Жестокая игра.

На следующее утро я проснулась позже обычного, и кровать Зака, стоящая напротив моей - пустовала. А, у него же тренировка сегодня с утра. У меня кстати тоже, но он не захотел меня будить, как всегда. Мара придушит меня за пропуск. Родители только приехали домой, папа бросил мне короткое «привет», а мама даже не обратила внимания на то, что я как призрак плаваю по дому. После шумных приемов она еще полдня под впечатлением. Быстро позавтракав, одевшись и вызвав водителя, я поехала в лицей. Одной так непривычно. Мы с братом всегда ссоримся по пути в школу, а теперь все задние сидение в моем распоряжении. Скучно. Как я и думала, Мара сразу накинулась на меня и чуть не убила за пропущенную тренировку. Но я была так помята после вчерашнего вечера, что даже подруга это заметила, и читала мне лекцию о пропусках короче обычного. - Ну, что случилось, Лери? – выпытывала она, когда мы шли к кабинету литературы. – Твой братец сегодня тоже не в духе, пару раз по голове мячом получил. Ты знаешь, с ним такое редко бывает. Я тихо засмеялась, представляя себе это. Бедный Зак. - Ничего, просто поспорили немного. Мара ухмыльнулась и косо на меня посмотрела. - А вы не переспали случаем? Я споткнулась об собственную ногу и чуть не распласталась по коридору как лабораторная лягушка для вскрытия. - Что?! Нет, боже упаси, мы же брат и сестра! Капитан волейбольной команды махнула рукой. - Да кого это волнует? Эйден тоже так считает. Ну, лучший друг Зака. Мы с ним говорили о вас. - Да вы просто больные! – бросила я, и залетела в аудиторию. И сразу увидела брата. Он сидел за моей партой, с пакетом льда, приложенным к щеке и голове. Ни Дэна, ни Хлои на горизонте не наблюдалось. Странно. Я тяжело вздохнула и пошла к несчастной двойняшке. Он был так глубоко в себе, что даже не заметил, как я села рядом и разложила учебники. Его рука покраснела от соприкосновения со льдом, и я аккуратно убрала ее, и сама начала поддерживать ледяной пакетик. - О, Лери, это ты? – с ноткой облегчения произнес он, и посмотрел на свою отмороженную руку, - кажется, я увлекся. Я только улыбнулась и держала лед минуту у щеки, минуту у головы. Да уж, хорошенько мячом зарядили. - Когда девушка гуляет, на помощь приходит младшая сестра, - сказала я, убирая подальше примочку, и как раз в этот момент раздался оглушительный школьный звонок. Зак кивнул и открыл тетрадь со стихотворением, которое должен был выучить к сегодняшнему уроку. Надеюсь, сегодня обойдемся без неудов. Однако весь урок я сидела как на иголках рядом с ним. Обычно рядышком сидит Дэн, и мне как-то спокойнее, но когда мы нечаянно прикасаемся друг к другу, ловя падающий карандаш, или соприкасаемся ногами под партой – это невыносимо. Я как натянутая стрела, готовая в любой момент сорваться. Интересно, вчера он понял, что я говорила про него? Нет, скорее всего, он же тупой. Ну и хорошо, я вчера дала себе слабину, позволив открыться ему. Такого больше не повториться. Хотя в глубине души, мне хотелось, чтобы он понял. - Мисс Кинен, ваше стихотворение? – объявила учительница, и перед тем как отправиться к доске, Зак сжал мою ладонь и кивнул. Брат знал мою боязнь сцены. - Спасибо, - прошептала я и пошла к учителю. - О чем это произведение? – задала вопрос учительница, откладывая в сторону классный журнал. - О… - я посмотрела на брата и пустое место, где сидела обычно Хлоя, - о безнадежной любви. Откашлявшись, я начала рассказывать, невольно поглядывая на Зака. - Я не любви твой прошу. * Она теперь в надежном месте… Поверь, что я твоей невесте Ревнивых писем не пишу. - Сердце больно кольнуло, и я проморгалась, прежде