Глава 92
23 января 2015 г., 10:44
Первым делом Снейп проверил Гарри и удовлетворенно кивнул, не обнаружив никаких серьезных отклонений в его физическом и магическом состоянии. Затем несколько диагностических заклинаний он применил и к мисс Уизли. Расшифровав то, что показывали цветные магические нити, зависшие над бессознательным телом, Снейп не стал оглашать полные результаты проверки, а только выразительно посмотрел на Дамблдора и отметил:
— Поттеру необходим отдых для восстановления сил после магического истощения. Мисс Уизли придется выводить из магического сна, вызванного воздействием взгляда василиска, так же, как и его, — он кивнул в сторону Локхарта, который все еще лежал здесь.
Только сердобольная Минерва под скептическим взглядом Снейпа наколдовала Гилдерою матрас, да почистила его дурно пахнущую одежду. Она порывалась отправить его в больничное крыло сразу после того, как его вышвырнуло из тоннеля, но директор немного поубавил ее энтузиазм:
— Пока мы не узнаем о судьбе студентов, никто из этой комнаты не выйдет. Ничего с ним не случится, Минерва, он находится в состоянии стазиса, так что ему без разницы, когда его раны будут приведены в порядок. Хуже ему уже не станет.
— Альбус, как ты...
— Я сказал, — холодный взгляд и упрямо сжатые губы директора явно не предвещали ничего хорошего, и МакГонагалл сдалась.
И вот сейчас студенты были уже вне опасности. По крайней мере, это можно было предположить по краткому заключению Снейпа об их состоянии. Дамблдор же хотел как можно быстрее разузнать, что случилось с василиском, и как Поттеру удалось спастись от его взгляда.
— Гарри...
— Альбус, не сейчас, — Северус, бросив предупреждающий взгляд на директора, помог Поттеру подняться на ноги.
— Хорошо, — после небольшой паузы согласился Дамблдор, снимая свои заклинания с входной двери. — Джинни и Гилдероя нужно подготовить к пробуждению. Пусть Поппи осмотрит и Гарри, на всякий случай, я согласен с тобой, Северус. Его нужно накормить. Да и нам всем стоит хотя бы попить чаю. Ужин-то мы пропустили, — директор бросил взгляд на шкуру василиска. Он сразу понял, что это такое, не то что Минерва, обозвавшая ценнейший кладезь редких ингредиентов «ошметками». — А это я заберу к себе в кабинет...
— Зачем? — наконец-то подал голос Гарри, перебивая его.
— Нужно разобраться, что это за вещь Фоукс принес, и потом решить, что с этим делать, — попытался Дамблдор объяснить свое намерение.
— А разве не видно, что это шкура василиска? В книге Ньюта Скамандера все очень хорошо описано, и есть даже репродукция, — Поттер пожал плечами, показывая, что не понимает необходимости в каком-либо разбирательстве. — Это я попросил Фоукса принести ее. Ну... Почти попросил.
— Василиска?.. Шкура?.. — МакГонагалл удивленно уставилась на покрытую чешуйками шкуру, словно только сейчас ее увидела. — А откуда она у вас, мистер Поттер? И где сам... Его тело где? Вы его убили?
Снейп возвел глаза к потолку, но от язвительного комментария воздержался.
— Нет, что вы! Я его только прогнал. А это шкура, которую он раньше сбросил. Я подумал, что профессору Снейпу она пригодится для ингредиентов, — голос Гарри терял силу, он действительно чувствовал сильнейшую усталость.
— Гарри, но не будет же она здесь лежать? — Дамблдор не понимал, почему Гарри не хочет, чтобы он забрал отсюда шкуру.
— Не будет. Только зачем ее по всей школе таскать? Профессор Снейп, можно Фоукс отнесет ее в вашу лабораторию? — Поттеру казалось, что он сейчас грохнется в обморок. У него сильно закружилась голова, и он даже схватился за руку Снейпа, чтобы не упасть. — Мне...
