Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 2. Ученик Хогвартса

Как только входные двери школы закрылись за Гарри, он увидел Дамблдора, нарочито неспешно идущего ему навстречу. Ошибиться было невозможно – директор слишком пристально смотрел на Гарри, чтобы поверить в то, что он здесь оказался случайно. «Как хорошо, - подумал Поттер, возвращающийся из Блэк-хауса, - что я перестраховался и зашел на совиную почту в Хогсмиде за своими прибывшими заказами». - Здравствуй, мальчик мой. Как твои дела? – поприветствовал Дамблдор, цепко всматриваясь в лицо Гарри. - Здравствуйте, профессор. Спасибо, у меня все хорошо, - воспитанно ответил Поттер, ожидая, что же последует дальше. - На улице прекрасная погода. Не составишь старику компанию в небольшой прогулке? – Дамблдор приглашающим жестом указал на дверь, в которую Гарри только что вошел. - Хорошо, сэр, - последовал покладистый ответ. Минут через пять, когда они уже немного отошли в сторону от центрального входа в замок, Дамблдор решился на вопрос: - А что это тебя друзья в Хогсмиде бросили? Или это ты от них сбежал? - Угадали. Я сбежал, - Гарри ухмыльнулся своей прозорливости – Дамблдор не случайно его встретил в вестибюле, явно увидел его на дороге, хорошо просматривавшейся из окна директорского кабинета. – Просто… Боюсь, позже у меня не будет возможности в одиночестве попасть в Хогсмид, а я хотел купить подарок Драко – у него скоро день рождения, а заодно и небольшой презент Чжоу, чтобы подарить перед каникулами. - И что же ты купил мисс Чанг? Или это секрет? – казалось, что директор не верил словам Гарри, подозревая в обмане. - Не секрет, но… - Гарри, оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто не станет неожиданным свидетелем, достал из кармана небольшую коробочку, обитую бледно-розовым атласом, и открыл ее. На белоснежной шелковой подкладке лежала небольшая заколка для волос непритязательного вида – палочка из черненного серебра, украшенная красными камнями и парой ярких ягод на цепочке. Однако Дамблдор сразу понял, что украшение не столь простое. Оно хоть и не было запредельно дорогим, но и к дешевым сувенирам его отнести было никак нельзя. - Хороший выбор. Это гранаты? Не слишком ли дорого для обычного презента? - Да, это гранаты, - Гарри не стал комментировать свой выбор и объяснять, что это не обычный подарок, а своеобразная благодарность за то, что он смог спокойно учиться, а не отбиваться от поклонниц, пусть об этом он и не станет говорить Чжоу. Вопрос стоимости своих даров Гарри и вовсе считал личным делом. - Надеюсь, вы ничего не расскажете Чжоу об этом, - он закрыл коробочку и вернул ее в карман. - Я? С чего бы это я что-то говорил мисс Чанг? – Дамблдор обескураженно улыбнулся, искоса поглядев на Гарри. Они потихоньку шли по тропинке вдоль замка. - Ну… Чжоу ведь бывает у вас… - Гарри сделал вид, будто проговорился. - Я со многими студентами беседую время от времени, - выкрутился Дамблдор. – Не волнуйся, я ей ничего не расскажу. А как твоя подготовка к испытанию? – директор стал исключительно серьезным. - Все по-прежнему. Профессор Грюм продолжает со мной заниматься, - заверил Гарри, тоже переходя на деловой тон. – Мне иногда кажется, что он готовит меня к встрече как минимум с мантикорой. - Как знать, как знать, мальчик мой, - многозначительный взгляд голубых, словно выцветших, глаз будто намекал, что такое не исключено. Гарри мысленно передернулся – если в третьем туре и в самом деле ему придется столкнуться с подобным монстром, то он заранее себе не завидовал. - Ты же понимаешь, что Аластор готовит тебя не только к испытанию Турнира? Мне нет необходимости рассказывать тебе о том, что происходит в магическом мире, потому что ты всегда интересуешься новостями, читая свежую прессу, как и большинство слизеринцев. Дамблдор не зря выделил факультет, на котором учился Гарри. Потому что на других студенты и в самом деле уделяли намного меньше внимания новостям магического мира, разве что рейвенкловцы еще любили полистать газеты и журналы, но зачастую лишь в поисках новостей магических наук. - Мои прогнозы, к сожалению, становятся все более реальными, - продолжил Дамблдор свою мысль. - Ты должен уметь защищать себя, как