Броня для сердца 2

Ласковое солнышко грело город, и даже не скажешь, что еще месяц назад здесь бушевали лютые морозы и выпадало по метру снега за сутки. В такую пору даже подснежников уже не встретишь. Людей радовал наконец-то сухой асфальт и возможность одеть легкую куртку или пальто, откладывая пуховики до следующей зимы. В маленькой кафешке сидели девушки, весело болтая и попивая чай. Все они были одеты легко, красочно, по-весеннему. — Ну и Фрид, прочитав мою конкурсную работу, сказал, что я без проблем поступлю на журфак, - улыбаясь и придерживая чашку одной рукой, сказала Люси. — Так что, Джу, скоро с тобой в одном городе жить будем. — А ты, Леви, куда поступать будешь? — спросила Локсар, обращаясь к третей девушке. — Я думала вместе с Люси, но не хочу Гажила здесь оставлять. Грустно мне без него будет, — абсолютно без выражения ответила МакГарден. — Посмотрим, как жизнь обернется. А как у тебя дела в школе? Ты почему не на занятиях? — Ой, — дернула рукой Джувия, немного скривив носик, — там такие занятия, что капец. Школа для богатеньких детей престижная, система обучения там совсем другая. Сегодня у меня только один обязательный предмет и два факультатива, а на прогулы особо никто не смотрит. Тем более сейчас мне аттестат до пятой точки, мама уже договорилась с управлением академии моды. Меня туда берут даже без творческого конкурса. — Поздравляю! — Хартфилия бросилась обнимать подругу. — Ну хоть у кого-то из нас все определено. — А как, кстати, Нацу? — невзначай, но небрежно, спросила Джу, бросив взгляд на блондинку, которая моментально скуксилась. — Ну такое, — без выражения ответила Люси, отводя взгляд. — На занятия практически не ходит, мы с ним не общаемся, но недавно, когда Мира заполняла журнал, я подсмотрела оценки. Джувия, у него только четыре удовлетворительно, все остальное он вытянул на отлично. За два месяца. — Нацу?! — не веря своим ушам, переспросила Локсар. — Ты шутишь? Где спрятана скрытая камера? — Он и правда все сейчас вытянул, — припав губами к чашке, промычала Леви. — Не без помощи Эльзы, разумеется, но молодец, согласитесь. — А он определился, куда поступать будет? — спросила блондинка, попутно доставая из кармана сумки завибрировавший телефон. Сообщение от Хибики. — Этого я не знаю, Эльза сама сейчас во всю к экзаменам готовится, мы мало общаемся. Люси достала из кошелька одну купюру и взяла в руку пальто, вставая со своего места. — Ладно, девчонки, мне пора, за мной Хибики уже приехал. Нам нужно в свадебный салон. — Так свадьба на запланирована на май? — повернулась Джувия к подруге, легонько постукивая ноготками по столу. — Нет, я ее перенесла на конец июля, когда мне уже исполнится восемнадцать. — Ладно, Люськ, удачи, — МакГарден приподнялась, обняла подругу и снова плюхнулась за стол. — Мне тоже пора, — засобиралась Джу, посмотрев на время. — У меня автобус через пятнадцать минут. Леви бросила насмешливый взгляд на подругу и язвительно выдала: — С каких это пор мисс Локсар ездит на автобусе? — С тех пор, как бросила заниматься ерундой, осмыслила свою жизнь и без памяти влюбилась, — ответила Джу, положив на стол вторую скомканную бумажку. — Сдача — на чай. У каждого человека бывает такой момент, когда он просто ищет себя. За окном непрерывно бежит дорога, начинает зеленеть трава, а Джувия просто смотрит в окно и думает. Каждому человеку кажется, что его жизнь особенная, индивидуальная. И он будет так думать, пока не умрёт. Но, если расширить свое мировоззрение до размера Вселенной, приходит осознание того, насколько ты ничтожен. Просто пыль в просторах Мира. И какая, нахрен, гордость, тщеславие, злость и прочие мусорное тёмное наполнение может заполнить человека содержанием? Возвышать себя со вселенной получается только через любовь, ведь так можно почувствовать, что ты — часть Мира, а не просто космическая пыль. Появилось желание заботиться, помогать, ведь осознавая хрупкость