что Поттер ему не простит, если тетка и ее семейка и дальше продолжат издеваться над ним. Первокурсники учат простенькие заклинания, но и их будет достаточно, чтобы покалечить Дурслей, если они распустят руки. И Альбус догадывается, что Гарри не станет терпеть их выходки после того, как узнал, что он волшебник. Ну и я, конечно, добавил немного внушений Петунье от себя. Так что все у Гарри должно быть теперь нормально в том доме. А если что — у него ведь есть Наг. Поттер признался, что иногда с ним разговаривает. Он утверждает, что Наг обучаем и скоро станет ему полноценным собеседником. Это возможно? — Вполне. Это родовой артефакт. Если честно, то даже я не знаю всех его возможностей. Я его только настроил на Гарри. Ты же помнишь, тогда мы даже не предполагали, что Гарри — наследник Певереллов. Теперь мне понятно, почему артефакт его так легко принял под свою охрану. Наг, как его называет Гарри, является псевдоживым артефактом, а это самые непредсказуемые вещи, созданные когда-либо магами. Он мог вести себя исключительно как предмет, выполняющий функцию сигнального маячка. Но Наг согласился на поддерживание голосовой связи, хоть я и не был полностью уверен, когда активировал его. Так что я не удивлюсь, если Гарри сделает из него что-то вроде артефакта-фамильяра. Становится прохладно, пойдем в дом, — Том решительно поднялся и подал руку Северусу. На улице уже давно стемнело, и ночная свежесть смело пробиралась под одежду, жаля теплые тела и вызывая желание спрятаться среди простыней и одеял на широкой постели.
