От ненависти до любви один шаг

На работе выдался напряженный день: аргентинские партнеры по поставке зерна никак не хотели идти на уступки. Год и без того стал трудным для компании, и без скидок продолжить работу было решительно не возможно. Рынок лихорадило, выживали только сильнейшие. Вопреки своему внутреннему стеснению Лукас смог добиться от коллег встречного предложения. Это выжало его до последней капли. Но причина, которая действительно не давала ему вздохнуть, крылась совсем в другой области. Лукас не мог выбросить из головы недавний разговор с отцом, в котором он обвинял его абсолютно во всех проблемах, рабочих и семейных. Первое Лукас вполне признавал. «Я не Дього, и никогда им не стану», - думал он. Он страдал от того, что его жизнь подменили. Он никогда не стремился быть властным и строгим начальником, главой фирмы, чего ждал теперь от него отец. Лукас мог забыться в мечтах или не прийти на важную встречу. Это выводило отца из себя: - Что ты себе позволяешь! Я положил жизнь, чтобы построить компанию! Ты думаешь, мне так хотелось пропадать в офисе целыми днями, да что там, и ночами тоже? Нет! Я заботился о вашем будущем! И не моя вина, что ни мама, ни твой брат не дожили до этого момента! - И я, я тоже не виноват! Я не виноват в их смерти! Я лишь хочу жить своей жизнью! Я ненавижу этот костюм и этот галстук! Я каждый раз хочу все бросить, и только из-за Мел я этого и не делаю! – чуть ли не впервые нашел в себе силы возразить отцу Лукас. - Ты выжил из ума, вот, что я тебе скажу. Это все из-за той женщины, которую ты встретил в Марокко. Она давно замужем и не вспоминает о тебе. А ты готов предать семью из-за пустых мечтаний! Тряпка! – взорвался Леонидас. Лукас выбежал из кабинета и целый день не появлялся на рабочем месте. Внутри все клокотало от обиды на отца и, в первую очередь, на себя самого, за нерешительность, неуверенность, за то, что жизнь не сложилась, за то, что уже так давно мог быть со своей любимой. Он бродил по пляжу, вспоминая, как все начиналось, как они были молоды. Почему так сложилась жизнь? Будь Лукас более настойчивым, уже много лет они с Жади были бы вместе, не было бы двух несчастливых браков, все было бы иначе. Время нельзя повернуть вспять, но можно попытаться исправить ошибки прошлого. Вот так, сидя на берегу океана, глядя на разбивающиеся о берег волны, Лукас твердо решил завтра же распрощаться со всеми делами и найти Жади, чтобы через столько времени забрать ее из рук тирана-мужа. Тем более, она говорила, что будет разведена и ничто ее больше держать не будет. Лукас не сомневался, что Жади простила его за последнюю неудавшуюся попытку бегства. Ведь он приехал и ждал ее. Он вспомнил, как долго сидел в темном номере, не хотелось даже выходить на свет, чтобы не встретить никого, не испортить задуманного. Лукас столько раз обжигался, и неведомые силы рушили их планы. Было страшно и волнительно: вот-вот свершится главное в жизни. Но все пошло, как обычно. Раздался телефонный звонок от Маизы, один, второй, третий. Лукас выключил телефон: «Не в этот раз». Жади все не было. Нервы были на пределе. Лукас попытался выглянуть за дверь и увидел охрану – стучать в соседние двери явно было опасно. «Не может быть, чтобы она не пришла. Иветти точно подтвердила, что супруги отправились в этот отель. Но почему она тогда задерживается?» Лукас нехотя включил трубку, чтобы убедится в отсутствии сообщений от Жади. Она в тот же момент запищала от переизбытка пропущенных звонков и сообщений. Маиза, отец, Далва, звонили все. В одной из оставленных смс говорилось, что Мел снова сбежала из дома и ее нашли в притоне наркоманов без денег и документов. Сейчас она находилась в полиции, так как хозяин притона утверждал, что она его обворовала. Ее необходимо было вытащить и отправить в реабилитационный центр, пока она соглашалась в него поехать: девочка была напугана произошедшим и, в отличие от обычных ссор с родителями, на этот раз сама хотела