никто другой, потому что судьба сделала тебя героем еще в младенчестве. А значит, и спрос с тебя, хочешь ты того или нет – будет гораздо более строгим, чем с других твоих ровесников, - Дамблдор некоторое время помолчал, словно наслаждался неспешной прогулкой со своим учеником, а скорее – давая Гарри возможность обдумать сказанные им слова. - Я понимаю, что впереди у тебя еще много итоговых работ по школьным предметам и третий тур испытаний, но ты все же подумай, Гарри, может, стоит-таки летом продолжить обучение искусству защиты и боя? Думаю, Аластор и Сириус не откажутся тебе помочь. Да и Ремус весьма опытен в защите от темных искусств, так что и он мог бы с тобой позаниматься, - Дамблдору неожиданно вспомнился вопрос Гарри о том, почему бы самому Альбусу не заняться его обучением. А следом за этим пришла мысль о так и не полученном им мастерстве магического боя, лежащая неприятным осадком на дне его самолюбия, несмотря на то, что он был весьма серьезным противником и почти непобедимым дуэлянтом. Звание мастера в любой из отраслей магических наук было для Альбуса своеобразным подтверждением собственных способностей и возможностью заявить о них общественности на, так сказать, законных основаниях. Никто вроде и не сомневался в его силе и умении достойно противостоять практически любому магу, но и оснований считать его специалистом в боевой магии тоже не было, раз он не получил звание мастера. - Это не моя прихоть. Я просто хочу, чтобы ты был готов защитить себя и своих друзей. - Я подумаю, сэр. М-м… Можно вопрос? – Дамблдор остановился и дал понять, что он весь во внимании. – Это просто любопытство, но… А профессор Люпин - мастер боевой магии? – Гарри даже не представлял, почему ему вдруг стало интересно узнать об этом. - Я знаю, что и профессор Грюм, и Сириус… - Нет. Ремус не смог получить мастерство из-за своей сущности оборотня, - Дамблдор не стал говорить обиняками. – Но смею тебя заверить – его способности и знания вполне соответствуют подобному уровню. - Ясно. Спасибо, что ответили, - они приблизились к дверям в здание, и Гарри понял, что их разговор подходит к концу. - Я бы попросил тебя, Гарри, впредь не ходить в одиночку за границу школьной территории. Это может оказаться небезопасным. И подумай о летних занятиях. Обязательно, - Дамблдор остановился у самой двери. – Беги, тебя друзья уже, наверное, обыскались. - Всего хорошего, сэр, - Гарри удалось выдержать разговор без раздражения на вечно сующего повсюду свой нос Дамблдора. Он поспешил удалиться, пока директор не испортил все какой-нибудь своей неожиданной репликой, как любил порой делать.

***

До самого вечера у Гарри не выдалось ни одной свободной минуты, чтобы зайти к Северусу и рассказать о том, как прошла встреча с Сириусом. Сначала сразу после обеда Гермиона убедила ребят, что нужно обязательно еще раз удостовериться, что они знают ответы на все вопросы, выданные профессором МакГонагалл для подготовки к проверочной работе в понедельник. Никто не стал ей перечить, потому что все прекрасно понимали, что у них должно быть достаточно времени, чтобы найти необходимую информацию, если выяснится, что они что-то упустили, так что откладывать подобное на воскресенье считали просто несерьезным. Затем Чжоу, усиленно занимавшаяся подготовкой к сдаче СОВ в библиотеке, где предпочли искать ответы на вопросы к тесту по трансфигурации и Гарри с друзьями, предложила пройтись перед ужином на свежем воздухе. Отказывать в любезности сопроводить ее на прогулке Гарри не стал, тем более что в последнее время они все реже появлялись на глазах школьной публики исключительно вдвоем. Чжоу зачастую, как и раньше, сопровождала Гарри на посиделки с чемпионами других школ, она без церемоний могла присоединиться к Гарри и его друзьям в библиотеке или перекинуться несколькими словами прямо посреди коридора, однако время их более-менее интимных встреч прошло, постепенно сойдя на нет. Чжоу не настаивала на свиданиях, а Гарри, честно говоря, потерял к ним интерес, несмотря на то, что проводить время в обществе Чжоу ему по-прежнему было комфортно и приятно, почти так же, как и с друзьями. За исключением того, что делиться с ней любыми своими тайнами он не