Глаз бесконечности

Четыре человека собрались в гостиной. За окном стелился непроглядный туман. Дом напротив не было видно. Да и вообще на улице на расстоянии вытянутой руки ничего нельзя было разглядеть. В комнате было темно, несмотря на светлое время суток, поэтому пришлось зажечь лампу. – Мисс Грейнджер, вы готовы? – спросил Снейп, держа в руках Глаз. – Да, но… – Что еще? - спросил он недовольно. – Я… я… Мы же сразу, после того как увидим будущее, вернее, я увижу… перенесемся в свой мир. Поэтому возможности попрощаться не будет… – сказала Гермиона, краснея. – Прощайтесь тогда, – покорно вздохнул Снейп. Гермиона подбежала к Холмсу и крепко его обняла. – Спасибо вам за все, мистер Холмс. Я до сих пор не могу поверить, что встретилась с вами, – прошептала Грейнджер, пытаясь подавить слезы. – Вы даже лучше, чем в книге, – усмехнулась она. – Прощайте. – Прощайте, мисс Грейнджер и берегите себя, – Холмс легонько коснулся плеча девушки. – Я тоже был рад с вами познакомиться. Гермиона подошла к Ватсону и, к его большому удивлению, тоже обняла. – Спасибо, доктор Ватсон. Берегите Мэри и прощайте. – Прощайте, мисс Грейнджер. Гермиона вздохнула и подошла к Снейпу. – Попрощались? – язвительно спросил он. – Да, – искренне улыбнулась Гермиона. – Вы все взяли? – Угу. Гермиона и Северус, перед тем как отправится домой, переоделись в свою одежду. Ничего другого с ними не было, поэтому сборы были быстрыми. Перед тем, как отдать сферу Гермионе, Снейп на прощание пожал руки Холмсу и Ватсону. – Держите, мисс Грейнджер, – сказал Снейп, передавая ей артефакт. Как только Гермиона коснулась Глаза, маги пропали, а сфера, которая больше не источала магию, покатилась по полу к ногам Ватсона. – Да, дорогой друг… интересная история получилась бы… – протянул Холмс, весело сверкнув глазами и закуривая трубку, – но, думается мне, её не стоит записывать. – Согласен, Холмс.

***

Гермиона парила в воздухе. Она не ощущала своего тела. Мысли были чистыми, словно пустой пергамент. Её ничего не волновало. Это такое блаженство. Не стоит никуда спешить, о чем-то заботиться, кого-то спасать… Вечность в твоем распоряжении… Все резко изменилось. Черная воронка разрасталась с каждой секундой. Становилась все больше и больше. Гермиона в какой-то момент испугалась, но белое облачко коснулось её щеки, и она успокоилась. – Я Глаз бесконечности, – сказал мягкий голос. Кому он мог принадлежать – мужчине, женщине – девушка не взялась бы с точностью утверждать. – Ты увидишь будущее… Ты можешь изменить его… Решать тебе... Ты согласна его увидеть? – Да, – прошептала Гермиона. – Смотри… В черной воронке замелькали неясные тени… Почерневшая рука профессора Дамблдора. Необратимое проклятие. Крестражи. План Дамблдора. Беседы со Снейпом и Гарри. И страшное – «Северус, умоляю…». Зеленая вспышка, озарившая Астрономическую башню, и холодное лицо профессора Снейпа. Ненависть. Ненависть к Снейпу, Риддлу, Пожирателям. Она занимает все мысли в умах подростков, которые уже долгие месяцы скитаются по лесам в поисках темных артефактов. Ужас. Дети словно попали в клетку. Не выбраться, не убежать, а Круциатус разрывает тело, коверкает душу, сводит с ума. Боль. Боль везде. От горя, от отчаяния, от смерти. Страх. Страх, что это никогда не закончится и будет продолжаться долго. Сколько? Не понятно. Это как неизвестное в уравнении. Надо найти ответ, но данных не хватает. Их просто нет. Нет ничего. Ни мира, ни войны, ни жизни. Победа с привкусом неизбежности. Неизбежности могил, трупов, Азкабана. Жизнь. А для чего жить? Зализывать раны и просить прощения за свои ошибки? У Снейпа – за неверие. У Джорджа – за Фреда. У мира – за то, что так получилось. А потом… смутная тень того, что из тебя могло бы получиться, если бы ты выбрала другую судьбу. Если бы не было свадьбы с Роном, потому что так должно. Если бы не было бесцельно прожитых дней. Если бы твои мысли не заполнял другой человек, которого уже давно нет в живых. Если бы, если бы, если бы!.. К черту! Не нужна мне такая жизнь! Если можно все исправить, я попробую! Я сделаю все, чтобы никто не умер, особенно он! – Это твое решение, – раздался голос. – Да, – Гермиона хотела выкрикнуть, но получилось тихо и слабо. – Да будет так! После этих слов на Гермиону будто что-то навалилось, и её вытолкнуло из Глаза.