— Конечно, мистер Поттер, — после слов Снейпа Фоукс, все это время спокойно сидевший на шкуре василиска, взмахнул крыльями и исчез вместе с предметом обсуждения, словно только и ожидал позволения. — Альбус, потом разберетесь, что к чему, — Снейп удержал Дамблдора от дальнейшего обсуждения чего бы то ни было, заметив бледность и полуобморочное состояние Гарри. — Минерва, пожалуйста, помогите мне доставить всех потерпевших в больничное крыло.
После его разумных слов и такой исключительно редко звучащей из его уст просьбы о помощи, все пришли в движение. Флитвик подхватил мешок с обломками метлы, предварительно заглянув внутрь, чтобы лично убедиться, что там нет ничего опасного. Минерва МакГонагалл взялась транспортировать с помощью чар мисс Уизли, а Помона Спраут левитировала Локхарта. Снейп, придерживая за плечо Поттера, вывел его в коридор, оставляя в туалетной комнате одного Дамблдора. Не успев отойти от двери и на пару шагов, Снейп заметил, что Гарри еще сильнее побледнел. Не задумываясь, как это будет выглядеть со стороны, Северус подхватил его на руки. И пока он пытался приспособиться, чтобы было удобнее нести Гарри, и кривился, намекая, что тот уже не маленький легкий ребенок, из-за неплотно прикрытой двери донеслось:
— На зс-самок.
Переглянувшись с Поттером, у которого глаза удивленно распахнулись, а губы сжались в мстительной гримасе, Снейп поспешил отойти подальше от двери. Не хотелось, чтобы Дамблдор понял, что его подслушали.
* * *
В больничном крыле Снейп задержался ровно настолько, сколько потребовалось для того, чтобы дождаться, пока мадам Помфри проведет свою диагностику поступивших к ней пациентов. Он хотел убедиться, что его заключения были верными. Как бы там ни было с его колдомедицинским образованием и уверенностью в собственной правоте, Поппи являлась практикующей медиковедьмой, и к ее мнению он считал необходимым прислушиваться. Пожалуй, только ее выводы о состоянии здоровья Поттера он всегда подвергал сомнению. Ведь мадам Помфри за прошедшие два года так ни разу и не имела возможности провести абсолютно полную диагностику Гарри, а, следовательно, не могла быть всецело объективной. И не последнюю роль в этом сыграл сам Снейп, каждый раз возводя препятствия или отыскивая причины, чтобы не допустить ее до Поттера. Собственноручно напоив Гарри восстанавливающим зельем, добавив к нему еще парочку ужасно невкусных, но весьма полезных отваров, Северус позволил мадам Помфри подать Поттеру ужин, который тому предстояло запить зельем Сна без сновидений. — Поппи, я тебя очень прошу, — одни эти слова, произнесенные смертельно усталым голосом, заставили медиковедьму превратиться в слух, — проследи, чтобы Альбус не вздумал сейчас третировать Поттера своими вопросами. Мальчик слаб, ты сама это видела, проверяя его. Уже ничего не изменится, если он на все вопросы ответит утром, — сказав это, Снейп отправился «варить» зелье для профессора Локхарта и мисс Уизли.* * *
Обстоятельства не позволяли Северусу покинуть Хогвартс на ночь, как бы ему ни хотелось рассказать обо всем произошедшем Тому при встрече лицом к лицу. Так что пришлось довольствоваться беседой через Сквозное зеркало. Разговор затянулся почти до утра, поэтому в больничное крыло Снейп пришел жутко невыспавшимся, с глубокими тенями, залегшими возле глаз, и в абсолютно скверном расположении духа. Одним словом, он выглядел именно так, как и должен был бы, если бы ему пришлось почти всю ночь провести в лаборатории, работая над зельем для пациентов мадам Помфри. — Альбус предупредил, чтобы ты ничего не предпринимал по возвращению к сознанию мисс Уизли и... — Поппи скривилась, она тоже недолюбливала хлыща Локхарта, — Гилдероя. Я сейчас сообщу