Как это прекрасно - жить. Historia monstrum

Я видела это во сне, Как цветы умирают в огне, Пепла лёгкого лепестки Распадаются на куски.

Сегодня день отличался от других, все люди ходили по своим делам, иногда поглядывая на кафе «Антейку» и сочувственно или же с не понимаем, смотря на здание. Сегодня именно тот день, когда мы пойдем в одиннадцатый район за Канеки, мы основательно подготовились, нашли плащи, такие же, как носят в организации Аогири. Мы были при параде, все это хорошо :новые знакомства, встреча родственников, но вот только это будет не вечеринка, а самая настоящая резня, причем мы идем убивать именно гулей. Но кто мы, чтобы не знать такого слова, как резня. Из тех, кто собрался тут спасать одноглазую повязку мы жалко, только этого блондинчика молодого и офицанточку, остальные же и так прославились за всю свою жизнь. Но только эта слава нам не нужна, лучше уж пожить в тишине, чем прятаться и бежать всю свою сознательную жизнь. А вот и одиннадцатый район, да Аогири, действительно сильная организация, они одним только своим названием заставляют подчиниться и идти за ними. Если бы один гуль из этой организации, да, причем очень сильный гуль, не хотел бы убить меня, то я захотела бы на них работать или тут правильно будет сказать… служить? Убийцы. Каннибалы. Мы смертники, мы должны умереть. - Эй, Хиган-сан, я надеюсь, ты не собираешься помирать? Твой цветочный магазин все ещё стоит, нужно чтобы и хозяин остался жив.- Я и не заметила, как Ута подошел ко мне, видимо, я слишком погрузилась в себя, сидя сейчас на многоэтажном жилом доме. Отсюда прекрасный вид на ночной город, маленькие огоньки живут отдельно от людей, не замечая никого, и загораясь только тогда, когда кто-то мимо или пройдет или проедет. Возможно, я вижу вид ночного города в последний раз, хочу насладиться этим зрелищем. Сильный вдох и такой же выдох, сразу же почувствовала вакханалию запахов, таких вкусных и сочных, почувствовала кровь. - Ута, я не замечала за тобой заботу обо мне, тебе что-то нужно от меня? Ты можешь сказать, ведь завтра я могу уже умереть, - каким то отстраненным голосом произнесла я, и только потом поняла, что я сделала, ведь мои слова были словно жалоба на жизнь, желание, чтобы меня пожалели, сказали, что я кому то нужна… Да! Именно так я хочу, я хочу тепло и ласку, хочу, чтобы меня защищали, я не хочу умирать, хочу жить. - Постарайся просто не уметь завтра, тебя никто не ждет на той стороне солнца, - Ошибаешься, меня там многие ждут, это я не занимаю очереди, чтобы попасть туда. - Пообещай мне, Ута, если я умру, то не ищи меня, просто забудь, а мой магазин отдай Яей, я думаю, ей понравятся цветы. Как она, кстати? Хотя нет, не говори, пусть это будет секретом. Послышались тихие шаги по бетонной крыше, теперь я точно могу насладиться тишиной, но почему то с этой тишиной возникают мысли и картинки, о том, что завтра я умру, и перед глазами стал появляться мой труп. Вот только убивает меня не гуль, а охотник. Тот самый охотник, у которого я украла плащ. Нужно спуститься на землю, я слишком погрязла в своих желаниях и мыслях, чувствую себя такой испорченной, и это только потому, что думаю о том охотнике, он же просто человек. Еда, да, он еда. - Нет, земля не мой уровень, я достигну неба, - сказала я в ночную тишину.

