Изменяя миры

Новый день во Дворце Истинного Короля начался с переполоха. Розетта — начальник дворцового гарнизона — была не в духе с момента пробуждения. Всю ночь ей снилась какая-то муть, отчего отдохнуть толком не удалось. Поэтому на утреннюю планёрку она шла с твёрдым намерением как следует пропесочить подчинённых (уж что-что, а повод всегда можно было найти). К счастью, осуществиться этому откровенно несправедливому плану было не суждено: когда Розетта стремительно шагала по открытой галерее второго этажа, то заметила боковым зрением что-то необычное во внутреннем дворе. Досадуя про себя на возможную задержку, она остановилась и посмотрела вниз — туда, где в лучах утреннего солнца щедро разбрызгивал радуги маленький фонтан. — Мужчина! — ахнула воительница и стремглав кинулась к лестнице.

***

Незнакомец держался на редкость невозмутимо перед частоколом направленных в него копий. — Спокойствие, девушки, только спокойствие. Давайте без рукоприкладства, хорошо? Просто позвольте мне уйти. — Кто ты? — нет, сегодняшний день у начальника стражи определённо не задался. — Как ты здесь очутился? — Меня зовут Юури, и я здесь случайно. Пожалуйста, можно мне выбраться из фонтана? — Что значит «случайно»? — ещё сильнее нахмурилась Розетта. — Разве ты не знаешь, что мужчинам запрещён вход во Дворец Истинного Короля без специального разрешения? — Знаю, конечно. Я и не собирался сюда попадать. Послушайте, я один и безоружен, а вас так много. Можно мне на сушу? Вода мокрая и холодная. С одной стороны, незнакомец не предлагал ничего дурного, с другой — Розетте очень не хотелось идти на уступки. Но пока она раздумывала, сзади послышалось негромкое: — Опустите ваше оружие, защитницы. — Первая Дева! — стражницы почтительно склонились перед невысокой длинноволосой девочкой в жреческом одеянии. — Ульрике! — заулыбался незнакомец. — Доброе утро! Простите, что так получилось, я правда не хотел вас беспокоить. — Вы знаете меня? — жрица чуть наклонила голову к правому плечу. — Впрочем, неважно. Истинный Король попросил меня оказать вам посильную помощь. Будьте моим гостем. — Спасибо, — благодарно прижал ладонь к груди незнакомец. — Мне бы просто обсохнуть и позавтракать, а потом я уйду и больше не доставлю вам хлопот. — Хорошо, — Дева повернулась к главе стражи. — Розетта, пусть кто-нибудь проводит его в гостевые покои. Думаю, там должна найтись какая-нибудь сухая одежда на смену. И передай, пожалуйста, чтобы завтрак подали в малой беседке, на двоих. — Слушаюсь, — покорно склонила та голову. — Не беспокойтесь об этом, Первая Дева. Я лично буду сопровождать гостя. Ульрике приветливо кивнула незнакомцу, всё ещё сидящему в воде посреди кувшинок, и направилась обратно во Дворец. — Выбирайся, — вздохнула Розетта. Ох, и денёк… Пока они шли дворцовыми переходами, у начальницы гарнизона возникло стойкое ощущение, будто гость прекрасно здесь ориентируется. «Надеюсь, Дева знает, что делает. Но в любом случае стоит пересмотреть схемы патрулей и расстановку караулов». — Я быстро, — похоже, незнакомец понимал, какие чувства вызывает у своей суровой провожатой. «Да уж, постарайся», — наградила она его в ответ тяжёлым взглядом. В сухом виде гость не стал менее подозрительным. Прежде, чем вести незнакомца в малую беседку, Розетта ещё раз внимательно рассмотрела его с головы до ног. Он был… странным. Невысокий, по виду — человек, даже молодой человек, но тёмная шевелюра щедро присыпана ранней сединой. И глаза — чёрные, как у сококу. «Кто он такой, как появился во Дворце?» — от безответных вопросов у Розетты уже начиналась мигрень. Хотелось махнуть на всё рукой и положиться на мудрость Девы и Истинного Короля, но зачем тогда она занимает свою должность? Полная самых мрачных предчувствий, начальница стражи довела своего подопечного до ажурной беседки в крохотном дворцовом садике. Здесь уже был накрыт завтрак, и Ульрике терпеливо дожидалась гостя, любуясь каплями росы на распускающихся цветах. — Благодарю, Розетта. Можешь идти, — отпустила она воительницу. — Но, Дева… — оставить жрицу наедине неизвестно с кем! — Всё будет хорошо, — уверенно сказала та. Розетте оставалось только повиноваться. Но для успокоения собственного душевного состояния она распорядилась удвоить количество наблюдающих за беседкой.

