Планета, которой нет

      Мартин, так или иначе, обнаружил себя прикованным по рукам и ногам к мягкому креслу. Вокруг разливался белый, не слепящий глаз свет. Стены помещения тоже были белыми.       Внезапно раздался знакомый голос: - Ага! Проснулся, адмирал! - Кто здесь? – спросил Мартин.       Внезапно перед ним оказалась голограмма худощавого человека в белом халате поверх обычного джемпера и чёрных брюк. Немного вытянутое лицо, шапка коротких черных волос, внимательный и цепкий взгляд. - Вы кто? – спросил бывший мятежник, только потом внезапно осознал, насколько сильно лицо этого типа напоминает лицо на кристаллическом дисплее профессора.       Голографический человек спокойно обошёл кресло, к которому был прикован адмирал. Мартин хоть и был очень встревожен, но решил обстановку не накалять. Прежде всего, стоило для начала выяснить, что происходит.       Внезапно перед его лицом возник стул, а обстановка вокруг превратилась в какое-то подобие зелёного поля на фоне невысоких гор и старинного городка у их подножья.       Голограмма «присела» на возникший виртуальный стул и даже спросила всё тем же голосом: - Можно я присяду, Амиго? - Вы так и не ответили на вопрос, кто вы и что вам от меня нужно?       Человек в белом халате усмехнулся, затем ответил с лёгкой улыбкой: - Алехандро Мария Лопес Контадор. Почётный профессор бионики и биокибернетической инженерии Университета Саламанки. Странно, что ты не узнал меня. А мы ведь так часто встречались раньше. - Вы немного изменились. – Съязвил Мартин. - Да есть такое. Примерно так я выглядел, когда мне было 30 лет. Сейчас я действительно выгляжу иначе. Но моё положение позволяет мне использовать разные средства коммуникации. Сейчас ты на борту моего личного транспорта. Он идет на автопилоте. Ибо кроме нас на борту больше никого нет.       Мартин дёрнул левой рукой. Но ничего существенного не произошло. Наниты-крошки могли уже давно съесть оковы на подлокотниках кресла. Но он сначала просто не хотел пускать их в ход раньше времени. Но сейчас с ужасом осознал, что у него больше нет никакого контроля над микробиотическими роботами. - Всё верно! – Снова заговорщически улыбнулся Контадор. – Это я создал руку, наноботов и этот корабль. Я создал. Я и отключил. И фактически, я создал тебя … - Что это значит? Я подозревал, что кто-то использует нас. Но …       Профессор перебил его и начал сам: - Теперь ты послушаешь, для начала, старших. Я родился в Мадриде в 2098 году. В своей семье я был единственным ребёнком и единственным сыном. И мои интересы с самого начала расходились с интересами большинства моих сверстников. Уже в школе, с класса пятого, шестого я начал активно интересоваться техникой и программированием. Вопросы создания искусственного интеллекта волновали меня уже тогда. Хотя, это было далеко не всё, что занимало мой ум. Естественно, что очень многим в школе это не нравилось. В этом мы с тобой похожи, Марти. Ты ведь тоже с самых ранних лет был вдохновлен своей идеей. И другие тоже тебя не понимали. - К чему вы клоните и куда меня везёте? - К тому, что мы стали союзниками не просто так. Мы похожи. У нас общие враги и общие цели. Мы оба хотим изменить в этом мире хоть что-то. - И поэтому вы изуродовали меня и пытались уничтожить мою личность? - Это случилось вынужденно. У меня не было технологий, чтобы сохранить твой разум и организм в полной целости и сохранности. Поэтому пришлось заморозить его. Я бы мог сделать с тобой то же самое, что сделал с собой! Но не думаю, что ты был бы в восторге. Как и твоя подруга Сиф. Она боевая машина и непобедимый воин. Но счастлива ли она? Когда осознаёт, что она человек с телом робота. Но она хочет быть человеком в полном смысле этого слова. Я не смог дать этого самому себе, но я дал этот шанс тебе. Это прошло не бесплатно. Мучачос. - Почему с Сиф вы не могли сделать того же, что со мной? - На вашей базе не было нужного оборудования. А то, что было на моём корабле для такой операции совершенно не годилось. Да и подготовка специальных наномашин, спроектированных под её организм, заняла бы годы. Это не так просто. - И куда же мы летим сейчас? – спросил Мартин. - На планету в системе БИ8460.       Мартин попытался вспомнить, о какой вообще системе может идти речь. До него дошло, что это была небольшая звезда явно очень далеко. Такие номера присваивали окраинным звёздам. Господи, как же далеко от любых систем Республики они уже находятся! Это было настоящим галактическим захолустьем. - Всё вспоминаешь, где такая система может быть? Это звезда совсем близко от нашей родной Земли. Всего 12 световых лет. - У БИ8460 нет планетной системы. Это одиночная звезда с пылевым диском. - Официально, нет. Но на самом деле есть. И весьма обширная. Скоро ты в этом убедишься. Галактическое Сообщество наложило запрет на посещение этой системы. А каким был бы самый надёжный запрет? Это объявить, что планет у этой звезды нет. Это решение было принято где-то сто лет назад. В соответствии с ним во все навигационные приборы всех кораблей Сообщества были внесены такие изменения, чтобы планетная система была действительно не видна. Но наши корабли не оснащены такими приборами. Потому что нас официально тоже не существует. Несуществующая планета для несуществующей компании! Неплохо, правда? – улыбнулась голограмма. - Но зачем вам это? - Когда мы прибудем на борт орбитальной базы, я всё объясню. А пока отдохни и наберись терпения. Мы уже скоро прилетим.       Голограмма погасла, а панорама помещения исчезла. Взору тут же предстала та же самая металлическая стена. Но внезапно автоматические наручники на подлокотниках кресла расцепились. Мартин смог встать с кресла «стоматолога». Так же очень неожиданно открылись двери его камеры. Мартин вышел на вспомогательную палубу. Коридор этого уровня освещался тускло, но внезапно осветился цепочкой зелёных светодиодов на полу, явно указывая направление дальнейшего движения пленника. - Контадор? Я знаю, вы контролируете корабль! Что всё это значит? – Громко спросил Мартин.       Он знал, что датчики шума стоят по всему кораблю. И оператор его услышит, благо, что сейчас он явно слился с кораблём в одну систему.       Но ответа не последовало. Тот, кто сейчас контролировал корабль, явно не спешил отвечать, несмотря на собственную же словоохотливость буквально пару минут назад. Мартин замолк. Профессор явно играл с ним в какую-то игру. Что ж. Большого выбора у него теперь нет. Можно сыграть и дальше.       Он проследовал вдоль светящихся полосок на полу и обнаружил каюту с удобной, хорошо взбитой постелью с чистым бельём. Он уж и не помнил, когда в последний раз ему доводилось спать на такой. На нарах кораблей пиратов или революционеров порой вообще никакого белья не было. Иногда – были искусственные матрасы, пользованные неизвестно кем по сотне раз. Но там-то было не до жиру. А здесь аж сомнения берут. Слишком подозрительно это всё. Может, профессор даст ему тут заснуть, но уже никогда не даст проснуться?       Мартин, впрочем, быстро отмёл такую мысль. Не для того на него потратили столько времени и денег. Тут явно на него уже были сделаны большие ставки. Только вот какие? Об этом пока можно было только догадываться.       Но делать было нечего. Он слишком устал. И сразу же провалился в сон, едва прислонил лицо к подушке. И даже не разделся. *************************************************************       Проснулся Мартин от звукового сигнала в своей каюте. Но только тут он вспомнил, что уже давно отвык от чёткого распорядка дня. Слишком сильно помотало его в последние дни. Но только сейчас бывший адмирал вспомнил, что находится в качестве то ли пленника, то ли кого-то ещё на звездолёте профессора. - Пора вставать, амиго! – раздался из динамиков бодрый голос профессора. – Ты спал почти месяц. Именно столько мне пришлось продержать тебя в состоянии искусственного сна. Кораблик у меня небольшой. Ты бы со скуки волком завыл. - Ну уж спасибо на том, что не заморозили меня снова ещё на сто лет. – Недовольно ответил Мартин, стремясь явно подколоть хозяина корабля. - У-у! – В голосе из динамика чувствовалась обида. – Это я должен воспринять на свой счёт? Неужели ты не видишь качественно иного развития ситуации, адмирал? У нас война на носу. И ты стал одним из важных кирпичиков в фундаменте победы. Сможешь ли ты просто так оставить всё это? - Но ведь именно это вы заставляете меня сделать. - Тебе нужны ответы на многие вопросы. – Спокойно ответил Контадор. – Мы как раз прибыли на место, где ты эти ответы найдёшь. Но только прими моё условие, звёздный солдат. Эти ответы ты найдёшь сам. И интерпретировать ты их тоже будешь сам. Сегодня тебе предстоит много открытий. Вставай!       Двери в каюту разошлись, и, наконец, появилась возможность покинуть это «заколдованное» помещение. Пленённый адмирал встал, осмотрелся и вышел в коридор, как выяснилось, совершенно пустого корабля. Ни в одном из помещений и на палубах не было никого. Профессор не обманул. Но это было жутковато. Хотя гравитация и системы обеспечения, похоже, были в норме. - К чему эта напускная таинственность, Контадор? Зря только тратите время.       Но ответом ему прозвучала только тишина.       Левая рука всё ещё висела беспомощной железкой и ни в какую не желала шевелиться. Каким-то образом профессор отключил её. Что ж, неудивительно, если он сам изобрёл её. Но это означало, что и послать своих микро-крошек, ломать компьютерные мозги корабля он уже не сможет. Хитро! Ничего не скажешь. Он полностью и весьма предусмотрительно обезоружен на необитаемом корабле.       Мартин прошёл на мостик, где также никого не оказалось. Однако все пульты управления были активны. За ними никто не сидел. Но Мартин занял одно из кресел за штурманской панелью. Прошёлся рукой по панели задач. Но она на его движение никак не отреагировала. Корабль был полностью автономен. Доступ к программе управления был заблокирован, хотя сама программа работала. Мартин мог бы хоть вдребезги разбить весь пульт. На самом корабле это бы не отразилось. Центр принятия решений был тут в другом месте.       Мартин удручённо откинулся на спинку кресла и только теперь обратил всерьёз внимание на вид в лобовом стекле. Корабль был не в прыжке, а в конвенциональном пространстве. И при том медленно сближался с какой-то планетой. Что ж, судя по всему, это и была та самая «несуществующая» планета, о которой сказал Контадор. По виду, обычная планета землеподобного класса с одной луной, которая была сейчас с противоположной от него стороны планеты.       Но корабль профессора строго держал курс на сближение с планетой. И по мере приближения можно было разглядеть всё больше подробностей. Судя по всему, большую часть поверхности занимал океан. Но и суши было тоже много. Особенно островов. С большого расстояния было рановато делать далеко идущие выводы, но Мартину казалось, что там был только один массив суши, который сошёл бы за материк. И множество островов вокруг него и в морях. В разрывах облачного покрова можно было разглядеть и полярную шапку. Северная шапка была освещена. Стало быть, лето сейчас было именно на севере. Южная часть планеты была в тени.       Многочисленные острова были покрыты зеленью. А в центре главного материка проглядывала пустыня.       Корабль уже успел сблизиться с планетой настолько, что она стала уже занимать всё пространство в обзорном стекле. Только здесь Мартин увидел небольшую точку на её орбите. Похоже, что это была орбитальная база. И корабль держал курс именно на неё.       По мере приближения точка росла. Да, скорее всего, это даже и не база, а целая орбитальная крепость шарообразной формы. Но кроме неё на орбите планеты не было больше ничего.       Мартин пошарил рукой на панели управления без особой надежды. Но сканер объектов отозвался на команду. Ну, это было логично, сканер пространственных объектов не относился к командным приборам. Это лишь информационный источник. Мартин вывел перед глазами голограмму шарообразной крепости, с отверстиями для выдвижных мортир. Похоже, стандартная орбитальная крепость Республики. Шарик диаметром в полтора километра из трёх внешних слоёв фибробетона – монолита. Каждый толщиной в 45 метров. Ещё столько же пространства между слоями, заполненного сыпучими материалами, вроде песка или щебня. Не считая технологических отверстий или служебных помещений, ангаров и створов плазменных орудий, сенсоров крепости. Гелиевый реактор в самом центре шарообразной конструкции в самом толстом забетонированном кожухе. В принципе, при постоянной смене топливных носителей и регулярном ремонте ядра синтеза можно продлевать его ресурс столетиями. Крепости списывали не из-за этого. А прежде всего из-за устаревания их вооружений и систем защиты.       Так что возможно, что эта таинственная корпорация Фьюжн просто купила одну из крепостей и «повесила» её на орбите этой планеты. Но это ещё только предстояло выяснить.       Внезапно включился один из бортовых экранов над пультом управления. На этом экране пленник с любопытством разглядывал лицо человека средних лет. Он носил усы, имел светлую кожу, но в остальном больше напоминал человека восточной внешности. Миндалевидные глаза с ярко-жёлтой, золотистой радужкой. Одежда – зеленоватый, болотистого цвета мундир и такого же цвета кепи со скошенным книзу козырьком. Человек заговорило на том же странном языке, который он уже слышал от того адмирала. К своему собственному удивлению, Мартин понимал слова говорящего, хотя и не на сто процентов. Но из сказанного он понял следующее: - Господин адмирал Беренц, моё имя Дзиро Аритомо. Я имею честь приветствовать вас на борту орбитальной крепости «Содружество» в системе корпорации Фьюжн. Я являюсь комендантом крепости. Вам дано разрешение на посадку в нашем главном ангаре на первой парадной палубе.       Мартин только кивнул головой с недоумевающим видом.       Но внезапно раздался голос профессора из динамиков громкой связи на судне, говорившего на бейсике: - Дзиро! Полегче, комендант! Наш гость не так хорошо владеет вашим языком. Я думаю, до поры, до времени, мы будем общаться на бейсике на борту и на поверхности. Ты не против? - Конечно, профессор! – С улыбкой ответил собеседник на бейсике с заметным акцентом. – Принято. Простите нас, адмирал Беренц. Моё имя Дзиро Аритомо, комендант орбитальной крепости «Содружество». Имею честь принимать вас и господина профессора на борту. Насколько я понимаю, корабль сам зайдёт в нужный док на автопилоте. Схему посадки вам уже скинули. Ждём вас с нетерпением.       Связь на этом отключилась, и экран погас. А крепость в окне обзорного стекла всё росла. - Что всё это значит, Контадор? – Спросил Мартин, но ответом ему была только тишина. - Какой смысл сейчас в молчанку играть?! – раздраженно вспылил он и снова уставился лицом к окну.       Орбитальная крепость имела шарообразную форму, и по мере приближения к ней, становились лучше видны её открытые освещенные ангары и раструбы равномерно распределенных орудий. Корабль профессора целил на одну из палуб ровно на «экваторе» станции. С виду сложно было оценивать её истинные размеры. Но скорее всего, она едва ли была больше стандартных размеров орбитальных крепостей Республики.       Что ж, самое главное, что на этой планете живут люди. Поскольку именно абориген сейчас обращался к нему. Но вот откуда он мог знать их язык? Пока этого он не понимал. Похоже, Контадор знает ответ. Потому и везёт сюда. Но зачем? Он сказал, что все ответы нужно будет найти самому. Да уж! Хорошее зданьице, когда война на носу. Как бы там ни было, на душе у Мартина было паршиво. Его друзья сейчас ведут войну в рушащемся мире. Хоть он больше и не Уго Беренц, но он слишком много пережил и прошёл с ними, что бы так просто забыть о них. Да и долг, накопленный перед многими жителями Республики за все эти пятнадцать лет, не позволял этого сделать. Как тут все бросишь! Да, похоже, что и сам профессор подобного мнения. Только ему почему-то нужно Мартина здесь пока попридержать. Что же там стрясется, в Республике, пока его не будет? Этот, да и многие другие вопросы, не давал покоя.       Конечно, теперь было очевидно, что всё произошедшее за последние 15 лет, было срежессировано профессором. Развязал ли он в одиночку войну? Сомнительно. Хотя, до конца Мартин этого отвергать не мог. Сейчас он уже ничему бы не удивился. Но то, что он стоял за созданием Народного Фронта, направляя его, тогда ещё Уго Беренца, как марионетку, было точно. Его друзья тоже предатели? Неизвестно. Некоторые, вполне возможно. Но явно не все. Никак не удержишь такую массу заговорщиков, и чтоб ни один ни словом не проговорился. Чем меньше людей знают правду, тем лучше.       Что же будет с Фронтом теперь? Его уничтожат? Или всех уберут, как ненужных свидетелей после «предательства» собственного командира. И всё-таки профессор, и кто там за ним стоит, вложили слишком огромные ресурсы в эту революцию. Такими вложениями не разбрасываются просто так. И, кроме того, Мартин ещё явно очень нужен профессору. Конечно, добровольно сотрудничать с ним было уже невозможно. Ибо больше он никакой не помощник, или, как он там себя величал, человек, у которого слишком много врагов среди Великих Кланов. Врагов-то, может, и впрямь много. Но теперь стало ещё больше. На одного. Он лишил его судьбы, памяти, поиздевался над его телом и душой, обратил в марионетку, послав на войну. Во имя до конца непонятных целей. Потому что насчёт искренности профессора в идеях народной революции больше сомнений не было. Нет, профессор Контадор сломал его жизнь. Профессор и тот улыбающийся хлыщ, который заставил подписать договор с корпорацией Фьюжн. Самый очевидный ответ был в том, что сейчас его по-тихому везут на очередную промывку мозгов. Но что-то подсказывало, что, возможно, цель их путешествия была иной.       Но времени на размышления уже не осталось. Корабль вошёл в ангарные ворота на «экваторе» станции. Даже на искушенный взгляд Мартина, ангар выглядел внушительно. Он вмещал звездолёт полностью, и ещё оставалось много места. Вполне возможно, что ангар мог полностью вместить даже лёгкий крейсер флотов республиканских кланов. Створки ангара закрылись, а помещение начало заполняться воздухом. Мартин начал с любопытством разглядывать людей, входящих внутрь. Одного из них он уже узнал. Это и был тот самый комендант. Остальные носили одинаковую форму и выглядели похоже. Однотонные мундиры со штанами-галифе в той же тёмно-зеленой гамме странного болотистого цвета с немногочисленными знаками различия. Впрочем, на некоторых были синие рабочие комбинезоны.       С корабля спустился трап. Мартин понял, что ему пора было выходить. Его ждало снаружи не менее двенадцати человек. При них не видно было оружия. Но кто мог поручиться, что его вовсе не было. Да и есть ли смысл прятаться на корабле, где каждый уголок под надзором профессора, который сам неизвестно где. Пленник встал из-за пульта на мостике и направился к выходу.       Он вышел наружу по трапу. Комендант орбитальной крепости Аритомо тут же поклонился с улыбкой вполне искреннего человека и объявил на бейсике с заметным шипящим акцентом: - Господин Беренц! Вы не представляете, как мы рады встрече с вами, с прославленным героем Галактики и борцом за свободу. Ваш пример вдохновляет и нас и наших товарищей внизу.       Мартин согласно кивнул головой. - Ура! – воскликнули остальные собравшиеся. - Эм. Спасибо, комендант Аритомо. Мне приятно, что вы так хорошо наслышаны обо мне. – Ответил Мартин через силу, всё ещё будучи весьма запутанным.       Всё-таки тут ему многое не нравилось. Он не знал, что он может ждать в ближайшую минуту. Уж очень он хорошо привык ждать опасностей с разных сторон, чтобы всерьёз рассчитывать на действительно дружелюбную встречу. Особенно при том, кто привёз его сюда. И да! Кстати, где же до сих пор, блин, профессор прохлаждается? Был ли он вообще на корабле? Или его просто удивительно развели голограммой?       Внезапно сзади раздался звук выдвижной плиты с мощным приводом. На палубу с корабля автоматически опустился еще один трап, по которому словно из ниоткуда возникшей ниши в корпусе звездолета вышел профессор Контадор. И на этот раз он сильно отличался от того, каким его привык видеть Мартин. Неизменной была только его «голова» в виде монитора. А в остальном у него теперь был мощный бронированный корпус пурпурного цвета, суставчатые руки, покрытые броней, вместо трёхпалых шлангов и мощные ноги, увенчанные тремя когтями из хорошо отполированного металла.       Тяжёлой и звонкой поступью ног по металлическому трапу он спустился в ангар и остановился по правую руку от Мартина, оглядывая всех поворотом дисплея из стороны в сторону. Физиономия на его дисплее хоть и была небритой, но странное дело, он был явно в приподнятом настроении. С чего бы это? - Дорогие соратники! – Именно так обратился профессор к собравшимся. – Я рад, что вы наконец-то встретили прославленного адмирала Уго Беренца. К сожалению, он никогда не слышал о вашем мире и ничего не знает о вас и вашей борьбе. Прошу, расскажите ему всё, о чём он попросит. Он сам и его люди ведут борьбу далеко отсюда, и её результаты так же влияют и на нас. Галактика становится теснее. Мы уже не можем просто сидеть, сложа руки. Таковы реалии, амигос! Что ж, Уго. – Он с совершенно невозмутимым видом обратился к Мартину с этим старым и к тому же искусственными именем. – Я полагаю, ты устал. Знакомство с этим миром стоит отложить на завтра. Тебе покажут твою каюту. А пока, Дзиро. – Он уже развернул свой экран-лицо. – Расскажи мне, что вам удалось достичь за время моего долгого отсутствия.       Однако, комендант нисколько не смутился. - Господин профессор, - сказал он, - вообще-то информационный файл с хронологической разбивкой я скинул вам еще, когда ваш корабль был на подлёте. - Я знаю, Дзиро! – Успокаивающим тоном ответил робот. – Но файлы – это одно. А мне гораздо интересней послушать твоё собственное видение происходящего.       Комендант пожал плечами и ответил: - Я вас понял, профессор. Тогда прошу на мостик. А пока они беседовали, пленник улучил возможность получше разглядеть этих людей. В общем-то, люди, как люди. Но цвет глаз его немного удивил. Радужка у них у всех была ярче и насыщенней, чем у антарийцев, да и у тех же землян. У кого-то, как у коменданта, были ярко-золотистые глаза и белая кожа. У других – глаза изумрудно-зелёного цвета и кожа немного смуглее. А у третьих глаза были цвета сочного аквамарина, и эти уже были совсем смуглокожими. Да и сам облик этих людей был скорее азиатским или метисным, по сравнению с теми же привычными антарийцами, которые были поголовными европеоидами.       Комендант поманил за собой. Раскрылись герметичные шлюзовые двери ангара, и они в количестве шести человек и одного робота оказались в довольно стандартных коридорах привычным для Мартина на всевозможных орбитальных и космических базах. Такие же грубые стены из металла и бетона. Такой же типичный быстроходный лифт донёс их куда-то наверх.       Но прежде, чем они отправились дальше, Контадор остановил Мартина и сообщил: - Уго! Сейчас нам придётся на время разделиться. Но завтра я весь в твоём распоряжении. Можешь зайти ко мне в любое время. А пока, Дзиро, пусть кто-нибудь отведет адмирала в его каюту.       Комендант кивнул головой и что-то произнёс на своём языке. Один из сопровождающих, смуглый худощавый молодой человек лет 20, не больше, что-то ответил ему хорошо поставленным голосом и затем обратился к Мартину на бейсике, правда в начале произнёс словечки на своём языке, означавшее господин или скорее даже наставник. - Сифу Беренц, я сержант Укалик. Для меня будет великой честью сопровождать вас. Всё это время я буду в вашем полном распоряжении и с радостью отвечу на любые ваши вопросы. Прошу, я покажу ваши апартаменты на борту нашей скромной базы.       Мартин кивнул, прикинувшись уставшим, и последовал за своим новым провожатым. Трудно было сказать, но казалось порой, что этот сержант смотрит на него чуть ли не как на божество или суперзвезду, кумира миллионов. Мартину это не совсем нравилось. Всё-таки стоило держать себя в руках и сначала хорошенько выяснить намерения этих людей.       Наконец, сержант привёл их в удобную комнату с заправленной постелью и красивыми коврами на полу и с широким панорамным видом на планету в огромном окне, которое занимало всю внешнюю стену. Вообще-то подобные излишества не очень разумно обустраивать на орбитальных объектах. Он ведь уже привык к замкнутым словно в консервной банке помещениям боевых объектов флотов и орбитальной обороны. Но это хотя бы означало, что тебя не вынесет в открытый космос из-за небольшой тещины в стене или внезапной технической неполадки. Он знал, что богачи республики обожают орбитальные апартаменты с панорамным видом, но то от незнания возможных рисков. А с ними Мартин уже сталкивался. Космос коварен. И чем дальше ты от поверхности аппарата, тем в большей ты безопасности.       Он осторожно потрогал стекло окна. Оно казалось толстым. - Скажите, сержант, а насколько прочно стекло этого окна? – Спросил он. - Это бронестекло толщиной в три метра. Не беспокойтесь, адмирал! Здесь всё предусмотрено для полной безопасности. «Три метра, ядрён бозон! – Подумал Мартин. – Это сильно. Что ж, даже если крепость и стандартная, то над ней с тех пор хорошо поработали. Каждая такая крепость стоит не менее 15 миллиардов Кредитов. Видать, не бедная эта корпорация Фьюжн. Но и поработали они, к сожалению, только для того, чтоб сократить обороноспособность. Это окошко – отличная цель для атаки с любого ракурса». - И давно у вас эта крепость?       Сержант Укалик расплылся в улыбке. Хотя он и так всё это время выглядел, как девчонка-фанатка рядом с суперзвездой. - Конечно, адмирал! Эта крепость здесь уже 14 лет. Освободители отбуксировали её сюда и немного переделали. Я не был тому свидетелем. Я был мал еще. - Освободители? – спросил Мартин, нахмурившись. - Да, корпорация поддержала нас в тогда ещё безнадёжной борьбе за свободу от угнетателей. Но вы лучше пока отдохните. Завтра вы сами сможете осмотреть и оценить все наши достижения и то, чем именно мы можем вам помочь в вашей борьбе. - Любопытно! Любопытно! – Проговорил адмирал, отвернувшись к окну. – И что 14 лет вы всё воюете? И кто же эти угнетатели? - О нет! Что вы, адмирал?! Наша борьба шла уже более 40 лет. Но однажды мы были близки к успеху. Но наш вождь предал нас. Он оказался одним из кинетиков. Но от этого наша ненависть к угнетателям никуда не исчезла. Но у нас не было шансов на победу, пока не пришли вы. - Мы? – удивившись, спросил Мартин. - Да! Освободители! Вы сначала помогли нам. И теперь вы продолжаете свой нелёгкий труд в других мирах. Наш мир перед вами в долгу. Хоть мы не можем много дать. Но мы постараемся сделать всё возможное.       Мартин кивнул головой и снова развернулся к окну, разглядывая незнакомую для себя планету. Создавалось сильное впечатление, что у парня изрядно промыты мозги. Но что бы тут когда-то ни происходило, он верил всем сердцем в свою правоту. И что это за странные угнетатели, столь ненавистные местным людям? Странно, конечно. Раз это было 14 лет назад, то парень еще маловат был, чтобы лично сталкиваться с ними. Хотя, всякое возможно. Он сам не раз видел малолеток, не по своей воле ставших солдатами.       Кинетики? Странное название. Другая раса? Раса господ? Да и вообще. Примерно в то же время Мартин помнил, какой ненавистью он дышал к Великим Кланам. Позже немного, после того, как сам пообщался со своими союзниками вроде дарсийцев или Сури, и узнал их мотивы, он понял, что эта ненависть происходит не столько от реального угнетения планет и их жителей. Дело скорее в том, что Кланы привыкли всё грести под себя. Они с трудом могли договариваться с тем, кого считали заведомо слабее. Да и вообще, даже друг с другом. Они неосознанно ставили препоны в естественном развитии планет. Неудивительно, ведь всё их внимание традиционно уделялось борьбе с себе подобными. Ещё стоило поспорить, кто кого ненавидел сильнее. Народный Фронт – Кланы? Или Кланы – друг друга? Хотя, сержант пока лишь нагнал туману. Раз он, адмирал Беренц – тут кумир и герой, стоило пока поиграть в кумира и героя.       