собирался, опасаясь любопытства Дамблдора. Позже, после ужина, Седрик подал знак, понятный одному только Гарри, приглашая его встретиться наедине. Это было весьма кстати, потому что день выдался напряженным, и Гарри с удовольствием провел некоторое время, отвечая на требовательные поцелуи Седрика. Они закрылись в пустующих апартаментах западного крыла, когда-то, видимо, предназначенных для проживания то ли гостей Хогвартса, то ли семей преподавателей. Здесь была стандартная мебель для жилых помещений, правда, все шкафы пустовали, на окнах не было штор, а над кроватью - балдахина. Гарри отыскал эти комнаты с помощью карты Мародеров, когда начал встречаться с Седриком – он не хотел случайно пересечься с кем-либо из знакомых, скрываясь в привычных для остальных парочек укромных уголках. Объятия и поцелуи уже привычно приводили к более откровенным действиям, приносящим обоюдное удовольствие и разрядку. Криво висящие на спинке незастеленной кровати мантии, небрежно брошенные туда впопыхах, расстегнутые измятые рубашки, приспущенные брюки и рука партнера на жаждущем прикосновений члене – все это уже не было для Гарри в диковинку. Он довольно быстро понял, что мужская компания ему гораздо больше нравится, чем женская, когда дело касалось сексуального удовлетворения. Не то чтобы Гарри пылал страстью к Седрику, но тот вызывал у него определенный интерес, в последнее время касающийся исключительно утоления потребности в сексе. При встречах они уже не пытались вести беседы ни о чарах, ни о чем-то другом серьезном и поучительном, как это было в начале. Отбросив все наносное и не став лицемерить, они молчаливо признали, что заинтересованы друг в друге практически исключительно в одном аспекте – в телесной близости, приносящей им обоим физическое наслаждение. Взаимная симпатия была достаточным стимулом, чтобы не отказываться от столь приятного совместного времяпрепровождения. Гарри к тому же отметил, что их встречи благотворно влияют на его уравновешенность и рассудительность. Именно когда он начал встречаться с Седриком, у него появилось желание наконец-то написать Сириусу и окончательно помириться с ним.

***

Гарри, все же догадываясь, что Северусу интересно узнать о том, как прошла его встреча с Сириусом, решил заглянуть к нему почти перед самым отбоем, предварительно предупредив Драко, чтобы тот не искал его и не беспокоился, если Гарри придется задержаться. - Опять на свидание? – Драко пошевелил бровями, что выходило исключительно комично в его исполнении. - Мне нужно побыть… - почти одновременно с ним начал Гарри и замолчал, услышав высказанное предположение Драко. – С чего ты взял? - Не прикидывайся, что проводишь по вечерам время, медитируя в заброшенном классе – не поверю, - Малфой не стал уточнять, что и никто не поверил бы, взглянув на довольную мину Поттера. – Надеюсь, ты осторожен – бастардов тебе рановато заводить, так же, как и жениться. - Уймись! – Гарри швырнул в друга подушкой со своей кровати. – Заведи себе подружку и не подсматривай за мной, - смеясь, посоветовал он. – В общем – не поднимай тут шума, а я ушел, - он демонстративно запихнул в карман Мантию-невидимку. - Удачи тебе в обольщении! – пожелал Драко, все еще держа в руках подушку Поттера и немного насмешничая.

***

Северус решил побаловать себя и заварить чашечку кофе, когда дверь в его апартаменты открылась, пропуская Гарри. - Кофе будешь? - Да, пожалуйста. Я не помешаю? – зондируя почву на предмет настроения Северуса, поинтересовался Гарри, усаживаясь на свое любимое место – в угол дивана, откуда хорошо было видно не только кресло, которое чаще всего занимал Северус, но и его рабочий стол, и столик в углу комнаты, где стояли чашки и все необходимое для чаепития или заваривания кофе. - Нет, не помешаешь. Я уже закончил с проверкой на сегодня, - Северус мотнул головой в сторону своего стола, заваленного горами свитков с работами студентов. – Как там Блэк? – спросил он, подавая Гарри чашку, над которой поднимался душистый пар. - Спасибо, - Гарри довольно прикрыл на секунду глаза, вдохнув кофейный аромат. - Мы поговорили с Сириусом. Недолго, конечно, потому что времени было в обрез, но, как мне кажется, пришли к компромиссу. Гарри, смакуя