Жестокая игра.

Что бы не вызвать никаких подозрений, когда Хлоя повисла на шее моего брата, я пошла к Дэну, стоящему чуть поодаль. - Привет, ты сегодня был превосходен, - я легко поцеловала его в губы, и обвила руками шею. От его тела шел жар после долгой игры. Он поцеловал меня в ответ, а его ладони сомкнулись за моей спиной. Вряд ли в такие моменты я могу сказать, что таю в его руках, или что мое сердце бьется как ненормальное. Тепло, разливающееся по телу – это да. Я не знаю, что такое любовь, возможно, я люблю Даниэля. Мне повезло, что мама выбрала именно его в качестве моего будущего мужа. Я уверена, что сумею прожить с ним счастливую жизнь в гармонии и свете. Большего я и не желаю. Наверное. Я невольно посмотрела в сторону Зака и Хлои. Что-то сжималось внутри меня, когда он был с другой, но скорее всего это просто сестринская ревность. Да, точно, вот оно объяснение! К тому же мы близнецы, это естественно, немного ревновать. - Поедем сегодня ко мне? – спросил Дэн, когда я провожала его до мужской раздевалки. - Я бы с удовольствием, но сегодня мне нужно позаниматься с братом, - с ноткой сожаления сказала я. Хотя, уехать допоздна к парню и отомстить за бессонные ночи братцу – соблазнительная идея. Но увы, я уже подписала себе приговор на другую бессонную ночь - над химией и физикой. Дэн усмехнулся и положил мне руку на талию: - Да, я помню, ты говорила, что мозги вам неравномерно разделили. - Зато ему досталась внешность. - Ну, не говори так, ты очаровательна. Он снова потянулся, чтобы поцеловать меня, но как раз в этот момент из раздевалки вышел Зак и громко кашлянул. Дэн сделал шаг назад и тяжело выдохнул. - Ты уже переоделся? Быстро, - пробормотал мой жених. На Заке была теплая белая толстовка и джинсы, которые хранились у него в ящичке на всякий запасной случай. Он подошел ко мне и обнял за плечи, бросая взгляд на Даниэля. - Я тебе раз двадцать говорил, что не люблю когда ты лапаешь мою сестру при мне. Назвать его тон доброжелательным было сложно. Он быстро повел меня в сторону выхода, я даже не успела попрощаться с Дэном. В школе я не стала устраивать сцен, но только мы покинули здание, я выбралась из-под его руки и остановилась, он спокойным шагом прошел еще пол лестницы, пока не понял, что я не иду за ним. Приняв усталую позу, он посмотрел на меня снизу вверх. - В чем дело? Действительно?! - Может, я сама буду выбирать того, кому меня лапать? Это мое тело! – С ядом в голосе заявила я, не сходя с места. Почему ему можно протестовать против моих отношений, а мне нельзя? Меня может тоже коробит от вечных обнимашек и целовашек его с Хлоей, но я же молчу! Чего он добивается? Я счастлива с Дэном. Была счастлива, пока он не пришел. Почему я должна страдать, а ему все с рук сходит? Почему он любит Хлою, спит с ней, в то время когда я не могу выкинуть его из головы, даже когда целуюсь со своим женихом! Почему мне так плохо? Это несправедливо! - Давай поговорим в машине, за нами шофер приехал. Уже темно и холодно - моя кофта тебя не спасет от простуды. И его кофта, которую я не сняла ни разу за день. Я нехотя спустилась вниз, и мы молча, на приличном расстоянии друг от друга зашагали к черному седану. Но в автомобиле мы так и не смогли поговорить, то ли стесняясь водителя, то ли я была слишком зла на брата, и стоило мне раскрыть рот, как я не выдержу и выскажу все, что я думаю о нем. И так всегда. Я всегда молчу, хотя мне хочется кричать, бить посуду, кидаться предметами. Но я просто затыкаюсь и спокойно сижу рядом с обиженной и злой миной. Мы залезли