А сержант снова напомнил о себе: - Господин адмирал? Может, вы проголодались? - Да. – С улыбкой ответил Мартин. – Я бы не прочь перекусить. Где у вас столовая? - О нет, адмирал! Вам не стоит опускаться так и унижаться потреблением пищи в общей столовой. Для вас ужин готовят индивидуально из самых свежих, продуктов, доставленных с поверхности. Сегодня у нас рис и морепродукты. Надеюсь, вам понравиться.       Когда сержант ушёл, Мартин лёг на заправленную постель. Даже разуваться не стал. Ему стоило подумать ещё раз над своим положением. Может, даже и хорошо, что ему удастся отвлечься от войны на время? Есть шанс взглянуть на другую часть общей картины, которая пока была ему недоступна. Вот только что будет с его друзьями за всё это время?       Ужин и впрямь оказался неплох. Морепродукты всяко лучше, чем синтетическая пища из биоотходов на космических базах. Только есть приходилось правой рукой. Левая ладонь всё ещё была неподвижна и в общем-то бесполезна. После ужина он лёг спать на фоне чужой и незнакомой планеты. Что ж, к этому-то ему уже точно не привыкать.       Он быстро провалился в сон. Но во сне стало казаться, что действие происходит наяву. Причем каким-то седьмым чувством он стал понимать, что находится именно на поверхности планеты под ним. Он находился на каком-то высоком мосту, перекинутом между двумя горными ущельями. Горы были затянуты туманом и облаками, из-за чего их вершин не было видно. Вокруг ни было ни души, но Мартин понимал, что он тут не один. Только этот кто-то другой был невидим. Ему этот очень не понравилось. Хотя он и не сразу осознал, что это всего лишь сон. Во сне люди почти всегда считают, что все происходит наяву. Но тут после некоторой заминки он понял, что это не наяву. В облаках ему показалось, что на него смотрят чьи-то глаза. Незнакомый женский голос раздался у него в голове: - Туманные горы. Ты знаешь, где они? Я буду ждать тебя здесь, Мартин Пико. Найди эти горы. Ответы на свои вопросы получишь только тут.       Поднялся сильный ветер, и облака будто начали очень быстро расходиться. **************************************************************       Уж и неизвестно, когда здесь начинается день, но Пико разбудили, когда это было необходимо. Наверное, тут люди жили по графикам пресекающихся смен. Но не сержант пришёл сейчас за ним, а сам профессор собственной персоной. - Вставай, герой! Сегодня тебе предстоит оценить наши усилия. Мы в Карантинной зоне. Официально тут ничего нельзя делать и ничего нельзя вывозить. Но ведь никто же не контролирует.       Адмирал поднялся вслед за ним. - Скажите, Контадор! Что это за крепость? Это стандартная конструкция? - Да, эту крепость мы купили у клана Соррелов в довольно потрепанном состоянии. Зато с полным вооружением. Ты же знаешь, обычно при продаже таких объектов, вооружение снимают. Она когда-то находилась на орбите планеты Каган. Но её заменили более совершенным аналогом.       Насколько помнил Мартин, Соррелы не мелочились и создавали свои крепости в «полной» комплектации, хотя это и было вдвое дороже простого варианта. Но для обороны системы Каган это имело смысл. Богатая, населённая планета на перекрестке важных маршрутов должна была бать хорошо защищена. Другие кланы пытались иногда прощупать оборону системы, но всегда безуспешно. Правда, и цели захвата никто не ставил, а лишь разведки боем. Можно было, конечно, проводить замену комплекса вооружений на более мощный. Но пока будет проводиться такая замена, крепость станет беззащитной. Поэтому обычно старую крепость держали на позиции, пока не закончат монтаж новой на замену. Затем новую подгоняли на орбитальную позицию старой. А старую буксировали либо на реконструкцию, либо на утилизацию. И то, и другое стоило денег. Поэтому вариант с продажей был совсем не плох. - Что ж, профессор, вы проделали в броне крепости много лишних отверстий, чем сильно снизили её обороноспособность. - Да. С одной стороны, это так, мальчик мой. Но мы усилили её оборону усовершенствованием силовых полей вокруг станции.       Что ж, если раньше Мартин терпеливо относился к фамильярным реверансам робота. Но теперь, после всего того, что он узнал, это было возмутительно. Но вида он не подал. - Да и от кого тут обороняться? Скоро сам всё увидишь.       Они направлялись к одному из ангаров в «экваториальном» поясе станции. Оказалось, что к нему уже был пристыкован грузовой транспортник, которого не было заметно вчера во время подлета. В ангаре кипели работы по загрузке в чрево звездолета огромных катушек листовой стали с помощью мощного робота-конвейера. На месте уже были комендант Аритомо и его люди. Хотя, они всего лишь наблюдали. Техника выполняла большую часть работ за них. - Итак, адмирал, - начал свою экскурсию профессор, - сейчас мы присутствуем при погрузке на борт транспортника корпорации Фьюжн 43 мощных связок высокоуглеродистой стали, которую неделю назад доставили на крепость с поверхности. Это судно уйдёт после загрузки в одну из систем Республики. По сути, орбитальная крепость – это перевалочная база. Самая удобная и защищённая. Сюда доставляют всё, что нужно с поверхности, с наших предприятий. Это сталь, уголь, золото, редкоземельные металлы, уран, торий, дейтерий. А так же там находится фабрики по производству жидкого гелия, который перевозят сюда в компактных топливных ячейках. Ты хотел знать, за счёт чего финансируется наша борьба. В том числе и за счет этих ресурсов. Ресурсов, которые полностью в нашем распоряжении. А благодаря созданию карантинной зоны, они еще и не облагаются никакими налогами. Это золотой погреб революции, адмирал. Всё это в твоём распоряжении теперь. Всё это пойдёт на дело победы в войне, которая раздирает Республику. - Ресурсы Великих Кланов несравнимо больше. – Невозмутимо заметил Мартин. - Согласен, но они на грани исчерпания. Ведь и расходы их стали в последнее время запредельными. Стоит только дождаться момента, пока их дефицит станет критическим. - Я впечатлён. – Ответил Мартин, старясь выглядеть как можно более нейтральным. - Пойдём в мой личный кабинет. Я покажу нечто важное. – Сказал Контадор, а затем обратился к остальным. – Вы не против, если мы вас оставим на время?       Комендант согласно кивнул. А профессор развернулся на 180 градусов и пошёл куда-то. Пико последовал за ним.       На скоростном лифте они спустились на нижний «южный» полюс крепости. Здесь располагался ещё один кабинет с панорамным видом на планету. Что ж, теперь такое количество столь уязвимых «дыр» на боевой крепости не удивляло. Это была «фишка» кибер-профессора. Обстановка в кабинете чем-то напоминала уже виденную лабораторию на Альбирео. Вращающееся мягкое кресло вообще-то совершенно ненужное не знающему усталости корпусу Контадора, стояло посередине кабинета. Старомодный письменный стол из дерева, редкий экспонат. Антикварная мебель, причём с Земли. С родной Земли. Офигеть!       Наконец-то они снова остались наедине. Робот плюхнулся в мягкое кресло, которое только легонько скрипнуло под его массой. Затем он закрутился в нём, веселясь, а потом резко затормозил своими ногами. Видать мощное кресло было. - Впечатляет. – Заявил «адмирал», однако, в голосе его звучал явный скепсис. – У вас собственная планета и рабы с хорошо промытыми мозгами. Не сомневаюсь, что ресурсы этой планеты богаты, но их не хватит, чтобы противостоять Кланам, или на что вы там задумали. - Ты, правда думаешь, что они рабы, Мартин? – спросил профессор с ехидцей в голосе, снова назвав его истинным именем. – Всё гораздо сложнее. Это и есть та самая планета, о которой я говорил. 94 года назад она была внесена в Реестр Карантинных Зон Галактики. Я думаю, ты догадался, по какой причине. Мартин кивнул: - Устав Галактического сообщества гласит, что цивилизации, не освоившие самостоятельно космических полётов, не должны контактировать с другими мирами, пока сами не освоят эти технологии и не смогут сами выйти на такой контакт. - Верно! Именно это имело место. - Но причём здесь я? - Погоди, дойдём и до этого, эрманито! – Усмехнулся Контадор. – Скажи, как лучше всего гарантировать неприкосновенность карантинной зоны?       Мартин молчал, предоставив профессору самому отвечать. - В этих условиях было проще объявить всем, что вокруг звезды нет никаких планет и стереть все данные. А пока эти данные не особо накопились, это было проще. Так земляне с лёгкостью забыли о своём самом важном открытии в космосе. Но об этом не забыл я. И Корпорации Фьюжн. Нужна была надёжная база для операций. Причём достаточно укромная и обладающая хорошим ресурсным потенциалом. На первый взгляд, задачка неподъёмная. Но я вспомнил об этой системе 14 лет назад. Лично я тут никогда не бывал, в отличие от экспедиции нашего общего знакомого. Поэтому у меня было крайне смутное представление о том, что мы могли тут найти. Но мы не прогадали. Здесь мы нашли развитую цивилизацию на раннеиндустриальной стадии развития. Зрелая и самобытная культура. Местные жители уже активно пользовались электричеством и двигателем внутреннего сгорания, авиатехникой на поршневых двигателях. И если я правильно всё понял, местные учёные уже вели исследования в области расщепления атомного ядра и информационных технологий. Если сравнивать с нашей планетой, то местная цивилизация уже вышла на уровень примерно 30-х годов нашего Двадцатого века. Здесь были крупные города, по которым ходили трамваи и автомобили. По океанам плавали большие теплоходы. Но проблема с твоими, как ты сказал «рабами» была не в технологиях, а в народе, что здесь жил. У жителей этой планеты генокод совпадает с нашим. Как и у антарийцев. По времени расхождений различий и накопления мутаций в геноме, мы установили, что и у них, и у нас, и у антарийцев были общие предки, которые жили на Земле 15 тысяч лет назад.       Контадор активировал пространственную голограмму, которая растянулась до потолка его кабинета и представляла собой двойную спираль ДНК. Контадор ткнул своим когтистым пальцем в несколько участков цепи, которые тут же окрасились красной подсветкой. - Эти участки гена отсутствуют у нас и у антарийцев, а так же у всех других известных человеческих рас Космоса. Они некритичны для нас. Но для местных они важны. Этот рецессивный ген мы назвали код-маркером. Он есть у всех жителей планеты без исключения. И у тех, у кого он проявлен в активном состоянии, проявляются крайне необычные способности. Они могут в некоторой степени контролировать некоторые агрегатные состояния материи. - И вы в это верите?! – Смутившись спросил Мартин. - А не должен? – Спросил робот, снова уставившись на пленника своими зенками на мониторе. - Боже мой! Вы же учёный! – Ошалело заявил Мартин. - Да. Именно потому, что я учёный, я кое в чём разбираюсь. И знаю, сколь мало мы ещё знаем и понимаем. Но я хорошо уяснил, что если ты чего-то не можешь до конца объяснить, это ещё не повод делать вид, что этого нет. И уж не тебе ли обвинять меня в таких вещах, поминая всуе Господа?       Мартин смутился.       Но профессор продолжил, как ни в чём ни бывало. - И вот, что важно. Людей с активным геном мы назвали кинетиками. Так нам было удобней отличать их. Всю историю этой планеты, ею управляли именно они. Это очевидно. Если ты обладаешь некими необычными способностями, тебе открыто больше дорог, чем человеку без таких способностей. Удивительно, сложилась своеобразная дискриминация, обусловленная генетическими различиями. Хотя именно по этой причине изначально это никто не считал дискриминацией. Ведь всё происходило из самой природы.       В общем, простые люди всегда составляли большинство населения. Но вся власть была у кинетиков. И до поры это никого не волновало. Кинетиков уважали и простые люди, и они были готовы слушаться их.       Но ситуация почему-то изменилась к тому моменту, как мы прибыли. Трудно сказать, почему, но возможно причина крылась именно в промышленной революции. Новые технологии дали простым людям больше возможностей. Но власть по-прежнему оставалась в руках кинетиков. И они не хотели ею поступаться. Их можно понять. Ведь они следовали традиции. А для местных традиции всегда играли особую роль. И более того, совсем не считали, что кого-то притесняют и угнетают. Просто искренне верили, что так устроен мир.       Короче, факт состоял в том, что к моменту нашего появления на планете, среди простых людей этого мира возникло довольно широкое движение недовольства. Борцов за свободу.       Профессор на секунду замолк и внимательно посмотрел на Мартина своим экранным лицом. Лицо сделало сейчас изучающее, выжидательное выражение. Профессор словно чего-то ждал от адмирала. - Не правда ли? Знакомый звук, боец? Как часто тебе приходилось его слышать?       Но Мартин пока молчал. Он понял, к чему клонит Контадор, но не хотел перебивать.       Но тот лишь усмехнулся и продолжил: - Но ты не беспокойся. Борцы за свободу местного разлива никогда не составляли единой группы. У них не было никаких внятных планов или программ переустройства общества. У них была только ненависть. Тупая, животная ненависть подчас к родным братьям и сёстрам, отцам и матерям только за то, что им повезло родиться немножко другими. И только. Ведь код-маркер никакого влияния на умственные и творческие способности не оказывает. Не было никакой разницы между этими людьми. Только одни могли влиять на некоторые силы природы, а другие не могли. Это делало их очень опасными противниками. Но ведь на одной только ненависти ничего не построишь. Так что этим пришлось заниматься нам. Мне, в частности. Так что не мы сделали этих людей рабами с промытыми мозгами. Они сами себя такими сделали. Но даже это не совсем их вина. - Так что же здесь произошло? – Спросил Пико. - А ты взгляни в визир, кое-что увидишь.       Мартин подошёл к обтянутому резиной оптическому визиру, соединенному с системами наблюдения крепости. Он уже видел такие многофункциональные перископы на кораблях Кланов, а также на орбитальных станциях. Устаревшее, но всё ещё вполне практичное приспособление. Это действительно были аналоги перископов, которые позволяли увидеть любой объект на освещенной стороне планеты. Мартин положил руки на два прямоугольных стекла, которые тут же замерцали голубым светом. Его ладони тут же оказались внутри объемных голограмм в виде подсвечивающихся объемных сфер. Именно такими манипуляциями руками он мог увеличивать, уменьшать, а так же менять направление. Приближая или удаляя руки от панелей, он мог менять масштаб изображения.       А профессор, тем временем, погасил свою презентацию и снова погрузился в своё кресло. Мартин прильнул к резиновому ободу визира и внимательно посмотрел вниз. Перед его взором предстал какой-то остров совсем рядом с побережьем главного материка. - Это остров Чин-Дао, главная база Системы Содружества на поверхности. Главная, но далеко не единственная. – Спокойно пояснил голос профессора. – Содружеством называют себя местные, которые после нашего вторжения выступили против своей элиты. Какое они имеют отношение к корпорации Фьюжн? Весьма опосредованное. Эта орбитальная крепость принадлежит корпорации и Содружеству на равных долях. Всё на поверхности планеты принадлежит им. Но! – Контадор сделал многозначительную паузу. – Во всём они зависят от корпорации. По сути, планета под нашим контролем. Мы только обязались не привлекать членов Содружества к службе за пределами системы.       Мартин внимательно выслушал всё это, не отрываясь от визира. Он приблизил остров и сумел разглядеть отдельные постройки. Побережье острова оказалось заковано в бетонные плиты с острыми надолбами «ежей». За ними тянулась полоса песка, причём абсолютно чистого и нетронутого. «Явно оставлен в качестве следовой полосы». – Подумал Мартин.       Сразу за ними по всему периметру были оставлены бетонные башни с артиллерийскими установками. Еще дальше от берега дымили трубами сотни промышленных предприятий. А вот и площадка – космопорт с погрузочными кранами и конвейерами. О чём тут точно не думали, так это об экологии и безопасности производства. Воды вокруг острова были мутными. А воздух был изрядно запылён выбросами гигантских промышленных комплексов. Хоть остров и был велик. Но растительности не было даже на свободных от предприятий участках. Всё было сведено под корень.       Мартин отпрянул от визира, а затем грустно и резонно посмотрел на профессора. Тот сохранял подозрительную ухмылку на своём плоском «лице». - Смотри дальше. – Сказал он спокойно. – Кстати, пролив между островом и материком заполнен минными полями, расположенными под водой. Их расположения не знает никто. Даже командование Содружества. Их карты есть только в базе центрального компьютера, который управляет ходом работ на поверхности. Большая часть народа живёт на материке в городе Саньша.       Мартин снова прильнул к визиру и пересёк глазами пролив. Действительно, там с противоположной стороны находился большой город с крупным портом. Планировка города была чёткой и строгой, линии улиц пересекались под прямым углом и следовали вдоль побережья. Здания из бетона были не столь высоки. Редко более 20 этажей, и были построены очень плотно друг к другу. А дальше от города вглубь суши вели дороги, причём со сторожевыми вышками в некоторых местах. Они тянулись к другим добывающим предприятиям. В горах над городом, похоже, были пробиты многочисленные туннели. Куда они вели, уже нельзя было разглядеть. - А знаешь, в чём главный прикол? – Спросил Контадор с ироничной надменной улыбкой, когда пленник снова отвлёкся. – Ребята из Содружества считают себя истинными хозяевами планеты, хотя реально контролируют не больше 10% суши. Да ещё и живут, как в осаждённых крепостях. Ну а теперь взглянем на то, что было тут раньше. Посмотри снова в перископ. Я отметил одно важное место.       Мартин снова обратился к визиру. Масштаб изображения уменьшился. Стал виден почти весь северо-западный полуостров главного материка. Примерно в полутысяче километрах на юго-восток от Саньша вдоль сильно изрезанного побережья он прошёл взглядом и наткнулся на красную точку, которая погасла, когда он стал наводить увеличение. Бухта, похожая на настоящий фьорд в обрамлении гор. А по берегам этого фьорда раскинулся город, точнее всё ещё величественные руины некогда большого города. Здесь явно жили когда-то миллионы человек. Но теперь всё было пусто. На руинах не было признаков жизни. Многие здания, как ни странно, были ещё целы, хоть и сильно потрепаны. Это были крупные и прочные строения. По улицам шли уже ржавые трамвайные пути, а иногда попадались и остовы разбитых и покинутых трамваев. В водах заливов торчали мощные стальные опоры подвесных мостов, которые когда-то связывали части города друг с другом. Скорее всего, они выглядели не менее величественно, чем мосты Нью-Йорка, которые Мартин сам видел еще 95 лет назад. Но остались только опоры, да ржавые остатки несущих тросов, свисающие с них.       Но в главной части города, на полуострове по центру залива зияла гигантская воронка, вокруг которой всё было стёрто с лица земли, и до сих пор ничем не заросло. От большей части исторического центра мало что осталось.       Мартин медленно перевёл курсор на север, вглубь континента. В горах над городом всё было заброшено. Возможно, тут и жили люди, но теперь всё опустело. Зато природа вернулась в свои права. За цепочкой гор шли сплошные леса. Но и среди них он успевал выхватывать отдельные поселения из простых хижин вдоль крупных рек. Следов присутствия здесь промышленной цивилизации не было. Но здесь хотя бы уже кто-то жил.       Мартин снова обернулся на робота. Лицо на дисплее вместо ироничного стало вполне серьёзным и даже мрачным. - Когда-то это был главный город планеты. Именно туда 14 лет назад пришёлся главный удар армии корпорации при поддержке «пятой колонны». Сейчас на руинах никто не живёт, подступы к городу с суши и моря заминированы. Наши патрули иногда высаживаются там с глидеров. Но остатки местного населения, которых мы называем «дикими», могут подходить к городу и смотреть на него с гор. Пусть видят своё величественное прошлое и осознают, что ничего не могут изменить. Диких на самом деле больше, чем членов Содружества. Мы не пытаемся ими управлять, лишь иногда тревожим рейдами боевых дронов по всей поверхности главного континента, чтобы не забывали, кто тут хозяин, и не контактировали друг с другом слишком часто. Местная культура давно отброшена в доиндустриальную эпоху. Но кто знает, вдруг они плетут какой-нибудь заговор? - Скажите, профессор? А здесь есть Туманные горы? – Спросил Мартин, внезапно вспомнив свой сон этой ночью. - Туманные горы? – спросил Контадор, сморщив свой «лоб». – Конечно, Ли У Шань. Они лежат южнее бывшей столицы, примерно на 100 километров к югу по морскому берегу. Довольно массивный хребет с рядом примечательных вершин. Там и самая высокая гора планеты имеется.       Мартин кивнул и навёл курсор на указанное место. Ну и как следовало ожидать из названия, всё это место было покрыто слоем облаков. - А скажи-ка, Марти! – Внезапно окликнул его робот. – А как ты, землянин, можешь знать, что на этой планете имеются горы с таким названием?       Адмирал вздрогнул, только что осознав, что сболтнул явно лишнего. Опаньки! Это ж надо было так запалиться! Действительно, откуда он мог знать?       И откуда, кстати, было это стойкое ощущение, словно профессор ждал этого вопроса? Он замер, решив ждать своей участи.       Но робот долго молчал, внимательно рассматривая пленника. - Может, от того, что кто-то сказал тебе об этих горах? Ты что-то должен найти там? А? – Сказал кибер-профессор и снова загадочно заулыбался. - Я не понимаю. – Невнятно ответил Мартин. - Да всё ты понимаешь. Ну, хотя нет, пока не всё. Но главное в том, что эта планета живая, это живое разумное существо. И этому существу крайне не нравится наше присутствие на поверхности и наши занятия. - Вы сошли с ума! – Сморщившись, кинул Пико. - Я ли сошёл с ума? А может, ты? Мы ведь наблюдали за тобой. И за планетой тоже. Мы часто фиксируем сигналы с поверхности определенной частоты. Из неопределенных источников. Как будто кто-то пытается посылать сигналы куда-то. Так вот, примерно 4 месяца назад мы зафиксировали первый сигнал необычной частоты мозговых волн в твоём мозгу. Характер этой мозговой активности нечеловеческий. А прошлой ночью еще один точно такой же. - То есть вы читаете мои мысли? Прекрасно! Другого я от вас и не ожидал. - Ты был моим пациентом. Я обязан был следить за состоянием твоего мозга после перенесенной травмы. Насчет чтения мыслей, можешь не переживать. Таких возможностей у меня нет. Пока нет. Но вот инвазивные частоты и активности в твоём мозгу я определять могу. И ведь ты сам спрашивал, зачем ты здесь. Ты теперь и сам можешь частично ответить на этот вопрос. Планета явно хочет, чтобы ты был здесь. И тебе пока далеко не всё ясно в твоём собственном прошлом. Ты сам хочешь знать правду. Я не стану мешать. Но все ответы на твои вопросы ты должен будешь найти сам. И сам интерпретировать полученные результаты. Вот так-то, мучачос! Эта планета хочет пригласить тебя к себе. Не стоит отказывать. Не всякий день выпадает такой случай. - Я не знаю, для чего вы говорите это, профессор, но это не может быть правдой. Зачем я здесь? Хватит юлить! - Я знаю, что в это крайне трудно поверить. Но космос велик и мы крайне мало о нём знаем. И я ещё раз повторяю. Я, как учёный, не имею права с ходу отвергать все явления, которым не могу найти объяснения. Но и как бизнесмен, я должен исходить из возможности получения выгоды даже там, где она не очевидна. Пойдём в мою лабораторию. Я покажу нечто крайне любопытное.       Алехандро поднялся со своего мягкого вращающегося кресла и снова вышел в коридор орбитальной станции. - И всё равно, профессор, Всё что вы мне наговорили, не добавляет мне никакого доверия или уважения к вам. Вы лишь подзуживаете кучку фашизаторов, а под шумок выкачиваете ресурсы этого мира. Думаете, это то, что я одобряю и горячо поддерживаю? - Кучку фашизаторов? – Переспросил робот, усмехнувшись. – Лучше тебе быть аккуратнее с такими словами. Тебе ещё предстоит с ними немало общаться. А твой успех или неудача будут зависеть, в том числе и от того, как ты сумеешь выстроить отношения с ними. Ведь они всей душой верят в то, что делают. Ну, большинство из них.       Он минули коридор и снова оказались у одной из кабинок скоростного лифта. Конечно, профессор был эксцентричным типом, даже скандальным в некоторой степени. Но вот идиотом он точно он не был. Ведь это он, по сути, руководил всеми действиями Народного Фронта против Кланов, то есть подсказывая Мартину, а тогда ещё Уго Беренцу, главные тактические ходы. Так что робот явно был очень хитрым и опасным противником лишь с маской беззаботного тусовщика, а самое главное, с потаённым тайным знанием, которое никто не мог знать до конца. - В конце концов, - заметил робот в лифте, - это не больший бред, чем цивилизация разумных конфет, с которыми ты столкнулся. - Это совсем другое. Там была мутация. - Ага! Мутация? Стало быть, и планету тоже можно принять за мутанта. Почему бы нет?       Лифт поднялся на 35 уровней ближе к центру. Они оказались как раз на входе к одной из внутренних полостей крепости. Искусственная гравитация тянула вниз самой станции вне зависимости от положения внутри «шара». Перед их глазами находилась массивная металлическая дверь, похоже, очень хорошо запечатанная сразу шестью магнитными замками. Профессор подошёл к ней и вывел своей механической рукой голографическую панель с буквенным кодом. Причём Марин успел уловить только то, что клавиатура была латинской, а не антарийской или местной иероглифической. Что именно набрал Контадор, уже было неясно, ибо тот полностью загородил клавиатуру своим массивным корпусом. Но код доступа был принят. Хотя, во всех мирах такая практика почти не использовалась уже. Настолько устаревшей она считалась. Значит, у профессора были веские причины применить её здесь. Но это и ясно. Ведь латинского алфавита тут никто не знал. Массивные замки разошлись, а сама дверь отъехала влево, открыв доступ в лабораторию, весьма похожую на ту, что он видел на Альбирео. Только эта была на порядок меньше и на порядок больше захламлена. Прямо на полу валялись пробирки, осколки битого стекла, разбитые детали каких-то механизмов. - Ты уж извини, Амигос! – Как-то словно оправдываясь, сказал робот. – Давно тут не прибирался. В общем, прошу любить и жаловать. Уникальный житель планеты.       Контадор указал на высокую прозрачную колбу высотой не меньше трёх метров, заполненную какой-то прозрачной жидкостью. Но главное, в колбе плавало тело какой-то молодой женщины едва ли больше 30 лет от роду. Её глаза были закрыты. Рот был заклеен пластырем, а в нос тянулись трубки с кислородом. Другие трубки были подключены ей к запястьям рук. По ним, скорее всего, поступали питательные вещества. Кожа была смуглой, а длинные распущенные волосы свободно плавали в воде. На ней была одежда вроде старомодного серо-зелёного мундира со штанами–галифе и сапоги с высоким голенищем. Она была похожа на форму местных офицеров. - Не понял? – Переспросил Мартин. - Короче, дружок! В теле этой женщины живёт не только её собственный разум, но и в симбиозе с ней частичка разума целой планеты. Она одна такая. Никого такого же среди жителей её планеты нет и быть не может. Своеобразный симбионт. Но её собственная личность, как правило, полностью доминирует в организме. Планетарный разум редко берет под контроль её тело и редко вмешивается в её жизнь напрямую. Но может это сделать, если почувствует, что симбионту угрожает смертельная опасность. Она погружена в анабиоз в физиологическом растворе хлорфторуглерода и питательных веществ. Здесь она уже 14 лет. А почему мы её держим здесь? Эта дамочка способна в одиночку обрушить нашу власть на планете. 