Броня для сердца 2

Снег крупными хлопьями медленно ложился на холодную землю. В воздухе буквально витал предновогодний запах, в каждом доме стояла ёлка, а детишки, пока их родители были заняты предновогодними делами, её украшали. Так было и в доме Драгнилов. Нацу с Венди, танцующие под подборку новогодних песенок, обвешались пластмассовыми шариками и носились по квартире, пока Полюшка готовила на кухне праздничный ужин. Люси с ласковой улыбкой наблюдала за этим действом, скромно сидя на диванчике. — Давай с нами, красотка, — парень поднял за руку девушку, обвив ещё тонкую шею серебристым дождиком. — Даже не думала, что это может быть так весело, — пританцовывая, как Нацу, Хартфилия громко рассмеялась. — Обычно мы нанимали декораторов и они нам наряжали ёлку. — Херня эти ваши декораторы, — фыркнул парень, повернув девушку в танце под рукой. — Фуллбастер тоже так постоянно делает, а потом все-равно с нами новый год встречает. *** Выдыхаемый дым огромными клубами поднимался вверх, растворяя в себе десятки снежинок. А Грей докуривал уже третью сигарету за утро. Рядом с ним лежала стопка книг по политологии, экономике и ведению бизнеса, а сверху — ненужной скомканной бумажкой — валялся табель. Успеваемость в школе скатилось чуть ли не до уровня Драгнила, у которого теперь даже по литературе стоит твердое "удовлетворительно". А у Фуллбастера, кроме математики, экономики и географии, оценки стояли на уровне "труба". Впрочем, его это не особо волновало. После спонтанного исчезновения своей невесты Сильвер стал больше внимания уделять сыну. Да и вообще он сильно изменился, как заметил сам Грей. А ещё парень узнал, что Милкович наврала: его отец не знал о её положении. Тогда почему она вернулась в этот город? Пищи для размышлений было более, чем достаточно, поэтому случившееся месяц назад казалось просто сном. Приятным и болезненным одновременно, оставившим в душе осадок, сном. Фиалковые духи, синие волосы, озорные глаза и нежная улыбка. Только голубое платье, до сих пор лежащее в тумбочке на балконе, заставляло сердце невольно зажиматься в тисках. В момент ярости хотелось буквально придушить Локсар, он даже не думал, что кто-то сможет вызвать у вечно холодного парня такие горячие чувства. Но когда злость прошла — осталась пустота. И, не желая признаваться самому себе в этом, Грей нагрузил себя работой, досрочно начав пол крылом Сильвера занимается рестораном. В этот Новый год у него даже нет ёлки. И телефон выключен, лишь бы не позвонил Драгнил. В дверь постучали. Очень настойчиво. Ну вот, легок на помине, Фуллбастер был уверен в своём нежеланном госте. Нехотя направившись открывать дверь, Грей даже не удосужился натянуть футболку — так и остался в одних спортивных штанах. Поэтому как только вход открылся, Хартфилия залилась краской и прикрыла глаза шапкой. — С наступающим, морозильник! — струсив снег с шарфа прямо на Грея, произнёс Драгнил, пройдя в квартиру. — А где твоя ёлка? — Че те надо, валенок? — и голос был не саркастический, а скорее раздраженный. Фуллбастер нахмурился, отойдя от траектории Люси, которая по-прежнему стояла красная, прикрыв лицо пакетом с продуктами. Фуллбастер громко вздохнул, закрыл дверь и взял ношу из рук девушки. — Экономика? Политология? — закричали из зала. Затем нос Нацу просунулся в щель кухонной двери. — Ты что, серьёзно?! — Тебе-то какая разница? — поставив пакет на стол, измученно спросил Грей. Люси по-прежнему стояла рядом, благо, лихорадочный румянец спал. — Ты зачем вообще пришел? — Ты же телефон вырубил, я хотел спросить: ты сегодня к нам придешь? Люси тоже с нами встречает. — Нет, я буду у себя дома. Драгнил хмыкнул и пошёл обратно в зал. Он все-равно был уверен, что примерно к десяти вечера Грей будет у него дома, как штык. Когда Нацу окунулся в увлекательный мир