директору, что ты пришел. Он просил об этом, — уточнила она, помня прошлый их разговор в подобной ситуации. Ожидая прихода Дамблдора, Снейп подошел к кровати Гарри и улыбнулся ему, увидев, что тот уже проснулся. — Ты как? — Нормально. Зачем ты приказал вчера меня усыпить? — голос Гарри был еще хрипловатым со сна. — Чтобы тебя не пытали в мое отсутствие, — то ли пошутил, то ли намекнул на возможность такого поворота событий Снейп. — Ты сказал мне вчера, что все хорошо. Надеюсь, так дела и обстоят? — Все в порядке. Он спит, а я... — ему пришлось прервать свою речь, потому что в больничную палату бодро вбежал Дамблдор. — Ты уже проснулся, мой мальчик? — своеобразно поприветствовал Поттера директор. — Доброе утро, Северус. — Кому доброе, а кому и всю ночь пришлось у котла простоять, — недовольно пробурчал Снейп, вновь принимая облик желчного мизантропа. — Я понимаю, Северус. Но что поделать, такая у нас работа, — неискренне пожалел его Дамблдор. — Я так понимаю — ты готов разбудить Гилдероя и Джинни Уизли? — А зачем, по-твоему, я ночь не спал? — не переставал язвить Снейп. — Вот и отлично. Но сначала мы поговорим с Гарри. Ты не против? Думаю... Поппи, будь добра, оставь нас одних. Если понадобится, я сам поассистирую Северусу. Не обижайся, но то, о чем пойдет речь — это секретная информация, касающаяся безопасности Хогвартса, — Дамблдор говорил спокойно, но в голосе слышалась твердость, не располагающая к обсуждению его распоряжения, завуалированного под просьбу. — Вот и отлично, — стоило двери больничного крыла закрыться за мадам Помфри, как директор запечатал вход замысловатым заклинанием. — Северус, надеюсь, ты со мной согласишься, что Минерва слишком бурно на все реагирует, и ей можно будет потом все рассказать, а сейчас провести разбирательство без ее «охов» и «ахов», по крайней мере, с Гарри. — Поддерживаю, — Снейп и сам не хотел, чтобы при пробуждении Локхарта и мисс Уизли присутствовал кто-либо посторонний. Хватит того, что от Дамблдора в этот раз точно не удастся избавиться, но Северус был к этому готов заранее. Да и желание директора поговорить с Поттером до того, как очнутся остальные, было вполне понятно — он хотел, чтобы была возможность сравнить все рассказы. — Гарри, мальчик мой, — директор словно только сейчас вспомнил, что рядом есть еще кто-то, с кем он был намерен поговорить. — Расскажи нам, как так случилось, что ты попал в туалет для девочек? — Я быстро справился с тестовой работой по зельеварению, и профессор Снейп по моей просьбе отпустил меня раньше с урока, — Гарри сел на кровати, чтобы удобнее было смотреть на собеседников и рассказывать свою «историю». — Решив не тратить время попусту, я направился в библиотеку, хотел приняться за выполнение домашнего задания по трансфигурации. Но на втором этаже заметил Джинни Уизли, которая зашла в туалет с метлой в руках. Я обратил внимание, потому что это была метла Рона — ее старшего брата. У меня такая же метла. Я как раз почти дошел до той двери, в которую вошла Джинни, как вдруг оттуда выскочило какое-то ужасное и большое животное — я тогда не успел и рассмотреть его. Оно промчалось мимо и чуть не сбило меня с ног. Я подумал, что Джинни могла испугаться, и постучал в туалетную комнату, но ответа не было, потом я заглянул туда и позвал ее. Она не отозвалась. Я зашел и увидел ту нору за умывальником. И тогда я понял, что это, скорее всего, вход в легендарную Тайную комнату, а с ног меня чуть не сбил монстр Салазара Слизерина. Я заглянул в тот лаз. Оттуда было слышно, как ойкала Джинни, но на мой зов она не откликалась. Поэтому я оставил записку и спустился вниз, чтобы узнать, что с ней произошло, — Гарри замолчал, словно не был уверен, интересно ли