Chronicles of the Mirkwood

Холодный свет луны равномерно ложился на бледную красивую кисть левой руки лесного короля, в которой он держал стеклянный пузырек с зельем. Трандуил внимательно рассматривал жидкость. В голове его проскакивали слова целительницы о том, что, приняв зелье, он может сойти с ума. Однако король не желал больше чувствовать одиночество, которое в последнее время стало его жизненным спутником, и, ловко расправившись с пробкой, выпил содержимое до последней капли. Он преувеличил дозу, и результат сразу дал о себе знать. Ему начало казаться, будто в его покоях сгущается плотный туман... Все вокруг кружилось, словно где-то рядом проходил торнадо. Тот же самый вихрь бушевал и в душе эльфийского владыки. Он испытывал одиночество, страх, радость, горечь, гнев одновременно. Услышав голос госпожи Мюньхельм: " Я предупреждала...", король Лихолесья злобно отмахнулся и прорычал нечто похожее на " Сгинь!". А затем его как будто ветром унесло куда-то за пределы владений. Сильнейший поток холодного осеннего ветра поднял Трандуила так высоко над землей, что король успел краем глаза увидеть, как превратилась в ничтожную букашку Одинокая Гора. На какой-то миг все закончилось: и боль в голове, и ураган в сердце. Сын Орофера летел в небе, словно птица. В это мгновение он почувствовал себя по-настоящему свободным и счастливым, но потом... Он начал терять высоту, и все повторилось, только на этот раз с большей силой. Боль стала невыносимой, Трандуил кричал в пустые небеса, но его крик эхом возвращался к источнику. Наконец, он разбился... **** Ласковый ветерок развивал золотые волосы принца Зеленолесья, чье тяжелое дыхание сливалось с шелестом листьев воедино. Молодой эльф прятался в кроне высокого ясеня от неизведанного. Нечто напугало его. Синие глаза принца немигающим взглядом всматривались в кусты, которые росли как раз напротив ясеня. Высокая горбатая тень расчистила себе дорогу от колючих веток можжевельника. Она принадлежала советнику Орофера. По началу Трандуил хотел спрыгнуть и подойти к "тренеру", высказав при этом все, что думает; но, когда юноша разглядел, в каком состоянии пришел сюда советник, он передумал. Старик закашлял кровью. Жутко хрипя, он опасливо обернулся назад, будто его кто-то преследовал, и медленно поплелся к дереву. Правой рукой он поддерживал страшную рану на животе, из которой виднелись его кишки... Левой он хватался за каждую ветку, чтобы не потерять равновесие. Однако, как он ни старался выжить, силы его покидали. Он остановился за стволом ясеня и тяжело рухнул на сухую почву, подняв при этом столб пыли. Через некоторое время кусты снова зашелестели. Из них вышел Мэртвейн. В своих костлявых руках он держал тупой окровавленный кинжал. Он медленно подходил к дереву, за которым сидел и громко дышал советник. Старик в свою очередь, забыв о ране, выскочил и напал на виночерпия с эльфийским клинком, но тот отразил атаку, выбил оружие у советника и мертвой хваткой вцепился в правую руку старика. Громко рассмеявшись, Мэртвейн оторвал руку советника от глубокой раны... Залитые кровью глаза виночерпия горели, словно глаза зверя на охоте. На его некрасивом, но абсолютно чистом лице застыла злобная насмешка. Советник захлебывался собственной кровью. Он чувствовал, как из открывшейся раны вываливается все содержимое его тела... тРАНДУИЛ не верил своим глазам. Мэртвейн? Не может такого быть! Он ведь всегда казался таким милым и добрым эльфом... В том то и дело, что казался. Когда виночерпий скрылся, принц спрыгнул на землю и принялся из-за всех сил бежать. Он слишком поздно осознал, что, спрыгнув, совершил роковую ошибку. Во-первых, он не знал, в какой стороне замок. Во-вторых, Мэртвейн был где-то совсем рядом. Он кричал вслед Трандуилу, чтобы тот остановился, но сын Орофера лишь удваивал скорость. Внезапно Трандуил услышал приближающиеся шаги, а потом он почувствовал тупую боль в затылке. И тьма. **** Трандуил проснулся от неприятного звука-скрежета. Он открыл глаза, и обнаружил, что висит вниз головой в какой-то пещере, в центре который был разведен маленький костерок. Мэртвейн насвистывал жутковатую мелодию и точил свой кинжал. Его одинокой симфонии подыгрывали капельки воды, разбивавшиеся об сталагмиты. Вся эта ужасающая обстановка заставила вздрогнуть принца. Послышался металлический звук тронутых цепей. Виночерпий остановился. Он повернул голову и посмотрел на Трандуила своими блестящими глазами. - Уже, проснулись, ваше высочество? Это хорошо. А, может быть, и плохо...для вас, конечно- он подошел к принцу.- Вы меня, извините, ваше высочество, что я так грубо запретил вам говорить, - холодными пальцами виночерпий дотронулся до подбородка сына Орофера и указал на кляп- Но я не думаю, что у вас найдется, что мне сказать, ваше превосходительство. Честно. Или, может быть, я ошибаюсь? - его лицо сравнялось с лицом Трандуила, который отрицательно замотал головой. - Ну, вот видите! Что? Почему вы смотрите на меня, как на предателя? Хм? Нет, я никого не предавал. А уж тем более вас, мой дорогой принц. Мы ведь с вами даже не знакомы... Ну, вот опять... Этот непонимающий взгляд. Что? До сих пор не дошло? Я не это жалкое ничтожество, именуемое себя Мэртвейном. Нет. Мое имя - Мартвейн. Да, наши имена похожи, как и все остальное в принципе... Но характер ведь не подделаешь,да? Наверное, вы обратили внимание на то, что на моем лице нет этого отвратительного шрама... " Точно!.." - с ужасом подумал Трандуил. -А еще у меня приятный голос. Так говорили многие. Дело в том, что Мэртвейн - мой брат-близнец. О... Зачем я все это делаю? У меня есть на то причины, и вы их не узнаете.