Новый Год с сюрпризом

- Значит так, - проговорил темноволосый мужчина, останавливая машину возле большого, нелюдного парка, - нам нужно узнать, в какое время завтра квартирка точно будет свободна. Поэтому… - он на мгновение замолк, что-то сосредоточенно отыскивая в бардачке авто. – Вот, - достаточно короткие полноватые пальцы сжимали презентабельно оформленную визитку, пару секунд назад лежавшую в грязном и захламленном ящичке для хранения мелких вещей. - Ну-ка, - человек, также расположившийся на переднем сиденье, взял эту небольшую карточку. – Романов Виктор Степанович, - прочел текст, напечатанный самым крупным шрифтом, тот. - Раз уж проявил такой интерес, ты и звони, - ухмыльнувшись, сказал Барыга. - А че сказать-то? – светловолосый собеседник непонимающе уставился на напарника. - Не «че», а что, - с видом знатока «великого, могучего, правдивого и свободного русского языка» исправил темноволосый. – Это все-таки приличный человек, - он указал на визитку и, не дожидаясь ответа на его слова, выхватил ее из рук знакомого. – Ладно, сам, - нажимая на кнопки далеко не нового телефона, пробубнил тот. – Чувствую, туго с вами придется, - даже с какой-то грустью выдавил мужчина, пока ожидал соединения. – Алло, девушка, здравствуйте, - расплывшись в улыбке от милого голоса секретарши, промурлыкал водитель ауди, одиноко украшавшей сумрачный парк. – Скажите, пожалуйста, на сколько завтра назначена последняя встреча у Виктора Степановича? – сохраняя прежний доброжелательный тон, продолжил Барыга. Попросив подождать минуточку, секретарша, по всей видимости, открыла ежедневник, поскольку отчетливо слышался шорох бумаги, страницы которой в спешке перелистывали. - В восемнадцать ноль-ноль, - ответила та и тут же добавила: - Но после этого Виктор Степанович просил ничего не назначать, поэтому я могу вас записать на… - она снова замолкла и принялась подыскивать свободное время. – На девятое января, - закончила секретарша. - Спасибо, девушка. Я просмотрю свое расписание и, если устроит этот день, перезвоню, - достаточно быстро проговорил он и положил трубку, про себя подметив, насколько же занятой этот Романов. - Да ты, оказывается, у нас ничем не хуже всех этих бизнесменов: по расписанию живешь, - засмеялся с заднего сиденья рыжий парень, который был явно моложе его «дружков». Мужчина успел лишь укоризненно взглянуть, что-либо сказать не удалось: раздался телефонный звонок. - Я слушаю, - раздался деловитый ответ. – Понял, сейчас будем, - коротко сказал он и сбросил вызов. – Детки сейчас в кафе обедают, так что нам туда, - пояснил мужчина, но непонимания в глазах напарников меньше не стало. – По дороге все объясню, - лениво отозвался темноволосый и завел машину. Автомобиль припарковался недалеко от здания, в котором находилось кафе «Орхидея». Практически сразу из-за угла показались дети, явно учившиеся в школе. На вид им было лет по 10-12, не больше. Двое ребят и светловолосая девочка подшучивали над еще одним ребенком, возможно, их одноклассником. Тот бедняга молча плелся в сторонке, терпеливо выслушивая «комплименты» в свой адрес. - Идеальный вариант, - губы расплылись в незатейливой улыбке. – Рыжий, все понял? – напоследок поинтересовался Барыга, явно пользующийся большим авторитетом в этой компании. - Да, - для достоверности парень еще и покачал головой. - Тогда вперед, настал твой звездный час, - протягивая билеты и фотографию, «благословил» темноволосый. Высокий, худощавый парень вылез из машины и быстрым шагом направился к детям. - Эй, - он притормозил угрюмого мальчика. Тот обернулся и с толикой грусти и тоски посмотрел на молодого человека, главной изюминкой которого являлись огненно-рыжие, чуть вьющиеся волосы. Остальные же дети, издав многозначный смешок, направились дальше. - Меня Слава зовут, - кареглазый сходу придумал имя, не желая лишний раз выдавать себя, пусть и перед ребенком, и присел на корточки. По правде говоря, он не очень-то и знал, как общаться с детьми: своих не было, братьев или сестер тоже. Единственное, что объединяло двоих – негативное отношение сверстников. Рыжий сразу вспомнил, как его били, обзывали, пакостничали, когда он учился в начальной школе. А все из-за этого ненавистного цвета волос и веснушек, щедро покрывавших большую часть лица. Потом все изменилось. Нет, он не стал самым популярным парнем в школе, на которого вешались бы все девчонки от безумного обаяния, красоты и чувства юмора; друзей также не завел. Просто поменялся внутри: стал жестоким, грубым, черствым. По-иному начал смотреть на мир и живущих в нем людей. Теперь он не молча терпел унижения, а причинял боль другим. За что, собственно говоря, был отчислен из школы и провел несколько лет в местах, столь отдаленных. - Дядя, о чем ты так задумался? – тихий, но приятный детский голос вывел из печальных воспоминаний. - А? Да нет, все в порядке, просто… - он на миг прервался, как бы обдумывая собственные мысли. – Ты напомнил меня в детстве, - все же решился выдавить из себя правду парень. – Слушай, а хочешь заработать денег? Ты сможешь и себе что-нибудь купить, и родителям, - осторожно предложил тот. Ребенок молчал, испуганно отведя взгляд. Было видно, что он будто взвешивает «за» и «против». - Не бойся, ничего плохого я тебе предлагать не буду. Я всего лишь хочу помочь, - подталкивая на положительный ответ, добавил рыжеволосый, при этом похлопав мальчика по плечу. Ему, признаться, понравилось разговаривать с этим школьником, хоть они и обменялись парой реплик. Наверное, общение с детьми всегда положительно сказывается на взрослых, тем более на тех, которым его не хватало лет, эдак, пятнадцать назад. - Что я должен сделать? – по-деловому спросил тот, глядя прямо в глаза собеседника. Он почему-то поверил этому молодому человеку, хотя прекрасно знал, что нельзя говорить с незнакомыми людьми. Наверняка решающим фактором стали деньги. Мальчик прекрасно понимал, с каким трудом зарабатывала их мама, которая была вынуждена одна растить сына. А тут у него самого появилась возможность сделать ей приятное, хотя бы немного помочь. Рыжеволосый довольно улыбнулся и, положив руку на шею парню, отвел его в менее людное место.