***

– Мисс Грейнджер, очнитесь! – Северус похлопал девушку по щекам. – Профессор! – воскликнула Гермиона и обняла его так крепко, как смогла. – Вы меня задушите, мисс. Северус смутился, благо в темноте его лица почти не было видно. – Простите, сэр. Но я так рада вам, – улыбнулась Гермиона. – Мы в Запретном лесу? И правда, они оказались на том месте, откуда и начали свое путешествие. Грохх выделялся на ночном небе, словно скала. Если бы не его блестящие глаза, то его было бы не видно. – Да, думаю, пора отправиться в замок, – сказал Северус, поднимаясь и протягивая девушке руку. – Нет, профессор, мы пришли сюда за кизарусом. Сначала соберем его, а потом в замок. Снейп только обреченно вздохнул и продолжил когда-то прерванный путь.

***

В замок они возвращались довольные. В наколдованных корзинках лежали красивые цветы, переливаясь перламутром в свете зажженных палочек. – Мисс Грейнджер, нужно зайти к директору. Где-то в замке часы пробили двенадцать. – А не поздно? – Нет, мисс Грейнджер. – Хорошо, сэр. Поравнявшись с каменной горгульей, Северус назвал пароль. Поднявшись по винтовой лестнице, постучал в дверь и, дождавшись слабого «Войдите», зашел в кабинет вместе с Гермионой. Увиденное заставило Гермиону похолодеть. Директор, с почерневшей рукой, сидел, откинувшись в кресле. – Северус… Снейп отдал Гермионе корзинку с цветами и быстро подошел к директору. Несколько раз взмахнув палочкой, он ни слова не говоря ушел через камин, чтобы через пару минут вернуться с несколькими баночками. Северус смешивал, разводил, добавлял, измерял зелья точными выверенными движениями. Если бы не было так страшно, Гермиона, может быть, насладилась бы движением рук, сосредоточенным выражением лица. – Выпейте, Альбус, – протянул стакан Снейп. Но у Дамблдора уже не было сил. Северус аккуратно стал поить директора, стараясь ни капли не пролить. Когда зелье было выпито, а склянки убраны, Снейп сел в кресло. Он уже забыл, что Гермиона так и стоит на пороге и не смеет двигаться. – П-профессор Снейп… – Мисс Грейнджер, – Снейп вздрогнул и посмотрел на девушку. – Идите в свою комнату. С директором поговорим завтра. – Профессор… Сварите для директора зелье из кизаруса… пока не поздно. Пока проклятие не закрепилось в организме. Снейп подскочил как ужаленный. Схватив Гермиону за руку, он затащил её в камин и перенес в свою лабораторию. – Вы мне поможете, – приказал Северус. – Хорошо, – Гермиона растерялась поначалу, но, собравшись, внимательно стала слушать учителя. Работа закипела. Старинный фолиант, непонятно откуда взявшийся, лежал раскрытым на столе. Рецепт, включающий в себя двадцать составляющих, был предельно точно расписан. Учитель и ученица слаженно и быстро работали. Резали, ломали, крошили, растирали коренья, цветы, слизней. Добавляли, убавляли огонь под котлом. Через час и пятнадцать минут зелье было готово. Уставшие и вспотевшие от постоянных испарений они присели на стулья. Подождав еще пять минут, Северус перелил зелье в хрустальную бутылочку и вошел в камин. Через полчаса он вернулся. Легкая улыбка на его лице была лучшим вознаграждением за ожидание. – Как профессор Дамблдор? – спросила Гермиона. – Намного лучше. Думаю, до утра проклятие исчезнет. Идите спать, Гермиона. – Спокойной ночи, профессор. Спасибо вам за все, – прошептала девушка и пошла к выходу. – Мисс Грейнджер, постойте, – окликнул её Северус. – Возьмите это, – он перелил остатки зелья из котла в бутылочку и протянул его девушке. – Чтобы рана быстрее зажила, – пояснил он. – Спасибо. А я уже про неё забыла, – Гермиона улыбнулась и, подойдя к профессору, обняла его. А пока она не покраснела от своей вольности, взяла зелье и выбежала за дверь.