человеческой жизни, начинаешь ценить каждую секунду, проведенную для кого-то. Квартира встретила Джу тишиной, её мать наверняка в офис поехала. Отчим в командировке. Громко выдохнув, девушка сняла ботильоны на высоком устойчивом каблуке и начала топать ногами по паркету, кайфуя от прекрасных ощущений. Теплое пальто девушка бросила на тумбу, проигнорировав шкаф. Ужасно хотелось кофе. От пары нажатий кофе-машина начала работать, наливая в чашку терпкую ароматную жидкость, от запаха которой Локсар тут же млела. Допивая содержимое чашки, девушка бросила взгляд на закат. Было уже около семи вечера, когда Джу наконец-то решилась переодеться в джинсы и гольф, завязать волосы в высокий хвост и поехать к Грею. Наряжаться смысла не было абсолютно, он все равно её не увидит, не сможет. Ах да, ещё бы за цветами заехать нужно... Девушка вызвала такси. Перед выходом Локсар окинула себя скептически взглядом. Погода довольно тёплая, поэтому девушка набросила чёрную кожаную куртку и обула самые обычные чёрные полусапожки без каблука. Прикид был довольно мрачный, как раз для того места, куда она собирается. На выходе из подъезда Джу одернули. Недовольно доставая наушник с уха, она развернулась и... оторопела. — Что ты здесь делаешь? — вопрос прозвучал глухо, почти невесомо, но отчетливо. Парень немного съежился, но, собравшись с силами, посмотрел на Локсар умоляющим взглядом. — Что произошло? — голос дрожал, руки зажались в кулаки. — Почему ты меня избегаешь? Что это было за СМС? — Я все изъяснила. Говорить ещё что-либо не вижу смысла. — "Мы расстаемся!" — это ты изъяснила?! Почему?! Я не согласен, я не хочу тебя отпускать! — кричал Леон, едва задерживая злость. Девушка только и смогла, что опустить голову, давая возможность ветру ласкать локоны её шикарного хвоста. — Просто забей, — отрешенно ответила Джу, застегивая куртку. Стало холодно здесь стоять. — Забудь меня и отстань. У меня больше нет времени на тебя, я тороплюсь. И прежде, чем Бастия успел что-то сказать, Локсар прошмыгнула у него род рукой и прыгнула в такси. Когда машина тронулась — Леон только и успел, что записать номер автомобиля, чтобы выяснить, куда всё-таки едет его девушка. Машина остановилась возле большого здания, окруженного лесом. До города около трёх километров, клиника, находившаяся как раз возле шоссе, на котором разбился Грей. Возможно, только это и спасло его от гибели. Поднимаясь на шестой этаж в хирургическое отделение, девушка крепко держала букет белых роз, запах которых так любит. В палате лежал только Грей. — Привет, — улыбнулась Джу, ещё сильнее прижав к себе букет. — Давно я к тебе не приходила, прости. Фуллбастер по-прежнему лежал неподвижно, закрыв глаза. Установленные приборы отражали его сердцебиение, аппарат искусственного дыхания по-прежнему заставлял его дышать. Джувия ещё раз кинула грустный, полный боли, взгляд на парня и, не выдержав нахлынувших эмоций, отвернулась, чтобы Грей не видел ее слезы. — У меня все хорошо, живу потихоньку, — начала говорить девушка, вытерев рукавом соленые ручейки. Руки потянулись к вазе, в которой стояли лишь слегка вялые белые розы. Она приносила их на прошлой неделе. Девушка выбросила цветы, помыла прозрачную прямоугольную вазочку и, убрав оберточную бумагу, поставила букет в воду, немного поправляя лепестки. — Добрый вечер, Джувия, — дверь отворилась, и в палату вошёл мужчина, попутно набрасывая белый халат. Девушка опешила, немного испугалась и резко повернулась к посетителю. Они редко здесь пересекались, но это встречу можно было предвидеть, ведь оба были заняты до вечера. Собравшись с мыслями, Локсар все-таки произнесла: — Здравствуйте, Сильвер. — Я так и знал, что белые розы — твоих рук дело, — улыбнулся мужчина, проведя пальцами по нежным лепесткам. — Это были любимые цветы его матери. — Я не знала об этом, — глухо, рассматривая блики на стекле окна, ответила Джу. И опешила: — Почему "были"? — Она