директору слушать, что было дальше. — Ты первый раз туда спускался? Разве ты раньше не знал, что там есть вход на нижние уровни подземелья? — задал провокационный вопрос Дамблдор. — Раньше? Откуда? Это же девчачий туалет! — Поттер удивленно смотрел на директора, прекрасно понимая, зачем его об этом спросили. Ведь он змееуст, а следовательно, первый подозреваемый на роль того, кто открывал Тайную комнату. — И тебе не было страшно? — Дамблдор качал головой. Рассказ Поттера был похож на правду. — Страшно? Наверное. Не знаю. Я тогда волновался, думая, что сестра моего друга может пострадать, — бесхитростно ответил Гарри. — Ты переживал о Джинни, забывая о себе. Похвально, похвально, — подбадривал директор. — Ну, не совсем о Джинни, — Поттер отвел глаза в сторону. Рассказывать, что у него в Тайной комнате были собственные интересы, никак не связанные с Джинни, ему было не с руки. — Просто я подумал, что Рон очень сильно расстроится, если с его сестрой случится что-нибудь нехорошее, да и его метла была у нее. Рон очень любит свою метлу. Она классная. Была... — Твоя правдивость делает тебе честь, — криво усмехнулся Дамблдор, не решаясь упрекать Гарри в черствости до того, как тот расскажет обо всем, что с ним случилось. — И что же произошло, когда ты спустился вниз? — Пока я написал записку, пока придумал, как безопасно спуститься вниз, да и потом еще я немного подождал, надеясь, что Джинни ответит на мой зов... В общем, когда я спустился вниз — ее уже не было рядом с тем тоннелем. Только метла поломанная валялась. Потом я достаточно долго искал Джинни — там пещеры большие, с камнями, торчащими отовсюду, с огромными статуями разных змей... Я тогда на ту шкуру и наткнулся, — Гарри тряхнул головой, напоминая о перенесенной Фоуксом шкуре василиска. — И по ней догадался, что монстр Слизерина — это василиск. Вот после этого мне стало по-настоящему страшно, но я продолжил поиски Джинни, стараясь быть очень осторожным и не шуметь. Поэтому так долго ее и искал. Вообще-то, я нашел только тогда, когда услышал ее крик. Я спешил на голос. Профессор Дамблдор, я очень спешил, но... Он гонялся за Джинни, — Поттер очень натурально передернулся, словно вспомнил страшную картину погони василиска за маленькой девочкой. — Я пульнул в ту рептилию Ступефаем и спрятался за ближайшим выступом стены, а потом просто поднял камень, их там много валяется, и швырнул в него, а потом еще один, но не уверен, что попал, потому что старался не смотреть на него. Вы же знаете, что нельзя смотреть василиску в глаза? Так что я наугад бросал камни из своего укрытия за валуном. Потом Джинни взвизгнула и затихла. Я даже испугался, что ненароком попал в нее. Но все равно продолжал кидаться камнями. А потом прилетел Фоукс, и василиск сбежал. То ли это я прогнал его, то ли он так феникса испугался. А Джинни лежала на полу как мертвая. Только когда профессор Снейп сказал, что ее усыпил василиск, я смог спокойно вздохнуть. Я боялся, что это я... камнем... — расстройство очень искренне проступило на лице Гарри. — Нет, Поттер, ты не виноват в состоянии мисс Уизли, — заметил Снейп, решив, что его успокаивающая реплика будет органично смотреться посреди разговора. А Дамблдору не стоило забывать, что он не один выслушивает рассказ студента о том, что он камнями прогнал василиска. — Гарри, после того, как я послал Фоукса тебе на помощь, ты еще очень долго не возвращался. Почему? — Дамблдор не переставал выпытывать подробности похождений Поттера в Тайной комнате. — Так я же не знал, что Фоукс меня может вынести из той пещеры, — Гарри слегка нахмурился. — А Джинни довольно тяжелая, даже чарами левитации я долго не мог ее удерживать. И до тоннеля было далеко... — Вот