***

Другое место, другое время. — Скажи мне, Шибуя, ты вообще обдумывал возможные последствия своего плана? — Э-э-э, в смысле «назад в будущее»? Ну, не знаю… Но думаю, что всё будет хорошо: в конце-концов, я попытаюсь остановить войну, а значит не будет всех этих жертв и скорее наступит мир. — Шибуя, — теперь голос Мураты звучал ласково, будто он разговаривал с душевнобольным в период обострения. — Ты нормальный вообще? Ты что, рассчитал всю экспериментальную часть, но даже не подвёл под неё теорию? — Да в чём дело-то? — Как минимум в том, что из-за твоего вмешательства те, кто мёртв здесь и сейчас, останутся живы. Следовательно, вся история пойдёт по другому, и вполне возможно, что многим из рождённых после войны не суждено будет появиться на свет. В частности, если Сюзанна-Джулия фон Винкотт будет благополучно здравствовать, то её душа никак не сможет переродиться на Земле вторым сыном в семействе Шибуя. Ты хоть понимаешь, какой парадокс создашь, если у тебя всё получится? — Хм, — Юури потёр переносицу. — Ладно, излагай по порядку. Ты-то наверняка продумал эту, как её, теоретическую часть. — Я-то продумал, — согласился бывший Великий Мудрец. — Видишь ли, основная проблема в том, что твоя задумка затрагивает самые первоосновы устройства Вселенной. А там балом правит Госпожа Вероятность, и ни на Земле, ни здесь учёные толком не знают, как оно всё работает. Так что у меня имеется только гипотеза — гладкая и логичная, но способная оказаться в принципе неверной… Впрочем, оставим лирику. Как я уже говорил, в основе всего лежит вероятность — шанс, что та или иная частица материи окажется именно в данной точке пространства-времени. И как бы ни был он велик, это не отменяет всех прочих вариантов развития событий. Каждое мгновение из океана потенциальных возможностей реализуется всего одна, имеющая «наибольший вес», задавая тем самым движущий вектор существования реального мира. Ты сейчас собираешься перераспределить эти «веса» вероятностей, что на макроуровне создаст новую проявленную ветку развития событий. Грубо говоря, возникнет новая пара сцепленных миров — Земли и Шин-Макоку, в которых до определённого момента события развивались одинаково с нашей реальностью, а потом началось расхождение. Вопрос в том, смогут ли эти две ветки идти параллельно, или новая заменит собой старую? В первом варианте наш мир останется неизменным, и тебе будет куда возвращаться. Более того, только в этом случае ты сам сможешь продолжить своё существование, испытывая моральное удовлетворение от того, что где-то история пошла иначе — менее кровавым (надеюсь) путём. Второй вариант печальнее: наш мир попросту исчезнет, будто никогда не существовал. И ты исчезнешь вместе с ним. Юури нахмурился: — В какой момент станет понятно, по какому из двух сценариев пойдут события? — Не могу сказать. Сложно даже предположить, в какой момент будет пройдена «точка невозврата». Возможно, для преодоления инерции истории хватит одного твоего появления в прошлом. А может статься, что груз изменений будет накапливаться постепенно, и полное вычленение новой реальности случится только по достижению некой критической массы. Но ты в любом случае должен ощутить это событие: тебя либо выкинет обратно в наш мир, либо ты исчезнешь, если возвращаться будет некуда. — Я не смогу находиться в новом мире из-за того, что останется жива Джулия? — Да. Ваше одновременное существование в одном пространстве-времени — парадокс, а Вселенная не любит парадоксы. — Погоди-погоди, но ведь я уже бывал в прошлом! И ничего такого не произошло! — Верно, — кивнул Мурата. — Потому что это событие не выбивалось из общей исторической канвы. Более того, именно твоё путешествие во времени подтолкнуло Сюзанну-Джулию к принятию окончательного решения о судьбе своей души. Кстати, поскольку темпоральное перемещение с помощью макё полностью принадлежит нашей реальности, то в этот раз прошлом не окажутся одновременно целых два путешественника во времени. Юури обеими руками схватился за голову: — Как всё сложно! — А ты как хотел? Путешествие в прошлое — это не в столовую к завтраку спуститься. Так что подумай ещё раз, действительно ли тебе это нужно. Двадцать седьмой мао твёрдо посмотрел в лицо своему однокласснику: — Нужно. В конце-концов, что в итоге будет со мной — не так уж и важно. Даже если я исчезну, то вместе с теми, кто мог бы горевать обо мне. Мама, папа, Шори — все они будут жить в новом мире и даже не узнают, что у них мог бы быть ещё один родственник. А если есть хоть крохотный шанс сохранить жизни невинным, погибшим за эти двадцать лет, то им необходимо воспользоваться. — Ты ведь не только поэтому всё задумал, — проницательно напомнил Мурата. — Не только, — Юури отвёл глаза. — Но знаешь… пусть он просто будет жив, неважно где и когда. Большего мне не нужно.