чем продолжила. Не хватало еще разреветься прямо посреди класса. - Но мудрые прими советы: Дай ей читать мои стихи, Дай ей хранить мои портреты - Ведь так любезны женихи! А этим дурочкам нужней Сознанье полное победы, Чем дружбы светлые беседы И память первых нежных дней… - Зак внимательно и восхищенно смотрел на меня, словно я не стихотворение рассказывала, а получала Нобелевскую премию. - Когда же счастия гроши Ты проживешь с подругой милой И для пресыщенной души Все станет сразу так постыло - В мою торжественную ночь Не приходи. Тебя не знаю. И чем могла б тебе помочь? От счастья я не исцеляю. Выдохнув, я направилась обратно к своему месту. Надеюсь, никто ничего не заподозрил, и я не сильно сверлила глазами своего двойняшку. - Отлично мисс Кинен, очень хороший стих. А что нам ваш брат расскажет? Я не успела занять свое место, как парень вскочил со стула и не глядя на меня пошел к доске. - Я расскажу про то, как порой любовь может убить. Растоптать тебя так, что пожалеешь о том, что любил. В каком-то смысле про эгоизм в любви. Когда думаешь, что все так просто и ты счастлив, а на самом деле, ты заставил страдать самого дорогого человека в мире. Зак неприкрыто смотрел на меня, я бы даже сказала сквозь меня, и начал рассказывать так, что я от напряжения сломала карандаш. - О, как убийственно мы любим,* Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей! Давно ль, гордясь своей победой, Ты говорил: она моя... Год не прошел - спроси и сведай, Что уцелело от нея? Куда ланит девались розы, Улыбка уст и блеск очей? Все опалили, выжгли слезы Горючей влагою своей. Ты помнишь ли, при вашей встрече, При первой встрече роковой, Ее волшебный взор, и речи, И смех младенчески живой? И что ж теперь? И где все это? И долговечен ли был сон? Увы, как северное лето, Был мимолетным гостем он! Судьбы ужасным приговором Твоя любовь для ней была, И незаслуженным позором На жизнь ее она легла! Жизнь отреченья, жизнь страданья! В ее душевной глубине Ей оставались вспоминанья... Но изменили и оне. И на земле ей дико стало, Очарование ушло... Толпа, нахлынув, в грязь втоптала То, что в душе ее цвело. И что ж от долгого мученья Как пепл, сберечь ей удалось? Боль, злую боль ожесточенья, Боль без отрады и без слез! О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей! У учительницы даже лицо от удивления вытянулось. - Браво Альзак, я не ожидала от тебя такого. Глубоко и душевно. Ваша сестра на вас хорошо влияет. Пять, конечно же. - Спасибо, только не называйте меня полным именем, оно похоже на название шампуня. Наверное, Зак снова взглянул на меня, а я опустила голову вниз, молясь, когда же этот чертов звонок. А, вот он, слава Всевышнему! Собрав наспех все вещи в сумку я, сбивая всех на своем пути, побежала в заброшенный женский туалет, который уже лет десять хотят реконструировать. Облокотившись на кафельную стену и закрыв за собой дверь, я медленно соскользнула на холодный пол и спрятала лицо в ладони. Я надеялась на что-то. Все эти годы, с самого детства я надеялась на то, что мы всегда будем вместе. Глупо, наивно, по-детски, но я отчаянно верила в это. То, как он заступался за меня перед мамой, которая никогда не питала ко мне любви, словно я пустое место, как заменял отца, неспособного помочь мне даже с домашним заданием из-за вечной занятости, как это можно забыть? Никто никогда не был ко мне так же добр и честен. Никто никогда не любил меня так. Как и я. Когда это привязанность переросла в такое давящее в груди чувство? Почему я не пресекла его на корню? Даже поняв, что я влюблена в собственного брата, я не проклинала себя, не