откуда его истощение, — прокомментировал Снейп. — И я почти заблудился там, — Гарри был уверен, что Дамблдор никогда не узнает, как на самом деле выглядит Тайная комната, поэтому мог нагло врать и не бояться, что его разоблачат. — Пока нашел выход. Потом решил еще раз взглянуть на ту шкуру, которую раньше обнаружил. И вот тогда только, когда я вслух посетовал, что не могу забрать ее с собой, Фоукс показал мне, на что он способен. Он исчез вместе со шкурой василиска, а затем, стоило мне приподнять Джинни, чтобы перенести ближе к тоннелю, он вернулся и сел мне на плечо. И все... Я потом очутился в туалетной комнате для девочек, а профессор МакГонагалл начала очень громко кричать и причитать. — Ты был храбрым, Гарри. Но ты подверг себя опасности. Тебе стоило позвать кого-нибудь из взрослых и рассказать им о случившемся, вместо того, чтобы самому лезть в Тайную комнату, — Дамблдор все же решил, что нужно остудить тягу Поттера к смертельно-опасным приключениям. — Значит, я правильно догадался! То была настоящая Тайная комната? Да, профессор? — Гарри будто и не слышал замечания. Его глаза горели восторгом и торжеством. А как же — он ведь смог побывать в легендарной комнате! — Да. Ты прав, мой мальчик. Но нужно быть осторожнее, — Дамблдор оглянулся на Снейпа, словно безмолвно давал ему приказание научить Поттера осторожности. — Я постараюсь, сэр, — заверил Гарри и откинулся на подушку. — Северус, пора разбудить остальных. Пожалуй, начнем с Гилдероя. Как думаешь? Снейпу почудилось, что в глубине глаз Дамблдора мелькнули искры торжества. Ведь, как ни крути, а прогнать директора сейчас никак не удастся, и придется приводить в сознание потерпевших в его присутствии. Но надеждам Дамблдора узнать что-либо секретное о составе «зелья» не суждено было сбыться. Северус только одарил его выразительным насмешливым взглядом и прошел к кровати, на которой лежал Локхарт. Мадам Помфри переодела его в пижаму и привела в порядок, отмыв от крови, однако залечить раны ей не удалось из-за необычного состояния, подобного стазису, в котором находилось его тело. Но раны и не причиняли Локхарту неудобства. — Мистер Криви и мисс Кристаллуотер во время пробуждения были слишком эмоциональны. Я тебе об этом говорил. Так что будь готов поить Гилдероя успокоительным. Снейп сунул в руки Дамблдору склянку с соответствующим зельем. На тумбочку он поставил небольшой флакон со снадобьем, предварительно открыв его. Затем достал из кармана длинную трубочку, в которую набрал совсем немного густого зелья из флакона, и, пропихнув трубочку в нос Локхарта, дунул в нее, выталкивая слюну василиска ему в носоглотку. Поттер, даже привставший на своей кровати, чтобы лучше видеть все происходящее, высоко оценил фантазию Северуса, так оригинально обставившего процесс введения «лечебного тайного зелья». То, что произошло дальше, заставило напрячься даже Снейпа, ожидающего всплеска немотивированного страха у разбуженного пациента. Но в случае с Локхартом все приняло поистине грандиозный размах, несравнимый даже с истерикой мисс Кристаллуотер. Стоило только Локхарту проснуться, как он вскочил с постели и, оттолкнув Дамблдора в сторону, кинулся к двери. При этом он кричал так громко, что закладывало уши. В его глазах плескался ужас, руки тряслись, ноги заплетались, вряд ли он понимал, что делает. Не сумев открыть дверь, он побежал к окну и попытался вскочить на подоконник. Дамблдор не выдержал и запустил в Локхарта Петрификус Тоталус. — Северус, что с ним? — директор подошел к парализованному заклинанием Локхарту, упавшему на пол, в широко распахнутых глазах которого застыл всепоглощающий страх. — Думаю, он что-то видел. Его руки сбиты в кровь, одежда была порванной и