маленькими глотками горячий кофе, не спеша рассказал о встрече с крестным, не став скрывать своего твердого намерения ответить летом на все вопросы Сириуса. - Возможно, ты и прав. Хватит его беречь и лелеять – пусть поймет, в какое дерьмо он окунулся с головой по воле Альбуса и благодаря своей собственной беспечности, когда беспрекословно выполнял его просьбы и приказы. Только не забудь его заранее обезоружить и будь готов обездвижить, чтобы он не навредил ни себе, ни окружающим, когда узнает правду, - на удивление, замечание Северуса звучало почти серьезно и без привычного ехидства, когда речь шла о Блэке. – Ну и неплохо будет, если ты позаботишься заручиться его обещанием раньше времени не трепаться о том, что он узнает. - Думаю, на это ему вполне хватит собственной смекалки, несмотря на твою уверенность в отсутствии у него мозгов, - Гарри беззлобно ухмыльнулся. – А еще меня сегодня поймал Дамблдор. - Поймал? – Северус чуть наклонил голову и прищурился, словно пытался увидеть ответ раньше, чем Гарри его произнесет. - Он заметил меня, когда я возвращался от Сириуса, - пояснил Гарри, - и решил провести очередное внушение о том, что я обязан стать победителем в Турнире – словно я и сам не хочу этого. Неужели он думает, что я напрочь лишен самолюбия? - Не в самолюбии дело, а в твоем поведении. Альбус переживает, что ты можешь за своими амурными делами забыть о важности Турнира. Это вполне возможная ситуация, - Северус насмешливо ухмыльнулся. Он обратил внимание на то, в каком приподнятом настроении Гарри пришел сегодня к нему. Несмотря на безупречный внешний вид, тот не смог или не захотел скрывать своего хорошего расположения духа, расслабленности и удовлетворенности. Северусу было знакомо такое состояние не понаслышке. – Он сам мне об этом говорил, приказывая присмотреть за тобой. - И далось ему мое поведение, - пренебрежительно фыркнул Гарри. – Будешь следить за мной и подсматривать, чтобы я ничего не натворил? – он лукаво стрельнул глазами и залился легким румянцем. - Думаю, в этом нет необходимости, если ты сам не заинтересован в этом, - Северус ответил таким же откровенным взглядом – ему хотелось доказать дерзкому мальчишке, что он и сам умеет играть в подобные игры – намеки, недомолвки и провоцирующие взгляды подчинялись ему с такой же охотой, как и язвительные реплики. - О чем еще говорил Альбус? - О необходимости продолжать летом учебу у Грюма, Сириуса и даже предлагал услуги Люпина. А вот про тебя и не вспомнил. Неужели мои слова, сказанные перед рождественскими каникулами, принял к сведению? – Гарри не верил в собственное предположение и озвучил его просто для того, чтобы можно было съязвить. - То есть Альбус хочет привязать тебя на лето к Блэк-хаусу, - Северус пропустил мимо ушей замечание Гарри. – А Люпин тоже вхож в дом Блэка? - Не знаю. Я же говорил, что Сириус упомянул о том, что он поссорился с ним. Да и не хочу я у Люпина учиться. - Почему? Он вполне сведущ и в защите, и в нападении. К тому же с ним ты можешь получить весьма ценный опыт боя с оборотнем – пусть он и будет в человеческой ипостаси, но его реакции очень отличаются от таковых у обычных волшебников, - вполне резонно заметил Северус. - Я не подумал об этом, - Гарри на несколько секунд замолчал, пытаясь осмыслить то, что Северус своим заявлением, по-видимому, предлагал ему не отказываться от возможности пройти дополнительное обучение летом. – Знаешь, а у Люпина ведь нет звания мастера. Даже не представляю, но что-то меня словно заставило сегодня спросить об этом у Дамблдора. Будто… Не знаю, но это было похоже на то, что я как бы вдруг услышал размышления о мастерстве, что ли… Не могу объяснить… Но факт остается фактом, Люпин преподавал нам ЗОТИ, не будучи по сути ни профессором, ни мастером. - Почему тебя это волнует? Дамблдор тоже не является мастером боевой магии - он мне сам как-то рассказывал - но ведь он победил Гриндевальда, который считался очень искусным воином… - Вот-вот… Мне тоже тогда на ум почему-то отец пришел, - Гарри улыбнулся, заметив выразительный взгляд Северуса, которым тот отреагировал на то, как он назвал Гриндевальда. – Я имею в виду, когда я сегодня с директором разговаривал. - Может, Альбус об этом