на заднее сидение машины, где помимо нас лежали наши рюкзаки и спортивные сумки, так что мы невольно соприкасались друг с другом. В итоге, он положил мне голову на плечо и посмотрел щенячьим взглядом, после которого я всегда его прощаю. Как и сейчас. Запихнув свою обиду подальше, я натянуто улыбнулась и отвернулась к окну. Как и любые близнецы, долго мы друг без друга жить не могли. Иногда меня жутко бесило, что я так легко его прощаю, но не разговаривать с ним, и не контактировать было мучительно, по крайней мере мне. Дома горел свет, значит родители дома. Очень странно. В это время их еще по приемам носит. Водитель поехал ставить машину в гараж, а мы пошли в дом. - У меня великолепная новость! – с порога набросилась на нас мама, уже одетая в алое обтягивающее платье. Значит – вечерний прием. – Родители Хлои сэр и леди Ингрэм устраивают благотворительный вечер на выходных, на котором они объявят о помолвке Хлои и Альзака. Мы так же договорились с родителями Даниэля, они тоже согласились огласить помолвку с тобой, Калерия. Мы с Заком шокировано переглянулись, и я почувствовала, как мое сердце болезненно сжалось. Через неделю, Зак станет официальным будущим супругом Хлои. А я невестой Дэна. Всего неделя… Первым очнулся Зак и обратился к маме: - Но, нам только шестнадцать. Не рано ли? Тина Кинен махнула рукой и снисходительно посмотрела на сына. - Ничего не рано. Ты же знаешь, как выгодна партия с Ингрэмами и Майерами. И чем крепче связи и отношения, тем лучше. Да дорогой? Папа что-то пробурчал из другой комнаты. - Ну ладно я, - продолжал брат, пока я с трудом держалась на ногах, - Лери оставь в покое хотя бы до совершеннолетия. У нее должен быть выбор. Я посмотрела на Зака, не зная, что думать. Он сейчас одновременно защищал меня, но и не отказывался от своей помолвки. И что же хуже? Тина удивленно склонила голову в бок, будто он глупость сморозил. - Что значит выбор? Ты не представляешь, как тяжело выдать замуж девушку, тем более не с блестящей внешностью и не с самым большим наследством. Даниэль Майер просто подарок судьбы, за который я каждый день благодарю бога. Я знаю, что по сравнению с мамой, бывшей моделью и актрисой - я серая мышка, без намека на грудь, маленького роста, к тому же без тонкой талии и уж точно без милого личика. Но она могла и умолчать об этом. Словно я виновата в этом. Зак ответил неожиданно: - Она самая красивая девушка из тех, кого я видел. Я подняла на него глаза, но он в это время испепелял маму взглядом. Но ей было все равно. - Это ты так говоришь, как ее брат. Другие думают иначе. Все, мне некогда с вами болтать. Милый, мы опаздываем! – крикнула она и, встряхнув волосами, обошла нас и вышла на улицу. За ней выбежал папа, поцеловал меня на прощание в щеку и тоже ушел за ней. Мы остались одни. Зак уже хотел что-то сказать, но я натянула одну из своих самых широких улыбок и опередила его. - Ты иди пока, разложи учебники, а я покушать приготовлю. Ты голодный, да? И бросив школьную сумку на пол, скрывая слезы, я убежала на кухню, закрыв за собой дверь на замок. Я безвольно опустилась на стул и собрала всю волю в кулак. Сейчас расплачусь, глаза будут красные, что вызовет неловкие вопросы, на которые я не хочу отвечать брату. На самом деле в доме был повар для приготовления еды, но я отпустила ее пораньше и сама встала за плиту. Думаю, картофель фри и салат успокоит наши голодные желудки. А пока картошка жарилась, я бежала в нашу комнату, и давала задания брату, который десять минут читал физику, перепутав ее с химией, а химию с