Драбблы по BTS. Сборник.

Губы Юнги уже давно пропахли никотином. А у Чимина по нему ломка, и в животе с болью скручивает, когда Юнги мимо проходит, а за ним дым сигаретный. В голове истошным воплем: «Ну посмотри же на меня, посмотри!», но Юнги всегда слишком занят. Его взгляд уставший, громкие слова об уродливости мира, колени худые с ссадинами и царапинами извечными непонятно откуда, голос прокуренный весь насквозь, хриплый. Чимину, кажется, нечем дышать - весь его воздух в легких вытеснен никотином юнгиным. Его душа размером с небо, глаза-полумесяцы, нервные пальцы — Чимину хочется выть, ведь тогда, хотя бы тогда, возможно Юнги на него посмотрит? Юнги питается только сигаретами и кофе, а кроме них не ест вообще ничего. Чимин, со спины обнимая, чувствует под пальцами ребра, а Юнги хрупкий до того, что чуть сильнее сожми — сломается. Поэтому Чимин аккуратен. И, кажется, солнце больше не греет, когда Юнги опять мимо, не посмотрев, проходит. У него в глазах скука и кофейный аромат, а Чимин всхлипывает по-детски как-то и плечи сутулит. Он же красивый. Его нельзя не любить. Юнги думает, что «льзя» и снова запирается в студии, где всю ночь будет писать диссы хейтерам и морально принижать всех, о ком в состоянии вспомнить. Чимин не понимает, как его угораздило влюбиться в ЮНГИ. Не в мягкого и ласкового Джина, с его пальцами странными и любовью к готовке, не в Намджуна, который всегда по голове потреплет и скажет что «ничего, образуется», не в Хосока, который его всегда бухого привозит и укладывает потом, закатывая глаза под потолок. Не в Техена или Чонгука даже, хотя они те еще сволочи, но всегда настроение поднимут, поддержат. Правда, они же настроение перед этим и испоганят, но не суть. Нет. Он выбрал Юнги, которому на него насрать. А у Юнги ничего личного, ему на всех насрать вообще-то. А Чимин каждый гребаный раз готов у студии хоть до утра сидеть, ждать, пока оттуда Юнги не выползет где-то под утро. И расстояние между ними не километры даже — мили теперь, но Чимин его сам выбрал.