экономики, Люси поставила чайник на кухне. То напряжение, которое было между Хартфилией и Фуллбастером, прошло, когда блондинка поняла: её подруга не намерена продолжать общение и уехала, обрубив концы. Об этом свидетельствовали изменение мобильного номера Локсар, удаление страниц из всех социальных сетей и отсутствие её фото или же каких-либо ведомостей в блогах о элитной молодёжи страны. Даже когда она жила в родном городе, о ней много писали, а сейчас абсолютно глухо. И Грей её искать не хочет. А Люси уже третий раз остро почувствовала, что её бросили, но продолжала лелеять надежду на скорое возвращение Джу в её жизнь. — Грей, ты... — начала говорить блондинка после щелчка электрического чайника, но её перебили: — Ни слова. Я не хочу ничего слышать. — Ну, может, ты бы попробовал... — Люси! — парень резко встал из-за стола, хлопнув по деревянной поверхности рукой. Хартфилия от испуга немного разлила чай, который хотела поставить. — Я сам знаю, как мне лучше. — Но ты же сам не свой, — спрятав глаза и поставив чай, девушка отвернулась, чтобы взять мочалку и вытереть пятно. — Тебе плохо, я вижу. Фуллбастер ничего не ответил — лениво рассматривал свое отражение в чашке с чаем. Минутную тихую идиллию нарушил вошедший Драгнил. Стоило ему заметить погрустневшие глаза своей девушки, улыбка сползла с его лица. — Ты чего на Люси орал? Ответа не последовало. Нацу решил не копать дальше, ибо знал, почему его лучший друг себя так ведёт. И в данной ситуации только время ему помощник. *** — Зайка моя, — мама нежно взяла её за щечку и легонько дернула, — ты чего такая грустная? Скоро же Новый год! Пойдем на кухню, оливье приготовим. — И правда, Джувичка, почему ты такая грустная? — спросил стоявший рядом парень с серебристыми торчащими в разные стороны волосами. Младшая Локсар, сидевшая на диване, укутавшись в темно-синий клетчатый плед, театрально упала таблом в мягкую спинку, показывая своё огромное нежелание что-либо делать. Последний месяц тянулся невероятно долго, она за это время успела привыкнуть к новому огромному городу, улучшить отношения с отчимом, передружиться со всеми одноклассниками (и не мудрено, детки богатых родителей быстро находят общий язык), обзавестись парнем, завести блогг и получить около тысячи подписчиков. А ещё девушка помогала маме с разработкой новой коллекции, занималась танцами, начала снова играть на пианино и брать уроки вокала. Вообще прижилась так, что на мысли о Грее у неё просто не было времени и сил. Но именно сегодня, на кануне нового года, её голову не покидал Фуллбастер. И девушку не смущало даже присутствие её парня — Леона Бастии, который будет праздновать с ними. — Ладно, как хочешь, — дернула плечами женщина и, напевая под нос новогоднюю песенку, улетучилась на кухню. — Джувичка, что с тобой? — рядом с девушкой присел Леон, слегка приобняв ее за плечи. — Я же вижу, что что-то не так. — Ты помнишь день нашей встречи? — подняв слегка презрительный взгляд на парня, Джу задала вопрос. — Конечно. Это был Хеллоуин, мы с тобой встретились в Раймонде. Потом поехали ко мне и... — Вот и подумай об этом, — отбросив в сторону покрывало, Локсар пошла на кухню, оставив Леона в полном недоумении. Перехватив по дороге один бутерброд с икрой, девушка присела на мягонький пуфик возле балкона и наблюдала за изящными движениями своей матери. — Солнышко, ты уверена, что хочешь праздновать в таком составе? Сегодня "Мулен Руж" устраивает грандиозную вечеринку, — нарезая кислые огурцы, периодически ложа в рот кружочки, сказала мать Джувии, искоса поглядывая на дочь. — Ты меня выпроваживаешь из тесного семейного круга? — приподняв бровь, спросила девушка. — Мы же собирались встретить Новый год на площади, возле центральной елки, а потом пойти к нам домой, кушать. — Нет, что ты, я просто подумала, что