думал? О собственном мастерстве и Гриндевальде? Хотя, вряд ли он так расслабился бы, чтобы ты смог походя считать это из его сознания, - Северус с сомнением покачал головой. - А Дамблдор имеет звание мастера хоть по какой-то дисциплине? Ты не знаешь? - Он мастер чар и мастер трансфигурации – это точно. Может, еще по каким-то дисциплинам у него есть мастерство, но я об этом не знаю. Вообще-то, подобное не является тайной, но обычно не принято сильно распространяться о своих способностях, если это не затрагивает профессиональные интересы, - заметил Северус. - Знаю – неписанное правило этики магического мира. А ты мастер зельеварения и менталистики? – Гарри вдруг понял, что никогда не спрашивал ни у Северуса, ни у Тома об их мастерстве. И не потому, что придерживался этикета, а просто не придавал этому большого значения, принимая их такими, какие они есть – без их титулов и званий. - Да. И еще боевая магия, - Северус увидел, как глаза Гарри зажглись восторгом. - Три! Ого! Почему ты никогда раньше об этом не говорил? - Ты не спрашивал, - Северус нарочито безразлично пожал плечами, но ему было приятно видеть искреннее восхищение Гарри. - А кто был твоим учителем? Том? – Гарри только и того, что не облизывался – настолько ему показалась интересной затронутая тема. - Два звания мастера я получил от Тома – менталистики, - Северус неосознанно дотронулся до своего левого плеча, где стоял магический знак, подтверждающий квалификацию, как знал Гарри, у которого тоже была такая же магическая отметина, - и мастер боя, - его рука скользнула на грудь, прежде чем опуститься. – А зельеварению я учился у Эдварда Дервента. У меня с ним не было магического контракта, и звание мастера мне подтверждала комиссия из гильдии зельеваров. - Но у тебя же все равно есть знак мастера зельеварения? – Гарри ранее не интересовался тонкостями присвоения подобного звания. – Или как у магглов – они тебе просто диплом, или что там, выдали? - Нет, - Северус тепло рассмеялся. – Меня поражает – насколько у тебя до сих пор отрывочные знания в некоторых областях социального устройства магического мира. Маггл может подделать документ, подтверждающий его ученую степень и позволяющий ему занять определенное место в обществе, а волшебнику такое не дано, потому что только заверенное магией мастерство имеет статус законного. Вот смотри, - он протянул правую руку впереди себя, расстегнув манжет и засучив рукав – на глазах у Гарри всю руку почти до локтя покрыли густо сплетающиеся в мерцающую сеть желто-коричневые нити, поверх которых, если присмотреться, были разбросаны десятки каких-то черных значков, похожих то ли на руны, то ли на алхимические знаки. Эта призрачная длинная перчатка слабо пульсировала легким сиянием, и по ней пробегали золотистые искры, стекая от локтя к пальцам. - Красиво, - зачарованно произнес Гарри. Он вскочил со своего места и теперь очень пристально рассматривал магический знак, говоривший о том, что его обладатель является мастером зельеварения. – А эти символы, - он указал на одну из темных закорючек, стараясь не прикоснуться к руке Северуса, - что они обозначают? - Это не просто магическая картинка, Гарри. Так же, как ракушка менталиста, - он прикоснулся к левому плечу Гарри, - позволяет при необходимости использовать ее для настройки на тонкую работу и тому подобное, так и перчатка зельевара помогает мастеру в работе. Во-первых, мне приходится прикладывать гораздо меньше магических усилий при изготовлении особенно сложных зелий. Видишь эти искры – так проявляется моя магия, которая в итоге и делает варево настоящим зельем, - Северусу было интересно рассказывать Гарри о магических знаках мастерства, когда тот так увлеченно его слушал. – А эти символы… Идем, я покажу, - он поманил Поттера за собой в кладовку с ингредиентами. – Смотри, - Северус достал из картонной коробочки кусок ивовой коры. Стоило ему только дотронуться до нее, как на его руке несколько знаков зажглись белыми огоньками. – А теперь вот так, - он открыл банку и сунул туда руку, прикасаясь к когтям грифона, как гласила надпись на этикетке – на призрачной перчатке зельевара засветились другие знаки. – И так с любым веществом, - Северус дотронулся до