Торговцы смертью

Ты умер недавно, решив отравиться таблетками, которые стащил у медсестры. Ты умер, будто в насмешку, считая, что устал от жизни. Ты умер, зная, что для тебя - это единственный выход. - Я же вижу, что ты заебалась! С этими словами ты тогда, в свой последний день, всучил мне пакетик с каким-то препаратом. А я не смогла отказать, потому что ты сказал правду. Ты, милый самоубийца, видел людей насквозь, потому что это был дар Смерти, которая уже затронула тебя. Ты знал тайные желания, ты, как ангел смерти, пытался их исполнить всеми способами. И когда ты завершил свою миссию - попросту ушел, махнув рукой на то, что когда-то было тебе дорого. Я была твоей последней целью, видимо, самой непокорной, которую ты оставил напоследок, чтобы не видеть, как рушатся планы. Я знаю, что все те, кого ты спас от жизни, мертвы. Но осталась я, как вечный камень в колесах, как противное исключение из правил. Ты не ошибся в своем выборе, просто я, умиравшая трижды, не собираюсь так просто падать в темноту, в холодные костлявые объятья той, кто меня ждет уже ни один год. Я хочу быть и оставаться живым напоминанием о несовершенстве системы, под которую ты, мой мертвый друг, отлично подстроился. Ты, торговец смертью, даешь способ освободиться, цена которого - жизнь. Не такая уж эта большая стоимость для тех, кто устал или потерялся. Чаще всего люди находят себя в смерти, чем в жизни. Только покинув Эту Сторону хотя бы единожды, всего на секунду, мы понимаем, что есть настоящее сокровище. Проблема в том, что не все успевают вернуться, вытащить себя или хотя бы понять, что это было. Многое люди забывают, забывают и случайных знакомых, и номера телефонов, и обещания, и голос и лица своих лучших друзей. Можно забыть всё, что угодно, даже себя. Но что-то наш разум выдаст спустя год, десятилетия. Какой-то момент из жизни, долю секунды, одну фразу, увиденное лишь однажды лицо незнакомца. И ты вспомнишь всё, даже мельчайшие подробности, даже запахи, даже крики птиц за окном и въедливый дым из ближайшего крематория. И ты еще раз удивишься тому, в какой мере развито твое обоняние, способное учуять даже смерть за стеной. Жизнь – полоса препятствий для некоторых, для кого-то – полное блаженство, у многих это черно-белые полосы. Немногие видят прямую, которая когда-нибудь оборвется, и они рухнут в пустоту. На самом деле не важно, как ты видишь жизнь, как ты чувствуешь запахи или как остро ты видишь. Ты рано или поздно умрешь. От старости, немощи, болезни, аварии, пожара… Способов покинуть этот мир – превеликое множество. Вот только появиться здесь можно лишь однажды, а потом бездна. И что бы там не говорили буддисты, какую бы загробную жизнь не обещало христианство – человек мертв и уже навсегда. Мой милый друг, мы увидимся с тобой, и тогда я спою тебе колыбельную, последнюю в твоей жизни.