лечиться. Все трое умоляли Лукаса приехать поддержать дочь, ведь она могла бы совершенно пасть духом, узнав, что отец уехал насовсем и даже не пришел к ней в этой ситуации. Лукас сел на колени и взялся за голову: за что жизнь так наказывает его? Он не мог оставить ни любимую, ни дочь. Но одну из них все же оставить пришлось. На рассвете его самолет уже поднимался над облаками. Вот теперь Лукас твердо был уверен в своей непоколебимости в желании изменить свою жизнь. Он сделал все, что мог, для семьи, Мел шла на поправку, Маиза была обеспечена на много лет, отец был самостоятельным человеком, а решающее соглашение он сегодня заключил. Поэтому с чувством перевернутой страницы Лукас сложил в портфель свои вещи и, ни слова не говоря секретарше, чтобы избежать лишних расспросов, направился к выходу. Двери лифта сразу же открылись, стоило нажать на кнопку. - Лукас, привет! – донеслось сзади. - Как все прошло? Слышал, тебя можно поздравить. Лукас оглянулся. За его спиной стоял Тавиньо. Его преданный друг не раз выручал его, но сейчас не хотелось тратить ни одной драгоценной минуты совершенно новой свободной жизни. - Да, спасибо. Отец завтра все объявит на собрании. - Сеньор Леонидас будет очень горд тобой! Я уверен, что ваши отношения наладятся, когда он узнает эту новость! – продолжал явно пребывающий в очень хорошем настроении Тавиньо. - Да, да. Это именно, то, что мне сейчас нужно. Послушай, я очень устал. Я знаю, что вечером назначена еще встреча. Но аргентинцы меня просто вымотали, я не в состоянии даже доехать до дома. Прикрой меня, если сможешь, - быстро придумал маленькую ложь Лукас. Он держал двери лифта, которые уже несколько раз закрывались и открывались вновь. - Не переживай, можешь на меня рассчитывать! Увидимся завтра! - Конечно! До завтра! – донеслось уже из-за дверей. Лукас распахнул двери на шумную улицу. Воздух был влажен и жарок, даже душен. Обычно люди в Рио-де-Жанейро в теплый сезон передвигаются исключительно из одного кондиционированного помещения в другое. Но сейчас Лукас сделал глубокий вдох, и ему показалось, что он ощутил ни с чем не сравнимую свежесть и бодрость. Внезапно, как будто повинуясь своему внутреннему голосу, Лукас обернулся и встретился взглядом с парой черных глаз. Это были самые любимые на свете глаза, которые снились ему уже много лет, с мыслью о которых он просыпался и жил. Он увидел двух девушек, непривычно одетых по Бразильским меркам, но для него это уже давно были самые красивые платья. В одной из них он безошибочно узнал свою Жади, вторая наверняка была ее кузиной Латифой. Впрочем, он не разглядел, он не мог оторваться от своей возлюбленной, которая тоже стояла, как вкопанная, и смотрела на него. Лукас очнулся от охватившего его оцепенения и сделал шаг по направлению к Жади, как вдруг ему на плечо опустилась тяжелая рука: - Лукас, сынок! Мне только что позвонили из офиса! Я всегда верил в тебя, ты же знаешь! И вот наконец-то я с гордостью могу сказать, что ты мой сын! – сеньор Леонидас Феррас случайно увидел сына рядом с офисом, возвращаясь с делового обеда. - Да отец, спасибо. Я так устал. Если ты позволишь, я хотел бы поехать домой, - Лукас не отводил взгляд от женщины напротив, которая умоляюще смотрела на него. - Да ты что! Мы будем праздновать! Я уже пригласил всех партнеров отметить начало нового витка наших отношений. Ты, как виновник торжества, должен обязательно присутствовать! – его отец как обычно все за всех решил заранее. - Нет, я не хочу. У меня были планы и… - Ну какие у тебя могут быть планы! Снова будешь бродить вдоль океана, вспоминая свою мусульманку? Забудь! Вот, это жизнь! И ты доказал сегодня, что ты сын своего отца! Поедем выпьем, а потом в офис к коллегам! – Леонидас уже тащил его за рукав к своей черной блестящей машине. Лукас успел только обернуться на стоящих по другую сторону дороги. Губы его безмолвно сказали «Прости», но Жади не смогла бы этого увидеть, потому что дверь машины уже захлопнулась.