руки Гарри, и его магический знак вовсю заполыхал горящими символами. – Это своеобразный шифр, - он вернулся в гостиную, сопровождаемый Гарри. – Зельевар может записать рецепт изобретенного им зелья, используя эти значки, и никто посторонний без его помощи не будет в состоянии расшифровать эти заметки, потому что магия позаботилась дать каждому мастеру свой набор символов. - И почему я раньше никогда не расспрашивал тебя об этом? - Гарри покачал головой. – Это же так интересно. А ты… Ты варишь какие-то зелья так, чтобы наблюдать за горящими знаками? - Гарри указал на руку Северуса, уже принявшую обычный вид. - Конечно. Обязательно - при изготовлении всех ритуальных зелий, чтобы можно было следить за правильностью закладываемых ингредиентов еще и по знакам, и все сложные экспериментальные – тоже, - Северус одернул рукав и застегнул манжет. - А как выглядит знак мастера боевой магии? – Гарри даже губу закусил от любопытства. - Не думаю… - Ну, Северус… - Гарри по-щенячьи преданно заглянул ему в лицо. – Пожалуйста… - Ладно, - Северус расстегнул камзол, снял его и бросил на спинку дивана, затем принялся за пуговицы рубашки. Гарри видел его с минимумом одежды на теле не один раз – летом они иногда устраивали себе солярий у озера в парке Певерелл-мэнора. Однако сейчас его сердце почему-то нервно затрепыхалось, словно в предчувствии какого-то чуда. Северус распахнул полы рубашки и коснулся своей груди напротив сердца. - Смотри. Буквально через пару секунд на гладкой почти безволосой груди Северуса проявилось изображение кинжала. Как и ракушка менталиста – картинка сначала казалась плоской и ничем особым не примечательной, кроме четко прорисованных деталей – эфес кинжала был темным, почти черным, с округлым навершием более светлого оттенка, как и гарда, и клинок копейной формы, вдоль которого по центру тянулась серебристая вязь надписи. Как Гарри ни присматривался, подойдя почти вплотную к Северусу, но так и не смог прочитать, что же там было написано. Создавалось впечатление, что чем сильнее Гарри напрягал зрение, тем больше расплывались перед его глазами линии и завитки букв. Поттер, пытаясь разобрать надпись, так и не заметил, когда кинжал – знак мастерства – стал объемным, словно зависшим в воздухе чуть наискосок перед грудью Северуса слева, указывая острием на солнечное сплетение. Эффект, словно это настоящий кинжал из металла, был таким ярким, что Гарри не сдержался и резко втянул в себя воздух, продолжая молча зачарованно пялиться на магический знак. Ему до дрожи захотелось дотронуться до кинжала, и он не стал сдерживаться, легонько проведя рукой по груди Северуса, хотя создавалось впечатление, что он скользил подушечками пальцев по рукоятке кинжала, а затем по его клинку. И вдруг его прошило неожиданное желание прикоснуться к магическому знаку губами, поцеловать, лизнуть языком, чтобы ощутить его металлический вкус… Гарри даже прикусил губу, осознав, что именно пришло ему на ум, и он почувствовал, как жар заливает его щеки, выдавая с головой его фантазии. Он отступил на шаг от Северуса, не решаясь поднять голову или что-то спросить. Северус пристально следил за тем, как Гарри изучает знак мастера, проявившийся на его груди. Зрелище было впечатляющим, поэтому его не удивило такое тщательное рассматривание. Но когда Гарри прикоснулся к нему пальцами, по телу Северуса прошла теплая волна – он решил, что таким образом его знак отреагировал на постороннюю магию, потому что нечто подобное было, когда и Том дотрагивался до… Северус задержал дыхание – такое чувство у него возникало, когда Том просто дотрагивался до него, а не до визуализированного знака мастерства. А Гарри тем временем придвинулся к нему так близко, что было слышно, как его дыхание скользит по коже, вызывая… возбуждение. Северус, осознав, что с ним происходит, сделал шаг назад практически одновременно с Гарри, отскочившим, словно он обжегся. - Удовлетворил свое любопытство? – вопрос Северуса, удивленного собственной реакцией, вышел немного нервным и ехидным. Он, отвернувшись в сторону, запахнул полы рубашки и принялся методично застегивать пуговицы. - Этот знак тоже помогает мастеру? – нашелся Гарри с вопросом, чтобы скрыть собственную