грязной, — Снейп скривился, давая понять, о какой «грязи» он говорит. — Он, скорее всего, испытывал страх перед тем, как встретился взглядом с василиском, — высказал свое мнение Снейп, подойдя к Дамблдору и вместе с ним пристально рассматривая Локхарта. — Мисс Кристаллуотер тоже сильно паниковала, но она была намного сдержаннее. Твой профессор ЗОТИ оказался полным трусом, Альбус. — Помоги мне его поднять, Северус. Я хочу кое-что проверить, — Дамблдор наклонился и пытался поставить парализованного Локхарта на ноги. — Ты хочешь его?.. — Снейп выполнил просьбу директора и вопросительно на него посмотрел, догадываясь, что тот собирается применить легилименцию, невзирая на незаконность такого действия. Ответный взгляд Дамблдора лишь подтвердил его предположение. — В таком случае ему нужно обязательно сначала дать успокоительное зелье и подождать, пока оно подействует. Для твоей же безопасности, — пояснил Северус. — Я обронил склянку где-то там, — Дамблдор, придерживая Локхарта, неопределенно махнул рукой в сторону его кровати, — когда он меня оттолкнул. В результате недолгих поисков успокоительное зелье было найдено и влито в глотку не сопротивляющемуся Локхарту. А через пару минут Дамблдор попытался проникнуть в его сознание, вглядываясь в глаза, распахнутые ужасом. — Ничего, — прошептал Дамблдор, уже через несколько секунд прекратив попытку. Он удивленно смотрел на Снейпа. — Я такого еще никогда не видел. Абсолютно ничего, кроме сплошного желтого огня. — Он чокнулся от страха, выгорел, — Северус насмешливо скривился, развеивая проверяющие состояние Локхарта чары. — Мы вряд ли сможем ему помочь. Так что... — он быстрым шагом прошел в кабинет мадам Помфри, а через минуту вернулся с фиалом в руках. Отлевитировав Локхарта на его кровать, Снейп напоил его зельем Сна без сновидений. — Так что пусть пока поспит. Потом нужно будет вызвать специалиста из больницы Святого Мунго. А нам пора заняться мисс Уизли. Или оставим ее пробуждение на вечер? — Нет-нет. Поппи не простит нам, если мы еще раз ее выгоним из больничного крыла. Еще есть время до завтрака. Думаешь, мисс Уизли тоже?.. — Дамблдор направился к постели, на которой лежала Джинни. — Альбус, зачем мне делать предположения? Сейчас узнаем, — Снейп повторил процедуру с трубочкой, впрыснув слюну василиска в нос Джинни. Попытку сбежать пресекли сразу же, прижав плечи мисс Уизли к постели. Ее затравленный взгляд тем не менее был осмысленным. А резко набранный в легкие воздух все же не был использован ею для дикого вопля. Моментально влитое в ее горло успокаивающее зелье вскоре заставило Джинни расслабиться. «Крепкий орешек», — подумал Гарри, молча наблюдая за ее пробуждением со своей кровати. К тому, что случилось с Локхартом, он был полностью готов, потому что еще там, в подземелье, видел в какое он пришел состояние после показательного пробуждения василиском. Уже тогда сознание Локхарта отказалось воспринимать действительность. Именно поэтому Гарри даже не вспомнил о нем в своем рассказе Дамблдору. — Мисс Уизли, вы понимаете, где находитесь? — Снейп диагностировал ее состояние. — У вас что-нибудь болит? — Я в больничном крыле. У меня болит бок. Я упала и ударилась. И я видела... — губы Джинни затряслись, но она так и не расплакалась, только натянула на себя одеяло, словно пряталась от чего-то или кого-то. Снейп дал ей выпить обезболивающее зелье после жалобы на ушибленный бок. Диагностические чары серьезных повреждений не выявили. — Девочка моя, ты нам расскажешь, что с тобой произошло? — Дамблдор походил на доброго дедушку, который просил внучку рассказать, как она провела день. Однако Снейп заметил, хоть и не подал виду, что Альбус старательно пытается считать