Никто не выжил II. Болтливый мертвец

…Прохладный ветер бродил по комнате, залетая через приоткрытое окно, легко колыхал шелковые занавеси и приносил с собой отголоски шумов далекого, мучавшегося бессонницей города. Оглядев комнату, она перевела взгляд на кроватку в углу, где сейчас, сокрытый уютным ночным пологом, спал мальчик шести лет. Шести лет, трех месяцев, пятнадцати дней и трех часов от роду. Она знала это, потому, что думала о нем каждый день, не переставая, в течение года. Каждый день. Каждую секунду. Фары проехавшей машины осветили детскую и тут же исчезли, заставив помещение погрузиться в темноту, как если бы это был чей-то случайный взгляд, брошенный на кого-то и заметивший то, что посторонних явно не касалось. А именно: мать и ее ребенок. Чье время медленно, но необратимо проходило. Молодая женщина стояла посреди комнаты, так и не решившись приблизиться к кроватке. Чудом было то, что ей вообще довелось увидеть его снова, год спустя после их расставания. Увидеть дом, где он теперь живет, и людей, которые о нем заботятся. Увидеть и почувствовать одновременное облегчение и невыносимую печаль. Ей хотелось прижать его к себе и поцеловать, хотелось уйти прочь, забрав его с собой, сокрыть от всего остального мира и не расставаться больше никогда. Женщина горько улыбнулась и закрыла глаза. Это было не возможно. Уговор есть уговор. Именно поэтому, оставив на столе подарок к давно прошедшему дню рожденья, она помедлила, глядя на лицо спящего ребенка, пытаясь запомнить каждую его черту, и, простояв так пару минут, наконец, тихо выскользнула из детской, а затем из дома, прикрыв за собой аккуратно вскрытую дверь, так и не дав повода проснуться мирно спящим в нем людям, и растворилась в прохладе сентябрьской ночи. Машина ожидала у дороги. Пробравшись меж деревьев, женщина села на водительское кресло, захлопнула дверцу и только тогда позволила себе заплакать. Она плакала долго и бесшумно в полной тишине и в полном одиночестве, а когда последняя слеза стекла по ее щеке, она вытащила сигарету из полупустой пачки и закурила, собираясь с духом. Пора было возвращаться обратно. Домой… Нет, не так… не домой, в то место, которое теперь было ее домом...