Ботаник - маньяк?

POV. Дима Уже минуты две стою и залипаю на баночку дезодоранта, которым пользуется Артём. Телефон молчит уже неделю. И чего я жду? Мы поругались с Артёмом, от Кости нет вестей, сам не звоню. Собственно, из-за попытки звонка мы и поругались с любовником. Я положил дезодорант в чемодан Артёма, принялся за вещи. Когда я кинул эту футболку к себе? Последнюю неделю витаю в прострации. Надоело. Снова смял свою вещь и нервно кинул в свой чемодан. Тяжёлый выдох. Я устало потёр лоб пальцами, вторую руку уперев в бок. Пиликнул телефон. Пришло оповещение с аэропорта, напоминание про рейс. Глянул на время, ещё шесть часов до него. Пару дней назад звонил Боря, обрадовал пробуждением Кира, правда, состояние у того так себе. Не говорит, еле шевелится, больше на зомби похож. Артём решил поехать со мной, сказав, что рыжика навестить хочет, поддержать нервного Борю. Неудивительно. Столько лет ждал и вот, свершилось чудо. Теперь не знает, что делать. Я бы тоже нервничал... Я итак нервничаю. Столько лет прошло. Казалось, Костя далеко в прошлом. Жизнь шла своим чередом. Мы сошлись с Артёмом, плавно планировали будущее, наслаждались обществом друг друга, многое друг о друге узнали. Мои родители приняли его. Не сразу, но все же. Я узнал про Бориса и Андрея. Они порой приезжали в гости. В общем, жизнь шла своим чередом. Не сказать, что тихо и спокойно. Было много эмоций, мы с Артёмом не скучали и часто выбирались путешествовать. На пару дней или раз в полгода позволяли себе недельный отпуск заграницей. Отношения вполне откровенные были. Хотя, у каждого свои секреты остались. Но это личное. Я не думал о том, что было бы, если бы жизнь снова столкнула нас с Костей. Все было слишком хорошо, чтоб об этом думать. Но в тот день... Что-то щёлкнуло внутри. Словно старый, заржавелый ларец открылся, похороненный под слоями пыли, грязи, старых обид, новых впечатлений и эмоций. И из этой шкатулки вырвалась ностальгия. А сейчас не знаю, на сколько те чувства настоящими были, что толкнули меня на измену. Может, это и впрямь были лишь воспоминания? Но, почему тогда так внутри неспокойно? Я думал, что уже смирился и смотрю дальше. А оказалось, что прошлое все ещё держит меня. Правильно ли это? Может ли из этого что-то хорошее выйти? Стоит ли рисковать настоящим, которое меня вполне устраивает, ради призрачного будущего? Стоит ли ждать Костю и уговаривать Артёма дать тому ещё шанс? Потому что сейчас я чётко осознаю две вещи: к Косте я до сих пор не безразличен и мне с ним хорошо, как и прежде, но ради него я не откажусь от Артёма. Мы с ним поругались после той ночи. Я уговорил подождать неделю. Сегодня крайний день. Но мы почти не разговаривали все эти дни. А внутри все те же гнетущие и двоякие чувства, что не дают покоя ни телу, ни голове. Застегнув наши чемоданы, я выкатил их к порогу. Нашего пса уже увёл соседке, чтоб та присмотрела пару дней, пока нас не будет. Нужно приготовить обед, чтоб подкрепиться перед полётом. Самолетную еду мой блондин терпеть не может. У него всегда был изысканный вкус, но, открыв свой ресторан, он стал истинным привередой. Не мало еды мне пришлось выкинуть, прежде, чем научиться готовить так, чтоб ему нравилось. Я усмехнулся, вспомнив те адские дни. Пока варится картошка, а в духовке запекается рыба, ухожу в душ. Любимый скоро должен вернуться и ему наверняка тоже захочется помыться перед вылетом. Двадцать минут под струями воды снова в раздумьях и воспоминаниях о прожитых с Артёмом годах. Полотенце, фен, укладка, свежие трусы. Вернувшись на кухню, обнаруживаю белобрысого, что уже сливал картошку. Задумчиво оглядел его, почесал висок указательным пальцем, проходя внутрь. - Четыре часа до самолёта. Иди в душ, я накрою на стол, - оповестил я, доставая масло из