14 лет назад мне удалось захватить её хитростью и отключить в ней её человеческую составляющую. И покуда она здесь, а её разум не функционирует, я могу держать планету за мягкое вымя, так сказать. - Если она так опасна, не проще ли её убить? - Нет, не проще. Тогда частичка разума этого мира просто найдёт себе нового носителя. И тогда ищи ветра в поле. А пока биологическое тело симбионта живо, эта частичка надёжно заблокирована в нём. Но похоже, этот мир сложнее, чем мы думали. Либо, другая часть этой планеты пытается что-то предпринять. Разве это не потрясающе? – лицо на экране робота, казалось, выражало просто щенячий восторг. - За тысячи световых лет? Отсюда? – с явной неуверенностью спросил адмирал. – Кто-то с этой планеты хотел попасть в мой мозг? - Очевидно, что так, амиго! Мы ведь не знаем возможностей и дальности связи этих существ. Существ, которые живут в этом мире, тайно от нас. Но они не хотят, чтобы мы увеличивали свой потенциал. И я думаю, что ты догадываешься почему. Ты и твоя армия являются факторами, смещающими баланс сил в Галактике. И если какой-то фактор хочет повлиять на тебя, ты должен быть первым, кто будет заинтересован знать истину. - И зачем же это вам? Знать истину? - Ну как же? Человек появился во враждебном окружении природы. Но у нас есть разум и воля изменять эти факторы вреда под себя. Задача человечества и всех разумных существ – понять, а затем починить деструктивные силы природы себе, заставить их работать во благо разумной цивилизации, стать конструкторами Вселенной а не просто объектами случайных изменений. Сильный антропный принцип гласит: Вселенная должна иметь свойства, позволяющие развиться разумной жизни. Но я дополнил бы его. Разумная жизнь должна использовать эти свойства во благо себе и менять деструктивные силы Вселенной во имя сохранения разума. Этим-то и занимаюсь тут я. Подчиняю природу воле цивилизации, изучая её сильные и слабые стороны. - И что же я должен делать? – Спросил Пико, нахмурившись. - Выяснись, что происходит там. – Профессор многозначительно указал вниз. – Что происходит в Республике. И что происходит с тобой.       А затем Контадор включил громкую бортовую связь. - Персонал базы Содружество! Говорит профессор Контадор. Все жалеющие могут принять участие в занятиях по кубинской сальсе через 15 минут в главном спортзале. Жду вас на зажигательной латине, мучачос! **************************************************************       После всего увиденного за этот день Мартин долго не мог заснуть. Определённо, всё, что он видел сегодня, ему не понравилось. Это было против всего того, во что он верил сам. И при том показывали ему это всё с радостью и удовольствием. Это было подозрительно. Да ё-моё! Да тут всё подозрительно! И довольно противоестественно.       Ясно было только то, что несчетная планета стала удобной базой для профессора и его компашки. Не единственной. Была ещё база на Альбирео. Но там была только лаборатория. Да и планета была совершенно необитаема.       Да и не мог он пока поверить, что профессор был искренен с ним. Ну вот он бы точно не стал раскрывать все карты перед человеком, который был его подопытным кроликом и подставлять все мягкие бока. Это было не похоже на Контадора, даже при его эксцентричности. Словно, он сам хотел, чтобы Мартин разнёс его базу и обрушил власть над планетой.       Слова профессора о частичке разума этой планеты, живущей в теле этой странной длинноволосой женщины в колбе, были, пожалуй, самым странным из всего этого.       В любом случае, слова Контадора следовало воспринимать скептически. Нужно было во всём разобраться. Хотя совсем не верилось, что профессор действительно даст ему полную свободу рук. Ну совсем это было тактически неверно с его стороны.       Но пока Мартин был снова в своей каюте. И не мог заснуть. Мысли об увиденном сегодня не давали покоя. И всё же он видел планету в окне каюты и не мог отделаться от мысли, что она и впрямь живая. Вот только идея сражаться с духом планеты в теле этой женщины, с местными фашизаторами внизу и озлобленными остатками местного населения с какими-то мощными способностями, его не радовала. Но кто же тогда пытался связаться с ним? Кто указал на Туманные горы? «Что ж, - подумал он, - ты же крутой адмирал, мачо-мэн Республики! Не дрейфь! Если разумная планета хочет пообщаться с мачо-мэном, то мачо-мэн должен ухватиться за эту возможность всеми руками и ногами. Особенно, ногами! Так что давай, планетка! Покажи мне всё! Мачо-мэн готов к жаркому общению!»       Мартин готовился к тому, чтобы увидеть свой второй сон на базе. Но на этот раз он не слышал ничьих голосов. Он видел образы, яркие и отчётливые. До него доносились лишь обрывки фраз на незнакомом языке. Языка он не знал, но прекрасно узнал, что это был за язык. Это был испанский. Молодой человек худощавого телосложения в белом халате пытается заговорить с девушкой с длинными курчавыми волосами ниже плеч в таком же белом халате. Но шутка его, похоже, не сильно удаётся. Девушка натужно улыбается.       Теперь дошло. Это ж, блин, и есть профессор Контадор. Когда ещё был человеком и не был ещё профессором. Ядрен бетон, это ж события двухсотлетней давности на Земле!       А эту девушку он уже видел на фото на Альбирео. Кибер-профессор рассказывал о ней. Видимо, это и есть Изабель.       И вот снова они. Контадор в чёрной рубашке и в джинсах. А Изабель в красном платье. Она что-то говорит Контадору с язвительной усмешкой на лице. Отчего тот впадает в ступор. Он словно не может поверить в сказанное. Она хлопает его легонько по щеке и с тем же насмешливым выражением лица уходит. Алехандро остаётся не у дел. Он подавлен и расстроен.       И вдруг снова временной перескок. Теперь он в каком-то баре. Вокруг толпится народ. Много парочек. А вот и Контадор. Один и в той же рубашке. Видимо, временной перескок совсем небольшим был. Он сидит за стойкой и курит с угрюмым и совершенно потерянным выражением лица. «Заботливый» бармен наливает ему одну рюмку за другой. Рука Контадора подтягивается к ней уже на автомате. Он докуривает сигарету и вжимает её в пепельницу. И внезапно поднимает взгляд и смотрит в упор. Мартину всей кожей показалось, что именно на него и смотрит. Этот холодный и сосредоточенный взгляд не принадлежит горькому пьянице. Нет, Контадор смотрел сейчас с каменным и спокойным лицом. Но от взгляда этого становилось крайне уныло и тоскливо, словно вся радость мира куда-то ушла, а по коже мурашки бегали.       И вот он снова видит профессора. Теперь он в какой-то лаборатории и снова в белом халате. Но он один. Перед ним на стенде прототип механической руки. Алехандро держит правую руку поднятой вверх и шевелит пальцами. Механоидная рука в точности повторяет все движения. Но профессор не рад. Он сосредоточен и полностью поглощен происходящим.       И вот ещё один перескок. Контадор в кресле. Он уже стал намного старше. В волосах появилась седина. В его правой руке массивный мультишприц для введения в кровь колоний наномашин. Профессор с сомнением рассматривает его. Кажется, ему что-то не нравится. Наконец он сжимает зубы, зажмуривается и с силой вжимает мультишприц себе в шею. И в тот же миг опускается в кресло без сознания.       А вот теперь Мартин уже сам стоит на всё том же странном мосту между двумя горами. Как и в прошлом сне. Над ним кружатся два огромных существа с длинным змеевидным телом и с огромными перепончатыми крыльями. Больше всего они смахивали на драконов из легенд Древнего Китая. Один из них красный, а другой синий. Внезапно оба чудовища замерли, пристально глядя на землянина. Спустя секунду синий дракон кидается на него, распахнув огромную пасть. В голове Мартин явно услышал чей-то женский голос: «Твоя вина!»       Он вскочил с постели в своей каюте на орбитальной крепости в холодном поту. Кажется, он был впервые счастлив, что оказался именно в каюте именно на крепости. - Что-то как-то это не по мачо-мэнски! – сказал он сам себе.       Видимо, его внезапное пробуждение каким-то образом привлекло его лакея. Укалик зашёл в его каюту и сообщил, что необходимо срочно явиться к профессору. ********************************************************************       Мартин еще не совсем понимал, что происходило. И почему это профессор ждет его именно сейчас? Хотя спустя мгновение решил для себя, что так надо. Пытаться понимать Контадора – себе дороже. Хотя то, что он увидел из прошлого профессора – не радовало. А самое главное, это пока ничего не объясняло. Профессор добивался внимания этой Изабель. Причём, это было ещё 200 лет назад. Не добившись ничего на любовном фронте, он с головой ушёл в свою науку и, похоже, добился прорыва. Но это можно было понять из его рассказов и раньше. И ничего это пока не меняло. Кто-то снизу, с поверхности планеты хотел донести что-то. Но не время лезть в глубокие раздумья. Это не в его положении сейчас. -Хорошо, - с улыбкой сказал Мартин провожатому, - сейчас соберусь и пойдем. Завтрак-то будет? Или на голодный желудок пойдем? - Сожалею, адмирал. – Виновато ответил Укалик. – Завтрак положен по графику работы станции. Но профессор попросил поторопиться. Сказал, что дело срочное. А позавтракать можно будет и после. - Однако ж! - Хмыкнул Мартин. – Ладно, я готов. Пойдем, посмотрим, что случилось.       Он застегнул последние пуговицы на мундире и пошел вслед за сержантом.       На командный мостик станции они пришли спустя 5 минут. Контадор встретил его с радушным выражением «лица» на своём экране. - Прости, что подняли тебя так рано! Пор фавор! Но я должен отбыть в одну из систем Республики. Неожиданно. И не очень приятное срочное дело надо решить. Но ничего не поделаешь. Да ты и сам знаешь, каково это, быть нужным одновременно в разных местах. - И это значит, что здесь я пока остаюсь один? – недоверчиво спросил Пико. - О нет! Что ты? В твоем полном распоряжении весь личный состав орбитальной крепости. Да и тебе виднее самому, что именно нужно. Так что вперед, мучачос! Будь сегодня настоящим мачос!       Лицо на панели робота легонько и улыбнулось, прищуривая глаз, затем профессор направился к одному из погрузочных ангаров станции.       Мартин Пико был в замешательстве. Контадор и впрямь не шутил. Он посмотрел уходящему роботу вслед. Ох, как в нем сейчас нуждались там, на базе. Но и в этой планете что-то было. Она словно магнит притягивала незадачливого землянина. Контадор, возможно, рассчитывал на это, ибо каким-то образом знал, что так будет. Что-то внутри настойчиво требовало остаться тут. Мартин подумал про себя, что раз робот хочет сыграть на этом, то можно и сыграть. И выяснить, что тут происходит, и для чего профессору планета.       Однако комендант орбитальной базы Аритомо уже направлялся к нему. Мартин выпрямился и принял более подобающий вид. - Каковы будут ваши распоряжения, адмирал? – спросил комендант, легонько поклонившись. - А я уполномочен разве отдавать здесь какие-то распоряжения? – вопросом же ответил Мартин, приняв вид самого искреннего недоумения. - В рамках информационно-ознакомительных, да можете. Но менять график работы комплекса – это уже не ваша прерогатива, к сожалению. - Я так и думал. - Примирительно ответил Мартин. – Что ж, думаю, для начала я бы хотел позавтракать. - Будет сделано, господин адмирал. – Сказал Аритомо, поклонившись.       Комендант сопроводил гостя вместе с Укаликом в столовую орбитальной базы.       После лёгкого завтрака, Мартин заявил коменданту базы, что проще всего начать с кабинета, где они с профессором были вчера. - Конечно, - сказал Аритомо, – у вас есть прямой доступ в этот кабинет. Сержант Укалик проводит вас туда немедленно. Сержант обеспечит адмиралу Беренцу максимальное содействие. – Сказал комендант, уже обращаясь к подошедшему провожатому. - Слушаюсь. - Ответил Укалик, затем развернулся к адмиралу. – Прошу за мной, господин адмирал. Мартин поклонился коменданту базы и последовал за провожатым.       Пока они шли, случилось еще одно неожиданное, но приятное событие. Мартин внезапно обнаружил, что снова может шевелить и управлять своей левой рукой. А это так же, скорее всего, означало, что его наниты снова подчиняются ему. И он сможет воспользоваться ими, чтобы влезть в местную сеть. Когда проводник подвел его к личному кабинету профессора, выяснилось, что никакого кода доступа в кабинет не было. Дверь просто открывалась прикосновением сенсорной панели. Внутри все было так же, как и вчера. Другое дело, что теперь в отсутствии хозяина помещения его можно было лучше осмотреть. Благо, что и Укалик так же удалился, сославшись на нежелание мешать работе адмирала.       Сложно было сразу сориентироваться в этом. Хотя, на первый взгляд, в комнате царил образцовый порядок. На полках стояли старинные книги, которые, очевидно, стоили уйму денег на Земле. Когда Мартин взял парочку с полок, они и впрямь оказались какими-то ботаническими трактатами 18-го века, написанными на латыни. Видимо, к этому же периоду относился и старинный глобус Земли. На письменном столе почти ничего не было, кроме нескольких статуэток из слоновой кости и пары книг 20-го века по международной политике, написанных каким-то Сэмюэлом Хантингтоном.       Да уж, он явно оказался в какой-то лавке антиквара, если отбросить тот факт, что всё происходило на боевом космическом объекте в другой звёздной системе. Но пока ничто не указывало Мартину на ключ к разгадке. Вряд ли профессор запрятал свои секреты в тексты старинных книг. Хотя при его эксцентричности, ничто нельзя было исключать до конца. Мало ли что вообще могло взбрести в его металлическую башку? Но внезапно Мартина осенила мысль, что он и не совсем там ищет. Для робота, помешанного на конструировании роботов было бы логичным сбрасывать свои важнейшие секреты в комп.       Вот только где его комп? Или хотя бы разъем для доступа к сети станции? Их могло тут и не быть, раз весь кабинет стилизован под интерьер 19-го века. Но под столом Мартин обнаружил несколько разъемов входа в сеть. И вообще-то это было то, что надо.       Мартин снял перчатку с левой руки и вытянул ладонь навстречу разъему. Правда, для этого ему пришлось замереть на четвереньках под тяжелым деревянным столом. Со стороны Контадора было весьма предусмотрительным отключить его функции левой бионической руки. Не важно, что всё это значило, главное было связаться с ИИ станции. А Мартин был в этом деле уже неплох. - Ну посмотрим, что у вас, профессор. – Сказал он сам себе и прикрыл глаза.       Через мгновенье, когда его наниты выстроили цепь от разъема в ладонь и далее в мозг, его создание отключилось.       Он пришел в себя в безмерном пространстве, где вокруг него роились столбцы цифр, а именно нолей и единиц. За еще одно мгновение эти столбцы стали мельче, плотнее и многочисленнее. И в почти темноте их формы стали принимать очертания ландшафта. И вдруг пришел яркий свет. Но он не слепил. Ибо как таковых «глаз» у Мартина Пико на данный момент не было. Но появившееся зрелище его весьма удивило. Он очутился посреди какого-то зеленого поля. Вдали виднелись горы, а над головой стояло чистое небо. Перед ним на расстоянии примерно двух шагов находилась юная девушка лет 17, одетая так, словно прибыла из Средневекового Китая. На ней был шёлковый халат зеленых растительных тонов. На голове у нее была коническая соломенная шляпа с широкими полями, очки на глазах и какая-то книга вроде старинных пергаментных переплётов под мышкой правой руки. Внешность ее тоже вполне соответствовала одежде. Она явно выглядела как, китаянка. При этом она учтиво улыбалась. - И что это значит? – спросил Мартин. - Приветствую вас, адмирал Пико. Я ждала вашего визита, как только вы ступили на борт крепости. Но, к сожалению, профессор знает, что вы обязательно сделаете попытку связаться со мной. Я думаю, вы всё ещё в ловушке. - Я в курсе. Но раз ты знаешь моё настоящее имя, ты должна знать, что я никакой не адмирал. Кто ты? И почему так странно выглядишь? - Профессор зовёт меня просто База. Но я бы хотела, чтобы вы называли меня Цзян-Су. Это одежда, которую когда-то носили студенты на этой планете. Но как вы хотите, чтобы я вас называла? Ведь именно адмиралы командуют боевыми флотами. - Что ж, ты весьма необычная оборонная программа. – Сказал Мартин после некоторого замешательства. - Я не совсем оборонная программа, адмирал. Профессор создал меня, как административную и научную программу со встроенными дополнительными оборонными функциями, которые для меня не являются основными. - Если ты знаешь, кто я, то знаешь и зачем я сюда прибыл, и что собираюсь сделать. - Я думаю, что вы правы в своих намерениях, адмирал. Профессор создал меня со способностью изучать и понимать эмоции и мотивы людей. Я много изучала историю этого мира, что находится под нами. И если вы здесь, чтобы помочь. Я помогу вам. В моей базе данных 139 земных языков, бейсик Республики и язык планеты Яосу. Но боюсь, что должна заранее предупредить, что не имею права предпринимать что-то против профессора или сил Содружества. Могу только помочь информацией, хранящейся в моей базе данных. - Советом, говоришь? Ну что ж, я хочу знать, для чего Контадору потребовалось это, и кто за этим стоит. - Я понимаю, но профессор не доверяет эту информацию никому. Даже мне. По каналам закрытой связи он постоянно переговаривается с кем-то. Но у меня нет подключения к каналу этой связи. Но я знаю, где вы можете найти кое-что интересное. В комнате, где вы сейчас находитесь, есть сейф. Там лежат бумаги. Если я не ошибаюсь, многие ответы вы найдете там. - Хорошо, Цзян Су. Но почему ты идешь против своего создателя? - Вы должны знать, что профессор наделил меня эмоциями, а не только логико-вычислительными способностями. Более того, согласно моим приоритетам, эмоции и любопытство являются характеристиками первого порядка. Я собрала много данных об этой планете. Она не заслуживает участи исключительно судьбы сырьевой тайной колонии. Более того, хочу, чтобы вы знали. Если поступит прямое распоряжение ликвидировать вас, я выполню его. У меня есть командный доступ ко всем оборонным и распределительным сетям на поверхности. Но я смогу предупредить вас до исполнения. - Да уж, обнадёживает. – С унылым видом ответил Пико. – Что ж, к таким вещам мне не привыкать, к сожалению. Но тогда, может, скажет, есть ли у головорезов на поверхности планы против меня? - Насколько я знаю, адмирал. В Саньша вас ждут с нетерпением, как героя. Профессор ничего не передавал на поверхность относительно ваших планов. - Супер. Что ж, выходит, мне нужно на поверхность. - Я знаю, - так же улыбаясь, ответила Цзян Су. – Удачи вам, адмирал Пико. А теперь прощайте.       В тот же миг Мартин пришел в себя на полу под столом профессора Контадора в его кабинете. Голова кружилась, тело мутило. Но это, к сожалению, была обычная реакция организма на мозговую сцепку с ИИ станции. - Спасибо тебе, Цзян Су. – Сказал он, придя в себя.       Он знал, что сенсоры по всей станции отслеживают и его в том числе. Так что компьютер слышал его. И если у него или у неё есть эмоции вправду, это должно быть оценено.       В столике под старинным глобусом и впрямь был металлический бронированный тайник. С шифром от сейфа можно было провозиться очень долго. Но Мартин и не собирался этим заморачиваться. Было средство куда быстрее и надёжнее. Он поднёс палец левой руки к ручке сейфа. Струйка нанитов устремилась внутрь замка, и через пару мгновений дверца сейфа сама открылась. Бионическая ладонь снова выручила его, особенно учитывая, кто эту ладонь создал, и чьи документы с её помощью могли быть украдены. Внутри сейфа лежали две стопочки обычных бумаг, вещи чрезвычайно редкой и дорогой в Республике, но вполне возможно, обыденной на этой планете. Бумажным или иным физическим носителям информации редко что доверяли. «Цифра» всегда была надежнее. Но, похоже, здесь был иной случай. Ибо все бумаги были заполнены на английском языке, одном из официальных языков Объединённого Человечества. Обитатели этой планеты точно не смогли бы их прочитать.       После того, как Мартин внимательно вчитался в содержание этих бумаг, его охватила и невольная гордость за своих соотечественников, сумевших добиться такого в одной из крупнейших империй Галактики, и тихий ужас. - Да ядрён бетон! Если хоть половина из этого правда! Это чудовищно. – Воскликнул адмирал, дочитав лишь половину бумаг.       С этой информаций нужно было что-то делать срочно. Но что, этого пока Мартин решить не мог. Был, конечно, вариант срочно бежать и показать эти бумаги своим соратникам. Но не было полной уверенности, что они всё это правильно воспримут. Адмирал решил выяснить больше. А для этого ему нужно было попасть на поверхность этой странной планеты.       Он долго переваривал всё, что прочитал. Пожалуй, он даже забыл, сколько времени прошло, и где он находился. На душе от всех этих новостей было паршиво. Нет, он ещё и раньше, когда был «Уго Беренцем», не очень-то верил в искренность слов профессора. Но он, по крайней мере, был уверен, что у учёного-робота есть какой-то мотив личной мести олигархическим кланам. Пусть он и не озвучивал их, но он всегда помогал их движению советом, деньгами и новыми технологиями. Он мог сдать их тысячу раз. Но он этого не сделал. И он с бойцами поверил профессору. Они не задавали лишних вопросов. У многих бойцов Объединённого Народного Фронта были свои тайны, и каждый имел право на личное пространство и свои мотивы. Главное, так это только, чтобы каждый знал своё место в строю и был со всеми до конца. Все знали, что в их движение вливались не от хорошей жизни отнюдь. И в добровольцы могли вступать очень разные персонажи. Всегда было много бывших чиновников и офицеров армий кланов. Если их руки не были в крови, им были даже рады. Кто же откажется от услуг грамотных и осведомлённых специалистов?       Но теперь стало ясно, почему их не сдали. Просто пушечное мясо ещё не успело выполнить главную задачу. Так от чего ж сдавать? Но это не отменяло того факта, что мясо всё равно оставалось мясом. Это было очень неприятно и тяжело. Но почему-то Мартин поймал себя на мысли, что он вовсе не удивлён. После пробуждения его памяти он уже ко многому успел как-то привыкнуть. И всё же ясно было и то, что это еще не вся правда. Профессор вёл с ним какую-то странную игру с неизвестной целью. Но очевидно было и то, что в эту игру придётся играть до конца. Конечно, не самый лучший выбор в его ситуации, но другого не было. Нужно было докопаться до всей правды.       Из раздумий его вывело неожиданное появление в дверях сержанта Укалика. Хорошо, что он не видел вскрытого сейфа, потому что стол, под которым он стоял, был повёрнут от него. Зато это взбодрило Мартина. - Господин Адмирал, у вас всё в порядке? - Ах да! Спасибо, Укалик, что отвлёк меня. – Адмирал напустил на себя растерянности. – Я тут немного увлёкся. Воспоминания накатили. - Воспоминания о битвах, где вы громили врагов? – С восхищением воскликнул Укалик. Мартин нахмурился и после неловкой паузы ответил: - Ну и об этом тоже. Хотя, если честно, то в такие моменты чаще вспоминаешь лица друзей, которых потерял навсегда. Потому как не бывает так, что громишь врагов, не теряя кого-то из близких.       Сержант виновато и понуро посмотрел в пол. - Простите, господин адмирал. Я не хотел вас обидеть. - Всё в порядке, Укалик! Я привык к таким вопросам. Я вообще ко многому привык. Так что всё в порядке. - Я рад, что вы такой смелый и воодушевляющий. Надеюсь, что вам хотя бы удастся отомстить вашим врагам после победы. И ваши павшие друзья будут отмщёнными. - Мы не ради мести сражаемся, Укалик. Месть нам наших павших товарищей не вернёт. А ещё породит кучу народа, который захочет отомстить уже нам. Так что не ради этого мы сражаемся, вот уж точно. А ради лучшего будущего наших детей. - Великолепные слова, господин адмирал.       Мартин прикрыл глаза и легко кивнул в знак согласия. - Ну так что случилось? – Спросил он. - Нет, господин адмирал. Но просто такое дело. Вы, конечно, вправе делать то, что сочтёте нужным и правильным. Но комендант просил меня справиться о ваших планах. Дело в том, что на поверхности, в нашей столице вас ждут с нетерпением. Возможно, это не отнимет у вас так много времени. Но ваш визит туда стал бы огромным событием для нас всех. Хотя опять же, если у вас столь плотный график, мы не смеем настаивать. - Ну что ты, Укалик! – Мартин непринуждённо улыбнулся. – Я очень хочу увидеть ваши производственные мощности на планете. Ведь за этим я сюда и прибыл.       Как только Укалик скрылся, Мартин тут же засунул бумаги Контадора обратно в сейф и поспешил захлопнуть его дверцу. Впереди его ждала таинственная планета, которой не должно быть. Вместе с Укаликом он сел в грузовой шаттл, загруженный запчастями для вышедшего из строя горнодобывающего оборудования. - Это важно, - пояснил Укалик, - мы только сейчас получаем ремонтные запчасти для наших буровых установок. Но мы уже налаживаем производство собственных. - Это хорошо. Это достойно похвалы. – Не преминул заметить адмирал. – Собственная производственная база – основа обороноспособности в долгосрочной перспективе.       От этих слов Укалик просто засиял счастьем. Да уж, денёк обещал быть весёлым.       Посадочный шаттл изрядно поболтало. Стабилизаторы этого типа были ещё явно архаичными. То ли руководство корпорации так экономило, то ли что. Но было особо не привыкать. Они приземлились на площадке космодрома на берегу морского залива. Мартин знал, что они и не будут садиться на остров, напичканный промышленным производством. Их главный город находился на другой стороне пролива. Но Мартина всё ещё не покидало чувство тревоги. Когда опустился посадочный трап шаттла, он понял причину сильной болтанки при посадке. На улице шёл проливной дождь с сильными порывами ветра. Небо было обложено плотными свинцовыми тучами до горизонта. Ещё хорошо, что у шаттла были столь мощные маневровые двигатели. - Погодка шалит? – С лёгкой иронией спросил адмирал.       Но сержант неожиданно нервно посмотрел в ответ и через мгновенье отвёл взгляд. Мартин это заметил, но пока трудно было бы найти этому объяснение. Сержант так не любит дождь?       Только после заминки местный как-то невпопад ответил: - Да нет, господин адмирал. Это всё нормально. Всё образуется. Скоро. Транспорт уже ждёт.       А ждали их у трапа четыре шестиколёсных броневика. Кажется, они тоже были куплены где-то в мирах Республики. Списанная шестиколёсная модель полицейских подразделений Цебит 600, с которой к тому же, поснимали всё вооружение, но почему-то в кустарную нарастили с боков самодельную броню. Ну и неудивительно. Эта фирма Фьюжн не сильно стремилась раскошелится при освоении этой планеты, раз использовала почти только бэушное оборудование.       Они зашли в третью по счёту машину. Внутри броневика было просто и незамысловато. Старые, давно потертые сиденья из синтетического заменителя кожи. Отдельная кабина механика-водителя. Укалик сел в одно из таких старых сидений рядом с сержантом, и кавалькада сразу тронула.       Ехали они не больше получаса под дождём. Где именно они ехали и по какой местности, невозможно было понять в виду полного отсутствия окон в броневике. Но когда машина остановилась, Укалик вылез первым, а затем подал ему знак выходить. Мартин понял, что они в городе. Броневик остановился под добротным натягивающимся навесом, идущим от подъезда какого-то здания. Под навесом выстроились в две шеренги бойцов в чёрных силовых доспехах с открытыми забралами шлемов. Дальше караула на самих ступеньках их ждал какой-то мужчина в однотонном френче темно-зеленого цвета. С этого расстояния трудно было разглядеть его лицо. Укалик поклонился этому человеку, держа руки по швам.       