растерянность. - Конечно, - тон Северуса, успевшего немного взять себя в руки, потеплел. – Во время боя он помогает отражать некоторые атакующие заклятия на уровне инстинктов. - Здорово. Мне тоже хотелось бы стать мастером боевой магии… - мечтательно произнес Гарри. - Учись самостоятельно. Собственно, продолжай то, что вы делаете с друзьями. Лет в двадцать можешь попросить кого-нибудь стать твоим официальным учителем, - Северус успел уже облачиться в камзол, застегнутый на все пуговицы, как в броню, что сослужило добрую службу его самообладанию. - А раньше нельзя? – удивился Гарри такому ограничению. - Раньше? Можно, но обычно более молодых учеников мастера не любят брать на обучение из-за морального аспекта. Но в любом случае ты должен получить базовое образование до того, как из тебя станут делать боевого мага, - Северус уселся в кресло и сложил на груди руки, продолжая внимательно следить за Гарри, который стоял, прислонившись к спинке дивана. - А директор мне сейчас уже рекомендует учиться, - заметил Гарри, все еще не рискуя посмотреть Северусу в глаза. Его самого поразило то странное желание, возникшее у него от прикосновения к магическому знаку. Но самое неожиданное – Гарри неимоверно понравилась собственная фантазия. - Не путай обучение защите и некоторым атакующим заклинаниям с наукой убивать. Боевая магия – это не дуэльные танцы, - Северус насмешливо хмыкнул. – Кинжал, – он постучал себя пальцем по груди, - символ того, что я мастер убийств. Так же, как и твой Сириус. И Джеймс Поттер тоже был мастером боевой магии. Это особое искусство… - А почему символ – кинжал, а не волшебная палочка, к примеру? Ведь бой ведется не холодным оружием, - Гарри решил немного сменить тему – говорить об убийствах ему не хотелось. - Потому что мастер обязан уметь защитить себя и без магии, на то он и мастер, - не отказал в объяснении Северус. - И сколько лет нужно учиться? - Всю жизнь. Гарри, мастер любой квалификации учится и совершенствуется всю жизнь. Но для получения знака мастера – я полагаю, что ты именно об этом спрашивал – каждый проходит свой путь. Чем лучше ты будешь подготовлен до начала занятий с учителем, тем быстрее ты освоишь все, что он сможет тебе дать. Так что… - Так что мне, если я хочу в будущем получить звание мастера боевой магии, следует пользоваться любым случаем, чтобы учиться у всех, кто только согласен со мной заниматься защитой и тому подобным, - закончил вместо Северуса Гарри. - Да. - Но я же могу учиться у вас с Томом, а не у Люпина. - У каждого волшебника свой неповторимый стиль. Так что, чем больше у тебя будет добровольных учителей – тем более обширным опытом ты запасешься, - Северус уже полностью вернул контроль над своими эмоциями, но все же продолжал изучающе поглядывать на Гарри, не переставая задаваться вопросом – что же с ними произошло? От Северуса не ушло, что и Гарри почувствовал что-то, смутившее его. - Ясно. Мне предстоит сумасшедшее лето. Хорошо, что я поговорил с тобой – теперь буду знать, к чему готовиться и как реагировать на предложения Дамблдора. Но он все равно не дождется от меня обещания запереться на Гриммо на все каникулы, - не забыл дерзко заметить Гарри. – Спасибо, что показал мне магические знаки мастера. Это было очень поучительно, - он снова отвел взгляд в сторону, вспомнив о своей неожиданной реакции. - Гонг отбоя уже прозвучал. Если у тебя больше нет вопросов, то я бы советовал отправляться спать, - Северус словно вспомнил свои обязанности декана. - Том сегодня придет? Ты с ним встретишься? – уже дернувшись к двери, вдруг спросил Гарри. - Ты собираешься навестить Тайную комнату? – вопросом на вопрос ответил Северус. Ему не хотелось, чтобы Поттер помешал его планам на эту ночь. - Нет. Но передавай Тому привет и расскажи, что я вроде как помирился с Сириусом. А то он все время интересовался, когда же я решусь, - Гарри улыбнулся, вспоминая настойчивость Тома. – Всего хорошего, - попрощался он, натягивая на себя Мантию-невидимку – мистер Филч в последнее время облюбовал подземелья для своих ночных прогулок в поисках нарушителей школьных правил. - Спокойной ночи, Гарри, - пожелал ему Северус, наблюдая, как тот исчезает под тканью древнего артефакта.