математикой. - Я безнадежен, да? – спросил он жалобным голосом, очередной раз, зависая над уравнением. Я посмотрела его решения, и пришла к выводу, что все не так плохо. - Нет, у тебя ошибка в подсчетах, вот тут исправь, а я пойду фри переверну. И вот, примерно через час, он уже спокойно решал уравнения, и самостоятельно задачку прорешал. - Что ж, для первого раза достаточно. Тебе нужно только стихотворение на завтра выучить, на литературе будет тема «Проблема любви». Сам справишься? Зак погладил ладонью меня по щеке и улыбнулся. - Ты хороший учитель. Конечно. А теперь пошли, поедим, наука меня утомляет. Он встал со стула и взял меня за руку, не отпуская все время, пока мы шли до кухни. Я была не против. Осталась всего неделя. Так мало. Я положила ему в тарелку картошки, пока брат расставлял тарелки, вилки и стелил полотенца. Я приступила к салату. Мясо было мягким, поэтому я легко его порезала, а вот с сыром проблемка вышла, и когда я со всей силы надавила на него, нож соскочил с него и проехался мне по пальцу. Ойкнув я, и подняла палец вверх. Тут же появилась кровь. Зак сразу возник рядом с салфеткой в руках. Брат встал сзади меня и взял мою раненую руку в свою. - Какая ты неосторожная, - тихо проговорил он, вытирая кровь салфеткой, - нужно обеззаразить. Еще мгновение и он подносит мой палец к губам, целуя его. Свободную руку Зак кладет мне на живот, прижимая к себе. Мое сердце затрепетало, как крылышки колибри в щеки покрылись румянцем. Внизу живота приятно затянуло. Поцелуй Дэна и прикосновения Зака можно сравнить как дуновение ветра, и вулкан. Но одна мысль вернула меня к реальности. И тут же все блаженство и тепло разлетелись вдребезги. Зак, почувствовав, что со мной что-то не так, отпустил мою руку. - Что случилось, ты плачешь? Я отошла подальше и опустилась на стул, закрывая лицо руками, чтобы не видеть брата. Судя по скрипу, он сел рядом, но так ничего и не сказал, ожидая от меня ответа. - Я люблю кое-кого, - тихо сказала я, стараясь не выдать дрожи в голосе. - Дэн? – уточнил парень. - Если он что-то тебе сделал, завтра его голова будет заменой баскетбольному мячу. - Нет, не он. Дело в том, что по определенным причинам, мы не можем быть вместе. Мы не подходим друг другу, мы не сможем составить выгодную партию. Я даже не знаю, любит ли он меня в ответ. Но как только я вижу его с какой-нибудь девушкой, мне хочется либо убить ее, либо самой броситься под поезд. Мне не хватает сил чтобы контролировать себя, контролировать свое чувство. Он не такой как Дэн. Я таю в его руках как горячий шоколад, я не могу долго обижаться на него. Даже ненависть уже не помогает. И как только я представлю, что через неделю, я навсегда потеряю его, я жить не хочу, понимаешь? Я люблю его. И мне плевать на общество, на родителей, на всех. Я эгоистка, да? Ну вот, я все сказала. Вот только мне не легче. Полностью лишенная сил, я всхлипнула, поддаваясь слезам. Зак положил мне руку на макушку и разлохматил волосы. - Я понимаю тебя, сестренка, - успокаивал он, - но ты даже не знаешь, сколько боли может принести такая любовь. Даже не для других, для тебя самой. Это ты сейчас так говоришь, словно готова на все, но потом настанет момент, когда ты пожалеешь об этом. Она убьет тебя. Вас обоих. Но я уже не могла сдерживать этот комок в горле, и просто плакала от безысходности и боли, зная, что ничего нельзя изменить. Последнее, что я помню, как Зак увел меня в нашу комнату, и уложил на кровать, укрывая одеялом. Может даже, он поцеловал меня в щеку, а может – это мне просто приснилось.