тебя напрягает присутствие... — Леона? — ее мать только тихо покивала головой. — Нет, он нормальный... когда не надоедает. Да и парня лучше не найти: умный, богатый, делает все, что я скажу... — А тебе не кажется, что есть в мире вариант получше? Фуллбастер, например... — Мама, ты опять?! — не выдержала Джу, встав с пуфика. — Мы с тобой много раз обсуждали это! В тот город я не вернусь, Грей мне больше не нужен! На последних словах сердце само екнуло, на глазах появились слезы. Девушка твердым шагом ушла в свою комнату, ведь именно сегодня четкий образ Фуллбастера с самого утра стоял у нее в голове. А все потому, что мечтательница-Джу надеялась на чудо хотя бы в этот день. Локсар закрылась в своей комнате и приземлилась на своей кровати лицом в подушку. В голове был неутолимый поток мыслей, но одна буквально разрывала изнутри. "Грей, умоляю, я хочу тебя увидеть! Хотя бы в этот день! Я не могу больше так!" *** Часы отбили десять часов вечера, на улице снова пошел снег. Нацу и Венди только недавно пришли с улицы — мокрые и замерзшие — поэтому сейчас сидели в своей комнате и пили горячий шоколад. Люси и Полюшка делали бутерброды к столу, а глава семейства смотрел начало новогоднего шоу. В дверь позвонили. Все из присутствующих знали, кто это, поэтому вылетевший голый в коридор Нацу никого не удивил. — Все-таки пришел! — открывая дверь, крикнул парень, сделав глоток горячего шоколада. — Не трави душу, окурок, — тихо сказал Фуллбастер, после чего чуть громче добавил: — Всех с наступающим! — Здравствуй, Грей, — из кухни прямо в коридор вышла Полюшка, вытирая руки о полотенце. — Проходи, присаживайся в зале, на стол скоро будет накрыто. — Спасибо за приглашение, но мне нужно поговорить с Люси. Где она? — вешая на крючок черное пальто, спросил Фуллбастер. Девушка едва не выпустила бутерброд, когда услышала свое имя. — На кухне, — ответила женщина. — Ладно, я пока займусь сервировкой стола. — Спасибо, — сказал брюнет, пройдя в соседнюю комнату. Холодные пальцы плавно прошлись по деревянному столу, пока Люси, делая вид, что не замечает присутствия Грея, намазывала последний бутерброд. Первым говорить начал Фуллбастер: — Я много думал над тем, что ты мне сказала. И имей я гарантию, что увижу ее, прямо сейчас бы ломанулся в столицу. Поймал бы. И никогда не отпустил. Но я еще в себе не разобрался. — Даже не имея гарантии, я бы поехала. Нашла бы, — глухо ответила Люси, прикрыв глаза челкой. — Вот только она сама не хочет нас видеть. — Хочет, Люси, хочет. Ей только напомнить об этом нужно. — И лишь ты в силах это сделать. Грей опустил голову, беспомощно сжал руки в кулаки и, сев на стул, устало выдохнул: — Не в силах. — Докажи. В голосе девушки слышались нотки отчаянья, будто она сама поверила словам Грея. Что он не в силах. Хотя Люси прекрасно знала обратное и не понимала: зачем парню играть героя трагедии. Фуллбастер, насквозь пронизанный этим словом, непонимающе поднял темно-серые глаза и срывающимся вниз голосом спросил: — Извини? — Докажи, что не можешь, — повторила Люси, сжимая в руках рукоятку ножа, которым только что закончила намазывать бутерброды. — Докажи, что ты изменился. Я помню другого Грея! Того, кто на чужое не позарится, но свое всегда отстоит! Докажи, что этого прекрасного качества, которое присущее всем достойным людям, у тебя уже нет! Докажи! Стул, отодвигаясь, резко скрипнул по паркету. Почти черные глаза яростно смотрели на Хартфилию, но девушка противостояла. Прошло меньше минуты, как Фуллбастер обулся, набросил пальто и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. — Куда это он? — голос только что вошедшего Драгнила выдернул Люси в реальность. На парня поднялись шоколадные игристо сверкающие глаза. Девушка, продолжая улыбается, подошла к Нацу и чмокнула в губы. — Он за своим