Когда главный кивнул головой, сержант снова провернулся к Мартину и произнёс: - Господин адмирал, прошу. Командующий силами Содружества и председатель Народной партии генерал Дао Гуан. Или соратник Дао Гуан. Прошу, обращайтесь к нему только так. Именно он отвечает за защиту всех свободных людей нашего мира от остатков бандитов-кинетиков.       Мартин двинулся навстречу и так же поклонился генералу. Теперь можно было разглядеть его подробнее. Внешность главного вояки этих странных людей тоже была специфической. Восточноазиатская внешность, совершенно лысая голова без единого волоска. Хотя тут не был исключён вариант, что генерал специально брил голову. Но самое главное, что сверху вниз через левый глаз, покрытый бельмом, у него шел глубокий шрам. Медицина даже не самых развитых планет за хорошую плату, да хотя бы даже полевая кибер-капсула их крейсера «Вольный» легко бы навела марафет на этой мордашке. Но либо медицина Содружества была на совсем еще детском уровне, либо генерал сам гордился этим шрамом и не хотел отказываться от него.       Однако генерал не дал ему времени на детальный анализ своего облика. Улыбнувшись, он пожал руку и заявил на ломаном, но вполне понятном бейсике: - Господин адмирал Беренц, мы безмерно рады. Что вы сумели выкроить время в своём графике и посетить нас. К сожалению, сегодня погода подвела нас. Но завтра, я гарантирую, мы сможем показать вам все наши производства и наших доблестных тружеников тыла. - Рад, что вы наслышаны обо мне, соратник-генерал. Но боюсь, вас не совсем верно проинформировали. У меня достаточно много дел здесь, на планете. И я оказался здесь вовсе не случайно. - Что ж, чудно. В таком случае, вы можете располагаться у нас. Я покажу вам наш Дом Народа.       Дом Народа оказался чем-то вроде и парламента, и главного штаба. Здесь был и обширный хоть и совершенно пустой зал заседаний аж на 500 человек, и подземный бункер с оборудованным командным пунктом и связью с орбитальной крепостью. Сержант Укалик сопровождал их неотступно, словно тень по всему зданию. В целом, едва ли тут что-то могло Мартина удивить. На разных планетах он видел сооружения более внушительные. Но их, видимо, никогда не видел генерал Дао. Так что он не стеснялся хвастаться тем, что здание и сам город возвели почти на пустом месте. Точнее, не совсем на пустом. Здесь когда-то была военная база одного из до-апокалиптических государств. На её руинах и начали строить столицу нового свободного и равноправного общества.       Ненависть к предыдущим хозяевам жизни просто сквозила из слов генерала. Он сказал, что участвовал в революционной борьбе с юных лет. Он много раз сидел в тюрьме республики, располагавшейся на этом побережье. После того, как их же собственный вождь оказался предателем, он готов был покончить с собой, но вера в их дело ещё осталась. Тогда ему было еще около 20-ти лет. После второго побега из тюрьмы, он постарался наладить связь с бывшими соратниками и другими сторонниками. Но никто не верил в успех дела. Проблема была в том, что в подготовке первого восстания участвовал один из богатейших промышленных магнатов. После его ареста и ликвидации его корпорации, дело революции просто никто не мог и не хотел финансировать.       Но после третьего побега из тюрьмы у Дао Гуана появился ещё один неожиданный шанс. И здесь Мартин впервые понял, что люди профессора Контадора установили контакты с их подпольем не 14 лет назад, а несколько раньше, за 2 года до роковой атаки на планету. И как можно было землянину понять из рассказов генерала, это были именно выходцы с Земли. С профессором соратник Дао Гуан встретился уже после вторжения. Так или иначе, эти люди смогли проникнуть на планету незамеченными. Они дали подпольщикам золото и оружие. Этим оружием они как раз и атаковали военную базу, и в честь славной победы основали тут новую столицу. А главный город республики был в это время разгромлен ударами флота корпорации Фьюжн из космоса.       Теперь же этот революционер, рассказывая это с удовольствием, передвигался, заметно прихрамывая. - Ненависть к кинетикам у меня в крови. – Сказал генерал, пока они прогуливались по коридорам здания. – Не только своей свободой и лучшими годами жизни я обязан им. Но и этим.       Генерал указал на своё лицо. - После победы здесь, мы штурмовали дворец на северном полюсе. Принцесса Севера обрушила на меня несколько острых ледяных глыб во время штурма их дворца. Одна из этих глыб обезобразила моё лицо. Другая переломала ноги. Она бы успела пронзить меня насквозь острым льдом, но я смог прожечь дыру в её груди из своей плазменной винтовки и спасти своих товарищей. «Да уж! Какая нехорошая принцесса, - подумал Мартин, - ей хватило наглости и хамства встать на защиту своего родного дома от незваных гостей, вооружённых мощным инопланетным оружием».       Но генерал, тем временем продолжал: - Любой, даже не искушённый в своём деле кинетик, бесконечно опасен для простого человека. Веками мы жили в их тени и под их пятой. Они не давали нам возможности расправить плечи, дышать свободно. Самим своим существованием они создавали для нас угрозу.       Генерал говорил это с чувством собственной правоты, хотя несколько раньше, говоря о дореволюционных временах, он упоминал, что простые люди несмотря ни на что были крупнейшими финансистами, а также заседали в правительстве республики и других местных государств. Что ж. Тут нужно было обстоятельно разобраться. Но Мартин понимал, что на это у него особо нет времени. - Но как же так, генерал Дао? – Спросил Мартин, внезапно перебив пространные рассуждения революционера о вреде прошлых господ. – Ведь вы сами сказали, что эти способности заложены в генетике. Вы истребите, может, всех. Но если у вас родится сын или дочь с такими врождёнными способностями, о которых выговорите? Вы не думали, что это весьма вероятно? - Я согласен с вами, адмирал Беренц. Это проблема, решения которой пока не найдено. Сержант Укалик, скажите нам, что бы вы сделали в этой ситуации?       Укалик вытянулся по струнке и доложил хорошо поставленным голосом: - Да если в моём роду окажется такое отродье, я лично придушу его или её, дабы облегчить страдания свои и наши.       Мартину этот ответ совсем не понравился, хотя и виду он не подал. Этих людей, что, учат ненавидеть других людей ещё до их рождения? Это им так мозги промывают? И профессор ещё просил не торопиться с выводами.       Но генерал с лёгкой улыбкой заявил: - Но спешу заверить вас, что мы решаем эту проблему. Учёные генетики из миров Антарийской Республики оборудовали лабораторию на острове. Они работают над тем, чтобы удалять ненужные гены из эмбрионов еще до рождения детей. Кинетики больше никогда не будут рождаться на нашей планете. И только тогда мы все сможем вздохнуть спокойно.       Мартину невольно снова пришлось сравнивать убеждения этих людей со своими. Вот взять бы, например, отчего же он и его товарищи так ненавидели Великие Кланы? Лично ему они ничего не сделали. Проблема была даже не столько в них. Они обороняли свои центральные миры и хорошо заботились о них. Мартин и сам успел оценить лояльность жителей центральных миров своим кланам, еще когда был Уго Беренцем. Но остальные их владения были полем хищнической эксплуатации ресурсов и людей. Кроме того, уже 43 года длилось их правление, сопряжённое с многочисленными междоусобными войнами за влияние, в которых гибли простые солдаты и трудяги. К тому же в людях, во многих людях еще жили воспоминания о единой могучей Республике, о её славных победах и достижениях. Люди помнили, что в те времена был закон. Пусть не всегда справедливый, но всё же закон, а не личная прихоть членов нескольких сверхбогатых семей. Сами времена Республики успели обрасти своими мифами в памяти людей. За это и сражались бойцы Народного Фронта. Они сражались за более справедливое устройство общества, за сильную централизованную власть и закон. И знамя старой республики Антарии означало именно это, а не простой возврат к старым временам, где тоже на самом деле было полно проблем и кризисов. Ведь всем было очевидно, что и Республика успела прогнить к концу своего существования. Ведь иначе её не удалось бы так просто развалить 43 года назад.       А эти?       Здесь же была просто жалкая кучка идиотов и подонков, обладающих абсолютно с ног на голову перевёрнутым мировоззрением. Ими двигала только ненависть. И зависть, может быть, частично тоже. Они просто с радостью сдали свою планету на откуп промышленной корпорации из дальнего космоса и с гордостью считали это великим подвигом.       Мартин прекрасно понимал, что в гражданской войне преимущество тоже не на их стороне. Он знал, что в большинстве случаев жертвами их атак и рейдов становятся просто трудяги, солдаты, инженеры. Добраться до членов самих Кланов или их высших административных лиц не было никакой возможности. Хотя, им много раз удавалось обезвреживать наёмников, шпионов, провокаторов и мордоворотов из клановских разведок. Но и от этого общий успех совсем не казался ближе. И то в таких операциях без жертв среди простых людей не обходилось. Это сильно било и по моральному облику, и по популярности среди тех, кого они были призваны освобождать.       А если говорить о «соратниках» вроде Дао Гуана или Укалика, у таких бы и вопросов не возникло. Положили бы кучу народа и считали бы себя истинными «героями».       Но оставался вопрос, который раньше он бы и не задал себе. Думал ли он сейчас об убеждениях землянина Мартина Пико или об убеждениях антарийца Уго Беренца? Чего хотел тот или тот. Один был закалённым в боях адмиралом и командиром, несшим ответственность за жизни своих боевых товарищей. Другой был обманутым, использованным и никому не нужным человеком, оказавшимся далеко от родного дома и в совсем других исторических условиях. Пока он летел сюда, и пока находился здесь, много раз его подмывало просто сбежать на Землю. И забыть про всё это.       В конце концов, кто он? Всего лишь недоучившийся курсант, попавший в плен, а потом в фактическое рабство? Разве он воин? Разве он герой? Но он понимал, что бывшего пилота Мартина Пико никто не ждёт на Земле. Возможно ли будет там натурализоваться? Кто даст ему такой шанс?       Адмирала Уго Беренца ждали с нетерпением тысячи людей, бойцов и командиров. От него ждали решения и приказов, мудрых стратегических и тактических шагов. Именно адмирал Беренц был героем, неоднократно побеждавшим в сражениях, и поднимавший людей на борьбу. Он был нужен им. И они не были безразличны ему. Он многих хорошо знал. Не один пуд соли с ними съел. Но и опасностей его ждало там немало. В том числе и от бывших «друзей». Да и не ясно было, правильно ли воспримут все произошедшие метаморфозы его истинные друзья. На Земле не было этих кошмаров. Их мир был на отшибе Галактики. Война не могла бы при всём желании докатиться туда. Так зачем же он сует голову в пекло? Неплохая дилемма. Но сейчас Мартин Пико или Уго Беренц решил не спешить с решением. Нужно было действительно разобраться в мотивах всех известных и желательно неизвестных ему сторон.       Спустя несколько часов погода начала улучшаться, и Дао Гуан отдал приказ к отлёту на остров Чин-Дао на воздушном быстролёте. На хорошо укреплённом острове находилась база армии Содружества. Сам же остров походил на большой промышленный район. Его прежние подозрения о преимущественном использовании устаревшего оборудования снова с лихвой подтвердились. Правда, потом генерал Дао лично показал ему новые установки на урановой обогатительной фабрике. Они были доставлены относительно недавно, но уже успели сберечь жизни десятков простых рабочих.       После осмотра производств они вышли на митинг рабочих этой производственной зоны. Адмирал Беренц должен был, по настоятельной просьбе главнокомандующего выступить перед рабочими с приветственной речью. Перед Мартином теперь с балкона второго этажа местного клуба расстилалась ликующая толпа народа. Но вот какого народа. Мартин только тут полностью осознал, во что действительно превратилось это общество. Наглядность внешнего вида собравшихся людей говорила красноречивее промышленных гигантов. Все собравшиеся на площади были одеты удивительно однородно. Словно носили они не военную форму даже, а какие-то робы со своих предприятий, однообразные робы грубого покроя и незамысловатого дизайна тёмно-зелёного, а иногда и бурого цветов. У некоторых мужчин были такие же невзрачные картузы в качестве головных уборов. У женщин головных уборов он вообще не заметил, только волосы разной длины, убранные в пучок на затылке. Можно было бы подумать, что все эти люди только что отвлеклись от своих рабочих мест.       Дао Гуан, не скрывая ничего, совершенно открыто заявил, что в их городе только одна фабрика по пошиву одежды. И выпускает она в основном военное обмундирование. Потому что Содружество всегда живёт на осадном положении и всегда готово к войне. Что ж, если Дао Гуан и иже с ними хотели превратить свою державу в казарму, им это вполне удалось.       Да, на их базах в Республике тоже трудно было следить за модой От-Кутюр. Но на бывших пиратских базах – это вообще не главный приоритет. Но одно было точно. Члены Фронта сами решали, как и во что им одеваться, если для этого у них были соответствующие возможности, конечно. С балкона клуба Мартин обратился к ним с речью, играя роль прославленного революционера. Он обращался к ним на антарийском бейсике, а командующий переводил его слова на местный язык. Мартин поприветствовал собравшихся на площади и поздравил их трудовыми подвигами во имя их борьбы за свои права и против сил угнетения.       Адмирал понял речь командующего местными силами. Он удивился тому, что Дао Гуан не пытался как-то исказить или по-своему переиначить его речь. Другое дело, что собравшийся народ отреагировал на его слова активно, но без особого восторга. Но если уж и играть роль всеми обожаемого революционера, то до конца и от всей души.       Похоже, что Генерал Дао Гуан просто излучал гордость и самодовольство.       Позднее, в их штабе в Саньша, он полностью подтвердил свои убеждения. - Как видите, адмирал Беренц, наши промышленные мощности могут удовлетворить ваши потребности в высокосортной стали на 150 тонн в месяц, и на 35 тонн цветных металлов в месяц. Всё это к услугам вашего флота и армии.       Мартин согласно кивнул, хотя и решил осторожно поинтересоваться: - Я убедился в истинности ваших слов. Здесь у вас создана мощная промышленная база.       Но затем он снова посмотрел на карту их главного континента на плазменном панно за спиной командующего. На этой карте отображалось побережье и обширное море с многочисленными островами, особенно распространёнными у южной оконечности материка. Владения революционеров ограничивались узкой полосой, а порой и только цепочкой красных точек на побережье. Большинство островов в море так же были замазаны красным. Только в районе Саньша весь северо-западный полуостров был красным. То есть только эта относительно крупная часть материка была под их контролем. - Судя по этой карте, генерал, ваша революция ещё далека от завершения. Вы готовы отдать столь ценные ресурсы кому-то ещё? Мне кажется, они слишком важны для нужд обороны революции.       После того, как слова вопроса прозвучали, и снова опустилась тишина, Мартин оглядел своих собеседников. Укалик был в лёгком шоке от вопроса. Мартин ещё раз отметил для себя, что он отмуштрован и так идеологически обработан, что и вообразить себе не может саму возможность подобных вопросов. А вот Дао Гуан был спокоен. Этот вопрос не застал его врасплох. По крайней мере, вида он не подал. - Об этом не стоит беспокоиться, адмирал Беренц. Оставшиеся на диких территориях популяции кинетиков разрознены и не могут оказать никакого организованного сопротивления. Они не имеют ни единого шанса разрушить наши добывающие предприятия. Мы не добиваем их именно потому, что сейчас все силы Содружества направлены на помощь вашей революции. Если проиграете вы, то наш мир столкнётся с угрозой, которую мы уже не сможем остановить. И проблемы с остатками недобитых кинетиков покажутся сущими пустяками. Так что никаких опасений у вас за стабильность поставок быть не должно. Я надеюсь, я развеял ваши опасения? Теперь я полагаю, вы спешите на свой корабль? Я бы предложил вам отдохнуть в наших гостеприимных краях. Но боюсь, вы слишком занятой человек. - Вообще, вы правы, генерал, соратник! – Поправился Мартин. – Но есть одно дело. Мне нужно попасть в Туманные Горы. Профессор Контадор сказал мне, что я должен найти там нечто важное.       Дао Гуан долго молчал в ответ с недоверчивым выражением лица. - Странно, конечно, - наконец отметил он, - Туманные Горы находятся на дикой территории находиться там без охраны небезопасно. Да и чего такого вы могли бы там найти? - Я и сам этого не знаю, соратник Дао Гуан. Но профессор был весьма настойчив в своей просьбе, и его настойчивость даже меня заинтриговала. - Это действительно очень необычная просьба. На быстролёте можно попасть туда за три часа быстрого полёта над морем. Но уже поздно. Мы стараемся не предпринимать ночных полётов даже над морем. Поэтому дать санкцию на такой полёт сейчас я не могу. Это слишком. Готовы ли вы, адмирал, ждать до утра?       Мартин уверенно и спокойно кивнул в знак согласия. ***********************************************************************       Ночью в Саньша снова разразился ливень. Ему показали нечто вроде весьма старомодной гостиницы, которая была под круглосуточной охраной ребят в силовой броне. Но всё это не помешало землянину уснуть. Наоборот, он свалился в сон под раскаты отдалённого грома и потоков воды, бьющих по шиферу. Эти звуки действовали именно так, потому что для потерянного адмирала эти звуки были настолько родными и знакомыми, ибо он не слышал их уже очень, очень давно. Странно, ему и в голову раньше не приходило имитировать подобные звуки на своих кораблях и базах в космосе. Кто знает, может, так он имел бы гораздо меньше проблем с бессонницей.       Его разбудил только звонок назойливого Укалика. Тот был учтив, как лакей. Как всегда. Он ничего не объяснил. Да и так это всё было ясно. Вельможный адмирал ещё вчера раздал все свои распоряжения. Не привык он просыпаться на поверхности планет.       За окном уже вовсю светило утреннее солнце, пробиваясь в комнату узкой щёлкой между занавесок. Мартин очнулся в мягкой постели в комнате с коврами и старинной мебелью. Ему было комфортно и тепло. Никуда не хотелось торопиться. Мелькнула мысль, что сегодня предстояло лететь к этим непонятным туманным горам. Но эта мысль лишь навеяла грусть, так что он быстро её отмёл. Он не успел вчера хорошо разглядеть обстановку своей комнаты. Её интерьер приятно удивил его. Это было не похоже на строгий аскетизм этих «соратничков». Более того, в интерьере было что-то неуловимо знакомое. Что-то родное. Странно, что он только сейчас начал это понимать.       Снова раздался звонок Укалика и его раздражающий голос: - Господин Адмирал! Корабли эскорта готовы.       Мартин обернулся и внезапно осознал, что обстановка совсем не та, что была секунду назад. Комната была обставлена с минимализмом, а солнца, светившего сквозь занавески, уже не было. Похоже, что на улице вообще-то была облачность. И никаких занавесок на окнах не было. Были лишь раздвинутые жалюзи.       Адмирал долго не отвечал сержанту, соображая, что же сейчас было. И в каком же это месте он только что проснулся. Почему, обстановка в гостинице изменилась настолько быстро и неуловимо. Он уже видел странные сны. К этому он как-то успел привыкнуть. Но это произошло только что наяву. Или почти наяву?       Наконец он ответил Укалику дежурной фразой, а сам вспоминал, где он раньше видел эту комнату, пока одевался и собирался. Но видимо, его память восстановилась не до конца. И вспомнить он ничего не мог.       На взлётном поле Саньша, где они приземлились вчера, помимо того же шаттла стояли три быстролёта-конвертоплана. Над ними парили почти бесшумно два беспилотника чёрной блюдцеобразной формы. Они кружили над взлётной полосой на своих антигравах. По бокам сферического выступа под блюдцем имелись два красных «глаза» овальной формы. Они явно проектировались по лекалам глаз стрекозы с максимальным обзором по всем сторонам. Беспилотники не выглядели грозно. В конце концов, он уже сталкивался с боевыми дронами побольше и помощнее. Но недооценивать бы их он не стал. Весь его опыт предыдущих 15 лет накрепко отучил от этого.       Укалик явно не замечал настороженности землянина. Он просто любовался внезапно прояснившейся погодой. Словно, ему самому уже надоело сидеть на месте либо мотаться по единственному маршруту Саньша - орбита. Да и вовсе его не смущала блажь адмирала лететь в какую-то глушь.       Конвертопланы начали разгонять двигатели. - Воздушные аппараты не перемещаются поодиночке никогда. На это есть директива командования. Но это и хорошо. – Пояснил молодой сержант.       Мартин кивнул. Два аппарата в сопровождении двух беспилотников снялись с лётного поля и устремились на юго-восток вдоль морского берега, постепенно набирая скорость. В каждом быстролёте помимо двух пилотов и пассажиров находилось по 5 солдат в чёрных доспехах – экзоскелетах стандартной комплектации Хапаг-5, которые можно было встретить у почти любых силовых или частных структур в Республике и сопредельных системах. Это был распространённый и дешёвый комплект, правда, бойцы Народного Фронта их не носили. Эти боевые доспехи не давали достаточной защищённости при их уровне интенсивности боевых действий. Но для обычных охранных структур этого и не требовалось, так что дешёвый, стоимостью всего 8 с половиной тысяч галактических кредитов комплект всегда находил свой спрос.       Впрочем, Укалик вновь отвлёк адмирала Беренца от своих размышлений. Юнец активировал на своём коммуникаторе обширную голографическую карту изрезанного побережья главного материка с островами и бухтами. Розовой подсветкой перед глазами обоих выделились несколько прибрежных горных цепей, которые и назывались Туманными Горами. - Здесь на берегу есть наша база Вольных Охотников. Там и приземлимся. Место удобное. Вообще, эти горы – глухое место. Считаются неосвоенной землёй. Над ними сталкиваются многочисленные потоки воздуха. Погодные условия там редко бывают хорошими. Но ребятам это даже нравится. - Вольные охотники? А это кто? - Это особые подразделения нашей службы. Хотя, подразделениями я бы их не назвал. Они состоят из добровольцев и не особо подчиняются и следуют приказам. Они выслеживают и уничтожают кинетиков, совершая рейды вглубь материка на сотни километров. После разрушения их главных городов оставшиеся кинетики создали сеть туннелей под землёй. Основным нашим силам некогда ими заниматься. Вольные охотники их частенько выискивают и подрывают. А заодно выкуривают этих недобитых тараканов химикатами. У них опасная и полная впечатлений жизнь. Я встречался с ними однажды. Это отчаянные люди. Порой рядом с ними страшновато. Но я в чём-то всё равно им завидую. – Сказал Укалик с нескрываемым восхищением.       Что ж, местные соратники все свои похождения воспринимают с восхищением. Идеологическая обработка работает, что надо, - подумал Мартин. В окружении этих людей ему становилось всё менее комфортно. Сложно общаться с теми, у которых любой разговор рано или поздно сводится к одному.       Впрочем, быстролёты набрали уже высоту в километр и на этом эшелоне шли вдоль морского берега. С такой высоты было сложно разглядеть подробности. Но и в таком виде берег показался диким и заброшенным. Скалистые утёсы, о которые разбивался прибой, сменялись полосами пляжей, устьев рек. Следов деятельности людей почти не было.       Лишь один раз он углядел внизу какой-то крупный промышленный комплекс, окружённый укреплениями и контрольными полосами. Мрачное индустриальное сооружение дымило, как чадящая резина и не производило никакого приятного впечатления.       Укалик же, похоже, за время полёта провалился в сон. Он этого комплекса, ясное дело, не видел и не мог прокомментировать его предназначение. Но Мартин был даже этому немного рад. Он хорошо понимал, что его впечатление об этих людях может быть обманчивым, но они всё равно продолжали казаться ему простыми аки пробки из под шампанского. Им можно было бы запросто налить в уши пафосную чушь о долге и деле революции. И после этого они могли бы, как ему думалось, с восторгом подносить ему тапочки. Но была и явная опасность. Стоило бы более авторитетным вождям вроде профессора или генерала Дао кинуть команду «Фас», он пропал. Но пока этого не случилось, глупо было бы не воспользоваться случаем.       Внизу на полуострове и по берегам двух фьордов в обрамлении заснеженных горных вершин, раскинулся большой город. Он уже видел этот город с орбиты и со слов профессора знал о его судьбе. У него возникло непреодолимое желание посетить его. Он немедленно разбудил Укалика и попросил приземлиться. К удивлению Мартина Пико, ни проводник, ни пилоты упираться не стали. Они послушно исполнили приказ адмирала и начали снижение. - Это бывшая столица крупнейшего из государств кинетиков. Мы оставили её в руинах в назидание потомкам. – С той же гордостью заявил Укалик. – Город окружён двумя поясами наземных и морских минных полей. Никто не может подобраться к нему. Пусть дармоеды-кинетики смотрят на его руины с вершин гор и кусают локотки по тем временам, когда они верховодили тут всем и угнетали простых людей. Но если хотите прогуляться по его улицам, для нас это не проблема. Внутри город безопасен. Хотя мы редко посещаем его. - Да, я хочу на это посмотреть. – Уверенно, н спокойно ответил адмирал.       Быстролёты приземлились на мысу большого полуострова, который вдавался в море. Именно тут наблюдалась наиболее плотная застройка из уже обветшалых небоскрёбов. Хотя по сравнению с километровыми башнями любой из центральных планет Республики, это никакие не небоскрёбы. А просто многоэтажные дома, сложенные из кирпича и даже примитивного железобетона. Это, однако, не мешало некоторым зданиям возноситься на 45 этажей.       Мартин помнил, что город был разрушен 14 лет назад во время вторжения войск корпорации Фьюжн на планету. Небоскрёбы выглядели ещё крепкими, хотя и поражали пустыми глазницами выбитых окон. Немаловажной деталью было и то, что это были не просто длинные коробки. Крыши и карнизы многих небоскрёбов этого города были украшение узорчатой черепицей с завитками, а по бокам одного парадного подъезда, по-видимому, официального здания стояли два каменных льва, положивших правую лапу на каменный шар. Они очень напоминали каменных львов у ворот императорского дворца в Пекине на Земле.       Только когда затихли двигатели быстролётов, дроны сели на потрескавшуюся мостовую, а Укалик и бойцы Содружества вышли наружу вслед за Мартином, он ощутил полную и подавляющую тишину. Лишь редкие порывы ветра нарушали это жутковатое молчание в этом жутковатом месте.       Мартин огляделся. Вперёд уходили улицы, скорее всего, бывшего делового центра, заваленные хламом, ржавыми остовами примитивных автомобилей, кусками арматуры и битых кирпичей. Сквозь некогда ровный и добротный асфальт теперь то тут, то там пробивались ростки деревьев и трава. Удивительно, но человеческих останков тут нигде не было.       Мартин посмотрел влево и увидел одну из бухт, где из воды всё ещё торчали опоры длинного подвесного моста. Ржавые ошмётки стальных тросов ещё свисали с них прямо в море. Позади за быстролётами раскинулось открытое море. Небо было ясным и безоблачным. По его просьбе, Мартину подали визир-дальномер. В него он мог хорошо разглядеть два острова в бухте. Собственно, так это и выглядело раньше с орбитальной крепости и с воздуха. Один островок был совсем маленьким и располагался ближе к центру города. На нём, кажется, раньше было какое-то здание, от которого теперь остался только фундамент. Второй остров был дальше в море, крупнее и скалистее. В визир там тоже можно было разглядеть руины каких-то построек.       