Шестнадцать комнат

Жанры/предупреждения: джен, дарк. - И когда ты вернешься? – Спрашивает, не отрываясь от книги. И как у нее получается настолько скрипучий голос? - Как всегда, не позднее двенадцати. – Торопливо обувается, побыстрее бы уйти от бесконечных вопросов. - Ага, конечно. Опять напьетесь как свиньи, знаю я вас. – Все та же интонация, смесь привычки и необходимости. - Когда ты уже перестанешь, а? Сколько можно говорить об одном и том же? Я уже взрослый человек и могу делать то, что мне хочется! Мне тридцать семь лет! В моем возрасте… - В твоем возрасте нормальные люди уже давно семьями обзавелись и работой хорошей. Это, во-первых. Во-вторых, сойди с ковра, ты в ботинках. - Все, я ушел. – Осторожно прикрыл за собой дверь и практически бегом спустился по лестнице. Ввязываться в спор с матерью было бесполезно и травмоопасно. Не в том плане, что она могла покалечить, а в том, что всегда использовала один и тот же аргумент, который каждый раз попадал в цель. Он и сам знал, что добился не так много. Отношения с женщинами не складывались, еще в школе, смешно вспоминать, пытался ухаживать за девчонками, но ужасно боялся, что те обратят на него внимание. Дальше было не лучше, институт – некогда, сначала надо образование получить, а потом отношения строить. Работа – без определенного уровня капитала женщину в дом не приведешь, на что ее содержать, а ведь потом и ребенок появится. С работой было не лучше. В дипломе, естественно красном, значилось что-то гордое и важное, а по факту так себе специальность из разряда специалист по офисному оборудованию. Ему бы только возможность заняться серьезным делом, забыть о том, что на первом месте необходимость зарабатывать на кусок хлеба! Тогда бы он развернулся по полной, использовал бы свой потенциал в научной деятельности! Какие его временами посещали мысли! Проверить бы их, опробовать. Есть один научно-исследовательский институт, где занимаются разработкой техники в интересном направлении, вот попасть бы туда, так, наверное, и жил бы в нем, отвлекаясь исключительно на физиологические потребности. Если бы… Но реальность была жестока. Вместо любимой работы неприметная должность в офисе, вместо исследовательской деятельности компьютерные игры по вечерам, вместо любимой жены и детей ворчливая мать. А все потому, что нет характера, не мог настоять на своем и отодвинуть кого-то в сторону. Сначала казалось, что успеет еще, какие в школе достижения, потом, что конкурентам нужнее, у них стипендия от победы зависит, а он все равно с матерью живет, ну и напоследок, что теперь поздно, упущен момент, когда можно активно действовать, осталось только подчиниться судьбе и плыть по течению. Отговорки находились всегда и казались правдоподобными. Он умел убеждать, когда это было надо. Но еще чаще убеждал себя в том, что ему никуда не надо двигаться, что лучше оставить как есть. Что на самом деле скрывалось под предлогами сейчас сложно сказать, он давно не занимался рассуждением о смысле жизни, о целях и прочей ерунде. Достаточно было того, что необходимо заработать на оплату квартиры, что дома ждала мать и ей лучше не попадаться без повода на глаза. Да, еще одна причина, почему у него никогда не было девушки – она бы не понравилась маме, ведь она очень критично относилась ко всем потенциальным невестам, потенциально желавшим отобрать у нее любимого сына. Возможно, так бы он и прожил, оставаясь незамеченным и ночами мечтая о научной работе, в свободное время набрасывая на салфетках какие-то графики. Однако, случилось невозможное – он влюбился. Несколько раз его уже посещало подобное чувство, ничего хорошего оно не приносило, становилось больно и противно. И мерзко, что не в состоянии высказаться. Он всегда завидовал тем, кто прямо говорил о своих чувствах, что их не пугала перспектива быть отвергнутыми, что они предпринимали попытки изменить свою жизнь. А он смотрел на все со стороны и боялся пошевелиться не по расписанию, чтобы случайно не слететь с привычного пути. Так вот, он влюбился. Но в этот раз все оказалось намного сложнее, чем обычно. Даже не сложнее, а невозможнее. Потому как объектом обожания являлся коллега по работе. Он сидел за соседним столом, каждое утро говорил «Привет!», иногда что-нибудь спрашивал по работе, часто звал вместе на обеденный перерыв. Надо ли говорить, что сие открытие в себе вызвало много противоречивых эмоций и желаний, начиная с того, что надо хотя бы теперь рискнуть и признаться, заканчивая тем, что пора что-то с собой делать. В промежутках появлялись мысли сменить работу, уехать из города, но они были отвергнуты, если один раз угораздило, то где гарантия, что на новом месте это не повторится. Все стало еще сложнее, чем было. А может просто появилась возможность оценить прошлое и настоящее так, как оно было на самом деле. И жить стало совсем невозможно, по крайней мере, так он ощущал. На работу ходить не хотелось, мать действовала на нервы больше обычного, отвлеченные размышления о проектах не приносили удовольствия, мысли постоянно возвращались к проблемам текущим. Шел он сейчас по совершенно незнакомой улице, к незнакомому дому. Съемная квартира на двое суток. Хозяйка, немолодая женщина приятной внешности, без лишних вопросов отдала ключи. Мало ли зачем молодой мужчина нуждается в свободном помещении. Дверь захлопнулась, и он остался один. Непривычная тишина давила на уши, хотелось что-то сказать, включить телевизор, что угодно, только бы не слышать тиканье часов, при отсутствии других звуков становившееся слишком громким. - Начинать все равно придется, поэтому… Поставил на стол принесенную с собой бутылку водки, несколько блистеров таблеток и нож. Начать оказалось сложнее, чем предполагал. - Как-то не так я себе это представлял. Давай же, сделай хоть что-нибудь в своей жизни как планировал, сколько можно издеваться над собой. Бутылка открыта, сделан первый глоток. Гадость она и есть. Второй. Третий. Несколько лучше, но все равно не так, как должно быть. Остановился, отставил бутылку подальше, откинулся на спинку стула. Взгляд упал на таблетки. - Хорошо, что письмо прощальное не стал писать, выглядел бы совсем идиотом. Подростки и то решительнее. Что оказалось стимулом, сказать сложно, скорее всего сравнение, в стиле матери. Но подростки еще только начинают жить, у них все впереди, а у него… - Ну, к черту! Дрожащими руками выдавил таблетки, несколько упали на пол. Собрал все их в горсть и одним разом проглотил. Пока не передумал, большими глотками выпил из бутылки столько, сколько смог, чтобы не вызвать рвоту. Теперь остался последний этап. Нож был острым, это он заранее проверил, но все равно не хотел резать кожу. Размах – лезвие останавливается, оставив только белую полоску. Надавить медленно – результат тот же. А голова начинает кружиться сильнее, перед глазами все расплывается. - Как-то так. Последнее, что успел подумать. Хорошие слова для конца, очень точно описывают всю жизнь. Как-то так. Из медицинской документации: доставлен в тяжелом состоянии. Признаки алкогольного отравления и употребления психоактивных средств. Самостоятельно вызвал скорую, причину объяснить не смог, говорил с трудом, адрес назвал не сразу. По приезду бригады, находился в бессознательном состоянии. После дезинтоксикации рассказывал о попытке самоубийства, о том, что стало страшно, что проблемы еще можно решить и вызвал скорую. В психиатрическом отделении категорически отрицает, все, что говорил ранее, утверждает, что просто хотел напиться. Необщителен, контактов избегает, комнату покидает редко. На посещения матери выходить отказывается. Суицидальных попыток не повторял.