умерла, — звучало это, как самая грустная песня на свете, безнадежный, безмолвный выкрик души. — Мне Грей говорил, что она уехала заграницу, живёт там с семьёй. У неё дочка есть... Локсар по-прежнему смотрела на последние мгновения заката, утопающие в хвойном лесу. Информация не воспринималась. Умерла его мать? Ну и что? Это ведь ничего не меняет в его жизни. — Так оно и было, но оказывается, что она вернулась. Точнее возвращалась... И два месяца назад попала в аварию. Локсар приложила руку к губам, прокручивая в голове последние слова Сильвера. Осознавая, насколько сильно Грей связан с семьёй, которую убил по своей же неосторожности. По вине Джувии... — Только не говорите, что... — Да, Мика и её муж погибли в той же аварии, где разбился Грей. При чем полиция провела расследование, никто здесь не виноват. Просто был гололёд. — А девочка?! — выкрикнула Джу, осознавая масштабы ее необдуманного поступка. — Выжила... Но после больницы ее ждёт детский дом, у неё нет родственников, которые смогли бы её приютить. — Как "детский дом"? Там же ведь детки в ужасных условиях живут... Отдайте её на попечение Грею, я буду её воспитывать! Не нужно ребёнку жизнь калечить! Грею уже есть восемнадцать, он может оформить опекунство, он же кровный родственник! — Джувия, прошу тебя, присядь, — холодным, как лед, голосом сказал Сильвер. Девушка мигом повиновалась. — Грея отключают от аппарата жизненного обеспечения, завтра я подпишу документы. Он уже два месяца в себя придти не может. Я не хочу мучить ни его, ни себя, ни тебя... Прости. Повисла немая пауза. Земля из под ног ушла, стало катастрофически не хватать воздуха. *** — Ну что, так и будешь молчать? — Отвали, — прямо-таки грубо ответили. — Заебал. — Довыебывался, да? — снова спросили. Грей нехотя поднял голову и увидел самого себя, только стоящего напротив и ухмыляющегося. Его отражение продолжила говорить: — И что теперь? Провести остаток дней в таком состоянии? Уверен, Сильвер надолго тебя так не оставит. — А зачем мне возвращаться? Ради кого? Отца? У него на меня только чисто деловые планы. Или ради матери, которая бросила меня в десятилетнем возрасте и умотала заграницу с новым ебарем? Или ради Джувии, которая меня ненавидит?! И, Богом клянусь, у нее есть на это весомые причины. — Заебал, — эксцентричная часть Грея развернулась и махнула рукой, наплевав на свою сущность. — Ты можешь хотя бы мне не ныть об этом? Я это все прекрасно знаю. Как это ты еще не завел шарманку о том, что ты натворил с Люси, я поражаюсь. Ты можешь вернутся ради себя, а? Не думай о других! — Тебе легко говорить, ты же не совершал всего того, что сделал я! На Грея уставилась пара темно-синих глаз, в которых читалось недоумение, желание погладить по голове и запереть в дурдом. — Ты даун или прикидываешься? Ебаный насос, сколько можно сопротивляться, а?! Поднял свою задницу, блядь, и быстро захотел жить! В мире тысячи умирающих людей, которые все отдадут за лишний глоток воздуха, а ты, имея возможность вернуться, просто так от нее отказываешься?! — Для кого мне жить?! — Для себя! А потом посмотришь, ведь все еще может наладится! — Да ладно?! — крикнул Грей, встав на ноги. — Ну и? — Что? — Как мне вернуться? — Захоти этого искренне. — Ну ебать, всего лишь?! — сарказмом был пропитан каждый звук. — Сконцентрируйся. Может, еще и не слишком поздно. — Я сделаю все, лишь бы ты заткнулся, — пробурчал Фуллбастер и снова плюхнулся на колени. Перед глазами начали всплывать неясные картинки, моменты. Вот они с Нацу в девятилетнем возрасте впервые подрались. Мама и клубничное мороженное. Прогулки по парку всей семьей. Ул, которая всегда относилась к нему, как к своему сыну. Первая любовь, Уртир. Уикенд, который они вместе провели на море. Джувия... Ее сладкая улыбка, веселый смех, пахнущее фиалками платье, которое он до сих пор хранит в своем комоде... *** Слезы уже давно закончились, пришло осознание того, что это их последняя