История моей жизни

Всю ночь я не могла уснуть из-за волнения. Будущая выставка все время не давала мне покоя. Редкому художнику удается устроить экспозицию на событии такого масштаба. Каждые два года семья Корсинари устраивает автомобильные гонки, где также юные творцы могут показать себя. Огромное спасибо им за такую возможность. Сейчас же я махала руками и изредка повышала голос на незадачливых работников. Нервно дергая подтяжки на темных шортах, я указывала, куда следует повесить ту или иную картину. Иногда мне становилось жарко от предвкушения этого торжества, которое начнется через четыре часа, и я чуть расслабляла галстук-бабочку на воротнике белого поло. — Нет, это не сюда. - притопывая носками белых кед, я сложила руки на груди. — Несите это в другой зал. — Доброе утро. - появился Уилл и сбил с моей головы черную шляпу в белую клетку. — Эй! - на мое раздраженное восклицание брат лишь смеется. Поднимаю шляпу и все же отвечаю: — Доброе. — Как идут дела? - выходим на улицу, где все еще выгружают мои работы. — Да неплохо. Волнуюсь очень. — Это видно. - Уилл хмыкает и присаживается на скамейку. — Тебе не стоит волноваться. Все твои работы просто волшебные. — Как там Сесилия? - решаю сменить тему, дабы отвлечься. — Нормально, очень рада за тебя. - поднимает на меня глаза с таким выражением, от которого у меня буквально замерла сердце. Столько эмоций выражалось в этом взгляде. — Знаешь, я ведь близко начал с ней общаться только после твоих похорон. — О Уилл... - голос почти не слушается. — Я до сих пор не могу поверить, что ты здесь. - вместо ответа крепко обнимаю его. Слезы так и просятся на глаза. — Теперь же я здесь, Уилл. - хлопаю его по плечу и встаю. — Все будет как прежде, снова. — Надеюсь, Джо. Прощаюсь с ним и ухожу. Я ведь соврала ему. Как прежде не будет никогда. Следующие три часа я просидела, как на иголках. Народ уже начал съезжаться и мне тоже пора собираться. Надеваю белое платье с кружевными рукавами и делаю изящную прическу на бок. Легкий макияж и тонкая цепочка с подвеской в виде морской звезды. — Джо, ты готова? - в дверном проеме показалась голова Моники. Мы с ней договорились пойти вместе, потому что мне нужна моральная поддержка. Ноги буквально отказывались идти, хотя, что уж тут скрывать, мне безумно хотелось узнать мнение приглашенных критиков. — Да, да. - придерживая зубами несколько шпилек, я одновременно рассовывала их всюду. Наконец, мы вышли. Вот-вот должны начаться гонки, а пока многие с интересом рассматривают мои картины. Это трепещущее чувство, когда кто-то оценивает то, что ты создал своими руками, прилагал к этому усилия, и ты ждешь и одновременно страшишься оценки. Все взгляды в зале устремились на нас. Я даже смутилась как-то. — Почему все на нас таращатся? - шепнула я Монике, делая вид, будто меня все это внимание нисколько не волнует, взяла бокал с шампанским. — Все смотрят на тебя. - она похлопала меня по плечу и начала отходить. — Это твой день, веселись. Предательница. Оставила меня на растерзание этим "светским львицам" и "львам". Впрочем, вскоре у меня завязался довольно интересный разговор с приятными японцами. — А что вас вдохновило на столь мрачное произведение? - она кивнула в сторону полотна, на котором были изображены две лодки, постоянно терзаемых штормом. — Вы наверняка знаете, что со мной случилось. - японцы понимающе кивнули и устремили взгляды на экраны за моей спиной. Я обернулась и увидела, что началась гонка. Гонщики рассаживались по машинам. Камера тут же переместилась на автомобиль с большой цифрой четыре. Не трудно было