поверхностные мысли мисс Уизли. — Я... Я не знаю... Я упала и ударилась... Я не помню... — глаза Джинни бегали, выдавая ее наглую ложь и мешая директору более основательно порыться у нее в памяти с помощью легилименции, не привлекая при этом внимания Снейпа, опасаясь дать тому возможность заполучить козырь против себя. В случае с Локхартом преступное применение ментальных практик можно было оправдать желанием разобраться в его состоянии для оказания своевременной помощи. Но Джинни была в довольно адекватном состоянии, потому приходилось довольствоваться только случайными образами, всплывающими на поверхность ее сознания. — Хорошо, — неожиданно спокойно сказал Дамблдор. — Северус, присмотри за детьми, я скоро вернусь, — не задерживаясь, он покинул больничное крыло, а через двадцать минут вернулся с Минервой МакГонагалл и Молли Уизли. — Джинни! Как ты могла? Зачем ты ходила там, где не следует? — Молли неслась через комнату, как Хогвартс-экспресс, никак не медленнее. — Я не хоте-е-ела-а-а! — Снейпу показалось, что мисс Уизли переигрывает. Видимо в ее привычках было вить веревки из Молли, потому что та кинулась успокаивать свою ненаглядную доченьку. Презрительная ухмылка коснулась губ Северуса, что не ушло от внимания Поттера и Дамблдора. И каждый из них сделал правильный вывод по поводу затеянной Джинни истерики. — Молли. Молли! Я пригласил тебя для того, чтобы ты помогла узнать правду, и для того, чтобы потом не обвиняла нас в жестокости наказания. Так что, прошу, — Дамблдор указал на стул, наколдованный им возле кровати, предлагая миссис Уизли отсесть от Джинни и дать той возможность отвечать на вопросы. — Мисс Уизли, расскажите нам, как вы попали в Тайную комнату? Откуда вы узнали, где она находится, и как смогли открыть проход? — Минерва МакГонагалл была подчеркнуто строга. Видимо по пути Дамблдор успел настроить ее на должный лад. — Я провалилась в яму. Ой... Метла... — Джинни вспомнила, что поломала метлу Рона, и тяжко вздохнула. — Какая метла, доченька? — Молли сочувственно смотрела на Джинни. — Я случайно поломала метлу Рона, когда упала... — Мисс Уизли, отвечайте на вопросы, — прервала семейные сюсюкания МакГонагалл. — Я ничего не сделала, — упрямилась Джинни. — Девочка моя, если ты не знаешь, как начать свой рассказ, я тебе помогу. Ты сняла амулет и оставила его на своей кровати... Миссис Уизли охнула и прикрыла рот рукой, но не стала перебивать директора, который после своих слов передал ей амулет Пруэттов. Молли сразу же вскочила с места и надела родовой артефакт на Джинни, чем вызвала недовольную гримасу на лице Дамблдора. — Твоя подруга, мисс Уотерс, надела его на себя и пострадала. Ее пришлось отправить в больницу в отделение недугов от заклятий. Вот и расскажи нам для начала, зачем ты сняла амулет? — директор почти злобно сверлил взглядом Джинни, которая, казалось, не собиралась отвечать ни на один вопрос. — Молли, мне жаль, но я вынужден просить твоего согласия на применение зелья болтливости. Это не вредно, но так мы сможем узнать наверняка, как твоя дочь открывала Тайную комнату и выпускала василиска, от взгляда которого пострадали двое студентов. Благодаря Северусу эти дети смогли вернуться в строй. А еще пострадал профессор Локхарт, когда разыскивал твою дочь. Он, вполне вероятно, никогда не сможет оправиться от повреждений, вызванных встречей с монстром Слизерина, — тон Дамблдора мало походил на просьбу, он просто ставил миссис Уизли в известность, потрудившись объяснить свое требование. Это подтвердили его дальнейшие действия: он достал из кармана флакончик и подал его Джинни, которая вертела головой и не хотела прикасаться к зелью. Пришлось Молли, которая услышала, в чем обвиняют ее дочь, поить