ночь вместе. Пусть Джувия ее представляла себе и не так, но тут уже не ей решать. Грей по-прежнему не открывал глаза, лежал неподвижно, а девушка держала его за руку и горько улыбалась. По-прежнему стоял ком в горле. — У нас с тобой еще так много не прожитых дней, не сделанных дел... А я уже решила приехать на ваш выпускной, поговорить с тобой насчет обучения в столице. Сильвер тоже был бы рад, — по щекам снова начали течь слезы, но через улыбку Локсар продолжала говорить: — Я бы снова переехала к тебе на квартиру, мы бы начали все сначала. Это я виновата во всем. Мои действия отняли сразу четыре невинных жизни. И опять я разрыдалась, хотя дала обещание, что больше не буду. Вытирая щеки, девушка встала и вышла из палаты. Коридор освещался парой тусклых ламп, на посту что-то писала медсестра. Уже перевалило за два часа ночи, все больные спали. Джувия умылась и насухо вытерлась полотенцем, вот только выходить из душевой не торопилась. Руки крепко схватили края умывальника и отказывались отпускать. Отражение в зеркале показывало до боли знакомую, но растерянную и растоптанную гримасу. Еще долго Локсар собиралась с мыслями, чтобы выйти отсюда, зайти в палату и увидеть... — Что ты, черт возьми, тут делаешь?! — полушепотом прошипела Джу, застыв у прохода. — Я знаю, как ты страдаешь из-за него, я все видел. Я сделаю тебя счастливой, а не он, — после этих слов Леон отключил аппарат искусственного дыхания, и Грей перестал дышать. Дикий ужас. Застыл на лице девушки. Нет, эта ночь не может так быстро кончиться. Почва ушла из под ног, перед глазами стояла красная пелена. Ярость. Он умирает. На ее глазах. — Нет! — закричала Джувия, пытаясь добраться до аппарата, чтобы снова включить его. Вот только путь преградил Леон. Он ловко схватил девушку в охапку, у Локсар подкосились ноги, и она упала на пол вместе с парнем. — Нет! Нет-нет-нет!!! По щекам снова потекли слезы, в который раз за этот день. Самый худший в ее жизни. — Джувия, послушай, уже готовились документы на отключение его от аппарата искусственного дыхания! Только не говори, что ты об этом не знала! — Леон продолжал держать Локсар в охапке, а она продолжала биться в истерике, как рыба, пойманная в сети и выложенная под палящее солнце. — Забудь его, он мертв. — Нет, Грей! Нет, — он лежит и умирает без воздуха, а она ничем не может помочь. Ее держат, и, черт возьми, она не противостоит сильнейшему. Не может. — Леон, прошу тебя, не делай этого. Не дай ему умереть. Я люблю его. Я больше жизни люблю его. Глаза сами собой закрылись, чтобы не видеть этого мира, из которого только что ушел человек, к которому Джувия была привязана всем сердцем. — Джу... — хрипло простонали со стороны койки. И снова все рухнуло. Локсар ошалела, ей казалось, что у нее начались галлюцинации. Но Леон застыл и стеклянным взглядом смотрела на очнувшегося Грея. — Я тебя убью, — Бастия встал и направился в сторону Фуллбастера. Ничего не понимающий брюнет смотрел на Джувию, которая по-прежнему сидела на полу, поджав под себя ноги, и закрыла глаза. Только когда легкие начали жечь из-за отсутствия кислорода, Грей перевел взгляд на Леона. Обезумевшие глаза злобно блестели, руки сомкнулись на шее. На последнем выдохе Грей снова позвал Джувию и чрез пару мгновений Леон упал на пол. Все произошло словно в тумане, никто ничего не понял. В текущий момент только их глаза встретились. Рука девушки была исполосована и вся в крови, на полу, возле Леона, валялись осколки разбитой вазы и букет белых роз. — Привет, — не веря своим глазам, поздоровалась Джу. Ничего больше на ум не приходило. — При... Привет, — ответил Грей, смотря в синие, полные слез, глаза. Без слов она просто упала на колени перед кроватью и крепко-крепко обняла Фуллбастера. Белую постель заливала бордовая кровь, но ей было все равно. Она не чувствовала боли. Только тепло в сердце. Только стук его сердца. Только горячие слезы. Только его дыхание...