***

Одиннадцатый район, чем он отличается от других? Да ни чем, точно такой же район, где проживают люди, но сейчас их осталось здесь всего чуть-чуть. Да, по новостям сообщили, что людей срочно эвакуировали. Ох, как жалко то. Можно было бы побольше забрать людей на тот свет вместе со мной. Все шло точно по плану, мы притворились членами организации Аогири, и без труда попали в здание. Но после нам пришлось разделиться, вот тут, как и в каждом фильме ужасов, случается казус с тем, кто не захотел идти в паре, и остался один. В таком положении оказалась я. Ноги направляли меня неизвестно куда, я просто шла туда, куда они меня ведут. Я сама пугалась той уверенности, что взялась, словно из недра океана, и сейчас окутывала все мое тело. Никогда в жизни я не была такой уверенной. И это очень плохо. Я резко остановилась на месте, так что мой плащ члена Аогири резко поднялся и так же быстро опустился, поднимая вокруг меня небольшой ветерок. Напротив меня стоял один из Аогири, в точно таком же плаще, но в маске. На миг гуль, что стоит напротив меня остановился, но после понесся на меня со всей скорости. Как только он оказался в непосредственной близости от меня, я резко дернула с себя плащ, накрывая им же гуля, а после выпустила кагунэ, и ими же и поранила молодого гуля. Но он быстро разобрался с плащом и увернулся от кагунэ, что летели на него. Я снова бросаюсь на него, но этот гуль словно играется со мной и без труда даже с какой-то ленью блокирует мой удар и отталкивает меня, так что я лечу в сторону бетонной стены. Нет, я не буду тут валяться, если я женщина-гуль, это не значит, что я не могу драться. Поднимаюсь с пола, дышу через раз, выплевываю на пол сгусток крови, и почему то ухмыляюсь. Со стороны это будет казаться безумно, я знаю, я чувствую это. Не успел гуль напротив меня сделать и шагу, как я открываю по нему огонь из своего кагунэ, он успевает увернуться, но все, же я успела его задеть. Вот теперь он в серьез принял меня, и выпустил свой кагунэ типа Коукаку, и защищается от летящих в его сторону снарядов, которые встречаются с его «сияющей броней» и становятся жалкими искрами, которые вмиг потухли. Да он селен, сильнее меня. Почему-то взглянув на его кагунэ, я только вздохнула с облегчением, нет не он. Значит, это не Аято, и я могу его прикончить. Но будь я хоть в сотни раз всесильной, я бы не смогла убить этого гуля, всего одно не остроженное движение с его стороны и он летит в ближайшую стену, а после отпускаете на бетонный пол. Не спеша я подхожу ближе к этому гулю, хочу закончить все одним ударом, просто проломив его череп, но меня гложет какое-то неприятное чувство, и все ещё немного поколебавшись, я все, же снимаю одним рывком с него маску, и бросаю в сторону. Словно в замедленной съемке, маска мужчины падает на пол. Тело, что до этого так сильно было напряжено, сейчас превратилось в камень. Что вот-вот начнет осыпаться и разрушаться. Нет, он тут ну не как не должен быть. Каштановые волосы средней длинны, что заканчиваются у шеи, и такие знакомые глаза, что сопровождали меня в ресторане для гулей. «Я не хочу с ним сражаться, он не причинил мне зла» «Если сдашься, то живой отсюда не выйдешь» Мысли в голове проносились со скоростью ветра, предлагая варианты дальнейшего развития событий. И самый лучший вариант был тот , где один он должен был умереть. Вся эта мыслительная процессия в моей голове заняла от силы секунд тринадцать, но гуль все продолжал лежать и смотреть на меня. Да он не маленький ребенок, и он не такой наивный, его руки по локоть в крови, а в душе гнилой сброд. Он все еще лежал, когда я подошла к нему на минимальное расстояние, приподняв свою ногу немного вверх над его телом, я понаблюдала за его реакцией, но он спокойно смотрел на меня. Словно знал, что я буду делать, и решил для себя какой вариант развития для него будет более затрудненным. Со всей силы, на что была способна, я припечатала своей ногой тело гуля, удар был очень сильным, так как под его телом потрескался на множество трещинок пол. Чувство превосходство заполнило меня без остатка, так же себя чувствую те, кто любит унижать остальных, так себя чувствуют именно темные личности. Видимо, я слишком сильно упивалась этим моментом, ведь в следующею секунду, сильная мужская рука сжала мою ногу с чудовищной силой, послышался хруст костей, а после со всей силы меня ударили в голову. От удара меня откинуло, но не успела я подняться, как на меня налетел шквал ударов, от которых мне приходилось защищаться. С головы капала кровь по лицу, а после и по шее, неприятное