От ненависти до любви один шаг

Латифа стояла на кухне, мирно помешивала дымящееся жаркое из барашка, которого ее муж лично принес с рынка утром, и была погружена в свои безмятежные светлые мысли. Нет, конечно же, она волновалась за судьбу своей взбалмошной двоюродной сестры. Латифа чуть с ума не сошла, пока длился семейный совет. Она то молча молилась, то пыталась прибраться в комнате, не зная, чем себя занять. Даже бесконечные колкие замечания Лары Назиры, которая вынуждена была весь день провести взаперти, что не добавило последней хорошего настроения, пролетали мимо ее ушей. Как она могла думать о «несчастной судьбе Лары Назиры, окруженной одалисками и братьями-верблюдами», когда буквально в нескольких метрах, за стеной, в ту самую минуту решалась судьба Жади, семьи Рашид, их с Мохаммедом счастья и, в конце концов, ее собственная судьба. Только к вечеру муж заглянул в комнату к женщинам и детям и сказал, что все закончилось. Латифа, ничего не говоря, бросилась к нему и повисла на шее: ей было страшно до дрожи в коленях. Ей казалось, что мир уже рухнул, и она искала защиты в руках любимого мужчины, который, как для любой добродетельной восточной женщины, был надежной опорой и защитой. Для Латифы, которая помимо традиционного воспитания сама по себе была нежной и кроткой, Мохаммед был истинным столпом мироздания. И сейчас только он на всем белом свете мог спасти по ее мнению их будущее. - Успокойся, козочка моя. Инцидент исчерпан. Я не знаю, кого нам стоит благодарить – Дядю Али и его мудрость или Аллаха, но имя нашей семьи не будут полоскать в грязи на Медине! – Мохаммед развел руками. Он сам не слишком хорошо понимал, каким образом слово за словом старейшины сумели решить все проблемы, казавшиеся до этого непреодолимым препятствием. После совета он еще раз убедился в мудрости традиций, предписывающих самым старым членам семьи собираться и обсуждать возникающие проблемы. «Если бы не они и их опыт, мы бы точно наломали дров. Неужели и я смогу когда-нибудь столь же взвешенно обходить все подводные камни и находить ответы на любые вопросы?» - задумался Мохаммед, дотронувшись до своей бороды. - Но что же стало с Саидом? Где Жади? Я так хочу ее увидеть. Бедняжка, наверное, не в себе после всего этого, - не отпуская мужа и стоя на цыпочках, Латифа начала задавать бесконечное число вопросов. - Кхм… Жади ты не увидишь. Она уже уехала в дом к Саиду. Их поженят в скором времени в Марокко. - Как это, Саид не опомнился и снова ведет себя глупее самого дешевого верблюда? – звенящий голос Лары Назиры разрушил семейную идиллию. – Я не удивлюсь, если эта одалиска - колдунья, что после всего произошедшего наш брат снова принимает ее, как покорное животное! - Кто мы такие, чтобы спорить с советом! В конце концов, Жади в этот раз сама изъявила желание вернуться в семью. Я знаю, что эта женщина причинила нам всем много беспокойства и, безусловно, не одобряю выбор брата, но надеюсь, что она образумилась и в доме Саида снова будет гореть лампада Аллаха! - Мохаммед, как это? Жади сама добровольно согласилась снова стать женой Саида? – Латифа не верила своим ушам. Сколько ненависти было в словах Жади, когда она описывала их совместную жизнь на протяжении долгих лет, как она страдала от невозможности сбежать от нелюбимого мужчины. Сама Латифа, не понимала кузину, но видела ее неподдельные страдания. - Да, это звучит невероятно, но, когда Жади спросили, вернется ли она к мужу, она покорно согласилась. Если бы я не знал твою кузину, я бы подумал, что она истинная марокканская женщина, - Мохаммед и сам был удивлен таким поворотом событий. Он в тайне надеялся, что все проступки брата приведут к расставанию с источником его волнений. - Что значит, ее спросили?! – супруги обернулись на Лару Назиру. – Даже у этой одалиски спрашивают ее мнение! А когда спросят у Назиры, чего она хочет?! Мохаммед легким движением отодвинул испуганную супругу в сторону и подошел к