догадаться, кто поведет ее. Джонни поцеловал какую-то брюнетку, как он выразился, "на удачу". В груди неприятно заныло. Зачем же он так, знает же, что я здесь. А, в принципе, какие у меня теперь на него претензии? Никаких, ведь я отказалась от него. Тут же объявили старт и машины с визгом понеслись по трассе. Я ужасно боялась, что с Джонни что-то случится. На каждом крутом повороте я вздрагивала, а когда машину хоть чуть-чуть заносило, то на лбу выступал холодный пот. Перебирая цепочку на шее, я не могла найти себе места до самого финиша. Как и ожидалось, Джонни пришел первым. Когда он вышел из машины, то его мгновенно облепили две девушки. Ну, думаю, уже я здесь больше не нужна. Гонка окончена, а выставка, соответственно, тоже. Вечером будет еще одна завершающая вечеринка, где мое присутствие, к сожалению, обязательно. Лавируя между небольшими компаниями, я пробиралась к выходу. Ну и конечно же, столкнулась с Джонни и его компанией. Как я могла быть такой неосторожной? — Джоанна? - он, казалось, не рассчитывал увидеть меня здесь. Но тут же его озадаченное выражение лица сменилось на обычное насмешливое. — Рад видеть тебя. Тут же его спутницы-гиены просканировали меня взглядом на предмет угрозы их с Джонни компании. Видимо, они не нашли ничего и тоже смотрели на меня свысока. Я тут же себя почувствовала, будто подросток-лузер перед компанией самых популярных людей школы. — Я тоже, Джонни. - мне удалось быстро взять себя в руки и ответить вполне твердо и уверенно. — Вижу, ты наконец устроила свою выставку? Очень многообещающе. Я лишь рассеянно кивнула и опустила взгляд, не желая видеть, как он перешептывается с одной из этих куриц. Так и хотелось выдрать им эти накрашенные глазки. — Ну, мне пора. Увидимся вечером. И он удалился в сторону сада под руку с Барбарой, кажется. Да, мне так хорошо слышны были все эти шепотки, что даже имя ее распознала. Ну ничего, я ее запомнила. Теперь я поняла, что все-таки имею кое-какие претензии насчет Джонни.

***

Все оставшееся время посвятила подготовке в вечеринке. Натирала свое тело душистыми маслами, делала разнообразные маски и новый маникюр. К сожалению я заметила, что после ЩИТа имею привычку носить только черно-белое. Утром черно-белое, белое днем, а черное вечером. Но мне все же чертовски идут эти два цвета. Таким образом, на мне было темное короткое платье с довольно пышной юбкой. Оно было без лямок и полностью открывало мои плечи. Этакое классическое маленькое черное платье от Шанель. Выставка прошла крайне успешно. Практически все критики поставили моим работам высший бал и теперь они отправятся в турне по Европе. Звонко цокая шпильками я шла в шумный зал. Все это напоминало мне тот вечер в Венеции, тот самый маскарад. Даже платье похоже. Как только я вошла, то меня практически сразу подхватила под руку Гретта. Она болтала без умолку и иногда взвизгивала от восторга. Она при летела только недавно и у меня тоже не было возможности увидеть ее раньше, так что я не скрывала своей радости при встрече с ней. — Я видела несколько твоих картин. Это так круто. Я тебе завидую белой завистью. Позже я увидела ребят из Фантастической Четверки, кроме Джонни. Как оказалось, Сьюзен не удалось меня словить днем и теперь она наверстывала упущенное. Алисия тоже была здесь, но мне казалось, что это было жестоко по отношению к ней - привести слепую девушку на художественную выставку. Бен и Рид были более сдержанны, но мне также было очень приятно получить от них похвалу. Вскоре начал играть оркестр и объявили танцы. Тут же появился Джонни, но уже с другой девушкой. Я