чувство, а ещё неприятное, когда тебе чуть не располовинили пополам, всего пару сантиметров, но так он своим кагунэ оставил всего лишь царапину на животе. Удары становились все жестче и жестче, и тогда я не удержалась от последнего удара и упала на пол. Голова стала ватной, и начала кружиться. Я устала, и все свои силы потратила. Вот чего он ждал, пока я устану, чтобы закончить все одним ударом. Тело не выдержало и начало заваливаться на бок, глаза были полузакрыты, но я видела, как спокойно он подходил ко мне, и как активировал свой кагунэ, что обвил его руку наподобие меча. Голова коснулась бетонного пола, но я уже закрыла глаза, погружаясь в темноту. Меня словно достали из холодной воды, в которой я задыхалась. Я лежала все на том же бетонном полу, а повсюду были разбросаны руины комнаты. Приподнявшись немного я видела растерзанное тело моего врага, хоть я и просила себя чтобы не отворачивалась и смотрела на его растерзанное тело, но не могла податься соблазна, я отвернулась. Мне стало больно, это боль была душевная, я словно была жертвой куклы Вуду, и все, что стало с темноволосым мужчиной, то чувствовала и я, но только в душе. Как неприятно, это чувствовать. Чувствовать чужую боль. Это словно жить чужой жизнью, но знаешь, что все видят тебя на сквозь. Как же хочется все это сжечь, чтобы это здание горело в смертоносном огне, а после него остался лишь пепел, который бы мягко, словно первый снег, ложился на горелую землю, на кости погибших. Огонь. В глазах начало темнеть, словно весь кислород за раз исчез. Пепел. Голова готова была, словно провалиться в темноту, но глаза, будто нечего не замечая, смотрели в одну лишь точку, на оторванную голову врага. Огонь. Хотелось расплакаться, просто так, даже без причины. Как в детстве, когда детям сняться кошмары, они зовут маму, чтобы она их успокоила, пожалела, сказала что все хорошо, и это был только плохой сон, который пройдет сразу же, от маминых теплых слов. Пепел…Огонь…огонь…огонь…красный цветок! - Нет,- губы прошептали почему-то именно это слово, которое в разных ситуациях вызывает разные эмоции. Но в моей ситуации это было счастьем, это значит, что я не сдамся и готова бороться за жизнь. Ведь жить прекрасно, скользкого многого мы не встречали в нашей жизни, столько, что одни готовы получить бессмертие, чтобы увидеть все прелести обычной жизни. Но многие этого не ценят, они готовы прыгать с крыш, резать вены, вешаться. Почему никто не ценит свою жизнь, это же уникальный случай. Что вам дали жить, что вы живете. Сколько людей и гулей цепляются за эту жизнь, карабкаются, хватаются. Никогда не хотела философствовать на тему жизни и смерти, как это смешно звучит особенно от меня, это же я убиваю людей, даже тех, кто хочет жить. Что просят и умоляют, чтобы я их не убивала, вижу боль в их глазах, когда я прокусываю их нежные тела. Надеюсь, я не стану сентиментальной, ведь это может плохо кончиться, если я буду проливать слезы по погибшим. А ещё хуже всего в жизни, это любить кого-то. Так сильно любить, что готов пожертвовать всем и даже собой ради этой любви. Любовь - это мираж, созданный нами же, чтобы утешить себя. Думать, что мы кому-то нужны. Любовь - это зло. В жизни не буду некого любить, если я влюблюсь, пусть тогда буду страдать, чтобы знать, что любовь опасна, она словно паучья сеть, такая же неприятная и липкая. В следующую секунду я уже стояла, почему то в душе стало так неприятно и грязно, как будто эта паутина уже окутала мое сердце. Со стороны прохода показались, какие-то тени, нет одна тень. Она не спеша приближалась ко мне, она шла на встречу для меня. Если она будет сражаться, то я сразу же проиграю. Я очень устала, и не могу вызвать кагунэ. В проходе, что теперь были завалины камнями показалась макушка в розовым капюшоне. Лицо было скрыто под бинтами, она неотрывно смотрела на меня, а я на неё. И только потом я вспомнила, кто она, и что она. Она ловко перепрыгнула через камни, и на носках опустилась передо мной, хоть я и знала кто она, я не могла оставаться спокойной. От нее исходила власть, которой стоит подчиняться. - Что ты тут делаешь? – первой не выдержала я. Как бы банально это не звучала, но я боялась её. - То же самое могу спросить и у тебя, зачем ты пришла? Разве Аято-кун не должен был тебя убить? Он стал плохим мальчиком, и его стоит наказать,- С какой-то детской горечью произнесла она, так же говорят дети, когда недовольны, что их игрушки сломались. - Не трогай его, он тут не причем, - слова сами вылетали, и я до конца и не поняла, что я защищаю его. -Сестрица, а не