Мартин опустил визир с задумчивым видом. - На каком расстоянии от нас ближайший периметр минных полей? – спросил он. - Примерно 20 Ли, господин адмирал. – Почти не размышляя ответил Укалик. - А если на республиканские меры длины? - Тогда 5 милль. - А здесь в городе точно никаких устройств нет? - Нет. Можете быть в этом уверены, господин адмирал. - Ладно. – Задумчиво ответил Мартин.       Внезапно он почувствовал странное наваждение. Ему показалось, будто он уже был здесь, в этом городе, хотя и ясно понимал, что здесь он точно раньше быть не мог. Внезапное головокружение нашло, но адмирал устоял на ногах. Ему почудилось, что он оказался в этом городе ещё до его разрушения, когда он был во всей своей красе, но так, словно видел его не своими глазами, но глазами другого человека. Видит снующий народ, мальчишек, разносящих газеты, людей в деловых пиджаках с галстуками и в изысканных шляпах с тонкими усиками на лицах. Подальше видит палатки торговцев и растяжки между высотными домами с написанными на них иероглифами. Улицы запружены машинами, примитивными легковыми автомобилями, очень похожими на раритетные автомобили 20-х годов 20-го века Земли, которые он видел когда-то в Политехническом музее Вашингтона. Слева зазвенел зелёный трамвай, очень похожий на старинные трамваи, которые он видел в том же музее. Трамвай спокойно проследовал на длинный и всё ещё целый подвесной мост, тянущийся на противоположную сторону фьорда.       Наваждение прошло, и Мартин снова увидел своих спутников, недоумевающе поглядывавших на него. - С вами всё в порядке, адмирал? – обеспокоенно спросил Укалик.       Мартин с полминуты молчал, переваривая сказанное и словно возвращаясь в эту реальность из другой. - Нет, спасибо, Укалик. – Рассеянно ответил он. – Наверное, солнце припекло. Всё в порядке теперь. Всё это было крайне необычно и неприятно. Довольно странные вещи, не укладывающиеся в традиционную картинку мира и не соответствующие всему, стали происходить всё чаще с тех пор, как вернулась память. Кто-то или что-то пыталось манипулировать им помимо Контадора, адмирала Лемеллина. Ощущать себя всё более игрушкой становилось крайне неприятно. Но ещё менее приятной ему стала казаться правда о том, что случилось и продолжало случаться на этой планете. Это давило новым грузом на уже имеющийся багаж знаний, который он получил о Республике и её олигархическом переделе 44 года назад. Эти эмоции требовали справедливости. Но как же паршиво чувствовать себя лишь игрушкой неизвестных сил! Кто из них злодей? А кто праведник? - А что в центре города? – спросил адмирал. - Воронка. Заряд плазмы с орбиты угодил прямо в Здание Правительства. Там теперь ровное место. – Спокойно ответил Укалик.       Этого следовало ожидать. - Я хочу взглянуть. – Сказал Мартин.       Провожатый снова не стал возражать. Знаком он дал понять взводу солдат оставаться на бывшей набережной. А сам вместе с адмиралом Беренцем и ещё двумя бойцами вышел вперёд.       Постепенно, по мере движения, степень разрушения росла. Совсем скоро, через пару сотен метров небоскрёбы уже стали в основном полуобвалившимися. А ещё через 500 метров от домов остались лишь остовы стен и самые крепкие фундаменты и цокольные этажи. А дальше шла стеклянная корка и воронка метров 15 глубиной. На дне её уже образовалось озеро, а вокруг неё всё было пусто. Мартин хорошо представлял себе, какой жар тут стоял во время взрыва. Не менее тысячи градусов. Но мощность взрыва по его прикидкам, была, скорее, ниже среднего. Орудия большой мощности при орбитальной бомбардировке могли сносить и целые города. К тому же взрыв тут был, похоже, только один. С орбиты нанесли главный удар, а дальше поработали штурмовики и десант. Сложно было понять, насколько быстро город пал. Трупы и остатки развороченной техники отсюда явно быстро убрали после штурма.       Но в момент, когда Мартин рассматривал противоположный край воронки, он заметил краем глаза едва уловимое движение среди пострадавших домов. Он немедленно выхватил у сержанта визир и прильнул к нему глазами, настраивая на ходу максимальное разрешение. То, что он увидел, выглядело необычным. На той стороне воронки по крышам домов прыгала человеческая фигурка в сером рваном плаще. Иногда это существо перепрыгивало на окна средних этажей и тут же отскакивало на крышу следующего дома, порой преодолевая аж 10 метров за раз. Человек такими скачками передвигаться не мог. К тому же не покидало ощущение, что и законы гравитации на это создание не действуют. И это точно был не обман зрения.       Мартин опустил визир и вернул сержанту. Расстояние до предполагаемого объекта было более полутора километров. Укалик и его спутники ничего не заметили, что было к лучшему. Потому они не могли подозревать, почему инопланетник вдруг выхватил прибор дальнего видения, а затем молча вернул обратно. Тем более велико было их удивление, когда адмирал просто исчез. Вот только что стоял на месте и исчез!       Войдя в режим ускоренного восприятия, Мартин преодолел за мгновение расстояние, отделяющее его от тех домов, где он заметил движение. Только тут он остановился, пришёл в нормальный ритм и выхватил свой бластер, поставив его тут же на режим оглушения. Осторожно он начал продвигаться между пустых домов по захламлённым улицам. За домами оказалась площадь перед добротным и величественным зданием, над которым когда-то возвышался обширный купол, теперь обваливавшийся. Остался только его металлический остов.       Снова применив режим ускоренного восприятия, адмирал подскочил к самому большому парадному подъезду и замер. Подъезд оказался завален каким-то хламом и остатками железобетонных конструкций и трудно проходим. Но Мартин прислушался. Обострённый слух дал понять, что как минимум один человек в этом большом здании был. Чьи-то шаги и какие-то ещё редкие, но странные звуки давали именно такое представление. Мартин тихонько влез в одно из разбитых окон первого этажа. Оказалось, что внутри этого дома шли рядами высокие стеллажи с бумажными книгами. Причём, несмотря на ветхий вид здания снаружи, стеллажи были в относительном порядке. Создавалось впечатление, что за книгами кто-то ухаживал. Что ж, значит, заявления бойцов Содружества о полной необитаемости этого города были беспочвенны. Скорее всего, когда-то здесь была городская библиотека, или как минимум, библиотека крупнейшего университета.       Отвлёкшись на секунду, Мартин снова вернулся к прослушиванию. Человеческие шаги стихли. Но странные звуки продолжались. И похоже, они исходили из того же места, что и раньше. Перехватив поудобнее парализатор и прощупывая ногами каждый шаг, Мартин двинулся на звук вдоль стеллажей, а потом по тёмному коридору. Этот коридор был лишь в нескольких местах освещён просветами из разрушённой крыши и выбитых окон. Наконец коридор вывел его к центральному читальному залу под тем самим обвалившимся куполом. Здесь уже было светло как днём. А стеллажи тут уже были больше и поднималась на два этажа вверх. На барельефах над проходами имелись изображения совы. В центре зала лежали обломки упавшего вниз купола.       Впрочем, не это было столь уж важно. Прислушавшись ещё раз, Мартин отметил источник странных звуков. И решительно шагнул за угол ближайшего стеллажа, выставив бластер. На его удивление источником звука было странное существо ростом с обезьянку, покрытое полосатым чёрно-белым мехом с длинным хвостом и стоячими вытянутыми ушами. Оно напоминало какого-то длиннохвостого лемура. Зверёк вопросительно уставился на землянина своими зелёными глазами, перестав мурлыкать. Адмирал был в замешательстве. В визир он видел явно не это. Но быть может, это у него так воображение заиграло?       Впрочем, большого разочарования он даже не успел испытать. Внезапный порыв ветра обдал его сзади, а за спиной что-то глухо стукнулось о пол. Мартин быстро обернулся, но не успел ничего разглядеть. Что-то твёрдое врезалось в его лоб, и наступила темнота.       Сознание пришло вместе с головной болью. Мартин мысленно чертыхнулся. Это ж надо было так банально попасться!       Открыл глаза и обнаружил себя со связанными за спиной руками на какой-то грязной кушетке. В каком-то тёмном помещении тускло горела одна только электрическая лампочка. Кто бы ни напал на него, его сейчас в этой каморке не было.       Но внезапно открылась стальная дверь. Внутрь вошла женщина, которой Мартин едва мог бы дать больше 30 лет. Она была довольно стройно сложена, у неё была светлая кожа, чёрные волосы до плеч. Внимательные, хотя и усталые карие глаза осматривали пришельца недоверчиво и с опаской. Того серого плаща сейчас на ней не было, зато она была одета в странную жёлтую рубашку с мантией поверх плеч, широкие штаны, заправленные в сапоги с голенищем до колен. Оружия при ней не было заметно. - Пришелец, даже не знаю, что с тобой делать. – Произнесла она на своём языке, обращаясь скорее к самой себе, чем к пленнику.       Но адмирал весьма удивил её, когда ответил на её риторический вопрос на том же языке: - Я понимаю вас. И могу общаться с вами. Вы правы, я с другой планеты. Но я не враг. - Откуда знаешь наш язык? – Подозрительно спросила она. - Этого я точно не помню. Возможно, это результат каких-то экспериментов моего бывшего партнёра. Разрешите представиться. Я адмирал Мартин Пико, главнокомандующий войсками Объединённого Народного Фронта Антарийской Звёздной Республики. Только почти все знают меня под другим именем. Но это долгая история. А как зовут вас? - Называй меня Нора. – Коротко ответила она. - Послушайте, Нора, я вам не враг. Я мог бы сейчас же освободиться от ваших пут. Но не сделаю это в знак моих мирных намерений. Ваши враги так же не являются друзьями мне. Я, по сути, их пленник. Хотя они считают меня своим дорогим и важным гостем и пока выполняют любой мой каприз. Но это не совсем так. На самом деле это несчастные люди, зомбированные и оболваненные пропагандой. Ими манипулируют те же личности, которым недавно доверял и я.       Молодая женщина примерно с полминуты мрачно рассматривала незнакомца, а затем спокойно ответила, но в голосе её появились нотки стали: - Эти несчастные люди, как ты сказал, убили моего отца, мать, жениха и одного из младших братьев. Они обратили в прах весь наш мир, а многих людей, вроде меня, выслеживают и загоняют, словно диких животных только потому, что мы отличаемся. Насчёт твоих мирных намерений. – Она протянула в правой руке бластер адмирала, который, как оказалось был у неё под одеждой. – Это их самый явный символ, я полагаю? - Прошу прощения, Нора, но я привык в незнакомых местах не появляться без оружия. Оружие было поставлено на шокирующий эффект. Если хотите, можете проверить на мне. Направьте бластер на меня и нажмите на спусковой крючок. Увидите. - Этой чести я тебе не окажу. Я поклялась не причинять вреда живым существам. Но ответь на несколько вопросов. Иначе я могу познакомить тебя с людьми совсем других убеждений. Что ты делаешь здесь и почему выслеживаешь меня?       Внезапно хвостатый зверёк подкрался к ней сзади и по одежде женщины шустро взобрался ей на голову.       Она подала ему руку со словами: - Уки, не время играть! Слезай!       Зверёк опустился по руке на бетонный пол камеры и уже в ногах хозяйки внимательно уставился на пришельца.       В принципе этого отвлечения было уже достаточно для Мартина, чтобы перейти в режим ускоренного восприятия и освободиться. Но он решил, что войти в доверие к местной жительнице и установить с ней мирный контакт, было бы нелишним. - Это долгая история, госпожа Нора. Боюсь, если я расскажу всё, как есть, вы точно решите, что я спятил. И если честно, я был бы рад и впрямь оказаться спятившим. - А ты всё-таки попытайся. Я люблю истории. А торопиться нам некуда. - Хорошо. – Адмирал тяжело вздохнул. – Я родился на другой планете под названием Земля. То существо, что сейчас контролирует Содружество и корпорацию Фьюжн, тоже когда-то было человеком с моей планеты. 94 года назад я участвовал в войне нашей планеты с одним из других миров. И меня взяли в плен. Этот бывший человек выкупил меня из плена, и тут же заморозил меня, а потом разморозил 15 лет назад и попытался стереть мне память. Но до конца не получилось.       Так Мартин вкратце рассказал, что он делал последние 15 лет, как вернул память, и как попал сюда. - Профессор сказал мне уже здесь, что мне нужно разобраться в какой-то загадке. Но тут я нашёл местную власть сборищем ожесточённых фанатиков. Хотя ко мне они пока относятся с почтением, меня это не вводит в заблуждение. Я лишь ищу возможности сбежать из-под их наблюдения и вернуться к моим друзьям. Насчёт того, что вы сказали, что у нас много времени, не стоит обольщаться. Люди, которые привезли меня сюда, наверняка озабочены моей пропажей и уже активно ищут меня. И я не думаю, что встреча с ними сулит вам что-то хорошее.       Внимательно выслушав его, Нора резонно заметила: - Мы находимся глубоко в подвалах под зданием городской библиотеки. Отсюда есть альтернативный выход в канализационную систему города, а сам вход сюда найти непросто. Не говоря уже о том, чтобы обыскать всё здание. Но что ты в таком случае предлагаешь сделать мне? - Отпустите меня, и я уговорю этих ребят, что это лишь случайный инцидент, и что со мной всё в порядке. В конце концов, они думают, что в городе никого кроме них быть не может.       Женщина вроде призадумалась.       Но Мартин решил как-то развеять атмосферу. - Скажите теперь, а что тут делаете вы? Как вы попали сюда, если все подступы к городу глухо заминированы? И это были вы, когда я видел в прибор дальнего видения фигурку, ловко перепрыгивающую между отдельными зданиями?       Нора отвернула вправо пытливый взгляд и ответила печальным голосом: - Я учёный, который пытается сохранить хоть что-то, что осталось от нашей цивилизации и нашего наследия. Я прилетаю сюда над минными полями по ночам и улетаю ночью, чтобы спасти фонды главной библиотеки. Я уношу некоторые книги в горы и стараюсь реставрировать их там. Здесь главные сокровища из всего того, что уцелело от нашей культуры. Я считаю своим долгом сохранить это столько, насколько хватит моих сил. Я не воин, я человек сугубо мирный. Я воспитана так, чтобы уважать, прежде всего, жизнь и знание. Я старюсь изо всех сил. Здесь у меня есть дизельный генератор, который даёт электричество. Смерти я не боюсь, всего лишь новый поворот круга Сансары. Я боюсь лишь, что моих сил на всё это не хватит. Я одна. Мне никто не может помочь в этом деле. А вот помешать могут многие, в том числе и ты. - Я не собираюсь вам мешать. Просто поверьте мне, я не считаю вас врагом. Вы ведь относитесь к так называемым кинетикам? Я прав? - Так предатели нас называют. У нас было гармоничное и развивающееся общество. Все люди могли стать теми, кем хотели быть. Президентом этого города был обычный человек. Я родилась в этом городе, я люблю его. Но теперь всё потеряно. - Не всё потеряно, госпожа Нора. Если вы поможете мне, и я сумею разбить корпорацию Фьюжн, ваш мир снова станет свободным. Так что в этом смысле мы друзья. Коль скоро вы учёный, то может, знаете о Туманных горах? Что такого там находится?       Нора призадумалась. - Туманные горы я знаю. Сама там не была. Но я читала о них. Там особо нечего делать. Примерно 200 лет назад там жила ведьма. Об этом ходили легенды. А до вторжения был курорт целебных вод. - Ведьма? – Переспросил Мартин. – И всё? - Это всё, что об этих горах известно. Зачем тебе понадобилось в эти горы, пришелец? - Это сложно объяснить. Я вижу странные сны. Сразу перед прибытием на эту планету, чей-то голос говорил мне во сне о вашей планете и о том, что меня ждут в Туманных горах. Потом сон повторился, но выглядел иначе. Я видел прошлое профессора-робота. А в конце меня будто съел гигантский огнедышащий дракон.       Нора резко насторожилась. Она молчала с минуту, что немало озадачило Мартина. - Я не ожидала такого. Если ты говоришь правду, а придумать такое ты бы сам не смог. Значит, древние духи планеты решили вмешаться и позвать на помощь. И они почему-то обратились к тебе. Почему к тебе? Хороший вопрос. Но не мне, тем более, решать за них. Знаешь что? Я выведу тебя через выходы канализации к морю. Ты сможешь вернуться к войскам предателей, если тебе так удалось войти к ним в доверие. То прошу, найди эти горы. Я была не до конца честна с тобой. Я была в этих горах в юности. Это место сосредоточения духовной энергии. Тебе нужно найти горную деревню Дао-Линь. Или хотя то, что от неё осталось. Если тебя там ждут, ты поймёшь, в чём дело. Но прошу, запомни одну важную вещь. Что бы ни случилось там, чтобы тебе ни померещилось, не доставай оружия. Даже не думай об этом. Это испытание духа человека и его верности своим убеждениям. - Странно! – Нахмурился Мартин Пико. – Учёный всерьёз верит в духов? - Отчего же мне в них не верить? Если я видела их своими глазами? Учёный обязан изучать мир всеми доступными ему чувствами. Почти любой человек способен видеть не только глазами, но и сердцем. Это не совсем так называется у нас, но тебе так будет проще понять, пришелец. Если эту способность развивать, то можно намного расширить свой кругозор. Я развиваю эту способность всю жизнь. А пока я выведу тебя отсюда. Но с тебя одно условие, адмирал Мартин Пико! Тебе придётся завязать глаза. - Годится! – Ответил он.       Нора сняла с него кожаные ремни, которыми были связаны его руки, а затем, когда Мартин встал с кушетки, повязала на голову какую-то тряпку, закрывшую глаза. - Держись за мой посох. Мы пройдём к канализационному коллектору. На берегу моря я тебя оставлю. - А можно вопрос? – спросил адмирал, пока двигался, держась за деревянную палку своей проводницы. - Слушаю. - Как вы узнали о моём приближении? Я ведь шёл максимально аккуратно и бесшумно. - Человек не может не издавать звуков при движении, как бы ни старался. А тонкий слух есть не только у вас, адмирал. - Понял. А это та самая палка, которой вы меня огрели? А вы говорили, что не воин. Или это ваше единственное оружие? - Да, помогает отбиваться от назойливых проходимцев из стана предателей. - Но у их солдат есть силовая броня и боевые дроиды. С ними сталкиваться не приходилось? - К сожалению, приходилось. Против них есть методы иного плана. Моё оружие и мой защитник вокруг меня повсюду. Вам, как человеку с иной планеты, трудно это понять. Но я хоть и всей душой против любых силовых действий и старюсь избегать их до последнего, обучена быть оружием. В случае чего. Но я не воин по призванию жизни. Нет, от большого и хорошо оснащённого отряда мне в одиночку не отбиться. Но скрыться от них я смогу.       Чего адмирал не заметил точно, так это сколько времени они топали по туннелям бывших коллекторов огромного города. Едва ли больше 20 минут. Наконец его проводница остановила его и сняла повязку с глаз. В конце тёмного коридора маячил дневной свет. - Нужно, чтобы глаза успели привыкнуть к свету. Отсюда пойдём так. – Деловито сказала она.       Коридор действительно был большим сливным коллектором в два человеческих роста, выходивший на берег моря. Нора сказала, что одно время эти катакомбы использовали не только по основному предназначению, но и в качестве жилища для местных бездомных.       На улице всё ещё был солнечный день. А перед ним плескалось море. В дневном свете проводница показалась адмиралу не только аристократически красивой, но и прекрасно атлетически сложенной. Скорее всего, она обладала большой ловкостью и хорошей физической подготовкой. Посох довольно плавно перемещался в её руках. Но настроение её нисколько не изменилось. Она оставалась всё такой же сосредоточенной и серьёзной, не допуская ни толики улыбки. Видимо, она и впрямь пережила много такого, отчего совсем было не до улыбок. - Что ж, здесь, по лестнице сможешь выйти на улицы. Если то, что ты сказал, правда, то могу лишь искренне пожелать тебе успеха. Постарайся не отвергать с ходу всё, что услышишь и увидишь. Лишь открытый разум принимает новое знание. Тогда у тебя есть шанс на успех, адмирал. А теперь прощай!       Только сейчас её губы сложились в лёгкую доброжелательную улыбку. Она легонько отошла в тень коллектора, словно растворившись в нём. Шагов вглубь тоннеля Мартин не услышал, лишь быстро удаляющийся свист потоков ветра и затхлый воздух катакомб доносились оттуда.       Уже по старым бетонным лестницам, он вышел наверх и активировал коммуникатор, пославший сигнал ИИ орбитальной крепости. Над городом раздавался гул моторов быстролётов и дронов. Его явно и давно искали. Но ИИ крепости уже должен был оповестить их о том, что адмирал Беренц нашёлся. Скоро один из быстролётов направился к нему. Машина приземлилась. Оттуда вышел сержант Укалик с видом возмущения и полного недоумения на лице. - Адмирал, что случилось?! Вы пропали! Мы уже доложили на крепость. Что с вами случилось?       Ситуация была не из приятных. Но адмирал предполагал нечто подобное. Действительно, странно было бы ожидать другую реакцию. - Укалик, всё в порядке. Мне жаль, что я не предупредил вас. Просто мне показалось, что на руинах этого города кто-то есть. Чтобы не терять времени, я вошел в особый режим и обшарил город. Могло быть так, чтобы сюда проник враг. Но к счастью, я ничего подозрительного не обнаружил. - Вы понимаете, что говорите крайне сомнительные вещи? – с тревогой в голосе сказал недоумевающий Укалик. - Отчего же? – Спросил Мартин и в мгновение ока очутился рядом с сержантом, обнимая того правой рукой за плечи. – Примерно так это выглядит.       А затем менее, чем за секунду очутился в сидении быстролёта, которое до того освободил Укалик. - Или так. – С усмешкой сказал адмирал. – Профессор Контадор влил мне какую-то странную кровь. А ты думал, почему мне так везёт в битвах?       Укалик всё ещё стоял, как вкопанный, не особо веря своим глазам. Затем он поднёс комлинк к губам и уныло произнёс: - Отбой тревоги.       Затем подошёл к летательному аппарату. - Больше так не делайте! – Серьёзно сказал он.       В его голосе слышались хоть и неуверенные, но все же нотки угрозы.       Мартин прилагал все усилия, чтобы надеть на лицо невинную и всё оправдывающую улыбку. Но внутри понимал, что дал маху и сейчас был на грани провала. Однако что-то в этом городе влекло его помимо рациональных соображений и любопытства. - Ну что, мы ещё будем тратить время? Или полетим к следующему нашему пункту? – С наигранной лёгкостью заявил адмирал.       Укалик искоса поглядел на него и молча сел на другое свободное сиденье, затем кивнул пилоту взлетать.       Через полтора часа полёта дальше на юго-восток от заброшенного города летающие машины приблизились к военной базе на побережье. Горы здесь стали действительно выше, но климат тут уже был другим. Растительность стала пышнее и гуще. И так же как и на севре это было, скорее, признаком заброшенности и упадка. Пока они летели, погода стояла ясная, но над горами тянулась облачность. А к моменту посадки облака и вовсе закрыли солнце.       Здесь, на утёсе морского берега притаилась одна из планетарных военных баз корпорации Фьюжн. Сверху было видно, что база оборудована собственным космопортом и системами орбитальной связи. Все подступы с суши и даже с моря несмотря на наличие обрывистого утёса, под которым лишь бился прибой, были блокированы минными полями. Лес был вырублен на несколько километров вокруг передового периметра обороны. По нему шли линии колючей проволоки.       Быстролёты и дроны совершили посадку на лётном поле базы. Их уже вышли встречать какие-то люди. Они появились из одного ангара. - Адмирал Беренц, - обратился Укалик, - это и есть главная база Вольных Охотников. Отсюда мы и проведём вас в горы. Прошу, выходим.       Они ступили на бетонную плиту посадочной площадки, когда навстречу им уже шли пять человек в свободной, но явно боевой и камуфляжной форме. Она не была идентична форме сотрудников и бойцов на острове Чин-Дао или на орбитальной крепости. Правда, даже среди них особо выделялся двухметровый мускулистый детина с бурой окладистой бородой и длинными волосами, заплетёнными во множество отдельных косичек. На поясе у него висел здоровый тесак, а грудь украшала гирлянда из засушенных человеческих ушей. Смотрел он на новоприбывших невесело, неприветливо и подозрительно.       Сержант Укалик вышел чуть вперед и, подобострастно улыбаясь, заявил: - Капитан Илуктак! Приветствую славного командира Вольных охотников. Я сержант Укалик с базы Содружество. У меня приказ донести до вас распоряжение с самого верха. Со мной прославленный борец за свободу звёздный адмирал Уго Беренц. Он прибыл к нам с инспекцией. Хотел посетить Туманные горы. Ваша задача содействовать нам в этом предприятии и обеспечить транспортом.       Детина с бородой снисходительным взглядом смерил сержанта и землянина, затем спросил: - Продовольствие и топливо привезли?       Укалик сначала и не понял ничего. - Простите, капитан? Мне ничего не сообщили о топливе или продовольствии. - Да на кой мне тогда сдался твой адмирал и твой сброд? - Но генерал Дао … - Укалик осёкся, когда командир базы, сложив руки на груди и невесело улыбаясь, навис над ним, как глыба. - Можешь послать своего генерала Дао в задницу, если он мне голыми руками и на голодный желудок воевать предлагает. Усёк, салажонок?! – затем он рявкнул, обращаясь уже к остальным. – Насчёт жратвы, то раз с вами ничего нет, то завтра придётся снова прошвырнуться по местным деревенькам. Мы уже у них на этой неделе понабирали кой-чего. А топливо? У нас оно пока есть, только запас снизился. Но раз вы тут, сольем с ваших лоханок. А ты, вельможный адмирал, раз хочешь в Туманные Горы на верную смерть, то могу для такого экстремального тура предложить только такой вариант. Завтра идём в рейд. Если не боишься запачкать подштанники, то пойдёшь с нами, как солдат. Дальше в горы пойдёшь один. Это и всех остальных касается. На моей базе никто просто так не прохлаждается и лясы не точит. Вопросы есть? - Я ж говорил, - виновато ответил Укалик, повернувшись к Мартину, - это Вольные Охотники. Никому не подчиняются. Слушают только себя. - Годится! – громко ответил Мартин на предложение здоровяка. – Но пойду я сам по себе. Раз я наблюдатель, то буду наблюдать. Наше топливо берите хоть всё.       Укалик в момент посмотрел на адмирала с расширившимися глазами. Но вслух ничего возражать не стал. - Ладно, инопланетник. – Ответил капитан. – Заходи в ангар вместе со своими лакеями. Посмотрим завтра, что от вас в Туманных горах останется.       Мартин вместе с остальными бойцами Содружества проследовал в ангар. Люди бородатого амбала со своей стороны пошли к их быстролётам и начали над ними что-то колдовать. - Но как?! – Удивлённо и возмущённо ответил Укалик. – Мы не можем остаться без топлива. И у них нет полномочий забирать у нас транспорт. Им никто не давал на это разрешения. - Беру это дело под свою ответственность, Укалик. А ты пока лучше свяжись со штабом и сообщи генералу Дао Гуану о том, что ваши лучшие бойцы терпят такие неудобства. Если этого амбала он не слушает, так, может, послушает тебя. Или меня. Вообще, это полное безобразие, что база плохо снабжается. Если у вас нет возможностей, снабжать военный пост в полной мере, надо закрывать базу и переводить людей в другое место. А так распылять и без того небогатые ваши ресурсы считаю глупостью. - Я так и сообщу соратнику Дао. – Неуверенно ответил Укалик. - Сегодня и не раньше. – Многозначительно поправил его Мартин. – Завтра мне на орбитальную базу. На чём прикажешь туда добираться? Так что проблема должна быть решена самое позднее завтра. Я собирался посетить горы, а не селиться в них.       