счастьем, — мечтательно сказала Люси и взяла тарелку, чтобы отнести ее на праздничный стол. — Ну, счастьем это не назовешь, честно говоря, — парень почесал затылок, отводя взгляд, и только после этого принялся объяснять: - Ну сама посуди: как Джу ему нервы мотала? Когда она жила здесь — он постоянно трусился за ней, следил, чтобы неприятностей на свою задницу не поймала. Знаю, по нему было не заметно, но я говорю то, что видел. Грей ведь тоже не глупый, он приметил Локсар ещё до начала учебного года в Раймонде. — Серьёзно? — удивленно спросила блондинка, едва не уронив тарелку с бутербродами. — Да, — кивнул парень. — Потом, когда они стали более близки, я только и слышал о том, какая Джу хорошая, глупая, красивая, бестия, умная, стерва, непостоянная и т.д. Грей снова был не в себе, он ею просто захлебывался. Теперь Джувия уехала. И он буквально перестал жить. — А ты не думал, что причиной этому послужил факт убийства Уртир? — Если бы Джу не вызывала у него чувства... нет, не любви, — Нацу запнулся, почесав подбородок и при этом пытался подобрать слово, — жизни, то он не ломанулся бы сейчас, зимой, за двести километров, чтобы её увидеть. — А ты бы за мной ломанулся? — подняв глаза на парня, спросила Люси. — Я бы тебя не отпускал, — Драгнил прижал к себе девушку, уперся грудной клеткой в тарелку с бутербродами и нежно поцеловал её в губы. Дверь скрипнула, распахнулась, и Полюшка, откашлявшись, сказала: — Пора садиться за стол. Люси, залившись краской, отскочила от парня, а Нацу в свою очередь расплылся в блаженной улыбке. — Мы уже идём, — сказал парень, обращаясь к мачехе. — Ну хорошо, — загадочно улыбнулась Полюшка, забирая из рук Люси надоевшую тарелку с бутербродами и вышла, закрыв за собой дверь. — С наступающим, — Нацу подошёл к красной Хартфилии и чмокнул ещё в носик. — Я тебя люблю. *** Леви стояла и дожаривала блинчики, когда на кухню вошёл Гажил. Лили периодически терся об ногу девушки, выпрашивая немного творога. — Ну что, поставил? — спросила МакГарден, выключая плиту и снимая фартук. — Поставил и нарядил, — недовольно буркнул парень, присев на стул. — Ну, кошак, чуть праздник не испортил. Много игрушек разбилось. Лили мяукнул и прыгнул на стол, крутанув хвостом перед хозяином. — Да ладно тебе, сегодня праздник у всех, — девушка весело повернулась и почесала за ушком кота, после чего скормила ему один блинчик. — Он тоже хотел пошалить, ему гирлянда понравилась. — Поэтому он сбросил ёлку?! — крикнул парень, стукнув по столу кулаком. Лили с перепугу залез под батарею возле окна, забыв свой блинчик. Гажил рассмеялся. — Да ладно, я на тебя не сержусь. — Пойдём за стол, уже почти полночь, — Леви взяла блюдо с блинами и, чмокнув парня в щеку, пошла в комнату, где уже горели свечи и был включён телевизор. Искусственная ёлка стояла на своём старом месте, а под ней лежал огромный плюшевый медведь и маленькая бархатная красная коробочка. Улыбаясь самой себе, девушка не удержалась и опустилась на коленки. Вошедший Гажил откашлялся: — Вообще-то, подарки Деда Мороза нельзя открывать до полуночи. — Мне на Новый год с пяти лет подарков не дарили... — втыкая в никуда, ответила девушка. Гажила так поразило это заявление, что он сам подошёл к елке, стал на колени и протянул девушке коробочку. — Теперь все будет иначе, — прошептал Гажил и одел на безымянный палец Леви кольцо. — Немного болтается, — рассматривая украшение сказала девушка. — Можем поменять, — абсолютно спокойно ответил Гажил. — Не нужно, — Леви отдела кольцо на средний палец руки и нежно улыбнулась. — Как раз! — С Новым годом, — нежно посмотрев на свое сокровище, сказал Редфокс и поцеловал девушку в губы. Руки сами сползли на лямки зеленого платья, опуская их вниз. Поцелуй становился все жарче, вещей на девушке все меньше, огромный медведь послужил подушкой, и