сестре: - Назииира! Ты сама опозорила нашу семью, не приняв прекрасного жениха, которого мы нашли для тебя! Это был первый и последний раз, когда мы спросили твое мнение! Так что не надо сейчас начинать снова этот разговор! – Мохаммед вытянул ладонь вперед, как бы останавливая дальнейшую дискуссию на эту тему. Все члены семьи отставного жениха - торговца сладостями, кстати, процветающего, до сих пор проходят с вызывающе поднятой головой и в оскорбительном молчании мимо представителей Рашидов. Хорошо хоть, слухи не распускали! - Неблагодарные! Вы пытались отдать меня настоящему старику! Дядя Абдул моложе моего жениха! Ну уж нет! – Назира подняла палец и назидательно помахала им перед носом своего оторопевшего брата. – Вам не удастся испортить мне жизнь. Я выйду замуж за молодого, красивого и состоятельного человека! Я сама в состоянии найти его здесь, в Бразилии! Вот увидите! Латифа наблюдала за этой сценой, повторяющейся с изрядной регулярностью, с нескрываемым волнением: она не любила, когда мужа выводили из себя. Она готова была день и ночь защищать доброе расположение духа Мохаммеда, но против его сестры пойти не могла, ведь это запрещала религия. Тем временем, столько вопросов по поводу прошедшего совета оставались без ответа, а баталия разгоралась с новой силой: - Крыша нашего дома прохудилась! Женщины хотят помыкать мужчинами, точно верблюдами! Назира, ты позоришь всю нашу семью! – мужчина не обладал таким взрывным напором, как у сестры. Он никогда не умел в порыве эмоций четко и твердо донести свою позицию, слова начинали путаться, красиво сформулированные мысли исчезали. И сейчас он просто сыпал первыми пришедшими на ум высказываниями, слышанными от дяди Абдула. Впоследствии он к своему стыду вспомнил, что фразу про верблюдов и вовсе слышал от самой виновницы скандала. - Вот значит как! Позорю семью! Да наше доброе имя было опозорено всеми подряд, кроме меня! Назира воспитывала вас, растила, как мать, забыв о своем собственном счастье! И что теперь? Какая благодарность? Вы думаете только о своих одалисках, которые крутят вами, как пекарь слоеную лепешку! Только Назира вынуждена все терпеть и сидеть без мужа! Ну уж нет! – топала ногами Назира, от чего снизу даже затряслась люстра. Она была полна решимости и с преувеличенным высокомерием схватила со стула свой платок. Повязывая его на ходу, она направилась к двери: - У меня нет брата Мохаммеда. Я намерена отправится к Саиду. Да, его дом тоже отравлен одалисками, но он по крайней мере уважает и слушает меня! Дверь захлопнулась с оглушительным треском. Когда Латифа открыла глаза, а она от волнения зажмурилась, она увидела, что дверной косяк пошел трещинами. Ее Мохаммед же стоял с открытым ртом, не в силах сориентироваться в ситуации. - Дорогой, я уверена Лара Назира сказала это сгоряча и она обязательно вернется… Но муж только грустно посмотрел на нее исподлобья и вышел. Первое время Латифа сильно переживала эту ссору, ведь она была убеждена, что настроение главы семьи непосредственным образом отражается на их счастье, которое она ревностно берегла. Однако по прошествии некоторого времени, когда Мохаммед немного пришел в себя, она нашла и плюсы в этой ситуации. Лара Назира действительно уехала и даже не донимала их своими звонками с вечными наставлениями и жалобами. Теперь Латифа была снова хозяйкой в собственном доме, а это означало мир и спокойствие. Жади тоже вернулась к Саиду, чему в глубине души Латифа была очень рада. Тем более, по словам присутствующих, вернулась сама, без принуждения. Конечно, надо было их навестить или позвонить, но так хотелось хотя бы немного пожить тихой семейной жизнью и уж точно не было желания случайно наткнуться на Лару Назиру! Именно поэтому Латифа мирно помешивала ложкой ароматный обед. В ее душе была гармония, а мысли витали только вокруг любимого мужа, не омраченные заботами серьезнее наглого продавца зелени на рынке и плохих оценок в школе у сына.