В селе времён Третьего рейха

Если бы дядя Иосиф не кипятился так, что казалось, будто у него сейчас начнёт вырываться пар из ушей и пламя из ноздрей, как у легендарного Сивки-Бурки, он бы смог оценить всю природную красоту представшей пред его ясными очами картины: сидящий на каменистой дорожке почтальон-нацист, судорожно сжимающий пальцами толстую кисть и, судя по выражению его лица, мысленно оплакивающий уничтожение бессмертного шедевра, к тому же, видимо, не подозревающий о том, что на лбу у него весьма явно отпечаталась им же намалеванная свастика. Что удивительно, мысли Гитлера сейчас занимал не вопрос о том, как избежать грандиозной выволочки от подростка с суровым нравом, а безысходная печаль о картине, изображавшей статных немецких солдат, ранее шагавших под знаменами Третьего рейха, а ныне бесславно размазанных по форменному плащу творца вместе с этими самыми знаменами. - У, шайзе! - бессильно выругался утончённый художник, спустившись наконец с небес на землю и поняв, что его новый костюм от "Hugo Boss" безнадёжно испорчен. Правое веко дяди Йоси выразительно дернулось. Выглянувший из-за спины хозяина Ссылкин расплылся в ухмылке, способной посоперничать с улыбкой его вымышленного соплеменника Чешира. Кот обожал интересные зрелища. А что может быть интереснее человеческих разборок? - Ты мне эту дверь вылизывать будешь, товарищ идиот, - прохрипел дядя Йося, оскалив зубы. - Ты будешь собственными зубами соскабливать краску с каждого, чтоб его, миллиметра ее поверхности. Иначе я объявлю Революционеру амнистию, и он повесит тебя на твоих же кишках. - Майн Готт, герр Сталин, зачем же такие радикальные меры? - пробормотал Гитлер, безуспешно попытавшись отползти назад и прекратив свои попытки сразу после жалобного треска фирменных брюк. - Я привык к более мирному решению проблем... - Ах, простите, газовые камеры не работают! - заорал Иосиф не своим голосом. - Ссылкин, тащи винтовку, устроим расстрел! - С удовольствием, товарищ Сталин! - лихо козырнул кот. В коварных зелёных кошачьих глазах, полных неизъяснимой жестокости, Адольф прочёл свою судьбу. Прочитанное ему не понравилось. В частности отсутствие хэппи-энда. Да сюжет слишком кровавый вышел. Неправильно это. Слишком грустно. - У меня есть жена... - завёл старую песню почтальон, глядя Ссылкину вслед и стараясь не смотреть на свирепый лик юноши. - Ева тебе не жена, вы с ней с этим делом уже невесть сколько времени маетесь, - закатил глаза дядя Иосиф, на секунду отвлекшись на глубокомысленное созерцание небес. - Куда? Куда?! - возопил он, хватая мгновенно вскочившего и приготовившегося навострить лыжи нациста за рукав. - Дьявол! Ссылкин, где ты там копаешься, кошкин сын?! Добыча уходит! Добыча не ушла, но то не была заслуга дяди Иосифа. Просто матерый Революционер, и до того изрядно бесновавшийся на привязи, окончательно вышел из себя и разрушил оковы, державшие в неволе простой народ... то бишь сорвался с цепи и несколькими прыжками настиг беглеца. Гитлер почувствовал, как кто-то тяжёлый далеко не нежно опустил свои лапищи ему на плечи. А ещё через секунду он осознал, что падает. "Гитлер капут", - пришла на ум безрадостная мысль. - Так его! Молодчина! - горячился Йося, щелчками пальцев взбивая усы. "Картина потеряна. Плащ потерян. Штаны потеряны. Честь потеряна, - скорбно размышлял Адольф. - Не хватало ещё жизнь потерять!" Перевернувшись и с трудом оттолкнув от себя пышущую смрадным дыханием морду пса, почтальон попытался встать, но тут же скис, услышав щелчок затвора. Дядя Иосиф с видом триумфатора целился в него из доставленной Ссылкиным винтовки. Сам Ссылкин стоял тут же, злорадно усмехаясь и помахивая хвостом. - Отойди, Революционер, - холодно и спокойно приказал Сталин. - Враг народа подлежит немедленному расстрелу. - Хоть бы спасибо сказал, - проворчал пес. - Мне, думаешь, приятно его было ловить? От него краской несёт. И морковью. Вегетарианец, тоже мне. - Выношу тебе официальную благодарность, а теперь отойди, чтобы я мог вынести этому гражданину мозги! - нетерпеливо рявкнул дядя Йося. Революционер отошёл, что-то бурча себе под нос о тяжёлой собачьей жизни. Гитлер принялся судорожно перебирать в голове варианты ответов, способные растрогать закалённых русских. На ум шло только "Не бей меня, Иван-царевич, я тебе пригожусь!" Хм... если заменить Ивана на Иосифа... - Ну-с... - начал юный социалист. - Что тебе надобно, старче?! - выкрикнул Адольф, на уровне интуиции чуя, что это немного не та фраза. Однако она возымела неплохое влияние: дядю Иосифа скрючило от смеха. Он захлебывался диким хохотом, хватаясь за живот и неистово колотя себя по коленям кулаком. Ссылкин с тихим обреченным вздохом поднял с земли выпавшую из рук дяди Йоси винтовку и принялся стряхивать с неё пыль, ворча, что негоже так обращаться с казенным имуществом. Гитлер хотел было дать деру, но рычание Революционера над ухом мгновенно лишило его энтузиазма. "Майн Готт", - мысленно простонал почтальон. Он осознал, что его положение можно смело назвать безвыходным. Хохот Иосифа звучал похоронным маршем, а глаза Ссылкина светились адским огнём. Гитлер размышлял над тем, уместно ли будет сейчас потерять сознание или лучше не стоит. - Если подумать, - выдавил дядя Иосиф, утирая набежавшие слёзы, - булочек мне надобно. С заварным кремом. - Ч-что? - не веря своим ушам, пролепетал нацист. - За булочками, говорю, сбегай, - пояснил приведённый смехом в благодушное расположение духа дядя Йося. - В город. Вот, держи талон, - он впихнул карточку в руки остолбеневшего Гитлера. - Через два часа не вернешься - найду и закопаю в землю по уши. Со мной шутки плохи. Все ещё трясущийся почтальон кое-как поднялся на ноги, пошатываясь и бормоча себе под нос не то проклятия, не то благодарности. Пошарив глазами по местности в поисках новых угроз, Гитлер изобразил на лице весьма неубедительную улыбку и медленно попятился к калитке. Дядя Иосиф демонстративно пристукнул прикладом возвращенной ему винтовки о землю, и почтальон перешёл с осторожного шага на третью космическую скорость. Спустя несколько секунд о нем напоминали лишь клубы пыли на дороге. - Что ж, Ссылкин, Революционер, теперь ждём булочки, - вздохнул дядя Йося. - Пока придётся вам удовольствоваться рыбой, товарищи. И да, часа через полтора начнём искать лопату. На всякий случай. Вроде в сарае была...