Мирная жизнь

Он уже ждал их. Рассеянно скользнул взглядом по Синему в его гравикресле и дальше смотрел уже только на Мартина, даже не усомнившись, что муж Лии – вот этот здоровяк с квадратной челюстью, никак не патлатый инвалид. Синий первый подрулил к столику и поздоровался. - А это Мартин. Мы служили вместе. И протянул руку, тщательно не замечая замешательства. - Рене? - Да ну. Рауль же, перед кем тут восьмерить. - Хорошо. Рауль. Рауль оказался невысоким и узкоплечим. В отличие от прямой, тяжеловесной, словно бы монолитной Лии, брат её показался Синему вертлявым, как на шарнирах собранным. Беспокойные руки, беспокойные глаза. И все же сходство было. В линии скул, широких и острых, в очерке губ, в разрезе глубоко посаженных зеленоватых глаз. Но хуже было сходство другого рода – когда он улыбался быстрой улыбкой, обнажающей верхние зубы до самых десен, или когда он склонял голову к плечу, или морщил нос. Вот тогда Синему становилось не по себе и хотелось отвести взгляд. Черты Лии были грубыми и резкими, а Рауль при том же строе лица был на свой лад очень красив, что тоже действовало на нервы Синему. Рауль, похоже, заметил его неприязнь, но смотрел нагло и весело. Мартин сидел со скучающим видом, не участвуя в разговоре. Можно было подумать, что он почти не прислушивается к рассказу Рауля, но Синий не сомневался, что киборг запишет и проанализирует каждую секунду. Теперь Рауль обращался исключительно к Синему. - Почти восемь тонн беленькой в слитках! – Рауль сделал движение, будто подбрасывает что-то в воздух, - В смысле, платины… Ещё от прежних времен. Что смотришь, Синий, мы на Данае! Здесь раньше этой платины было, как грязи. Это теперь только грязь и осталась… Рауль говорил бойко, гладко и на удивление правильно, несмотря на проскакивавшие словечки непонятного Синему сленга. В этой правильности Синему чудилось нечто нарочитое, почти манерное, будто перед ним был актер, не успевший выйти из роли. Рауль чуть растягивал слова, делал паузы, иногда шире, чем нужно, распахивал глаза, ломко жестикулировал. Его ресницы казались слишком густыми и длинными для мужчины, ноготь среднего пальца был выкрашен красным. - Ну, мы и махнули девчонку на одноразовую флэшку с кодом и координатами хранилища. Само собой, «скорпену» ей вшили, иначе нам просто не дали бы уйти. - Вшили что? - Капсула с ядом или наркотиком, дистанционно активируемая, - пояснил Мартин. Рауль бросил на него быстрый взгляд и продолжил: - О, никто и не хотел её убивать, обменяли бы – и норм. Если бы нам только дали скрыться. А они продолжали нас кошмарить, и парни, понятно, нервничали. Сам не знаю, кто в итоге ввел ключ. Не я. Я бы не стал. Мартин едва заметно кивнул. Не сказать, что Синему это принесло большое облегчение, но он был благодарен. - А я уже сообразил, что горим, и флэшку сныкал. Даже Дуг не знал, где она. Я сказал ему – вместе на прыжок, вместе и кончим это дело, бабло поровну. А то хрена с два он бы меня стал оттуда вынимать. Дуг, он был мутный чувак, но вертеться умел, нас не успели схлопнуть, а он уже подписал своих обрядить подрыв. И оставил бы меня там гнить, когда бы не флэшка. Чтобы её словить, нужен был я. Живой, здоровый и на воле. Синий устало прикрыл глаза. Голос Рауля журчал и журчал, и Синему все сильнее хотелось, чтобы этот человек уже наконец взял и заткнулся. Он вдруг понял, что именно напоминает ему раулева манера речи – с этим его слишком правильным произношением и несколько преувеличенными