***

Я просыпаюсь от уведомления телефона, который плевать хотел на то, что у меня как бы три часа ночи, а утром на работу. Просто появилось новое уведомление, и андроид, с паникой в голосе, решил меня обрадовать. Хотел, как лучше, а получилось как всегда. Я снова закрываю глаза и пытаюсь вспомнить свой сон, но в голову приходит одна работа, от которой я готова лезть на стену и молить начальство об отпуске, ну, или хотя бы уболтать на два выходных. Мне, конечно, покажут кукиш, посмеются и отправят работать дальше, но будет хоть бы немного забавно, потому что хоть какое-то удовольствие я получу. Может, я бы радовалась жизни больше, если бы имела возможность вставать после полудня, пить кофе по вечерам и не спешить куда-то, отряхивая сапоги от налипшего грязного снега. Большой город, слишком много людей, вечная суета. Полный список того, что я ненавижу и желаю обходить стороной, а тем временем, будто все смеется надо мной, подсовывая те варианты, от которых у меня пойдет кругом голова. Работа в самом центре, домой – поздно вечером, а с утра вновь спешить на автобусную остановку. И вокруг лица превращаются в одно сплошное размытое пятно, слова, едва услышанные, становятся гулом, а ты просто теряешься в этой толпе, не зная, куда повернуть на следующем повороте. Зима – волшебное время? Я умоляю. Той зимы, которую я люблю, пока нет. Несмотря на декабрь, несмотря на предновогоднюю неделю, на улице почти плюсовая температура, снег почти растаял, превратившись в серую кашу, а люди уже переоделись в осенние куртки и ходят без головных уборов. С неба капает не то дождь, не то град, неприятно царапая лицо, попадает за шиворот и стекает по шее, забирая последние тепло и вытаскивая из плена своей иллюзий. Ничего сверхъестественного, всё, как всегда, пока ты идешь на работу, поторапливая себя, надеясь не опоздать. Это только в книжках «волшебники всегда приходят вовремя». В реальной жизни волшебников нет, и мы всегда куда-нибудь опаздываем. Опаздываем жить, опаздываем жениться, опаздываем родить ребенка – если рассматривать глобальные проблемы в человеческом существовании. А, если брать в расчет мелочи, то опаздываем на автобус, в кинотеатр, на обед к родителям, на ту же работу можем опоздать. Всё бежим, бежим, торопимся, спотыкаемся, встаем, опять бежим, а в итоге – падаем. Куда падаем? Мне самой интересно, потому что куда упаду, в конце концов, я? В пресловутый ад или в сказочный рай? Или перейду на новую ступень в колесе Сансары? Или попаду в Вальгаллу? Хотя, может, там ничего и нет, за этой невидимой дурацкой чертой, за которую, даже заступив и вернувшись, ничего не вспомнишь. Уж кому, как не мне, это знать. - Я же вижу, что ты заебалась! Крик, пронзительный, принадлежащий неизвестно кому, вырывает меня из своего мира, затягивает обратно в реальность. Где я слышала точно такую фразу? Она кажется мне до боли знакомой, словно напоминающей что-то очень важное, без чего жизнь пуста и бессмысленна. Девушка, которая воскликнула на весь автобус это, смущенно потупилась и отвернулась к окну. Неизвестно, что именно заставило её это сделать – неодобрительные взгляды старшего поколения или выжидательный мой. Она будто что-то знает, будто может мне помочь вспомнить. Рука нащупывает в кармане джинс какой-то пакетик, и я вспоминаю. Как я устала лежать в этой больнице, где врачам все равно, что с тобой, как ты. Лишь бы поставить капельницу, лишь бы впитать твой страх и вернуть его ночью, когда ты кричишь на все отделение от очередного кошмара. Целый этаж несостоявшихся трупов, целый этаж ненадолго обманувших смерть. Только эту старуху не обманешь. Провести можно, но обмануть – никогда. Она всегда забирает то, что принадлежит ей. Как в американском ужастике: один раз ушел от своей кончины, то жди её появление и во второй раз. Она заберет тебя рано или поздно, не потому что ей так хочется, потому что так – правильно. Добро пожаловать в этот мир, где все закончится в деревянном ящике, который будет закопан на два метра и засыпан землей. А ты либо сгниешь, либо сгоришь в печи. Перспектива ужасная, но, поговаривают, жизнь того стоит. Видимо, врут, иначе бы не рыдали на похоронах своих родных. Несмотря на различного вида пессимистичные мысли, я была жива, даже живее всех остальных обитателей этого отделения. Я даже передвигалась сама, могла говорить и порой переругивалась с врачами. Не скажу, что я люблю жизнь, потому что это не так. Я устала. Устала настолько сильно, что, как мне кажется, после смерти должно пройти несколько лет, прежде чем я пойму, что отдохнула. Говорят же: «На том свете отдохнем!». Если врут – с того света отправлю им пинков бандеролью или заказной посылкой, чтоб народ не обманывали. Но я жива, поэтому могу мучить лечащих врачей, доводить до истерики медсестер и мечтать о маленьком отпуске длинной в вечность. А потом появляется он. Буквально на несколько секунд, дарит что-то в пакете и убегает прочь. Потом, спустя несколько часов, я узнаю, что этот человек мертв, покончил с собой. Зачем предавать значение такому событию там, где каждый второй неизлечимо болен? Мысли о самоубийстве здесь вполне разумны. Кому хочется страдать? Кто желает сгореть в агонии? Вряд ли здесь можно найти такого человека, который добровольно подпишется на такие страдания. Где угодно можно, но не здесь. В этом коридоре все уже давно свое отстрадали и сейчас лишь желают забыть о боли. Я вылетаю из автобуса, как только двери распахнулись настолько, что можно было выйти. Теперь я вспомнила о том, кто приходил во сне, кто пел колыбельные, кто дарил неизвестный подарок для успокоения. Если ты не был сном, то ты дождешься.