холодильника. Голубоглазый молча поставил кастрюлю на подставку и вышел из кухни, не глянув на меня. И так уже неделю. Ни приветственных-прощальных поцелуев, слов, ни объятий. Разговоры по минимуму. Кажется, что я смогу без проблем подсчитать, сколько слов за эту неделю мы сказали друг другу. Я тяжело выдохнул и приступил к сервировке стола и еды. Минут через двадцать вернулся Артём в домашних спортивных штанах. Я поставил ему бокал белого полусладкого. Все равно едем на такси. Себе налил мартини. Мы сели за стол, приступили к еде. Молча. Уже начинаю привыкать к этому. - Как в ресторане? Все дела решил? - в ответ кивок. Я поджимаю губы. Филин пустоголовый. Сколько уже игнорить меня можно? - Возможно, теть Марине помощь понадобится. Мы сможем задержаться? - любовник задумчиво уставился в тарелку, жуя, а потом неуверенно кивнул. Понятно, решать по обстоятельствам будем. А слова у нас кончились, - Вкусно? - и снова этот гребаный кивок. Я не выдерживаю. Надоело. С таким успехом могу поесть в компании любой мебели, находящейся дома. Встав из-за стола, еле притронувшись к еде, я подхватываю свой бокал с алкоголем и молча ухожу в зал, а оттуда на балкон. Он выходил на парк, но был застекленный, так что никого своими боксерами смущать не буду. Светит солнце, люди снуют туда сюда, дети резвятся у фонтана, а у меня на душе гадко и паршиво. Не думаю, что совершил ошибку с Костей, Артём бы ушёл, если бы действительно не хотел этого. Я надеялся. Но эта надежда не оправдалась. Я виноват лишь в том, что все ещё верю и жду неизвестно чего. Но Артёму я верен и предан. Игнорить меня целую неделю уже верх хамства. Злюсь сам на себя скорее. Делаю глоток. Слышу шаги, шорох шторы, но не поворачиваюсь. Мы молчим, я смотрю в окно. Чужие руки упираются в раму по обе стороны от меня, поцелуй между лопаток. Так приятно, мурашки по коже. Уже неделю близости не было и тело слишком остро реагирует. Хотя, если задуматься, на Артёма оно у меня всегда реагировало моментально, даже спустя столько лет. Но сейчас особо чувствительно было. Однако, я хмурюсь, веду недовольно плечом, в которое тут же получаю поцелуй. Обольстительный гад. Я столько раз перед ним извинялся и ластился, он даже ухом не повёл. А сейчас сам решил подлизаться. Делаю нервных глоток, отворачивая лицо в другую сторону, и чувствую стояк, упирающийся мне в ягодицу. Жаркое дыхание по загривку и кожу вздергивает табун мурашек. Реакция внизу себя ждать не заставила, стоило чужому низкому, рокочущему голосу сорваться мне в ухо. - На колени... Бокал чуть не выпал из руки, ноги подкосились. Сволочь. Эти его садистские замашки... И он меня подсадил на лёгкий БДСМ. Никогда не забуду день, когда кончил без помощи рук и игрушек, просто отсасывая этому злодею. Что скрывать, Артём в этом бесподобен. Я плавно выдыхаю, опускаю голову. - Ну ты и скотина... - Тогда почему ты все ещё здесь? - голос не меняется. Всё тот же низкий бархат рядом с ухом. Я поджимаю губы, стискивая пальцами тару. Потому что люблю. И он знает это. Знает, поэтому не уходит. Поэтому только мучает меня молчанием, наказывая. Почему то сейчас внезапно возник вопрос в голове, любит ли он меня. За все пять лет мы об этом не говорили ни разу, не озвучивал свои чувства... И меня осенило только сейчас. Собственно, почему мы вместе? Я свои чувства осознал. За эту неделю чётко и ясно. А он? Неделя. Небольшой срок. Но сейчас я прям открытие для себя сделал. Кажется, я покраснел до кончиков ушей. Лицо вспыхнуло. А мы, ведь, уже так долго вместе. И я сейчас смутился от осознания того, что люблю его... - На колени. Приказ повторяется и я уже не могу сопротивляться. Тело становится ватным. Бокал в сторону, я плавно поворачиваюсь и опускаюсь на пол, не поднимая головы. Артём приспускает с себя штаны и мне уже не