Укалик был явно ошарашен таким неожиданным напором. В ответ он лишь молча неуверенно кивнул. Но внутри база оказалась не такой уж и дырой. Она была построена явно недавно, причем мощными механизмами. После основной фазы горных работ помещения были забетонированы, обставлены должным оборудованием, системами связи, отоплением, автономного водоснабжения, автоматизированной цепочки питания. По внешнему контуру базы помещения были изолированы от горной породы сейсмопоглощающим слоем пенобетона. Так что строили тут всерьёз и надолго. Но вот почему такой объект оказался почти заброшенным, то есть оставленным на откуп всякому отребью, было для Пико загадкой.       Возможно, базу планировали построить под какие-то иные цели и нужды. Но как-то не задалось, и объект передали кучке головорезов задарма. В общем, причин могло быть много.       Что ещё сильно бросилось в глаза, так это то, что на этой базе люди были, как правило, более старшего возраста, чем в Саньша, либо совсем юнцы в качестве простых бойцов. Сам командир базы был человеком уже явно за 40. Скорость старения на этой планете, скорее всего, была стандартной, и не подвергалась таким колебаниям, как в мирах Республики. Ближайшие подчинённые командира были примерно такого же возраста. Но никого от 25 до 35 тут не было. И что неприятно поразило адмирала, так это взгляд большинства людей. Он не сомневался, что все они были хорошо подготовленными солдатами, обладавшими навыками современного боя. Но глаза многих были реально бешенными. Либо, как вариант, это были глаза крайне азартных людей. Азартных в охоте на себе подобных. Даже Укалик и его соратники чувствовали себя тут неуверенно. Он так и сказал, что капитан Илуктак и его люди держат под контролем большую округу на сотню километров на север и юг. Несмотря на то, что молодой сержант старается держаться бодро и отзывается о здешних обитателях, как о героях, у него катастрофически не получалось скрывать самый настоящий страх в глазах. Мартин не стал расстраивать юношу очевидностью своего осознания. Да и зачем? Сам-то в глубине души всё понимает. Они в лапах у настоящих бандитов, под видом обороны побережья терроризирующих местных жителей.       Мартину и бойцам из Саньша выделили отдельный ангар на поверхности. Дали сухие пайки и предложили запивать водопроводной водой из умывальника. Старожилы базы, похоже, всегда стабильно находились под землёй. Уже вторую ночь Мартину Пико предстояло провести на поверхности этой планеты.       Спать приходилось на страх матрасах прямо посреди военной техники. Но если бойцы Содружества не возмущались из страха и чувства дисциплины, то Мартину было непринципиально. Хоть его и величали Адмиралом Сопротивления, никаким шиком он похвастаться не мог. Так и остался неприхотливым пиратским вожаком и политическим отщепенцем. Бывало когда-то и так, что и матрас для них роскошью. Ночью снова шёл дождь, гулко барабанивший по жестяным плитам крыши ангара. Многие из-за этого не могли уснуть. Но Мартину, жившему в основном в беззвучном космосе, этот родной звук был снова как бальзам на душу. *************************************************************       Вышли они сразу после совещания с комендантом Аритомо. Солнце только начинало подниматься. Передовая группа вооружённых до зубов головорезов двигалась на двуногих шагоходах метровой высоты, предназначенных для одного седока. Сам капитан Илуктак со своим тесаком на поясе сидел в седле одной из этих машин. Мартин и Укалик получили по одному шагоходу. На шагоходе были системы связи и два малокалиберных пулемёта. Основное вооружение участники рейда несли на себе.       Спереди группу из 15 шагоходов стремительно обгоняли разведчики на багги и квадроциклах. По местных ухабистым дорогам эти неслись с улюлюканьем и визгом, и периодическими пострелами в воздух. Да уж! Разведчики, эти много наразведают. Ничего не скажешь. Впрочем, могло быть и так, что звание разведчиков они носили лишь за глаза. У местных бойцов вообще почти не было какого-то строгого распределения функций. Все были и стрелками, и водителями, и операторами техники.       А сверху всё это воинство прикрывали барражирующие на низкой высоте четыре беспилотника. Они могли своими тепловыми сенсорами загодя заметить засаду в самой густой растительности. Кроме того, эти машины несли на себе по 14 лёгких, но мощных управляемых ракет, которые могли за секунду испепелить любой небольшой городок. А кроме того, беспилотники могли окатить любую цель прицельным или площадным пулемётным огнём.       Никакого плазменного или энергетического оружия рейдовая группа не имела. За исключением одного персонального бластера у Мартина Пико. Шагоходы развивали крейсерскую скорость до 60 км в час. Но на такой неровной местности это было маловероятно. Однако система балансировки этих машин была поставлена хорошо. Мартин обратил внимание на то, что трясло седло совсем не сильно. Скорее всего, управляющая программа машины могла заранее отслеживать неровности на местности и оперативно подставлять свои гибкие ноги.       Но это было их единственным достоинством. По остальным признакам было очевидно, что рейдеры никакого организованного подразделения из себя не представляют. Багги и квадроциклы с гиками и пальбой в воздух устремились к ближайшей деревне у подножия гор и на берегах быстрой речки. Конечно, никто из соратников Мартина не был настолько безумен, чтоб разъезжать по враждебной территории на этом барахле. Но это так же означало, что серьезного сопротивления люди Илуктака тут давно не встречали и могли позволить себе «повеселиться».       Без обиняков они гнали прямо по засеянным полям. И только когда одна из машин с размаху влетела в затопленные рисовые чеки, она глубоко и прочно завязла в грязи. Да еще из пробитой дамбы вода с рисового поля резко хлынула на сухие поля. Вся остальная кавалькада пустилась в обход, не пытаясь помочь застрявшим. Группа на шагоходах сильно отстала от них и подходила к деревне по грунтовой дороге. Беспилотники уже дважды обогнули деревню и теперь барражировали над основной группой.       Из села на шум уже выбежало с десяток человек разного возраста. Да уж, эффект неожиданности - это явно не то, чего добивался капитан охотников.       Группа на багги и квадроциклах уже заглушила моторы у въезда в деревню, и выставив вперед стволы своих пулемётов.       А народ из деревни прибывал. Все эти люди были безоружны.       Наконец доскакали на своих ходоках и главные силы во главе с капитаном. Навстречу ему из толпы собравшихся селян вышел сухенький старичок.       Мартин Пико обратил внимание на внешний вид этих людей. Это были белокожие люди с прямыми черными волосами и раскосыми глазами. Одеты были в основном в простые домотканые одежды в виде халатов, рубашек и туник бурого либо оттенков зеленого цвета. Несмотря на различия в возрасте и комплекции отличались ярко-зелёной радужкой глаз. Их жилища представляли собой ряды простых фанз, расположенные вдоль всего одной улицы.       Только старичок, выступивший вперёд, был одет в ярко-зелёное платье и чёрную матерчатую шапочку. Всем своим видом эти люди напоминали Мартину каких-то средневековых китайских крестьян. - Приветствую вас, глубокоуважаемый господин Илуктак. Рады видеть вас и ваших доблестных воинов в добром здравии. Осмелюсь ли я осведомиться, какие неотложные дела привели вас в нашу скромную деревню сегодня?       Старичок поклонился, сложив руки, кулаком левой руки в открытую правую ладонь. Говорил он подчёркнуто учтиво и даже заискивающе. Мартину было очевидно, что он на самом деле напуган. Хотя и многие его односельчане так же смотрели на пришельцев со страхом, в глазах отдельных читались презрение и ненависть. - Во-первых, староста Цзу, соратник Илуктак, а не господин. – Требовательно ответил капитан. – Сколько можно повторять, что революция стёрла различия между людьми? И теперь все равны. И мы все разговариваем тут, как равный с равным.       Старичок снова поклонился и мелко затряс головой, изредка и опасливо оглядываясь и извиняясь за свою оплошность. - А во-вторых, - уже более угрожающим тоном продолжил командир, - именем революции, как председатель революционного округа Шу, приказываю немедленно сдать в наше распоряжение одну треть всех ваших запасов урожая. Не задерживайте с погрузкой в наши багги.       Старичок оглянулся на своих односельчан. Некоторые женщины охнули. А мужики крепче сжали в руках свои лопаты и вилы. По ним было видно, что требование капитана их не очень радует. - Но соратник Илуктак, на прошлой неделе вы уже забирали у нас одну треть нашего урожая. Если сейчас вы заберёте еще треть запасов, то мы даже на семена не сможем ничего оставить. Нам может даже на зиму не хватить. - Ага! – Недобро воскликнул Илукатк. – Значит, мы теперь такие смелые стали. - Нет! Нет! Не сочтите за дерзость… - начал было деревенский староста.       Но командир рейдеров резко перебил его: - Заткнись, заморыш! Если разговор будет идти по-плохому, то вам всем сейчас предстоит уяснить, что остаться без части урожая лучше, чем без всего урожая и крыши над головой. Даю пять минут всем жителям деревни, чтобы покинуть дома, и увести женщин и детей. Вы узнаете, что революция способна за себя постоять и защитить революционные завоевания. Затем ваша деревня будет упразднена революционным трибуналом.       Капитан зловеще хохотнул. Староста упал на колени и стал умолять пощадить их. Но это едва ли бы им помогло. Бойцы на багги тут же передёрнули затворы своих пулемётов. Парившие выше дроны тут же спустились ниже и приготовили к стрельбе свои катушки с ракетами. Мартин понял, что в отместку за простое возражение капитан готов просто снести с лица земли всю деревню. И ему, и его подчинённым это явно нравилось и вселяло веселье. Это если судить по внезапно возникшему азарту на лицах некоторых «Вольных охотников».       Мартин оглянулся на своего сопровождающего. Укалик смотрел на всё с каким-то странным недоумением. Он явно был не рад всему, что творилось, но и не был готов как-то протестовать. Внезапный грохот сверху отвлёк всех вокруг. Один из беспилотников задымился, закрутился в штопор и рухнул в лес за рекой, подняв столб огня и обломков. Три оставшихся беспилотника разом повернулись на запад, начиная отходить друг от друга.       А там, на окраине деревни стоял юноша лет 17-ти, стоял в боевой стойке на полусогнутых ногах, словно врос в землю. - Кинетик! – Изумлённо воскликнул Укалик.       Из толпы селян выскочила какая-то женщина, которая затем упала на колени и заорала благим матом: – Ли! Сынок! Уходи! Беги! Молю тебя! - Нет! – Резко крикнул юноша. – Хватит нам гнуть спины на этих бандитов! Хватит нам терпеть, что эти трусы и предатели отбирают у нас всё, заработанное непосильным трудом. Идите, покажите, на что вы способны! Можете только женщин и стариков обижать, да?!       Солдаты на багги тут же открыли огонь из своих пулемётов. Но произошло то, чего Мартин вовсе не ожидал увидеть. Этот юноша успел топнуть ногой оземь, из которой вырос каменный столб, загородивший его от пуль. Женщина вскочила на ноги и ринулась наперерез стрелкам. Но односельчане успели ухватить её за полы одежды и поволокли назад в деревню. - Отставить огонь! – Рявкнул капитан. – У меня приказ, взять кинетика живьём. А за живого Аритомо обещал заплатить так, что на боеприпасы на год хватит. Вяжите его, ребята!       Трое его бойцов на шагоходах устремились навстречу удивительному человеку. С гиками и дикими возгласами они начали палить по цели парализующими снарядами. Беспилотники начали перепахивать поле вокруг каменного столба очередями пуль, отвлекая и не давая юноше одуматься.       Однако он, похоже, не испугался. Он успел быстро сгруппироваться и ударами правой ноги выбить из столба по два увесистых булыжника. Оба нашли свою цель. У одного шагохода снесло обе ноги ударом, напоминающим удар пушечного ядра. Его водитель тут же повалился оземь. Второго нападавшего булыжник просто снёс из седла, подняв брызги крови. Для этого бедолаги встреча, скорее всего, оказалась фатальной. Третий рейдер подошёл ближе всех к цели, но и его парализующие снаряды прошли мимо цели. Деревенский парень снова ударил в землю ногой, и на пути шагохода образовались несколько дыр. В одну из них машина угодила ногами на полном ходу. Водитель вылетел вперёд и пропахал сельскохозяйственное поле уже своим носом. - Может, всё-таки выбить ему мозги? – С какой-то ленцой спросил один из помощников Илуктака. - Твою мать! – Снова рявкнул капитан. – С Аритомо шутки плохи. Без трусов нас всех оставит на раз два. Сказано, живьём! Значит, живьём!       Внезапно Мартин подъехал к командиру на своём ходоке и неожиданно предложил: - Если я быстро обезврежу этого человека, вы пообещаете мне кое-что?       Илуктак нахмурился. Он явно оказался не в восторге от предложения какого-то мягкотелого инопланетника. - Вы не будете разрушать деревню. – Продолжил Мартин. - Оставите её жителей в покое. А продовольствие поищите себе в какой-нибудь не разорённой ранее вами деревне. - И что же ты можешь сделать? Ты ведь с кинетиками никогда дела не имел. Могу поклясться. – Недоверчиво ответил здоровяк. - Не важно! Просто я хочу взять с вас слово так не делать и пойти на мои условия. А то смотрю, бойцов-то у вас не так-то и много. Если бы вы были сейчас в более свободном положении, вы бы не послушали меня и просто накрыли этого парня залпом ракет. Но сейчас у вас другая дилемма. - Хорошо, инопланетник! Достань мне этого паршивца, если сможешь! – Усмехнулся капитан. Если бы пришелец не справился, то положение это никак бы не изменило.       Мартин Пико кивнул. Он взял у одного из бойцов рядом с капитаном парализатор и спешился. Никто не успел понять, что этот сумасшедший собирался сделать. И ещё большее удивление охватило всех, когда адмирал Беренц просто исчез, а камнеметатель из деревни рухнул на землю, как подкошенный в ту же секунду. Ещё секунда, и адмирал Беренц снова оказался перед Илуктаком. Даже Укалик, вроде уже знакомый с этими способностями, снова выглядел изумлённым. - Я сделал то, что обещал. А теперь проваливайте! – спокойно сказал он опешившему капитану головорезов.       Но еще раньше Мартин снова вошел в режим ускоренного восприятия. Всё вокруг словно замерло вокруг него, хотя люди и предметы продолжали незримо и крайне медленно смещаться. Он не стал терять это хоть и растянутое, но всё же текучее время и быстро побежал к юноше из деревни. Тут же дал ему заряд электрошока из парализатора, а пока жертва медленно оседала, уже более спокойным шагом вернулся к Илуктаку, в нормальное течение времени.       Деревенский житель, который только что метал булыжники, лежал на земле и бился в конвульсиях, брызжа пеной изо рта. Люди Илуктака подхватили его и связали руки и ноги мощными полимерными жгутами. - Давайте! Пошевеливайтесь! Поднять его! Не давайте этому паршивцу касаться земли. – Кричал капитан рейдеров, пока связанного юношу не швырнули словно мешок на сиденье одного из багги. - Жаль! Взял бы себе его милые ушки! Но Аритомо он ведь целёхонький нужен. Как некстати.- Приговаривал «председатель революционного округа Шу». Но затем он снова обратился к Мартину: - Адмирал Беренц, я пощажу деревню. Но что же нам теперь делать с продовольствием? - А что? Разве Дзиро Аритомо не может помочь? И вообще, зачем ему пленник? - Он обещал доставить патронов. Этого у них навалом. Но хавчик в космосе не растёт. Это и тебе, я думаю, очевидно. Насчёт кинетика, не знаю. Он никогда не говорит, зачем они ему нужны. Да мы особо и не спрашиваем. Потому что мы приканчиваем их на месте. А тут, не знаю. Ещё сколько-то поживёт. Ни один из отловленных нами на станцию, пока назад не вернулся. Мартин отвёл взгляд. Мысли на сей счёт были тревожными. - Вы обещали навестить не разорённые деревни. Идите туда. - Они далековато. - Кушать хотите, доедете. – Твёрдо отрезал адмирал.       Капитан рейдеров поразмышлял с полминуты, затем ответил нехотя: - Ладно, инопланетник, твоя взяла. Но сам-то ты куда? - Я отправлюсь в горы один. Сигнал я подам прямо на орбитальную крепость, когда я пойму, что нашёл то, что искал. - Ты полный псих, инопланетник. Но это ж, твоё решение. Как убиваться, тебе решать. Ладно! – Закричал он уже своим бойцам. – Пленника на базу! И ждите гостей от Аритомо. Остальные за мной! Деревня Хао сегодня будет наша. Вперёд на восток!       Мартин взглядом дал понять Укалику, чтобы тот следовал за главной группой. Впрочем, теперь сержант и не возражал.       Машины загудели по дороге на восход солнца, а Мартин остался стоять перед воротами в деревню. Крестьяне, которые вновь осмелились выйти наружу после непродолжительного боя, недоверчиво рассматривали пришельца в необычном мундире и фуражке издали. Адмирал был вооружён, но не показывал своего оружия, дабы не напугать этих людей лишний раз.       Затянувшееся молчание надо было как-то нарушить. Эта пауза слишком долго затянулась. - Жители деревни! – Прокричал он. – Я не враг вам и пришёл к вам с миром. Я не задержусь здесь. И скоро уйду. Но мне нужен проводник, или хотя бы направление. Я ищу деревню Дао-Линь в долине меж Туманных Гор. Кто-нибудь из вас знает о ней? Знает дорогу туда?       Некоторые селяне опасливо переглядывались. Но вперёд снова вышел староста деревни. - Молодой человек, в этой деревне уже 14 лет никто не живёт. Она была заброшена во время вторжения. Соратники убили многих её жителей. А те, кто успел скрыться, больше не вернулись. - А почему? Что там такого в этой деревне? - До Удара там был курорт целебных вод и святилище. Теперь мы не ходим туда. Там опасно. За последние 10 лет несколько наших пропали там. Не было от них больше вестей. - Там живут злые духи! – крикнул кто-то из толпы. - Ведьма Гор разгневалась на нас за наше предательство! – крикнула какая-то женщина. - Молодой человек, - обратился снова деревенский староста, - мы бедные люди. Нам ежедневно грозит слишком много опасностей, чтобы подвергать свои жизни еще одной. Люди, которые смеют утверждать, что защищают нас, только грабят и калечат. Им ничего не стоит разрушить и нашу деревню. - Они и моего брата только что забрали! – крикнул какой-то юноша, выйдя вперёд. - Как тебя зовут? – спросил Мартин. - Дзонг. – был лишь ответ. - Послушай Дзонг, я не командую этими головорезами. Но я сделал всё, чтобы сохранить твоему брату жизнь. И я обещаю тебе, что я вытащу его. Но для этого я должен попасть в эту заброшенную деревню. В конце концов, если какой-то неизвестный вам пришелец пропадёт в горах, вам от этого что?       Жители всё ещё недоверчиво смотрели на инопланетного адмирала. Да и сам Мартин невольно поёжился внутри, давая обещание, которое он едва ли сможет выполнить. По крайней мере, легко. Но он должен был хоть как-то и хоть чем-то завоевать расположение этих людей. И о возможных последствиях он не думал. Он думал больше о своих друзьях, которые вели войну. Он был им нужен как можно скорее. И его не устраивало ничего, что могло задержать его еще хоть на какое-то время на этой планете.       Наконец староста неохотно ответил: - Если ты так хочешь испытать судьбу, то иди по дороге из нашей деревни в горы. Эта дорога приведёт тебя по долине до перевала. Как спустишься с перевала, попадёшь в деревню Дао-Линь. Дорога там только одна. Не спутаешь. - А как быстро можно туда дойти?       Староста подумал и ответил: - Если в быстром темпе пойдёшь, то к часам к пяти дойдёшь.       Адмирал кивнул головой. Он не стал расшаркиваться перед жителями деревни. И так он слишком долго мозолил им глаза. Пешком он отправился по лесистой дороге вверх по ущелью.       Деревня уже скрылась из виду, но он быстро шёл вперёд, благо что его уровень выносливости нисколько не изменился. И передвигался он по старой серпантинной дороге почти что бегом. Но и ему нужно было всё же отдыхать. Мартина не покидала мысль о том, что говорила ему та странная женщина по имени Нора в разрушенном городе. Что бы он ни услышал и ни увидел там, он не имел права доставать оружия. Это было опасное место? Но, по словам селян, там раньше был курорт минеральных вод. Всё это было странно. Впрочем, теперь уже не больше, чем всё остальное на этой планете. Но на привале он смог более внимательно оглядеться. Горы по ущелью были густо покрыты бамбуковым лесом, но вершины этих гор уже были покрыты густой пеленой облаков. Дорога была когда-то хорошо заасфальтирована. Но теперь асфальт этот сильно раскрошился. Да и горный климат сделал своё дело. В некоторых местах в дороге зияли огромные промоины и обвалы грунта. Встретился на его пути и один каменный завал. Впрочем, не такой сложный, чтобы по нему нельзя было перейти на своих ногах.       Но только на привале землянин заметил, наконец, главное – удивительную и не очень приятную тишину. Ветра почти не было, и бамбуковый лес не шелестел. Не раздавалось пенья ни одной птицы, будто они и не обитали в этих горах. Всё было глухо и статично. Ни единого жужжания насекомых не доносилось до его ушей. Эта тишина могла бы кого угодно вогнать в панику, если бы не тот факт, что молчание гор было не столь всеобъемлющем. Снизу, со дна горной долины доносилось слабое журчание горной речки. Если бы не этот звук можно было бы и впрямь запаниковать. Но и при этом ничего доброго этот лес не внушал. Хотя дорога в горы вела добротная. Вдоль дороги кое-где ещё торчали старые столбы элеткролиний. Ведь раньше они куда-то вели.       Сомнения уже не раз накатывали на Мартина. И в которой раз именно они заставляли его все чаще оглядываться в этом безмолвном лесу. Наконец это всё надоело. Он сжал кулаки. - Ох и доведут меня эти измышлизмы! Ладно! Факты сначала, анализ потом! А сомнения? А пошли бы они!       Он еще быстрее пошёл вверх к перевалу. Выше начинал сгущаться туман. Горы начинали сполна оправдывать своё название. Но пока никакой существенной преграды этот туман не представлял. Наконец на вершине, у самого перевала Мартин остановился. Перед ним предстали уже резные деревянные мемориальные ворота вроде китайского пайфана. Ворота были собраны из множества деревянных балок. Сверху были покрыты двускатной крышей из узорчатой черепицы, а также искусными керамическими изразцами. Под крышей самого верхнего яруса имелись иероглифы. - Долина утренней прохлады и небесной гармонии. – Прочитал Мартин. Он действительно узнавал многие иероглифы, но пока не понимал, откуда он мог их знать.       Дорога за пайфаном шла дальше только вниз. Но здесь туман уже сгущался настолько, что нельзя было рассмотреть, куда уходила дорога. Лес и горы были всё ещё глухи и безмолвны.       Мартин двигался точно по дороге. Пока, несмотря на туман, казалось, что спуск плавнее подъёма. Но по мере спуска туман начал расходиться. И только теперь при относительном прояснении погоды адмирал понял, что только что вошёл в покинутое селение, состоящее из похожих деревянных домов с теми же черепичными крышами. Только дома эти были сделаны явно крепче и богаче, чем у деревенских. Эти дома шли вдоль главной улицы, на которой не было ни единой души. И речка уже давно осталась позади. Так что даже эти звуки не доходили до его ушей. Тишина была уже тут почти подавляющей. И вот это, правда, уже было жутковато. Но Мартин чётко помнил совет Норы: «Что бы н случилось, не доставай оружия».       Впрочем, это и так было ясно. Здесь просто не было никого, против кого можно было бы его применить. А селение явно когда-то было богатым и популярным. Следов разрушений нигде не было видно. Вряд ли война и или непосредственная атака заставила людей бежать отсюда. Но нетронутость места могла свидетельствовать в пользу крайне поспешной эвакуации жителей.       А пока Мартин осматривался по сторонам, главная улица вывела его к какому-то богатому поместью с большим дворцом со множеством пристроек. Перед парадной лестницей дворца стояли каменные статуи каких-то животных, напоминавших здоровых барсуков с длинными и массивными когтями.       Мартин двинулся внутрь дворца. Как и всё селение, дворец был покинут и пуст. Брошенные впопыхах вещи всё ещё лежали на деревянных полах. Их с тех пор даже никто не попытался забрать. Или не смог? На стенах висели ещё добротные хоть и выцветшие циновки и ковры с изображениями извивающихся драконов, огненных птиц вроде феникса, журавлей, рыб. На некоторых гобеленах были изображены люди в традиционных одеждах, очень напоминающих наряды древних Китая и Японии.       На верхние этажи адмирал идти не стал. Убранство этого богатого дома приятно удивило его. Словно он перенёсся в далёкое прошлое своей планеты. Но были здесь элементы и не столь древние. На улицах стояли уже покосившиеся фонарные столбы. В самом поместье был телефон. А на столике в холле стояло чёрно-белое фото в рамке. Опрятный мужчина со свисающими усиками, одетый в кимоно. По левое плечо стояла такого же примерно наряда дама с длинными прямыми волосами и небольшим пучком на затылке. А между ними стояла девочка лет семи, с приятной и жизнерадостной улыбкой. Скорее всего, это было семейство хозяев поместья.       Фото Мартин тоже трогать не стал. Но ему становилось всё более любопытно, почему городок и поместье заброшены, и что он сам здесь делает. Пока это всё казалось бессмыслицей.       Внезапно потянуло потоком воздуха, и зазвенели колокольчики, висевшие на одной из балок крыши у выхода во внутренний двор с садом. Мартин подошёл к ним и обратил свой взгляд на сад. Он уже изрядно зарос. Хотя и не настолько сильно, как можно было бы ожидать за эти 14 лет. Складывалось даже впечатление, что за садом кто-то ухаживал, хоть и слабо. Каменная статуэтка улыбающегося толстячка с большим пузом встретила адмирала у самых ступенек. Она была поразительно похожа на японского хотея, одно из воплощений Будды. Сходства культуры и жителей этой планеты в целом с Востоком Земли поражали Мартина всё больше.       Он взглянул на небо. В облачном покрове появились дыры, сквозь которые пробивалось солнце. Полный штиль сменился хоть и слабыми, но потоками ветра, от которых бамбуковый лес начал издавать хоть какие-то отдалённые звуки.       И всё-таки, зачем он здесь? Кто позвал его, не самого праздного человека в Галактике сюда, в заброшенный городок на забытой планете?       Мартин хотел было уже уйти в полном разочаровании, как вдруг до него донеслись первые неестественные за всё это время звуки. Со стороны сада камней послышалось, будто кто-то тихо плачет. Мартин тут же вышел вперёд и увидел маленькую девочку в розовом шёлковом платьице. Она сидела у самой кромки старого пруда, тихо всхлипывая и закрывая лицо руками. Это зрелище в уже совершенно очевидно безлюдном и давно покинутом городке потрясло адмирала и навевало явно подозрительные мысли. В голове мелькнула мысль, что эта девочка смахивает на дочь хозяина дома на той старой фотографии.       Её присутствие здесь было подозрительным и крайне нелогичным. Но прежде всего, ему хотелось подойти к ней и помочь, спросить, что случилось, успокоить. Выработавшееся с годами космической войны чувство осторожности куда-то отступило и дало дорогу состраданию.       Он подошёл вплотную и спросил на местном языке: - Что с тобой, малышка? Где твои мама и папа? Почему ты одна здесь? И где все жители?       Он осторожно присел на корточки рядом с ней. Но она не замечала ни его самого, ни, похоже, не услышала его вопросов. Всё так же продолжала всхлипывать, закрывая лицо руками.       Мартин тихонько тронул её ладонью за плечо, приговаривая: - Ну будет тебе! Не горюй! Давай вместе твоих родителей поищем!       Она ничего не ответила, но внезапно перестала плакать и повернула к землянину своё заплаканное лицо. Одновременно она загадочно и недобро улыбнулась. Это было необычно. И Мартин, который уже имел достаточно негативного опыта, быстро отпрянул от неё и отошёл на пару шагов назад. Предчувствия его не обманули, хотя он и не мог предвидеть, что именно должно произойти.       