интонациями. Рекламных дикторов. Рекламных, мать их, дикторов! И прическа, как из рекламы шампуня, с отвращением отметил Синий. - Ладно, теперь ты живой, здоровый и на воле. И флэшка у тебя. От нас с Лией тебе что нужно? Рауль прищёлкнул пальцами. - Восемь тонн же. Или ты думаешь, что их так легко двинуть, не засыпавшись? Может, тебе и легко, тогда давай, вперед, я за углом подожду. У меня кишка тонка. Но Дуг, он нашел покупателей на саму флэшку, ещё до того, как подписал нас. Верное дело, хорошее бабло, говорил он. С одним гвоздем – это какие-то очень сильно его люди, и мне теперь никак нельзя с ними пересекаться. Они даже не знают ещё, что он… Они думают, что он жив, я ведь из-под него с ними последний раз связался. Мне нельзя попадаться им на глаза, понимаешь? Дуг не доверял мне. Он их предупредил. Они меня уроют без разговоров. - Ага. То есть ты хочешь, чтобы с ними встретился я и они урыли меня? - Я хочу получить свои бабки, Синий. Ради чего всё это было, а? Я в бегах, я шагу спокойно ступить не могу, я на мели, и когда меня начнут искать Дуговы друзья, мне совсем кранты придут. Ты встретишься с ними, скажешь, что тебя прислал Дуг, отдашь флэшку, подхватишь кислород... То есть деньги. Я смогу сделать себе другое лицо, добыть документы и свалить отсюда к такой-то матери. Ты получишь десятую часть, вам с сестрёнкой на обзаводство. Считай, что это подарок на свадьбу от меня. А потом, как она отслужит, я разыщу вас и замирюсь с ней. Да Синий же, ты же мне теперь родня, не западло ли мне тебя подставлять? А главное – ну сам подумай, что мне за радость подвести тебя под плазму и ни хрена не получить?! Синий положил обе руки на стол, подался к Раулю, и медленно, раздельно произнес: - У меня есть идея получше. Десятую эту часть можешь засунуть себе… куда-нибудь. Допустим, я помогу тебе, ты заберешь деньги, сменишь лицо и имя, и никогда больше не попадёшься на глаза ни мне, ни Лие. А если попадёшься, то я тебе мозги вышибу. По-родственному. Рауль замер, оценивающе разглядывая Синего. Коротко кивнул, и совсем другим, вполне человеческим голосом ответил, больше не кривляясь: - Идёт. - Значит, по рукам. *** - Ну и что скажешь? Мартин потер бровь, скользнул ладонью по лбу, по коротко стриженым волосам, поскреб макушку. Синий огромным усилием воли подавил желание прикрикнуть на него, чтоб не тянул. Не хватало ещё и с Мартином поругаться. Синий скрипнул зубами, но терпеливо выждал, пока Мартин заговорит сам. - Он в сильном стрессе, очень напуган. Принимает какие-то транквилизаторы, но они плохо помогают. Много врёт. Почти постоянно, на самом-то деле. Несколько раз был близок к панике. Волновался, упоминая смерть этого Дуга - я почти уверен, что это он его и убил. Он, конечно, не считает тебя членом своей семьи. Но зато он не врал, говоря о десяти процентах. Правда, сумму он так и не назвал, ты заметил? И, кажется, он действительно верит, что ты мог бы встретиться, получить эти деньги и уйти живым. Впрочем, если он во что-то верит, это не значит, что так оно и есть. - А насчет разыскать Лию? Это хоть брехня? - Не вполне. Он допускает такую возможность. Шестьдесят процентов. Упоминание её имени волнует его – неважно, произносишь его ты или сам Рауль. Когда ты озвучил ему своё условие, он испытал обиду, даже ярость. Но длилось это недолго. Синий кивал, раздраженно хмурясь. - Погоди, это все твои киберские приблуды. Сам-то ты что думаешь? Мартин резко вскинул голову. - Дерьмо полное.