***

Том очень тщательно отмерил необходимое количество каждой из пяти смол, собранных, как указывалось в рецепте, с деревьев, не моложе ста лет, в разных частях света. Ему пришлось несколько месяцев ожидать, пока надежные поставщики смогут достать ему требуемое. Зато теперь у них с Северусом было все необходимое для воспроизведения одного из рецептов Слизерина, который утверждал, что сваренное по нему зелье позволяет волшебнику не спать до пяти суток, в зависимости от количества принятого снадобья, без малейшего вреда для человеческого организма и необходимости последующей реабилитации. Том сложил смолу в каменный тигель и зажег под ним легкий огонь. Опершись руками о мраморную столешницу, он принялся наблюдать, как самые маленькие крошки смолы начинают плавиться, собираясь на дне посудины янтарной каплей. - Что делаешь? – раздался над ухом тихий голос, а горячий воздух дыхания пощекотал шею. Северус, как обычно, подкрался абсолютно бесшумно, и, обняв Тома поперек груди, вызвал у него своим неожиданным появлением легкую дрожь – то ли от испуга, то ли от предвкушения. - «Смолу пяти континентов», - ответил Том, лениво откидывая голову назад и с удовольствием чувствуя спиной тело прильнувшего к нему Северуса. - Отлично. «Роса мира» у нас уже есть, «Дыхание четырех океанов» - тоже. Необходимые камни собраны. Осталось все соединить с… «живущим и растущим на земле, под землей и в воде», - насмешливо процитировал Северус слова из рецепта. Он никогда не упускал возможности подтрунить над Салазаром, который любил облекать научные слова в странную, по мнению Северуса, форму. Так же, как и в этот раз – вместо того чтобы просто перечислить необходимые ингредиенты растительного и животного происхождения, тот сначала придумал название для этой части составляющих будущего зелья и только потом объяснил, что же он имел в виду под расплывчатым определением. - Да. Сегодня закончим подготовку и можно будет тринадцатого, на полнолуние, начинать варить зелье. К концу месяца оно будет готово, а там у тебя начнется отпуск, и мы его испытаем… на тебе, - Том тихо засмеялся и развернулся в кольце рук Северуса к нему лицом. – Мне кажется, или у тебя есть предложение, как скоротать время до того, как смолы полностью соединятся и составной ингредиент дойдет до нужной нам кондиции? - Пойдем в нашу пещеру, и я тебе объясню, чем мы можем заняться, - Северус пристально посмотрел на губы Тома, провоцируя его на ответные действия. - Мне нравится ход твоих мыслей. Идем, - Том еще раз оглянулся на лабораторный стол, окидывая его внимательным взглядом, чтобы убедиться, что в их отсутствие не произойдет ничего непредвиденного из-за его оплошности или непредусмотрительности. - Нет! Ну сколько можно? Я думал, что вы идете со мной поговорить, - донеслось возмущенное бурчание из кабинета Слизерина, когда Том и Северус, переговариваясь, свернули во все так же убого обставленную гостиную, пройдя мимо двери, из-за которой послышался голос Салазара. - Кто тебе виноват, что ты не попросил художника нарисовать тебе кого-нибудь для компании, - насмешливо крикнул Северус, пока они еще не обезопасили себя от едких комментариев Салазара заглушающими чарами. - Не будь жестоким, - засмеялся Том, снимая мантию и сюртук. - С тобой – никогда! - Северус, быстрее партнера справившийся со своей верхней одеждой, отправленной на одинокое кресло, позаботился о комфортной температуре воздуха в комнате и, конечно же, о чарах, которые не позволят Салазару их подслушивать. - Ты сегодня исключительно жадный, - прервав поцелуй из-за нехватки воздуха в легких, заметил Том. – Но мне это нравится. Их ласки были требовательными и даже немного жестковатыми, словно они изголодались по близости, по прикосновениям родных рук и губ, по чувству обоюдной принадлежности и бескрайнего доверия. Поэтому ни для одного из них не стало сюрпризом, что все закончилось довольно быстро, и, лишь утолив «голод», они смогли перейти к более спокойному и прочувствованному удовлетворению потребности друг в друге. Северус, обретя способность думать после очередного утверждения своего права быть вместе с Томом, вынужден был признаться себе, что те чувства от прикосновения Гарри, которые подняли бурю его эмоций, оказались и в самом деле очень напоминающими ощущения, вызываемые тактильным контактом с Томом. Нет – не точно такими, но в чем-то весьма похожими. Пытаясь разобраться, что же спровоцировало именно такое отношение к вполне безобидному прикосновению, Северус решил все списать на родство их магий – они ведь уже убедились, что магия всех троих имеет очень сходную структуру, позволяя колдовать почти с равной степенью успешности волшебными палочками друг друга. Не желая нарваться на насмешку по поводу буйства гормонов, Северус не стал ничего рассказывать Тому. «Да и не случилось ничего сверхъестественного. Просто я сегодня очень устал – вот и оказался чувствительным к чужой магии», - пришел он к выводу, довольно млея под нежными поглаживаниями расслабленного Тома. -------------- Помощь в визуализации: Заколка для Чжоу - http://www.pichome.ru/uaJ