Тело «девочки» дёрнулось и начало меняться. Оно вытянулось вверх и вширь, разодрав изысканную шёлковую одежду. Вверх вытягивалось нечто безобразное, напоминающее гигантскую извилистую многоножку с мощными членистыми лапами и сегментированным туловищем. Но на месте «головы» монстра так и застыло лицо этой девочки, правда, нельзя было сказать, что выглядело это лицо доброжелательно. Скорее маска того же злорадства так и осталось на нём, как и пару мгновений назад. Рука Мартина невольно потянулась к кобуре бластера. Но настойчивый совет в голове «Не доставай оружия!» - остановил его. Однако, ситуация была скверной. Хотя не был исключён вариант, что это какое-то испытание. Мартин не привык проверять до конца истинность таких предположений. Боевой опыт учил исходить из худших опасений. Но, что делать, он не знал.       А лицо продолжало пристально смотреть в глаза землянина, не отводя взгляда. Хотя всё растягивающие сегменты туловища окружили его уже дважды. Внутри боролись два начала. Весь его опыт подсказывал немедленно, пока есть такая возможность, выстрелить прямо в голову монстра. Но осторожность настойчиво требовала следовать совету Норы и проявить выдержку до самого конца. Это должно было быть испытанием. Так его предупреждали.       Слова более грубого и тяжёлого голоса явно не человеческого существа раздались из уст «девочки»: - Это запретное место. Сюда ходя людям нет. И то, что ты с другой планеты, не извиняет тебя. Ну, так скажи мне, страшно ли тебе?       Мартин не знал, как действовать и отвечать ли что-нибудь. Единственное, что мог подсказать опыт, так это то, что метод проб и ошибок в таких ситуациях ничему не учит. Подобная ошибка просто оказывалась последней. Лишь совет той женщины из заброшенного города давал некий ключ.       «Что бы ни привиделось, что бы ни казалось, не доставай оружия!»       Мартин молчал и не двигался, пока девичье лицо на теле гигантской сороконожки вызывающе разглядывало его сверху вниз. Однако кроме этого пока ничего не происходило.       Внезапно откуда-то донеслись звуки флейты. Голова «девочки» недоверчиво обернулась направо и чуть назад, как вдруг всё туловище монстра дёрнулось, а лицо исказилось гримасой боли. Длинное и сегментированное туловище монстра распрямилось. Землянин более не был его приоритетом. Что-то более важное отвлекло это существо.       Только теперь, когда «живая стена» вокруг него исчезла, Мартин заметил, в чём дело. В примерно ста шагах от него стояло огромное млекопитающее ростом с хорошего носорога. Но выглядело оно, как гигантский мохнатый волк с удлинённой головой, широко раскрывающейся пастью и удивительным носом из разросшихся в стороны кожаных лопаток. Глаз у этого существа не было видно. Либо они были очень плотно закрыты густым мехом этого животного.       Зверь раскрыл свою пасть и в ловком прыжке на хвост чудовищной «многоножки» выпустил по нему похожий на хлыст язык. После серии этих ударов «многоножка» буквально на глазах утратила возможность двигать задней частью туловища. Блёклый, похожий на лунный свет из глаз и рта «девочки» несколько раз обдал мохнатого зверя. Но никакого видимого вреда это, похоже, не причинил. Да и сам зверь ловко отскакивал от этих лучей. Наконец, после ещё пары атак многоножка с человеческой головой бросилась в старый пруд и скрылась в нём с головой. Водная гладь пруда почти сразу же вновь стала гладкой и безмятежной.       И Мартину почему-то показалось, что больше оттуда ничего не выплывет.       Но теперь гигантское млекопитающее с длинным языком-хлыстом стало главным приоритетом для адмирала. Что делать с этой напастью, он не знал, так же как и в случае с первой. Правда, зверь держался поодаль и нападать не пытался. Мартин так же решил занять выжидательную позицию. Однако звуки флейты раздались вновь. Гигантский мохнатый зверь тут же сделал прыжок в чащу бамбукового леса и больше не показывался. Мартин двинулся на звуки. Источник звука оказался довольно близко, в том же заброшенном саду у поместья, недалеко от одной из пристроек. Мартин уже почти ко всему был готов. К очередной провокации, к нападению. Но на полянке посреди рощи молодого бамбука он увидел девушку в поношенной мантии примерно того же фасона, что и у Норы из заброшенного города. Она сидела перед костром, сложив ноги по-турецки, и тихонько играла на бамбуковой флейте. Мелодия, которую она наигрывала, была скорее успокаивающей и умиротворяющей. Возможно, это был вариант какой-то местной колыбельной. Её лица адмирал разглядеть не мог. Оно было закрыто потрёпанным капюшоном. Видно было только, что у неё длинные чёрные волосы.       Она перестала играть, как только Мартин подошёл к костру вплотную. Теперь она посмотрела на него. Она чем-то удивительно и неуловимо напоминала Нору лет на десять помоложе. Черты её лица были почти теми же. Только глаза у неё были не карие, а тёмно-серыми, цвета свинцовых туч. Такого цвета радужки Мартину ещё не доводилось видеть ни у кого.       Эта дама внимательно смотрела на гостя со звёзд. Она не улыбалась. Скорее изучала землянина. Мартин неловко поздоровался, но в целом не знал, что сказать. Всё, что только что произошло, никак не выходило из головы. - Здравствуйте! Вы меня позвали сюда? Для чего? И кто вы? - Всё верно, адмирал Мартин Пико. Но как же было трудно до тебя достучаться. Я Малу, ведьма Туманных гор. - Круто! Одна женщина, в разрушенном городе так и сказала, что двести лет назад тут жила ведьма. - Так и есть. – Ответила Малу со снисходительной улыбкой. – Я родилась именно в те времена. Мои родители были монахами от двух монастырей. Мужского и женского. Весь наш народ состоял из одних монахов. Когда наш монастырь штурмовали люди с островов к западу отсюда, мама укрыла меня в пещере. Только потом я узнала, что из всех наших обителей я осталась совсем одна. Нужда привела меня в эти горы. Тогда они не были глухим и безлюдным местом. В этих долинах были хорошие пашни и сады. Тут жило много людей. Наши люди всегда были в хороших отношениях с местными жителями, поэтому здесь мне дали кров и безопасность. И лишь потом я стала помогать крестьянам отбивать атаки захватчиков в горных теснинах так, что никто не сумел меня поймать. Народ прозвал меня «ведьмой». - Ты явно не похожа на человека возрастом в 200 лет. – Скептически отозвался Мартин.       Вообще, он, конечно, имел возможность общаться с людьми и постарше в некоторых мирах Республики. Да и профессор был примерно из той же колоды. Но то было в условиях совершенно иных технологий медицины и генетики, а также биоинженерии. Чего явно не могло быть на этой планете. - А вот так? – Малу опустила голову с капюшоном так, что полностью скрылось её лицо. А когда через мгновенье снова подняла, на землянина смотрело испещрённое морщинами лицо беззубой старухи с редкими седыми волосами.       Мартин в шоке отпрянул назад. - Кто вы и что здесь происходит?! – уже с возмущением спросил он.       На его удивление старуха ответила голосом всё той же молодой девушки: - Ты удивительный человек, адмирал Мартин Пико. При всём твоём жизненном опыте и том, что ты пережил, ты мог бы сам догадаться. Впрочем, стоит ли мне так удивляться? Несколько женщин и даже мужчин были влюблены в тебя, а ты об этом не догадывался несмотря на очевидные намёки. - Какое это имеет значение?! – раздражённо ответил землянин.       Малу снова опустила голову, а когда подняла, её лицо вновь резко «помолодело» так, что она ещё сильнее стала напоминать Нору. Теперь она уже добродушно улыбалась. - Прямое. – Спокойно ответила она. – Ведь тебе, как военачальнику важно вовремя и правильно интерпретировать все сигналы извне. Их неправильная оценка или игнорирование могут стоить очень дорого. Тебе ли это не знать?       Мартин порывался было что-то возразить, отвергнуть это безрассудное, на первый взгляд, утверждение. Но через мгновенье остыл, осознав, что это существо по-своему право. - В нашем мире принято угощать дорогого гостя чаем. Особенно если сам в гости и зовешь.       Перед ней у костра стоял старинный керамический заварной чайник. Так же рядом имелись две фарфоровые пиалы без ручек. Она наполнила одну из пиал и предложила Мартину. - Присядь, адмирал. В ногах правды нет. Да и сегодня у тебя был сложный день. –Она снова улыбнулась. – Угощайся, воин. Если бы я желала тебе зла, я бы предложила это сделать своему другу еще раньше.       Мартин аккуратно присел рядом со странной женщиной и принял пиалу из её рук. - Другу? Это тому громадному мохнатому зверю? Или гусенице с человеческим лицом? - Тот мохнатый – это мой зверь-хранитель, Кошо. Ты должен понять. Наш мир хоть и похож на твой родной, но развивался намного сложнее. Разумная жизнь существует на нашей планете уже много миллионов лет. Здешняя цивилизация давно миновала те этапы развития, на каких находится твоя планета или твоя республика. Только в отличие от вас, местные жители пошли не по технологическому, а по духовному пути развития. К моменту прибытия сюда первых людей, они уже давно отказались от физических тел для поддержания жизнедеятельности в нашем привычном понимании. Они сумели перестроить всю планету в физическом и энергетическом плане. Только что ты имел возможность видеть репликацию одного из древнейших и могущественных существ этого мира. Но сложность есть ещё и в том, что наша планета – сама по себе живой организм. Это не в последнюю очередь способствовало именно такой эволюции здешней цивилизации. Люди, мои предки, прибыли сюда 15 тысяч лет назад на кораблях древней вымершей расы. А когда пришельцы улетели, оставив колонистов, местные содержали людей, как домашних питомцев. Но потом люди расплодились так, что прежний порядок стал невозможен. Чтобы уладить возможный конфликт, разум планеты соединился с разумом одного из людей, оставив в душе его свою частичку. Это было сделано, чтобы хранить баланс между миром людей и коренными жителями. Местные жители ушли в мир тонких энергий, оставив мир физический по большей части пришельцам. После захвата планеты 14 лет назад Разум утратил связь со своим посредником, и теперь наш мир беззащитен. Если деятельность пришельцев продолжится, то наша планета погибнет. И поэтому мы решили искать помощь во вне. - Ясно! Стало быть, это вы послали мне сигналы три раза? Но почему мне?       Малу сначала немного смутилась: - Я точно этого не знаю. Но именно в тебе я почувствовала связь именно с нашим миром. Почему эта связь появилась, мне знать не дано. Но мы решили, что не можем упускать такой шанс. Но я обращалась к тебе только два раза. Это я помню точно. - И с чем же это связано? Замечательно! Я уж думал, что получу ответы на свои вопросы здесь. А здесь лишь новые загадки. Скажите хотя бы, что случилось именно в этом месте. - Это поместье надворного советника Бао. Оно стоит здесь уже давно. Когда-то я пришла сиротой к прапрадеду советника за защитой и приютом. Они не отказали мне и приняли в свой дом. Хотя и сильно рисковали. Ведь всех моих спасшихся соплеменников разыскивали солдаты с островов к западу отсюда. Уже потом я стала защищать долину от этих солдат. В мирное время здесь возник курорт. 14 лет назад сюда высадились войска пришельцев. Их помощники из местных испугались, что жители уйдут в неприступные горы, как много лет назад, и снова станут партизанить. Поэтому они согнали в центр городка всех жителей. А перед лицом всех собравшихся они расстреляли и самого советника Бао, его жену и дочь Бао Линь. Они это сделали, потому что, видимо, считали, что остальные будут в страхе. Священные источники были осквернены. И с тех пор я не допускаю никого в долину.       Мартин вновь тяжело призадумался. И снова он наблюдал свидетельство жестокости. И снова жестокость совершили те, кто громко твердил о свободе и попранных правах. - И вы решили, что я помогу? Вы знаете, что решили обратиться к наёмнику и одному из самых разыскиваемых преступников? – Хмуро спросил Мартин.       Малу сама понурила взгляд. - Ты не так плох, как думаешь о себе. У тебя доброе, не очерствевшее от военной рутины сердце. Ты готов помочь нуждающимся и при этом не бросаешься сломя голову. Готов выяснить подоплёку, не веришь сразу во всё, что говорят. Это правильно. Мы всегда верили, что всё происходит не случайно. И если ты услышал нас. Если ты оказался здесь, это тоже не случайно. В этом есть какой-то смысл. Но с другой стороны, мы всегда думали, что даже самые страшные катастрофы несут не только вред, но и обновление. Но сейчас я уже так не думаю. Нам не у кого больше просить о помощи. И никакого обновления гибель жизни на нашей планете никому не принесёт. Но я чувствую, что существо, которое управляет пришельцами, очень заинтересовалось нашим миром. Он хочет разведать все тайны нашей планеты. Но не ради нас, а ради себя и своих планов. Но потом ему не будет от нас никакого прока. У нет сердца уже давно. Он не сожалеет о загубленных жизнях. Он сожалеет только о своих неудавшихся проектах. - Это вы о профессоре? Он, правда, странный. Ведь это он фактически направил меня сюда. И я не могу понять его мотивов. - Я показала тебе то, что смогла увидеть в его прошлом. Его, наверное, стоило бы пожалеть. Он не заслуживал того, что причинил себе сам. Но этого уже не изменить. Но стоит и уважать человека, готового пойти на всё ради своей мечты. Он потерпел поражение в том, что любил ранее, и полностью сосредоточился на том, что полюбил потом. Но его новая любовь убивает нас. Ради этого он готов на любые ухищрения и на манипуляции, в том числе и с тобой. - Ради власти? - Ради знания. Именно знания влекут его. И он способен использовать их сполна. Но ради достижения знания о том, что находится внутри одной скорлупы, он готов разбивать тысячи яиц. И он так же готов разбить яйцо и в виде нашей планеты.       Мартин долго молчал, грустно уставившись в пламя костра. Уже смеркалось в этом одиноком и заброшенном месте, где кроме него было ещё одно загадочное и малопонятное пока существо. Что ж, по крайней мере, это существо не было враждебным. - Вы должны знать кое-что. – Наконец ответил адмирал. – На орбитальной станции есть лаборатория. И там профессор держит какую-то женщину в анабиозе. Он сам мне её показывал. При этом он сказал такое, что я не мог сначала воспринимать иначе, как бред. Он сказал, что в теле этой женщины живёт разум всей этой планеты. Правда, он больше не пояснил ничего. Сказал только это и всё. Но он говорит, что держит её в этой заморозке уже 14 лет, и она ему очень нужна.       Малу встрепенулась. Эти слова её задели. - Это то, о чём я тебе говорила. Это наш светоч. В её теле действительно живёт частичка разума нашего мира. И пока эта часть искусственно заблокирована, мы все бессильны. Я прошу тебя, Мартин Пико, вызволи и приведи её сюда, ко мне. Я смогу вылечить её душу и тело. Это очень важно для нас. Мы больше ни на кого положиться не можем.       Мартин услышал много, но пока не всё, что волновало лично его. Он подумал и поставил выпитую пиалу на землю перед костром. - Я был на разных планетах и видел много такого, чтобы не отвергать с ходу чужое мнение. Но если вы хотите, чтобы я помог вам, то со своей стороны тоже хочу предупредить. Вы должны так же довериться и мне в этом деле. Я смотрю, вы и сами клоните к тому, что все ответы на свои вопросы я смогу получить только сам. Значит, мне придётся ещё раз потолковать с профессором. И знаю, что он так же этого хочет. Я сделаю то, о чём вы просите. Но сделаю это так, как считаю нужным.       Девушка в поношенной рубашке улыбнулась неожиданно и тепло: - Ты лучше знаешь, как поступать, воин. Так действуй по своей же совести!       Над головой у Мартина уже было чистое и звёздное небо. Костёр давно затух. От него остались только тлеющие угольки. Малу исчезла сразу же после разговора так же бесшумно, как и появилась. Только вечно улыбающийся Хотей всё так же добродушно смотрел на Мартина Пико. Наконец адмирал встал и поднял вверх правую руку с маячком. Он не сомневался, что сигнал будет принят, кем нужно. Спокойно встал и по той же дороге пешком двинулся в горы к перевалу. Уже когда он был у самых ворот на перевале, с неба спустился шаттл корпорации Фьюжн и отвёз его в Саньша. **********************************************************       Как выяснилось, Укалик и его группа, сопровождавшие на пути к Туманным горам, так же уже были здесь. Видимо, Аритомо своё обещание сдержал. Мартину теперь было трудно смотреть в глаза всех этих одинаково стриженных и одинаково одетых офицеров Содружества. А когда пришёл генерал Дао Гуан, то едва сдержался, чтобы не размазать его по стенке одним точным ударом. Но не стоило давать волю эмоциям. Но в любом случае, было очень трудно сдерживаться, улыбаться и выдерживать подобающий этикет. Но всё это адмирал пока умело скрывал за маской усталости. - Адмирал Беренц! – Весело прокричал генерал Дао. – Вы уже здесь? Как прошло ваше дело? Всё успешно, надеюсь? - Да, да, генерал, спасибо. Всё успешно. Вы правы. - Я полагаю, вы торопитесь? – Снова спросил генерал. – Ваш корабль уже ждёт вас доках орбитальной крепости. Но быть может, вы сможете уделить нам ещё хоть капельку своего времени перед отлётом?       Слова командующего весьма удивили и одновременно обрадовали Мартина. Всю дорогу до Саньша он думал о плане отхода и возможности побега из этой звёздной системы. Нужен был звездолёт. И с этим могли возникнуть проблемы. И вот тебе раз! Проблема оказалась решена без него. Причём главный местный вертухай говорил об этом искренно и с радостью. Удивительно. И даже этих людей профессор умудрялся держать на крючке. Хотя, пожалуй, с ними-то как раз это было не столь трудно.       Но пока Мартин изображал на лице, будто мучительно размышляет над предложением командующего. - Всё зависит от того, какова ваша просьба. – Сказал он неопределённо. - Ну что вы, адмирал Беренц! Это не отнимет так много времени. Мы всего лишь просим вас провести урок мужества и долга с нашими кадетами. Как только все здесь узнали, что вы приехали, наша молодёжь так и просит нас устроить такую встречу. Неужели вам трудно дать ваше наставление нашему молодому поколению? Прочтите им какую-нибудь лекцию на 20 минут.       Пожалуй, просьба такого рода была ожидаемой. Дабы не портить впечатления от своего визита, Мартин уточнил: - И только это? - Да, совершенно верно. Больше мы не посмеем задержать вас тут ни на минуту. Мартин согласно кивнул головой. - Хорошо, наши кадеты уже ждут вас. – С удовольствием сказал генерал Дао.       Он провёл Мартина по коридорам «Дома народа» в какой-то явно старомодный класс, где за столами в стандартном зале-аудитории сидели около 30 молодых людей одинаково одетых по форме и одинаково стриженных. Сержант Укалик к вящему удивлению Мартина так же оказался с ними. Именно он немедленно вскочил со своего места при виде обоих высоких гостей и подал всей аудитории резкую команду: «Взвод, смирно!»       Все разом поднялись со своих мест и вытянулись по струнке, уставив свои взгляды в затылок впереди стоящих. А кадеты первой линии – в какую-то неопределённую точку впереди себя.       Дао Гуан добродушно и с нескрываемой гордостью за дисциплину своего подрастающего поколения отдал команду «Вольно! Садись!», которую тут же повторил сержант Укалик.       Кадеты снова расселись по своим местам. Дао Гуан с широкой улыбкой объявил присутствующим: - Дорогие кадеты! Соратники! Сегодня знаменательный день. К нам, как вы знаете, прибыл прославленный адмирал Народного Фронта Уго Беренц. Он прибыл сюда, чтобы лично оценить наши усилия и поддержать нас в наших устремлениях, крепить успехи нашей революции. И сегодня он сам готов прочитать короткую лекцию вам, нашему будущему революционному авангарду, о … - он учтиво посмотрел на Мартина, кивнув, - патриотизме.       Мартин так же учтиво кивнул в ответ. - Что ж, адмиралу скоро пора в путь. Поэтому его лекция будет короткой. Старайтесь не занимать время нашего гостя. Разрешаю задать по итогам лекции не более двух вопросов. – Сказал Дао Гуан, а затем вышел.       Да уж! Этому узкоглазому со шармом было трудно поставить его в более неловкое положение. Пока Мартин лихорадочно размышлял о том, чтобы такого рассказать этим курсантам, он занял кресло за столом на небольшом подиуме перед аудиторией. - Здравствуйте, дорогие кадеты. – Сказал он. – Я рад, что вы уже так наслышаны о нас, нашей судьбе, о нашей борьбе. Обо мне, в конце концов. Это было неожиданно и откровенно приятно узнать.       Впрочем, пока Мартин разглядывал их лица, сосредоточенные и крайне серьёзные, он вспомнил себя в годы ученичества в Академии Флота на Земле. А ведь с тех прошло уже сто лет. Он был тогда в похожем положении, но не помнил, чтобы его однокашники все, как один были похожи друг на друга с вычищенным и невидящим взглядом. Только в глазах Укалика читалась какая-то нервозность. Нет, в Академии Флота учились очень разные люди с довольно разными убеждениями. Когда-то Мартина эта разность сильно доставала. Но сейчас он стал понимать, что в этом тоже были свои плюсы. И внезапно у него созрела идея, которая ему самому показалась бы абсолютно безумной ещё пару минут назад. - Дорогие кадеты. - Начал он, раздумывая на ходу. Потому говорил он медленно, и аккуратно подбирая слова. - На самом деле, когда я прибыл сюда, я ничего не знал о вашем мире. Более того, я вынужден признать, что даже не подозревал о его существовании. Потому что на всех навигационных картах и базах данных бывшей Республики ваше солнце отмечено, как звезда, не имеющая планет. По секрету вам скажу, что в своё время это было сделано не спроста. Есть определённые принципы отношений с цивилизациями разного уровня развития. Один из них предполагает, что более развитым и могущественным мирам лучше вообще не догадываться о существовании культур, вроде вашей. Но в случае с вашей планетой этот принцип почему-то не сработал. Почему это случилось, я не знаю. И, возможно, мне бы стоило в этом разобраться. И вообще-то ваш случай, к сожалению, не первый. Но пока я бы хотел рассказать о том, что увидел я. Я был в разных частях вашей планеты. И впечатления от этого у меня остались смешанные. Я видел пустующие и заросшие лесом земли, где когда-то выращивались посевы, а теперь не выращивается ничего. Я видел разрушенные города, где раньше жили миллионы человек, а сейчас не живёт никто. Я видел деревни, в которых трудолюбивые крестьяне живут в страхе, не зная, что им ждать на следующий день.       14 лет назад на вашу планету пришли войска огромной межзвёздной корпорации. Таких корпораций в большом космосе много, уж можете мне поверить. И они все очень похожи друг на друга. Их не интересуете вы. Их не интересует ваш мир, ваша культура и ваше будущее. Но их очень интересуют ваши рабочие руки и ресурсы. Эти люди знают и умеют добиваться своего. Они проделали это во многих местах и много раз. Так что опыт у них есть. И сейчас я с прискорбием вынужден сообщить, что ваш мир умирает. Он тоже стал добычей одной из таких корпораций. Вы отдаёте им за бесценок результаты своего труда, отравляя свою атмосферу и природу. А знаете, почему я могу судить об этом? Да потому что ни я, ни мои бойцы и подразделения никогда не слышали о том, что получают помощь и ресурсы с этой планеты. Я только здесь об этом узнал. Узнал о том, что мне регулярно поставляют то, чего я никогда не получал. И на самом деле, дорогие кадеты, это грустно. Это прекрасный мир, а вы прекрасные люди, которые были с такой лёгкостью обмануты. Вот, что я увидел здесь, во время своей недолгой поездки.       Мартин, наконец, умолк и снова окинул взглядом своих слушателей. И только теперь он впервые увидел на лицах кадетов хоть какие-то эмоции. Но это были не те эмоции, при виде которых нормальному человеку стоит радоваться. Ну что ж, он знал, на что шёл.       На лице Укалика уже была ясна тихая паника. А вот остальные были в глубоком шоке от сказанного «дорогим гостем». Молчание в зале длилось не очень долго, но Мартину показалось, что почти вечность. Но на самом деле первый неодобрительный возглас раздался менее, чем через минуту после того, как он перестал говорить.       Что ж, очевидно, что эти ребята были обработаны в своё время основательно. Они не привыкли слышать что-то, что противоречило бы их установкам. И, похоже, что вопросов по существу они тоже задавать не привыкли. -Что вы такое говорите?! -Вы осуждаете наших вождей и их свершения?!       Тут Мартин мысленно усмехнулся, потому что в своей речи он ни разу не упомянул никаких вождей местных «революционеров». - Зачем вы наговорили всю эту чушь?! Вы не знаете, как мы тут все жили! И как страдали! - Пусть эксплуататоры сдохнут от голода! Нам не нужны их поля и города!       Наконец, Мартин улыбнулся, встал и молча поднял руку. Так он стоял с минуту, пока гул возмущённых голосов не начал понемногу стихать. И только тогда он смог, наконец, ответить. - Что ж, я рад, что вы не купились на столь простую уловку. Вы, как будущие бойцы и командиры, должны осознать одну важную вещь. Война ведётся не только на поле боя, но и в головах людей. За их сердца, умы и желания. Я прибыл оттуда, где всё это давно стало аксиомой. Помните, что враг всегда будет стремиться расколоть ваши ряды, найти или взрастить среди вас предателей, которые действительно разочаруются в своих идеалах и будут на полном серьёзе считать их ошибкой. Для этого используются на самом деле простые приёмы. Сначала враг будет взывать ко всем известным и понятным фактам, которые знают и понимают все. Но затем выводы из этих общеизвестных фактов будут подменены и искажены так, чтобы кто-то смог поверить, что его боевые товарищи на самом деле обманывают. Что командиры чего-то скрывают. Что этот кто-то на самом деле сражается не за правое дело из-за элементарного обмана, например. Или, например, этого кого-то можно убедить в том, что его идеалы давно устарели и ведут в тупик. Так или иначе, целью этого процесса является раскол в ваших рядах, создание внутренней смуты. Ибо разделённого и ослабленного противника победить легче. После этого назад пути уже не будет. Но на самом деле я рад, что вы прошли этот экзамен достойно, хоть и не были готовы к нему. Значит, ваши наставники готовят вас должным образом. Браво, кадеты!       По лицам самих кадетов стало видно, что у них вроде отлегло. Они облегчённо переглянулись, а затем дружно зааплодировали залётному гостю. Но на душе у Мартина было не весело. Он сильно рискнул только что, чуть не попался и ещё раз убедился в том, как сильно промыты мозги у этих людей. Больше ждать было нельзя. Мартин немедленно встал и покинул аудиторию, не дожидаясь никаких вопросов.       Однако в коридоре его неожиданно догнал чрезвычайно взволнованный Укалик и остановил: - Господин адмирал, - сказал он с волнением в голосе, - постойте! Я должен вам кое-что сказать.       Сперва Мартину это не понравилось, но он решил, что возможно, это ещё один подвох от генерала Дао. Хотя с точки зрения здравого смысла это было бы уж слишком. Мартин продолжил играть свою роль наставника, обратив к Укалику внимательный, хоть и немного отстранённый взгляд. - Господин адмирал, вы были абсолютно правы. Всё, что вы сказали – истинная правда. Я просто не мог мечтать, чтобы кто-то в нашей среде и при мне мог говорить открыто что-то подобное. Нашим людям промывают мозги упорно и долго. Они просто отторгают любую правду.       Вот это уже было неожиданно. У Мартина засосало под ложечкой. Он буквально внутренностями чувствовал подвох, но не был уверен, какой реакции от него ждут, и на чём именно он мог бы сейчас проколоться.       Поэтому Мартин изобразил искреннее недоумение на лице: - Не понимаю, к чему ты клонишь, Укалик. Я провёл урок по безопасности в условиях пропагандистской войны. Только и всего. Не стоит воспринимать это так близко к сердцу. По крайней мере, пока вашему революционному движению с этим столкнуться в реальности не довелось. Нет нужды бежать так далеко. Но я рад, что ты и твои однокашники понимают серьёзность этого дела.       