I hear glasses breakin' as I sit in my bed

Собираться на Новый Год и Рождество дома у мамы Гарри было чем-то вроде традиции в нашей семье. И так было не только у нас. Каждый человек с фамилией Стайлс или Томлинсон выбирали дорогу в Орегон, направляясь в дом Стайлсов. Этот год не был исключением. Так мы и оказались все собранные в машине, в тишине собирающиеся в Орегон. Сейчас было тихо, но это не продлится долго. Просто сейчас еще было ранее утро – мы собирались успеть добраться до Энн и Робина к ужину, и все дети были сонные. Близнецы сидели на своих стульчиках в машине, погрузившиеся в глубокий сон, и Кэти с надетыми наушниками была готова присоединиться к ним. Мы с Гарри наслаждались возможностью в спокойствии поговорить, слушая музыку и просто наслаждаясь присутствием друг друга. Я нашел руку Гарри на своем бедре, и это было чертовски здорово. С нашего.. Честно, я не знал, как это назвать, но мы с Гарри точно были снова вместе, и я бы не хотел, чтобы это менялось. В любом случае Гарри и я стали чаще видеться с того дня, но пока скрывали это от детей. Я пока не знал, как они отреагируют, когда мы скажем им. Они, вероятно, перестанут общаться с нами, будучи недовольными поведением отцов. В полдень мы остановились, чтобы поесть. Я знал, что после этого поездка начнет проходить сложнее, потому что у близнецов появится энергия и с ними будет невозможно справиться в машине, а Кэти будет, как обычно, по горло сыта своей семьей. Я оказался прав, еще не сев в машину, дети уже кричали, а когда они не были заняты криками, то пререкались или доставали старшую сестру. Сущий ад! Тем не менее, когда я попытался успокоить всех, я заметил, что кудрявый мужчина улыбался. – Чего ты смеешься? — спросил я, подозрительно улыбаясь. Он быстро посмотрел на меня, улыбаясь всеми зубами перед тем, как взять меня за руку, что заставило меня тоже улыбнуться как идиота. – Я улыбаюсь, потому что это.. – сказал он, обводя головой всю машину, – .. это моя семья. И я так сильно скучал по этому. Он поднес мою руку к своим губам и оставил на ней небольшой поцелуй, который заставил меня покраснеть. Я вернул взгляд на заднюю часть машины, оглядывая Шейна и Кейси, пытающихся драться, пристегнутыми к креслам, и глупо кричащими, и Кэти, которая прибавляла звук своей музыки и закатывала глаза. Небольшая улыбка появилась на моем лице, потому что я понял, что имел в виду Гарри. Это наша семья. Наши дети. И даже если сейчас они ужасны, и у меня, возможно, будет болеть голова вечером, я ни на что не променяю их. Я повернулся к Гарри и стал наблюдать за ним тоже. Глаза сосредоточены на дороге, тихо подпевает радио, улыбка сияет на его лице. В такие моменты, когда я видел его таким, я начинал жалеть о каждой отвратительной вещи, что сказал ему, потому что сейчас я видел все, кем он являлся. Отец, любовник, лучший друг, муж. Моя родственная душа. Мужчина обернулся ко мне, и у меня должно было быть самое увлеченное выражение на лице, потому что его улыбка стала еще шире. Но еще сильнее она выросла, когда я одними губами сказал, что люблю его. Оставшаяся часть поездки прошла также шумно, но это не волновало меня, потому что я был с четырьмя людьми, которых больше всего любил на Земле.

***

После поездки на машине в течение двенадцати часов, мы наконец добрались до дома Стайлсов. Видя количество машин, уже стоящих там, мы решили, что приехали последними. Мы только остановились, а близнецы уже неслись к дому вместе с Кэти, которая бежала за ними и кричала, потому что они украли ее наушники. Я вздохнул, потому что почувствовал, что неделя будет долгой, но успокоился, когда почувствовал руки Гарри вокруг меня и губы, прижатые к моей шее. – Расслабься, малыш, тебе не нужно переживать из-за детей, уверяю тебя, наши мамы не оставят их на нас, – это было чистой правдой. Каждый раз, когда приезжали к ним, мы были свободны от детей, и в этот раз, я возьму все от этого. Вытащив вещи из машины, мы направились к дому. Он уже был полон нашими семьями. Мы останавливались каждые две секунды, чтобы поздороваться с тетей, двоюродной сестрой, знакомыми.. Когда мы снова нашли наших детей, они были окружены бабушками и кучей других людей, которые заботились о них. Когда наши мамы заметили нас, они обе бросились ко мне. Они заключили меня в крепкие объятия, и я удивленно посмотрел на Гарри, но тот только незаметно улыбался. Я быстро понял, что они пытались утешить меня из-за моего расставания с Даниэлем. Это напомнило мне о том, что мне нужно было чаще звонить своей маме, потому что их информация слегка устарела. – Мне жаль, что у вас ничего не вышло, Лу, – мягко сказал мне Энн, и я продолжил удивляться тому, как сильно она любит меня несмотря на то, что я развелся с ее сыном, она все еще волновалась за меня, будто я был ее ребенком. – Как ты себя чувствуешь, мой Бу? – спросила моя мама. Инстинктивно, мои глаза поднялись на Гарри, и то, что я увидел, заставило мое сердце растаять. Мужчина говорил с Джеммой и держал на руках ее новорожденного ребенка. Мой ответ вылетел сам собой: – Со мной все хорошо, мам, – будто зная, что я наблюдал за ним, Гарри повернул голову и подмигнул, когда увидел меня. – Все действительно хорошо.