думала, что это так плохо. Единственное – ненависть, бесконечная ненависть к нему – вот что я пыталась зародить в себе. Но все без толку. Я ужасна. Я сама себе подписала смертный приговор. Я не смогу жить без него, я не смогу видеть, как он женится на Хлое, как у них растут дети, как он больше… не любит меня. У меня нет выхода. На полу валялся осколок стекла, довольно острый. Не раздумывая, я взяла его и поднесла к обратной стороне запястья. Пульс стучал в висках как бешеный, в крови вскипел адреналин, а синяя вена сильнее выступила на запястье. Больно будет не долго, не так долго, как шестнадцать лет. Я закрыла глаза, и хотела дернуть руку, как что-то мне помешало. Открыв глаза, я увидела брата, сидящего передо мной на коленях и держа мою руку в паре сантиметров от запястья. - Тихо, Лери, все хорошо, сейчас просто расслабь руку и отпусти стекло, - говорил он со мной, как с сумасшедшей. Поняв, что я и правда сошла с ума, я бросила осколок на пол и прерывисто вздохнула. Зак все так же держал меня за руку, ожидая реакции. - Если ты сейчас скажешь, что не любишь меня, - дрожащими губами произнесла я, не сумев договорить. Боже, что я делаю? Зачем я это делаю. - Ты пожалеешь об этом Лери, я не хочу, чтобы ты страдала. Я затрясла головой, как в агонии, все еще пытаясь сохранить рассудок. - Не пожалею, ни за что не пожалею, Зак. Я не смогу без тебя, слы… Его губы накрыли мои, и с силой, с жадностью и болью впились в меня. Его руки гладили мою спину, а я перебирала руками пряди его мягких волос, к которым так давно мечтала прикоснуться. Все чувства, все запреты, что жили в нас - в этот момент выливались наружу, выходили из нас. Будто мы нарушили завет, после которого все самое тайное и ужасное вылилось в свет. Но мне было так все равно. В голове крутились тысячи мыслей, так и не сумевших образовать одну единственную. Все мое тело отказалось подчиняться, реагируя лишь там, где меня касается Зак, отзываясь огнем и одновременно холодом. Сердцу было тесно, и если бы не грудная клетка, оно бы точно вырвалось на свободу. Брат медленно отстранился от меня, но лишь для того, чтобы легонько поцеловать меня в лоб и тяжело вдохнуть воздух. Я прижалась щекой к его ключице, парень положил мне ладонь на затылок, сильнее прижимая к себе, будто я хочу убежать. Ни за что на свете. Только не сейчас, когда я слышу, как его сердце стучит почти в моих руках. - Боже, что я наделал, как я легко сдался, - горько прошептал он мне в ухо, целуя в висок. – Я убил нас обоих. Прямо сейчас убиваю. В его голосе была дрожь, как недавно у меня, и чтобы его успокоить, я провела рукой по его щеке, смотря прямо в самые любимые, золотисто-карие глаза. - Ты спас меня, минуту назад я была готова распрощаться с жизнью. На его губах мелькнула быстрая улыбка, от которой на моей душе разлилось неописуемое тепло. - Дурочка, - проговорил он, - а еще говоришь, что все мозги тебе достались. Ничего подобного. Я была так счастлива, что даже не стала отвечать на его шутку. Вместо этого спросила: - Что будем делать дальше? Он пожал плечами, продолжая задумчиво накручивать мои пряди себе на палец. - Для начала, надо пойти на биологию. Пропуск уроков вряд ли поможет нам с нашей маленькой проблемкой. Давай поговорим об это дома, ладно? Надо спокойно доучиться. Он поднялся с пола, и подал руку мне. Как только я оказалась на ногах, брат снова обнял меня. - Сейчас мы постоим так минуты три, а потом пойдем в класс, как ни в чем не бывало, ладно? Я угукнула, стараясь сильнее вдохнуть запах моря, исходящий от брата. Он всегда пах морем. *Стихотворение Анны Ахматовой. *Стихотворение Федора Тютчева.