Джинни практически насильно. Она понимала, что нужно было разобраться во всем до того, как дело получит огласку, чтобы постараться защитить дочь. — Я услышала голос, который что-то шипел... — через пять минут Джинни Уизли без остановки рассказывала о том, как она нашла записку со странными словами. Как решила, что это тайная комната Поттера, раз он змееуст, а узнав о легенде, предположила, что он нашел путь в Тайную комнату Слизерина, и собралась тоже туда проникнуть... Она рассказала все, ничего не утаив и хвастаясь своими успехами. Ее рассказ был несколько сумбурным и излишне эмоциональным из-за воздействия зелья. — Я отыскала на стене странный квадрат, похожий на дверь, но не успела разобраться, как ее открыть. Монстр... — Василиск, — поправил ее Снейп, презрительно рассматривая эту маленькую меркантильную и упрямую девицу. — Я не знала, что это василиск. Я думала — это монстр. Чудовище! Оно на меня начало кидаться, а потом... Потом я очнулась здесь. — Джинни подверглась частичному взгляду василиска. Только благодаря зелью Северуса она сегодня утром пришла в себя, — пояснил Дамблдор на вопросительный взгляд миссис Уизли. — Как ты могла? Джинни, разве я тебя учила нарушать правила? Зачем ты сняла амулет? — причитала Молли, с недоверием глядя на дочь, которую не узнавала. — Я же сказала, что это для того, чтобы меня Тайная комната не прогоняла своими чарами, — упрямо твердила Джинни. — Это от василиска тебя спасал амулет, дурочка. Ты чудом осталась жива! А если бы василиск превратил тебя в камень? Тогда никакое зелье тебя не спасло бы! — Молли схватилась за голову. — Зачем ты туда полезла? Что тебе там было нужно? Чего тебе не хватает?.. — Мама, я хотела новое платье, чтобы понравиться... — зелье болтливости уже прекратило свое действие, и Джинни смогла удержаться и не рассказать всего. — Ты понимаешь, что из-за твоих действий пострадали люди? — в голове миссис Уизли не укладывалось, как ее милая, добрая, славная девочка могла превратиться в такую безответственную и бездушную куклу, заботящуюся только о своих интересах и желаниях. — Нужно им было быть осторожнее. Они ведь пострадали от василиска, а не от меня, — удивленно пожала плечами Джинни. — Альбус, что теперь будет? — Молли с опаской ждала решения директора. Как бы там ни было, это ее дочь грубо нарушила правила школы и подвергла всех опасности. — Не знаю, Молли. Посмотрим. Нам было предупреждение... — Дамблдор отвел миссис Уизли в сторонку и в двух словах рассказал ей об огненном послании. — Как сама понимаешь, Джинни не должна была выжить. Но ее спасли... — Кто? Альбус, кто спас мою девочку? Ты сказал, что профессор Локхарт... — Профессор Локхарт не справился с поиском Джинни. Он, по-видимому, сошел с ума после встречи с василиском. Точнее можно будет узнать после того, как его осмотрят колдомедики из больницы Святого Мунго, — Дамблдор многозначительно посмотрел на Молли, давая ей понять, что вина за состояние Локхарта лежит на ее дочери, которой придется за это держать ответ. Заодно намекая, что именно от него зависит, насколько серьезной будет кара. — А Джинни спас Гарри. Гарри Поттер. Это он не побоялся спуститься следом за ней в Тайную комнату. Это он смело отогнал василиска от твоей дочери. Это моему подопечному она обязана жизнью, — голос Дамблдора под конец стал пафосным и торжественным. Он хорошо был слышен Поттеру, который с трудом удержался от скептического фырканья. Дамблдор не смог не приписать себе часть заслуги по спасению Джинни, хоть и таким странным способом — напомнив, кто якобы воспитал Гарри отважным и бесстрашным. — Гарри! — все дружно посмотрели на Джинни, с восторгом выкрикнувшую имя своего спасителя. — Гарри меня спас!