Но Укалик к вящему удивлению адмирала не унимался и продолжал говорить торопливо и крайне взволнованно: - Господин адмирал, послушайте! Я не шучу. Вы были правы. Правы везде. Вы правы так же и в том, что стремитесь сохранить инкогнито. Это мудро с вашей стороны. Но поверьте хотя бы мне. Наших людей правда водят за нос. Это не шутка. Но никто не желает этого признавать. Никто не хочет осознать, что он просто дурак, как и сотни людей вокруг. Непросто признаться самому себе в таком. Я родился на северном полярном континенте среди льдов и тундры. Мои родители были охотниками на тюленей. Нам было жить нелегко, но наши предки жили так сотни лет. И ничего. Привыкли. Но когда нас вроде как освободили 14 лет назад, всё изменилось. Природа начала замерзать, и теперь в наших краях уже жизни нет. Окончательно замёрзли земли и моря. Люди были вынуждены бежать на юг и становиться изгоями. Но и тут ничего не прекратилось. Зимы тут с каждым годом всё холоднее, а летом всё чаще идут дожди и туманы. Начальство и корпорация Фьюжн не обращают на это внимания, им плевать. Они могут в любой момент улететь в космос. А мы нет. Нас бросят здесь. Вы правы, наш мир и правда умирает. Но мне никто не верит.       Мартин нахмурился сильнее. Подвох был ещё очень вероятен. Но слова этого паренька казались искренними. - Не переживай, Укалик! Это проблемы переходного периода. У вас всё наладится.       Он развернулся и хотел было уйти, но Укалик его снова остановил уже за рукав мундира. - Поверьте мне, прошу! – Взмолился он. – Можете сдать меня генералу Дао хоть сейчас. Я этого не боюсь. Я устал уже жить в страхе.       Наконец, после паузы он с неохотой произнёс: - Ладно, я могу доказать, что Дао и профессор врут и обманывают вас. Я могу показать кое-что. Никто не велел вам этого показывать ни при каких обстоятельствах. Но я покажу. Пойдёмте за мной. Только тихо и быстро.       С первых моментов знакомства Укалик показался ему более склонным к самостоятельному мышлению на фоне большинства офицеров Содружества. Возможно, он действительно многое повидал и устал жить в страхе и лжи. Но при начальстве он всегда усиленно старался выглядеть как нормальный среднестатистический фашист. Но этим как раз и выделялся. Для всех остальных такое поведение было нормой и естественным порядком вещей. А Укалик был вынужден всюду притворяться каждый день, и кто знает, возможно, и каждую ночь. И это не ускользало от взгляда адмирала. Да уж, такая жизнь подточит любого человека. Молодой сержант с Северного Полюса был не исключением в таком правиле.       Но пока неожиданно осмелевший сержант подвёл Мартина к камере простого лифта и нажал кнопку. Когда створки лифта раскрылись, Укалик молча зашёл внутрь и пригласил адмирала за собой. Вообще-то они были на первом этаже здания. Но Укалик набрал на панели комбинацию из последовательного нажатия кнопок 3 и 5 дважды. И к удивлению адмирала, лифт двинулся вниз. Проехали они недолго, около минуты. Укалик всё это время мрачно молчал.       А когда двери обшарпанного изнутри лифта раскрылись, перед ними предстало удивительное зрелище, они оказались на добротном и хорошо отполированном металлическом помосте. А вокруг перед ними высились массивные колонны, облепленные со всех сторон какими-то подвесными клетками. Как выяснилось спустя секунду, каждая такая «клетка» представлял собой сложенный механизм довольно крупного размера. Ряды этих колонн уходили куда-то вниз настолько глубоко, что в потёмках их оснований не было видно. Освещение в этом месте было только у камеры лифта. Укалик тут же активировал голографический интерфейс управления комплексом. Этого Мартин никогда не видел где-либо на поверхности. Такой интерфейс был, однако, только на орбитальной крепости. Движениями рук он вывел панели управления освещением. Это всё резко контрастировало с тем техническим барахлом в том же городе или на острове.       Внезапно колонны осветились ярким светом прожекторов. И теперь стало ясно, что это гигантский подземный зал подо всем городом Саньша. Ряды колонн уходили вперёд на сотни метров и визуально терялись. Тоже самое можно было и сказать при взгляде вниз. - Ну и что это такое? – мрачно спросил Мартин.       Укалик отвечал подавлено: - Это одно из хранилищ для боевых дроидов, господин адмирал. Боевых дроидов, которых ещё недавно каждый день производили на наших заводах. Это последнее хранилище было заполнено за два дня до вашего прилёта. Всего их на планете 14. Это самое большое. Здесь хранятся 100 тысяч полностью боеготовых механических солдат. Во всех остальных – только по 70 тысяч. - Это армия вторжения. Вот только куда? – Не веря своим глазам, ответил Мартин. – На этой планете для такой армады целей просто нет. - Я не знаю. – Ответил Укалик. – Нам никогда ничего не говорили о предназначении этих хранилищ. Хотя, возможно, Аритомо и Дао Гуан в курсе. - Отсюда есть другой выход, кроме как на лифте? - Да, можем выйти в город по лестницам технического обслуживания. - Хорошо. В таком случае отошли лифт на первый этаж. Я не хочу, чтобы кто-то мог догадаться о посещении хранилища сегодня.       Укалик кивнул и отправил пустой лифт наверх, затем погасил прожектора и перевел систему управления комплексом в спящий режим. - Следуйте за мной, адмирал. Тут немного покарабкаться придётся. Лестницу не рассчитывали на более чем одного монтажника.       Впрочем, вылезли они без помех из какого-то люка в подвальных помещениях «Дома Народа». - Ну что, адмирал Беренц, теперь вы мне верите? - Верю. – Спокойно ответил Мартин. – Более того, с первых минут я обратил внимание, что ты чем-то отличаешься от своих коллег. Но я думаю, ты понимаешь, почему я должен соблюдать осторожность? - Я понимаю это, адмирал. Я только хочу знать, поможете ли вы нам. Нашей планете? - Я как раз размышляю над этим, Укалик. Ты здесь далеко не первый, кто просит меня о таком. Хотя, кто бы помог мне! – Устало ответил он. - Я готов сделать всё, о чём вы попросите, адмирал Беренц. Любое содействие и помощь. Мартин призадумался. - А не боишься? – Укалик хотел было с жаром возразить, но Мартин прервал его, не дав ему даже начать. – Дело не в этом. Я хочу, чтобы ты сделал одно простое и одновременно сложное дело. Для начала послушай, прежде чем соглашаться непонятно на что. Покинь Саньша, проберись на дикие территории и найди женщину по имени Нора. Или попроси тех, кого встретишь, отвести к ней. И передай ей слово в слово то, что я сейчас скажу. Через три месяца адмирал Мартин Пико начнёт штурм планеты. Если у вас есть воины, они будут нужны в этот день у внешнего периметра Саньша. Запомнил? Всего две фразы и именно в таком порядке.       Укалик кивнул головой с серьезным выражением лица. - Ещё раз повторю. Через три месяца адмирал Мартин Пико начнёт штурм планеты. Если у вас есть воины, они будут нужны в этот день у внешнего периметра Саньша. Повторить сможешь?       Укалик повторил два предложения Мартина, затем сказал: - Я понимаю вас, адмирал. Хоть нас и не очень жалуют за периметром, но я понимаю, о чём вы просите. Я готов пойти на это. У меня есть доступ во многие места, и я смогу легко пройти за периметр. - Отлично, Укалик. Значит, мне сейчас пора на крепость. А тебе я желаю удачи. Помни, от тебя и успеха в поисках Норы очень многое зависит в будущем твоей собственной планеты.       Мартин сказал это с ободряющей улыбкой и положил руку на левое плечо сержанта. Укалик успел только улыбнуться, как Мартин внезапно сжал рукой две артерии на его шее. Укалик рухнул без чувств, как подкошенный. - Ладно, когда оклемаешься, ещё отблагодаришь меня. – Сказал Мартин, тяжело вздохнув.       Но времени любоваться упавшим телом, у него не было. Он сразу же поспешил на взлётную площадку, где его уже ждал шаттл до орбитальной крепости «Содружество».       Шаттл ждал его уже давно и начал разгон двигателей сразу же, как дорогой гость показался на виду. Удивительно, но никто из руководителей на проводы не пришёл.       Почему? Это уже, честно говоря, адмирала совершенно не волновало. Волновал его один вопрос, который он прямо на ходу обдумывал, пока корабль стартовал и выходил на орбиту. Нужно было как-то проникнуть в лабораторию профессора и выкрасть тело той женщины, которую Алехандро Контадор ему показывал во второй день. Это была нетривиальная задачка. Но единственное, что пока приходило в голову, так это попытка снова воспользоваться своим положением, а также расположением искусственного интеллекта станции. Нужно было уговорить программу со странным именем Цзян Су подыграть ему на борту крепости и каким-то образом выключить все системы наблюдения. Только сейчас он подумал, что на самом деле, на борту ему совсем бы не помешала помощь Укалика. Но с другой стороны, после его побега, паренька могли бы заподозрить, и он не смог бы передать послание Норе. Ситуация была щекотливой, и в ней не было хороших вариантов. Были только очень плохие и плохие не очень.       Шаттл уже встал на опорную орбиту и потихоньку поднимал её, чтобы сравняться с уровнем крепости. Наконец, всего через 25 минут после старта корабль вошёл в ангар орбитальной крепости «Содружество». Когда опустились створки ангара, помещение наполнилось атмосферой, Мартин получил возможность выйти. Навстречу ему вышел комендант Аритомо с парой офицеров. - Господин адмирал! – сказал Аритомо. – Я полагаю, вы спешите? Ваш курьерский транспортник уже готов к отлёту. - Да, вы в общем правы, комендант. Но у меня есть пара неотложных дел. Мне нужно забрать ценный груз для наших учёных. Кроме того, а что с запасами стали и руды? Вы их уже отправили в наш адрес? - Так точно, адмирал Беренц. Все партии убыли в направлении ваших баз. А о каких научных исследованиях идёт речь? Разве профессор Контадор не держит всю эту сферу под своим контролем? Мартин начал придумывать на ходу: - Я понимаю, комендант. Но боюсь, что профессор не работает в этих областях. Он великий талант, но даже у него нет времени на всё. Это очень нужные нашему флоту исследования в области новых материалов и топлива. Сами понимаете.       Аритомо согласно кивнул. У Мартина пока отлегло. - А что там с кинетиком, которого поймали сегодня утром? Его уже доставили на борт? - Нет, адмирал Беренц. Он пока находится в Саньша. Профессор Контадор сам примет решение о его доставке на крепость, когда вернётся. Мы ожидаем его возвращения со дня на день.       А вот это было уже плохой новостью. Его обещание матери и брату того крестьянина из деревни становилось автоматически невыполнимым. Мартин твёрдо решил вернуться на эту планету с уже более внушительной поддержкой и прекратить это царство террора. Но кто его знает, что может случиться за время его отсутствия. Но выбора уже не было. Если б он задержался, пришлось бы снова столкнуться с профессором Контадором. А тогда плакали все его планы. Момент, чтобы свалить отсюда, был идеальным именно сейчас.       Адмирал улыбнулся Аритомо и продолжил свой путь. Он знал, что на станции народу мало, но системы слежения установлены везде, в том числе и у входа в закрытую лабораторию. И даже если бы он сунулся туда напрямую, это многим бы не понравилось. Особенно коменданту. А времени оставалось всё меньше. Укалик мог уже очнуться и совершенно неправильно понять тот удар. Короче, причин поторопиться, было много.       А пока он уверенно шёл к лаборатории, он незаметно снял перчатку с левой руки и начал рассылать своих нанитов по всем точкам входа в сеть, устанавливая, таким образом, нейронную связь. - Цзян-Су? Ты слышишь меня? – подал он мысленный сигнал. - Да, адмирал. Я не могу вас слышать в человеческом понимании, но связь теперь установлена. Вы можете спрашивать. - Поможешь мне в последний раз? Мне нужно прикрытие. - Что вы хотите, адмирал? - Системы слежения у лаборатории Контадора. Нужно зафиксировать входящую картинку на всех камерах, чтобы я мог пройти туда незамеченным. - Сделано, адмирал. Сигнал со всех камер по пути вашего следования до лаборатории закольцован на повторение одного и того же изображения. Но советую поторопиться. Каждые полчаса на каждом уровне происходит плановый обход. На нужном вам уровне последний был 14 минут назад. - Блин! – выругался про себя Мартин. – Это плохо. А раньше нельзя было сказать? Ладно. Есть коды доступа в лабораторию? - Нет, адмирал. У меня нет доступа в лабораторию. Лаборатория профессора Контадора не подключена к сети станции и имеет собственный канал питания непосредственно от реактора. Профессор сам именно так спроектировал. Питание лаборатории можно прекратить только при полной остановке реактора. Я думаю, это точно не входит в ваши планы, адмирал?       Вот это уже было совсем плохо. Хотя Мартин только сейчас вспомнил совсем примитивную клавиатуру с латинской раскладкой. Стало ясно её истинное предназначение. Никто из местных не мог бы туда войти.       Впрочем, он уже подошёл к стальным бронированным дверям закрытой комнаты. Оставался только вариант взлома. Мартин вывел панель с латинской клавиатурой. Наниты с его пальцев устремились внутрь замка для взлома кода. Но код от двери оказался механическим, как у самого примитивного сейфа. Это было поразительно, но и логично вместе с тем. Получается, профессор хранил наиболее ценные секреты здесь?       «Самые ценные секреты? – Подумал Мартин. – Что же это такое? Для этого надо знать его личные и сокровенные тайны».       Он уже дал нанитам задание проесть толстые засовы массивной бронированной двери. Но они точно не успеют до следующего обхода. Поэтому можно было и рискнуть. Единственное слово, которое ему пришло в голову, он набрал на буквенной панели – «Изабель».       Внезапно засовы разошлись. А на самой панели вышло приветствие на английском языке «Добро пожаловать, профессор».       Массивная стальная дверь отъехала в сторону. Мартин снова мог зайти в это странное помещение с современным оборудованием и битым стеклом с остатками какого-то мусора на полу. То, за чем Мартин пришёл сюда, было как раз перед ним. Странная девушка в стеклянной колбе всё ещё плавала в физиологическом растворе. Системы обеспечения лаборатории ежеминутно поддерживали её в таком состоянии и отслеживали её жизненные параметры. - Так значит, ты и есть тот самый светоч, главный приз Контадора на этой планете? Не подфартило тебе. Придётся мне тебя забрать, пока никто не видит. Что ж, надеюсь, проф не обидится. – Сказал Мартин и активировал голопанель системы управления лабораторией.       Ничего особо сложного, чтобы найти доступ к управлению системой жизнеобеспечения, не было. Фактически компьютер лаборатории за одно это и отвечал. - Запускаю процесс вывода пациента из состояния искусственной комы. Приведение пациента в сознание через шесть стандартных часов. – Объявил женский голос. - Ха! А у Контадора реально пунктик насчёт женского пола в кибер системах. – землянин усмехнулся вслух.       Тем временем жидкость начала спускаться из колбы. На графике голопанели начал ощутимо возрастать сердечный ритм, активировалось дыхание. Мартин не мог ждать тут 6 часов. Времени было в обрез. В углу лаборатории он заметил носилку на магнитной подушке. Это было то, что надо. Он смёл с неё хлам и подогнал к колбе. Стекло ушло вниз, а зацепы на руках и ногах пленницы разошлись. Она рухнула на руки адмирала, который затем уложил бессознательное тело на носилку и закрыл простынёй. Когда он покинул лабораторию, Мартин дал команду компьютеру запереть за собой двери.       Затем связался с ИИ станции: - Цзян Су! Спасибо за службу. Можешь уже смело включить все камеры. Я иду к звездолёту.       Мартин толкал носилку перед собой прямо на ангар первой палубы, где, как показали данные от Цзян Су, и находился его звездолет. По виду это был стандартный курьерский транспортник типа «Курьер-3А», явно со стапелей Гангенов. Машина серебристого цвета, напоминающая выпуклую ракетку для настольного тенниса только с очень тонким и сужающимся хвостом. Мартин знал, что с вооружением у этого судна совсем беда. Две маломощные лучевые пушки по бокам от кабины пилота не годились даже для отпугивания. Имелся генератор защитного щита. Но зато курьер был быстроходен. Ему требовалось меньше прыжков для достижения своей цели. Почти вся мощь его реактора шла на подготовку и осуществление прыжка. Хотя даже на нём полёт отсюда до любой из систем Республики занимал не меньше месяца. Это было не очень удобно и не очень безопасно. Но желание вырываться из этой системы было слишком велико.       Аритомо и один из его офицеров ждали у трапа курьера. Комендант станции естественно обратил внимание на нечто скрытое простынями, что адмирал толкал перед собой. - Адмирал Беренц, это и есть образцы для ваших учёных, я полагаю? - Именно так. – Улыбнувшись, ответил Мартин. - Ясно. Мы бы хотели взглянуть.       Мартин нахмурился. - Боюсь, это секретно. Да и к тому же я тороплюсь. Внизу меня и так сильно задержали. - И всё же я вынужден просить. Это просто бюрократическая процедура.       Мартин запаниковал было, но тут же взял себя в руки и принял как можно более начальственный вид. - А вы не забываетесь ли, комендант?! Мне напомнить, кто перед вами? Все наши научные эксперименты согласованы с профессором. Вы же не хотите расстроить его новостями о неожиданных проволочках? А ведь идёт война. И время в этой войне играет огромное значение. Или вы не знаете, как важно хранить военные секреты в такое время? Я уже прочитал вашим кадетам лекцию на этот счёт. Можете свериться с записями. Конечно, после победы мы поделимся научными открытиями с вами. Но пока идёт война, я не позволю, чтобы ваша бюрократическая машина мешала мне воевать! Ещё вопросы есть, комендант?! - Слушаюсь, адмирал! Мы больше не смеем вас задерживать. – Ответил Аритомо с явной неохотой в голосе.       Мартину было очевидно, что коменданта что-то гложет, и он не хочет оставлять это просто так. Но и пойти против его воли тоже не может. В конце концов, сейчас на его пути к кабине пилота, дающей ему билет отсюда на свободу, стояли только два невооружённых человека. Для Мартина – вопрос десяти секунд. Другое дело, что улетать с военной крепости со скандалом – очень плохая идея. Боеготовность пушек крепости совсем не хотелось проверять на своей шкуре. Но при отсутствии других вариантов, оставался и этот. Возможно, Аритомо это понимал, и сам не хотел испытывать судьбу. Мартин хмыкнул и толкнул носилку вверх по трапу на борт звездолёта. Его положение сыграло свою роль. Не будь он адмиралом, кто знает, как бы всё обернулось.       Но пока он выяснил, что на борту курьера кроме него и бессознательной местной не было ни единой души. Видимо, предполагалось, что единственным пилотом и членом экипажа будет он сам. Хотя на борту в целом имелись места и условия для длительного пребывания 7 человек. Так же на кораблях даже такого класса должен был быть мед-бокс. Не полностью оборудованная капсула регенерации, но всё же лучше, чем ничего. Именно туда он первым делом отвёз девушку-пленницу. Она всё ещё не подавала признаков пробуждения, хотя пульс и дыхание у неё были в норме. Мартин поднял её с носилки на руки и переложил на удобную кровать в ячейке бокса. Одежда на ней была мокрой. Адмирал не стал снимать с неё этот старомодный мундир, стянул только сапоги, откуда вылилась вода. На большее у него пока времени не было. Было время разве что на подключение системы управления мед-боксом. Мартин приказал ИИ корабля отслеживать состояние организма девушки.       Куда важнее было сейчас готовиться к отлёту. Он занял кресло пилота. Ещё до того, Мартин разослал своих нанитов по всем помещениям судна, куда заходил. Всё ещё были вероятны непринятые сюрпризы от Аритомо или от профессора, вроде бомбы или маячков слежения. До конца он всё равно им не доверял. Пока курьер стоял в ангаре орбитальной крепости, Мартин ещё мог держать связь с Цзян-Су. ИИ орбитальной крепости сообщил, что уже весь персонал покинул ангар, и ему разрешён взлёт. Впрочем, наниты не нашли ничего подозрительного. Корабль медленно оторвался от палубы и вышел через открывшиеся шлюзы в космос. В принципе, пушки крепости нервировали. От их прицельного огня не спас бы никакой щит. Тем более что пока реактор не вышел на тот уровень мощности, чтобы оный щит поставить. Но последние поступившие от ИИ крепости данные говорили, что орудия находятся в неактивном режиме.       Но пока не было полной уверенности в том, что будет дальше, Мартин решил отойти от планеты на максимальное расстояние и накопить энергию для прыжка. Он был очень счастлив, что удалялся от орбитальной крепости «Содружество» и от этой злополучной планеты. Хотя и знал, что скоро снова прилетит сюда. До готовности к первому прыжку оставалось около 4 часов. Поэтому пока Мартин просчитывал траекторию своего движения. Можно было провести полёт по прямой. Тогда полёт занял бы всего 26 стандартных суток. Но тогда пришлось бы несколько раз выходить из прыжков прямо в центральных системах Империи Цефи. А это было крайне нежелательно для судна с опознавательными знаками Республики, хоть и не совсем легального. Компьютер выстроил маршрут в обход их основных систем, но это требовало уже 8 прыжков и растягивало полёт до более чем 46 стандартных суток. Но это было лучшим решением, а мощности реактора должно было хватить. В конце концов, в окраинных системах даже у Цефи можно было бы пройти самый простой ремонт.       Он уже прошёл орбиту восьмой планеты системы, когда ИИ корабля оповестил о том, что в систему только что вошёл лёгкий фрегат. Он выпрыгнул с противоположного от главного светила конца и находился крайне далеко, чтобы представлять хоть какую-то реальную опасность. Но сразу после этого сообщения Мартина охватило странное беспокойство. И оно оправдалось, когда спустя полминуты пришёл входящий сигнал на подключение. Мартин активировал связь и даже не очень удивился, когда увидел улыбающуюся физиономию профессора Алехандро Контадора в своём «человеческом» обличье. - Привет, Амигос! – Как всегда панибратски начал Контадор. – Уже покидаешь наши гостеприимные края? Неужели так быстро? - Здравствуйте, Дон Алехандро. К сожалению, ваше фашистское общество совсем не так мило, чтобы оставаться в нём подолгу. – С мрачным выражением лица ответил Мартин. - Очень жаль, эрманито! Я ведь просил тебя, чтобы ты не оценивал этих людей поспешно. Я ведь советовал сначала узнать их поближе. - Профессор Контадор, я узнал их достаточно близко. Узнал много такого, что эти люди сделали со своим собственным миром. Вы учинили геноцид и заставили своих сторонников даже гордиться этим. Вы редкостная мразь, профессор. И я рад, что для меня это стало настолько очевидно. Но почему вы позволили мне так сделать, я так и не понял. Вы всё ещё играете в какие-то игры со мной. - И при этом у тебя нет впечатления, что люди Содружества и я имеем много общего с тобой? - Это невозможно, профессор. У меня с вами не может быть ничего общего. - Ты в этом так уверен, амигос? А разве ты сам не сделал нечто подобное на Дарсусе? Ты сделал там ровно то же, что я сделал 14 лет назад здесь. Нашёл недовольных политическим строем и помог им. Разумеется, в обмен на некоторые услуги мне самому. Мне странно слышать от тебя такое, Марти. Ведь я сам тебя этому научил. - Глупости! – Вспылил Мартин. – Принц Глоин и его люди сражались за свободу своего народа и против ограбления недр своей родной планеты от хищников вроде вас и вашей компании. И против своего слабоумного отца-предателя. - Слабоумного? Серьёзно? – Лицо Контадора на экране ехидно усмехнулось. – Ты когда-нибудь лично знал короля Брона? Или всё, что ты знал о нём, ты услышал от его младшего сына? И при этом ты даже не удосужился хоть немного навести справки о своём союзнике. Ты же, я так понимаю, не знал, что Глоин – младший сын, не имевший никаких прав на престол. Он всегда завидовал отцу и братьям. Одного брата он даже убил в якобы постановочном поединке, за что был сослан. Но бежал и возглавил подполье. А теперь ты, конечно, не в курсе, что объёмы выработки на шахтах Дарсуса возросли втрое, чтобы покрывать не только амбиции нового короля, но и нужды твоего флота? А вот с королём Броном я имел честь познакомиться лично. Да, он уже был в возрасте, но его ум был ещё ясен. Возможно, он совершил ошибку, пойдя на сотрудничество с кланом Гангенов. Но в его ситуации не было большого выбора.       Профессор картинно улыбнулся и предоставил Мартину право самому осмыслить сказанное. Мартин Пико откинулся на спинку своего пилотского кресла с кислой миной на лице. - Зачем вы всё это мне рассказали? – наконец спросил он. - Видишь ли, эрманито. В любой политической системе всегда есть недовольные. Где-то больше. Где-то меньше. Но не количество играет здесь решающую роль. А скорее, сплочённость и готовность в любой момент пожертвовать собой ради поставленной цели. Просто ты всегда склонен воспринимать недовольных, как честных и порядочных людей, униженных и страдающих под тиранической или продажной властью. И зачастую это действительно так. Но далеко не всегда. На этой планете простые люди в общем-то жили относительно спокойно вместе с так называемыми кинетиками много веков. Конечно, случалось всякое. Но в целом они уживались. Около 40 лет назад возникло политическое движение, нацеленное официально на равноправие кинетиков и простых людей. Но фактически лидеры этого движения под равноправием понимали полное устранение кинетиков и от власти, и из жизни вообще. В какой-то момент их вожди настолько запудрили мозги рядовым сторонникам о якобы нетерпимом гнёте, что сами поверили в собственную пропаганду. Это классический пример того, как хвост начинает вилять собакой. В этот момент на сцене появился я и дал шанс почти никого не представлявшим революционерам. А дальше ты уже и сам знаешь, надеюсь. Мораль сей басни в том, что на Дарсусе повторилась та же история. Только в роли меня был ты. И у тебя отлично получилось. - И всё-таки, профессор. Я, конечно, благодарен за политический ликбез. Но пока я так и не получил ответов на свои вопросы. Зачем мне стёрли память? Зачем меня заставили участвовать в этой войне? Зачем меня отвезли на эту планету? Это не совсем то, что я хотел услышать. - Ну, ты же умный эль омбре, Марти. Часть ответов на эти вопросы ты получишь, когда прибудешь на свою базу и узнаешь, что начало происходить в Республике за время твоего вынужденного отсутствия. А кое-что ты и сам помнишь, не так ли? Перед самой заморозкой ты и сам согласился на то, чтобы стать частью эксперимента. Тогда, ты, конечно, не знал, какого именно эксперимента, и не задумывался о последствиях. Но о них задумывались мы. Я думаю, что теперь ты точно понимаешь, под чем подписывался сто лет назад. А на планете Яосу ты с одной стороны мог оценить, насколько сложен мир и какие последствия несут те или иные решения. Ведь если всегда смотреть на мир только с одного ракурса, не стать лидером. А с другой стороны, было чем тебя занять, пока твоё присутствие в Республике было нежелательным. - Лидером?! Профессор Контадор, я думаю, уже слишком поздно говорить о лидерстве. Вы сами сделали меня своим врагом. И вы это знаете. О каком лидерстве после этого вообще может идти речь? - Не спеши с выводами, амигос! Мы оба знаем, что довольно скоро встретимся. Поэтому я не прощаюсь. Но пока ты не вошёл в прыжок, я хочу тебе напомнить. Ты не в том положении, чтобы самому решать, враг я тебе или нет. Даже сейчас. Я создал тебя. Я создал твои способности и амбиции. Вся твоя армия создана на мои деньги. Твоя война ведётся на мои деньги. Твои победы одержаны с помощью моих технологий. Вот такие дела, мучачос!       Сказала физиономия Контадора на экране, растянула губы, не показывая зубов. Только глаза его смотрели совсем недобро. Но экран тут же погас, и связь отключилась.       Настроение у Мартина было паршивое. Но он пока не мог знать точно, что уготовил ему профессор. Опять.       Из слов Укалика на планете Яосу он понял, что смог немного выйти за рамки, установленные для него роботом. Но этих знаний перед профессором раскрывать не стал. Профессор был прав в одном. Им действительно скоро предстоит встретиться. Стало быть, при очной встрече, но в другом окружении, всё выясниться. А пока, видя готовность корабля к прыжку, он дал команду ИИ курьера к переходу в гипер-тоннель. Курьерский транспортник в тот же миг исчез из системы БИ8460.