в полночь, когда били куранты, МакГарден стонала от удовольствия под елкой вместе с ними. *** На трассе никого, снова пошел снег, ручник включен, лобовое стекло постоянно протирается. И даже громкая музыка не заглушает этих мыслей. Куда? Зачем? А есть ли смысл? Ведь это безумие: ломануться туда, куда не знаю, за тем, не знаю чем. И все-таки что-то заставляло Грея все сильнее давить на педаль, а красная стрелочка почти дошла до отметки "200". Большая арка перед въездом в город мелькнула за долю секунды, Грей сбавил скорость и открыл окно. Маленькие острые снежинки ударяли в левую щеку, прикрытую серо-фиолетовым полосатым шарфом. На дорогах почти никого не было, только погода танцевала под мягким медовым светом уличных фонарей. До площади полчаса езды, если без пробок. Куда еще можно поехать, Фуллбастер не знал. Как и то, зачем он сюда вообще приехал. Все мысли буквально за секунду испарились, и парень, остановившись у обочины, вышел из машины. Достав последнюю сигарету из пачки, Грей затянулся. На небе не видно ни звезд, ни луну. Только ветер изредка носит в стороны снег. Что он здесь делает? Предыдущие действия лишены любой логики, как бы парень ни хотел, но Джу не найти. Хартфилия просто взяла его на слабо, как глупого мальчишку. Но смысла домой ехать уже нет, лучше и правда спокойно встретить Новый год в окружении сотен тысяч человек на площади. Один. Выбросив бычок на обочину, парень сел в салон машины и, повернув ключ, надавил на газ. BMW поехала, задавая свой ритм, Грей только лавировал на дороге, иногда поворачивая. Даже GPS уже не нужен, у Фуллбастера прекрасная топографическая ориентация в столице. Уже. За пять минут до Нового года Грей припарковал машину в ста метрах от площади и спокойно вышел, поставив сигнализацию. Руки засунуты в карманах, везде мелькают огни, ходят радостные люди парами или компаниями. Со всех сторон льется веселье, которое постепенно заряжает Фуллбастера. На лице мелькает непроизвольная улыбка. Выйдя на площадь, парень поднял глаза вверх. Елка, стоявшая в центре, поражала своими размерами и красотой. В черных волосах собирались снежинки. И вдруг это умиротворенное состояние заменилось тревогой, когда перед глазами мелькнула пара людей. Парня то он не очень запомнил, но волнистые синие волосы Грей узнает везде. За секунду все внутри перевернулось, и хоть ребята буквально через мгновение растворились в толпе, Грей бросился вдогонку. Начали бить куранты. — Раз! — кричали со всех сторон, пока парень, не унимая в себе разъедающее изнутри чувство тревоги, смотрел по сторонам. — Два! — кричала толпа, а Грей решил идти туда, куда несли ноги. Пусть это и не совсем верное направление, но все же лучше, чем стоять столбом. — Три! — Четыре! — Пять! — Шесть! — Семь! — парень не останавливался, но странное ощущение угасло. Появилось разочарование. — Восемь! — Девять! — Грей остановился, сжав зубы и опустив голову. Таким беспомощным он еще никогда не был. — Десять! — парень поднял глаза. Оглянулся. Сзади него стояла та самая девушка, которая совсем недавно мелькнула перед глазами. — Одиннадцать! — Фуллбастера уже не мог остановить здравый смысл. Он просто рукой развернул Джувию к себе и на мгновение, утопая в этих глазах, почувствовал невероятный прилив сил, бодрости и счастья. — Я тебя нашел, — не веря своим словам, произнес Грей. Удивленная Джу так же не верила, что перед ней стоит ОН. — Двенадцать! — громко со всех сторон закричали люди, а Фуллбастер просто крепко обнял девушку и поцеловал в губы. В этот момент для них не было никого: ни орущей толпы, ни госпожи Локсар, которая ласково смотрела на дочь и обнимала своего жениха, ни Леона, который просто выпал от увиденного... В одном единственном моменте растворились двое. И Грей даже не знал, что после этого все только начнется...