***

В кафе было достаточно просторно. Нежно-персиковые стены украшали картины и фотографии различных уголков Земли. На потолке красовались светильники, причем по форме сложно было определить, что они из себя представляли. Вместо столь привычных стульев, помещение украшали комфортные, небольшие диванчики, прекрасно дополняющие общий интерьер. - О чем пригорюнился, добрый молодец? Или тебе что-то добавили в кофе? – заботливо поинтересовалась Лера, мешая трубочкой пену в стакане с молочным коктейлем. - Ты как всегда в своем репертуаре, - мило улыбнувшись, сделал вывод Романов. – Жаль, что аттракционы сейчас не работают. Мы ведь с тобой после того раза так и не повеселились там, - заметил парень. - За все время, пока мы встречаемся, это – твое самое светлое воспоминание? – приподняв брови, спросила Шавицкая. - Нет, конечно, просто это, можно сказать, был первый день, который мы провели вместе как пара, - положив свою руку на руку девушки, ответил тот. - И когда ты успел стать таким ванильным романтиком? – то ли с укором, то ли просто в шутку поинтересовалась Валерия. - Я и обидеться могу, - наигранно поджав губки, Романов посмотрел на Шавицкую исподлобья. - Ладно-ладно, пошли лучше пройдемся, а то на тебя как-то странно влияет это кафе, - подытожила Валерия. Расплатившись по счету и одевшись, они вышли на улицу. Не успела пара спуститься со ступенек, как к ним подбежал мальчик. - Тетя, дядя, выручайте, - быстро и очень эмоционально проговорил тот. - Что случилось? – в один голос поинтересовались Романов и Шавицкая, немного испугавшись: мало ли, что произошло. - Я пригласил девочку в кино, а она сказала, что уже с подружкой договорилась в это время где-нибудь поесть мороженого, - изложил мальчик, а пара невольно заулыбалась: еще ребенок, а уже вон какие «проблемы». - И? – пытаясь понять, чем же они могут помочь, протянул Стас. - Вот, - ребенок протянул два билета в кино на один популярный и весьма увлекательный мультфильм, способный приглянуться даже взрослым. – Вы не смотрите так, что это мультик, он вам понравится, правда, - продолжил тот. Парочка переглянулась и засмеялась. - Ну а что, пошли, - весело предложила Валерия. – Ты же знаешь, я хотела на него сходить, а тут как раз билеты на премьеру, - протянула она. - Ладно, раз уж я – ванильный романтик, то ты – большой ребенок, - улыбнулся Романов. - Даже спорить не буду, - покорно согласилась та. - Ну что же, выручим тебя: не дадим пропасть билетам, - сказал Станислав и, достав из бумажника купюру, протянул ее мальчику: - Ты тоже хорошенько развлекись и не зацикливайся на этой девочке, другую найдешь, - Романов подмигнул парню, который, чуть поколебавшись, все же взял деньги. - Ты чему ребенка учишь, а? Если у тебя много девушек было, это вовсе не значит, что все должны их менять, как перчатки, - прищурив глаза, налетела Валерия. - Успокойся, - он поцеловал девушку в щеку, - я его жизни учу, еще спасибо скажет. - Я тогда пойду? – неуверенно вмешался в идиллию тот. - Иди, - ответила парочка и направилась в противоположную сторону. На одну головную боль меньше: есть, чем заняться завтра в обед.

***

Самодовольный парень уселся на прежнее место – заднее сиденье. - Все отлично, - не скрывая улыбки, отчитался он. - Ну, хоть на это ты способен, - вяло проговорил темноволосый, на что немного обиделся молодой человек. – Значит так, завтра собираемся ровно в полдень. Жена Романова тоже к этому времени уйдет. На все про все у нас будет минут двадцать-тридцать максимум, но учтите, что могут появиться и непредвиденные обстоятельства. Поэтому работаем четко и быстро. Внешний вид – приличный, по-особенному выделив последнее слово, мужчина оглядел всех чуть суровым взглядом. – Сейчас подброшу вас до центра, а дальше сами, - проговорил он, и машина сдвинулась с места, оставляя позади деревья, дома, одинокие улочки…