надеялась, что он хотя бы подойдет поздороваться, но нет, он упорно делал вид, что не замечает меня. Хотя могу поспорить, что его взгляд несколько раз скользнул по мне. Было крайне неприятно. Чуть позже он покинул свою спутницу и начал флиртовать с остальными. Я тоже последовала его примеру и беспорядочно флиртовала в танце со всеми партнерами. Мы будто соревновались. Но очень быстро мне это надоело и я решила уйти. Поменяв шпильки на удобные кеды, я отправилась в гараж. Тут же меня нагнал Джонни. — Куда это ты? — Какое тебе дело? Не знала, что тебе не все равно. Я собираюсь сбежать отсюда.- надеваю шлем и уже седлаю мотоцикл, когда Джонни сел на другой и решительно заявил: — Нам нужно поговорить, ты так не считаешь? Киваю и давлю на газ. Вскоре мы выехали на просторную и абсолютно пустую трассу. Джонни ехал вровень со мной, не отставал ни на миллиметр. Честно говоря, я не знаю, о чем нам с ним говорить. Мне было было как-то боязно и одновременно интересно. Через десять минут мы приехали на место. Это был большой заброшенный, но от этого не менее прекрасный сад. Мы слезли с мотоциклов и я увидела в свете луны недоуменное выражение лица Джонни. — Где это мы? — Я нашла это место неделю назад и с тех пор приезжала сюда каждую ночь. Здесь хорошо думается. Мы пошли по заросшим тропинкам прямо в старую деревянную беседку. Я поежилась от холода и тут же мне на плечи опустился пиджак Джонни. — Спасибо. - из моего рта вырвалось маленькое еле видное облачно пара. — Ночи холодные, не стоило одеваться на прогулку так легко. - и он оглядел мои открытые тонкие ноги. Я лишь хмыкнула и спросила: — Так о чем ты хотел поговорить? Он на секунду замялся и посмотрел мне прямо в глаза. — Что с нами происходит, Джоанна? Ты пытаешься оградиться от меня, но это не уменьшает моей привязанности к тебе. — Привязанности? Ты понимаешь, о чем говоришь? Я как пороховая бочка, которая рискует взорваться каждое чертово мгновение. А еще ты сегодня целовался с другой девушкой. Последняя фраза была сказана таким обиженным тоном, что на лице Джонни расплылась улыбка. Я еле держалась, чтобы не улыбнуться в ответ. — Я хотел, чтобы ты ревновала так же, как и я. — Ты что? Ты что, ревновал меня? Да к кому меня можно ревновать? - он что издевается? Да в большинстве случаев на меня никто не смотрит даже. — А почему ты так удивляешься? Только не говори, что не видишь, как многие смотрят тебе вслед. — Это ты сам себе придумал! Это из-за тебя все время каждая клеточка моего тела лопается из-за ревности! Теперь я поняла, что ляпнула. Толкаю его в плечо, когда он заливисто смеется. — Ненавижу! Ненавижу тебя! - все эти чувства оскорбляли мою гордость. А эти мои тупые слова особенно. Тут случилось неожиданное (ну, вообще то, вполне ожидаемое мною, на самом деле). Он притянул меня к себе и поцеловал. Сначала я даже не поняла, что происходит, но когда он прижал меня к бортику этой хлипкой беседки стала отвечать. Поцелуи были требовательными, порывистыми. Тут как раз вовремя пошел дождь, но нам обоим было абсолютно наплевать на это. Мы были слишком заняты. Когда мы наконец оторвались друг от друга, промокшие до нитки, то все равно казалось не замечали дождя. Джонни дышал мне в шею и до меня донесся его приглушенный шепот: — А у нас ведь так и не состоялось ни одного свидания. Завтра в десять я зайду за тобой. И тут я поняла, какой же дурой была, отторгая свое собственное счастье. Мне было так хорошо в этот момент, что я даже забыла про ЩИТ, ГИДРУ и всякие другие мерзости. Кажется, я все-таки смогу создать достойное завершение истории моей жизни.