нужно дальнейших указаний. Руки поднять я даже не стараюсь. Ему безумно нравится, когда я управляюсь лишь ртом, будучи в позиции пассива. И сейчас я именно в ней. Щекой потираюсь о член, спускаясь к мошонке, которую тут же обвожу языком, вбирая поочерёдно яички. Всосав кожицу, оттягиваю, поднимая наконец взор на партнёра. Хищный, затуманенный похотью взгляд. Он безумно сексуален. И мои трусы уже начинают становиться неприятно тесными. Я скольжу языком до головки, губами сдвигаю кожу, плотно обхватываю кольцом, дразня уздечку кончиком языка, и начиная плавно насаживаться на крепкий стояк. Блаженство. Я вбираю все глубже, с упоением. Член упирается в глотку. Замираю на секунду, чтоб сглотнуть, и резко насаживаюсь глубже. Получилось почти до основания, а наградой служит тихий стон со стороны партнёра. Замираю на секунду, отстраняюсь, не выпуская члена полностью, дразня мелкими движениями, и снова насаживаюсь, в этот раз упираясь губами в чужой лобок. Вновь, ласкающий слух, стон. Поднимаю глаза на облизывающего губы Артёма. Хочу поцеловать его. Но вместо этого начинаю активно двигать головой, жадно отсасывая любовнику, в то время, как у самого уже плавки слегка намокли от выделяющейся смазки с каменного члена. И, видимо, не у меня одного нетерпежка была. Артём долго не стал мучить. Минут через пять отстранился, прежде, пару раз сам насадив меня до основания, а потом дёрнул мой подбородок на себя, впиваясь в губы страстным и дерзким поцелуем. В неком безумии мы ввалились обратно в зал. Я запнулся обо что-то на полу. Полетел вниз. Блондин попытался меня удержать, но лишь смягчил наше падение на пушистый ковёр. Впрочем, нам обоим на нем показалось удобно, поэтому я быстро лишился трусов и чуть не поперхнулся вырвавшимся стоном в следующую секунду. Артём слишком быстро нырнул вниз и принялся за разработку моего ануса. Сначала языком, сводя меня с ума и заставляя драть ворсинки с ковра. После же, заменил язык пальцами, занявшись моим членом. И не успокоился, пока не довёл меня почти до оргазма. Этот стервец любил, когда я кончаю с его членом в заднице. Извращенец. Впрочем, мне и самому это нравилось. Любовник быстро устраивается между моих ног и резко входит, начиная мне надрачивать. Я бы залился стоном, но меня заткнули поцелуем. К горлу стал подкатывать дрожащий ком, яйца стянуло узлом, Артём вбивался в простату, я задыхался. На мгновение потемнело в глазах и я кончил, зажимаясь и прилипая к белокурому, который даже не подумал остановиться, откровенно трахая меня и доводя до безумия. Укус, ещё один. Он так делал лишь когда ревновал. И сейчас это было болезненнее, чем раньше. Он так сильно к Косте ревнует? Неужели боится потерять? Мы меняем позу. Любовник ставит меня на колени, вжимая грудью в пол, входит сзади, снова быстро набирая бешеный темп. Пара рваных толчков, сбитое дыхание с хриплым стоном, а внутри секундно стало горячо. Он словно обезумел, а я и не был против. Я сам соскучился по нему и хотел не меньше. Артём вновь возобновил темп, не остановившись после того, как кончил. Стоны заполнили зал на пару с шлепками тел друг о друга. Я чувствовал каждый сантиметр его члена и жадно зажимался, не желая выпускать его. Он одаривал мои ягодицы шлепками, кусал загривок и впивался пальцами в кожу, словно пытался затрахать меня до смерти, порвать, сожрать. Оголодавший, будто зверь. И я его понимал. Мы несколько раз успели сменить позы и место, прежде, чем кончить по второму разу, после чего развалились на диване, на котором и завершили свое родео. Я смотрел в потолок, приводя дыхание в порядок, пока не настала полная тишина. - Артём, - тихо и хрипло позвал я. - М? - он отозвался. Какой прогресс. Я замешкался ненадолго, а потом посмотрел наконец на любовника, замерев сердцем. - Я люблю тебя...