***

Из Дворца Истинного Короля Юури вышел в отличнейшем расположении духа. Приключение началось удивительно гладко: он очутился в нужном месте и в нужное время, встретили его относительно неплохо, обсушили-накормили, вопросов лишних не задали. Чего ещё желать скромному путешественнику во времени? Теперь бы добраться до замка Клятвы-на-крови, а там уже действовать по обстоятельствам. (Вот от этого «по обстоятельствам» Мурата обычно хватался за голову со стоном «Шибуя, ну нельзя же совсем ничего не планировать!»). Юури даже принялся насвистывать что-то бодрое, ужасно фальшивя, но зато с чувством. До Замка оставалось ещё больше половины пути, когда будущий двадцать седьмой мао догнал одинокого путника. Точнее, путницу с огромным заплечным мешком, приятно пахнущим свежесобранными лекарственными травами. — Доброе утро! Вам помочь? Девушка обернулась, и Юури узнал её. «Символично, — подумалось ему. — Второе путешествие во времени, и снова она первая, с кем я заговариваю». — Доброе, — улыбнулась Сюзанна-Джулия. — Помоги, если тебе не трудно. Юури освободил попутчицу от её ноши и сам впрягся в верёвочные лямки. — Вы в Замок? — главное не подавать виду, что он её знает. — Да, — просто ответила Сюзанна-Джулия. — А почему вы одна? В смысле, мешок-то совсем не лёгкий. Светлое выражение лица девушки омрачило облачко грусти: — В Замке не хватает людей для нужд более насущных, чем сбор трав. Вчера прибыл особый отряд, и среди них много раненых. Особый отряд. У Юури мурашки по спине побежали. Как бы спросить, те ли это люди, о которых он думает? — Как тебя зовут? — между тем поинтересовалась спутница. — Юури. А вас? — Сюзанна-Джулия. Рада знакомству, Юури. — Ага, я тоже. «Мы с ней сейчас представляем собой живой парадокс. Мурата бы оценил». — Скажите, Джулия… Если в Замке нужны рабочие руки, то может и я для чего-нибудь пригодился бы? — Может быть, — неопределённо отзвалась она. «Ладно, не будем форсировать события», — решил про себя Юури и сменил тему разговора: — Ваши глаза… Всё-таки вам опасно ходить вот так, в одиночку. — Зрение не так уж и важно, как люди привыкли думать. И я знаю эти места. Но спасибо за беспокойство, — она благодарно коснулась его плеча. «Не так уж и важно…» — Юури крепко зажмурился, сделал несколько шагов и чуть не упал, споткнувшись о коварно выскочившую у него на пути кочку. — Тому, кто привык полагаться на свои глаза, нелегко переучиваться, — угадала его действия Сюзанна-Джулия. — Да уж, — пробормотал её спутник. Экспериментировать дальше ему расхотелось. Несмотря на слепоту, шаг девушки был лёгким и быстрым. Поначалу Юури удавалось поддерживать заданный ею темп, но чем ближе к Замку, тем тяжелее становилась ноша и тем сильнее впивались в плечи верёвочные лямки. Так что к воротам двадцать седьмой мао добрёл обливаясь потом и порядком отстав от своей спутницы. — Стой, кто идёт! «Привет, Докаскос. Давно не виделись». — Здравствуйте, госпожа Джулия! — вытянулся во фрунт бравый стражник. — А кто это с вами? — Это племянник моей старой нянюшки, он только сегодня приехал из деревни. Прошу, пропустите его. — Из деревни? — недоверчиво сощурился Докаскос. — Какой-то он странный. Совсем молодой, а голова уже седая наполовину. — Сейчас война, — тихо сказала Джулия. Эта простая фраза заставила доблестного стража устыдиться собственной подозрительности. — Простите, госпожа Джулия. Можете проходить. — Благодарю, — тепло улыбнулась девушка. — Идём, Юури. — Иду, — прокряхтел тот, ковыляя вслед за нею со скоростью резвой улитки. Так двадцать седьмой мао Шин-Макоку впервые в этом мире ступил на древние камни двора замка Клятвы-на-крови.