влюбилась ли ты? – Так и слышалась, как она смеется надо мной. «Сестрица», такое проклятое слово, ненавижу его, терпеть не могу. - Ты не моя сестра! Аки умерла двенадцать лет назад, я знаю, как она пахла, и ты точно не моя сестра! - Злость. Гнев. Отчаянье. Все это слышалось в моем голосе, она оскорбила меня. Назвав сестрой. Я знаю, как пахла моя сестра. - Это меняет все, - теперь в её голосе была только серьезность, от того детского озорства не осталось и следа, как будто его и не было. - Зачем? Зачем ты сказала, что ты это она? Чтобы сделать мне больнее? - в своем же собственном голосе я чувствовала слезы, но они не текли по щекам. Просто я чувствовала, что плачет моя душа, она готова развалиться на мелкие кусочки, только чтобы не чувствовать эту боль. - Я знала Аки достаточно хорошо, мы дружили с ней, она рассказывала, какая у неё отличная сестра. И я всегда завидовала ей, тоже хотела, чтобы у меня была ты, - на последнем слове она специально сделала ударение, от этого я немного вздрогнула. Мне не хотелось, чтобы она считала меня за вещь, но именно сейчас она так и поступила. – И поэтому я и сказала, что я Аки, мы с детства были похожи чертами лица, но только не характером. То, что она создавала, я разрушала. Она была слишком мягкой для этого жестокого мира. Она сама и виновата в этом. - Не надо, не оскорбляй её в моем же присутствии, а те, кто убил её, за это и поплатятся. Она только рассмеялась, а после посмотрела на груду камней, и на истерзанное тело гуля, и повернулась ко мне, а после сказала мне: - Хочешь узнать, кто убил этого гуля? Я тоже не сдержалась и посмотрела на гуля. А после снова на неё. - Нет, мне главное, что меня оставили в живых, а кто так разорвал его тело меня не интересует. Да и правда его тело находилось в не лучшем состоянии, грудная клетка была вскрыта и оттуда исчезли органы, так же у тела не хватало рук и одной ноги, но голова была целой, хоть и оторванной от тела. Она засмеялась, каким-то странным смехом, от которого по коже прошлись мурашки, так и хотелось потянуться и закрыть свои уши руками, избавиться от этого смеха. Уйти подальше. - Ты уникальна, особенно твоя вторая хищная сторона, сторона гуля. В обычной среде ты еле как достигаешь ранга B, но когда ты в опасности, твое тело само тебя защищает, и становиться рангом под S, я сама видела, как ты за несколько секунд разобралась с этим обидчиком, а после съела его внутренности. И знаешь, самое интересное было в том, что ты убила его с закрытыми глазами. Ты была без сознания. Правда, это забавно? – снова в ней проснулся ребенок. Мне стало страшно, не от нее, а от себя. Вот почему когда я ела гулье мясо, я не становилась сильнее, вся моя сила уходила в альтер-эго. Если его можно так назвать, но когда оно пробудилось? И могу ли я его контролировать. Это, все продолжала, что-то говорить, но я слышала только отрывки. -… напасть на меня… это было смешно.… Хочу предложить, тебе выгодную сделку. Как на счет того, чтобы вступить в Аогири? Твои таланты не на высоком уровне, но твое безумие мне понравилось. - Где Канеки? – ровно произнесла я, пропустив момент про вступление, только не сейчас. - Это не твоя забота, ты не должна о нем волноваться, твое место не с ними. - Где. Он, - прорычала я. Пусть она уйдет, мне плохо, нечем дышать, воздуха, мне его не хватает. Поворачиваюсь и иду, куда ведут ноги, спотыкаюсь об камень, лечу, но успеваю поставить руки. Поднимаюсь и снова иду. Выхожу из разрушенной комнаты, воздуха все равно не хватает, глаза сами по себе закрываются, хочу их открыть, но они сопротивляться. Снова падаю, спотыкаюсь об лежачий камень, но теперь не встаю. Лежу, свернувшись в клубочек, как младенец в утробе матери. Хочу стать невидимкой, чтобы меня ни кто не видел, пусть проходят мимо и не замечают меня, послышались шаги. В этот раз, это точно охотник. Мне хочется заплакать, а я только дрожу, хочу, чтобы это был сон. Такой проклятый сон. Чья та рука притрагивается ко мне, и начинает гладить по волосам, я вздрогнула и попыталась отстраниться от этой руки, но другая друга перевернула меня и приподняла, и тут я оказалась в паучьей сети. Такой липкой и сладкой, но такой горькой в конце. - Тебе нужно спрятаться, сейчас CCG, будет делать зачистку, тут неподалеку находится склад иди туда, а после я тебя заберу от туда. – в его словах, не было насмешки, не было агрессии, только нежность, такая сладкая, от которой так и хочется умереть. Он походит на пламя, такое же живое, горячее, но и опасное. А я всего лишь цветок, одно касание его ко мне, и я превращусь в пепел.