***

Я слушал, как дети играли в саду со своими двоюродными сестрами через окно Гарри. Его детской спальни, если быть точнее. Энн хотела сохранить ее такой, какой она была. И зная эту комнату с тех пор, когда Гарри спал в ней, она проделала огромную работу. Его подростковая двуспальная кровать с наклейками на задней части, плакаты на стенах и его книги не сдвинулись. И как когда мы были подростками, мы сидели на кровати и целовались до тех пор, пока кто-нибудь не прервал бы нас. Как он и предполагал, нам не приходилось беспокоиться о детях, потому что наши мамы наслаждались тем, что делали это вместо нас. Мы нашли выгоду в этом и решили провести больше времени вместе, восстанавливая интимные моменты, которые никогда не теряли. Только вот наше желание сохранить отношения в тайне быстро провалилось, потому что не прошло и часа с тех пор, как мы приехали, и все, вероятно, уже знали. Моя мама приподняла бровь, как она обычно делала это, когда увидела руку Гарри, покоящуюся на моей спине. Энн рассмеялась, когда я собирался взять руку Гарри. Мы ловили множество смешков и взглядов, которые говорили "видели, что вы там вытворяете". Еще более явно, вечером во время ужина Кейси села на мои колени и спросила, были ли мы влюблены снова. С большой улыбкой Гарри кивнул, и маленькая девочка заплакала у меня на руках. Очевидно, это было слишком для пятилетней девочки. В любом случае, мы перестали держать отношения в секрете. Между двумя поцелуями, я принялся ласкать вьющиеся волосы Гарри, и его голова оказалась на моей шее. – Что будет, когда мы снова будем в Калифорнии? – моя рука замерла, я задумался. Тишина, должно быть, продлилась слишком долго, потому что он поднял взгляд, чтобы посмотреть на меня. Я провел большим пальцем по его челюсти. – Ты и я, мы вместе, ведь так? – Гарри медленно кивнул. – Тогда ты соберешь свои вещи и вернешься домой. Потому что единственное место, где ты должен быть, это вместе со мной и детьми, – мужчина напротив меня ярко улыбнулся и набросился на мои губы.

***

Канун Рождества. Для взрослых это было просто оправданием, чтобы съесть много и выпить без причины, но для детей – поистине удивительным событием. Лично я нашел немного волшебства в Рождестве после того, как получил детей, потому что в них находилось столько радости, что она наполняла и тебя. Этот год не отличался, дети были слишком взволнованы мыслью о том, что Санта принесет им за ночь подарки. Сейчас они веселились и надеялись, что пожилой мужчина в красном костюме придет пораньше. А взрослые ели, танцевали, пили, развлекались. Мы с Гарри были рядом, я сидел на коленях кудрявого, наблюдая за нашими детьми, пока Гарри разговаривал с одним из своих дядей. После ужина, когда все объелись, ночь наступила незаметно, и скоро дети были уложены в кровать только с обещанием им, что завтра под елкой подарки будут дожидаться их пробуждения. Было около двух часов, когда взрослые тоже начали расходиться по своим комнатам, и когда я шел в детскую Гарри, он остановил меня и повел в сад. – Гарри? Что происходит? – мужчина не ответил, он просто провел меня к небольшой постройке. Той постройке, которая была спрятана за деревьями; ее использовали раньше, но теперь Энн не могла найти для нее применения. Я помню, как мы ходили сюда с Гарри, когда-то хотели выпить или покурить. Мужчина открыл дверь, и мы вошли, было ужасно темно, особенно когда он закрыл дверь снова. Скучный сарай, который я помнил, теперь был увешан гирляндами и шарами. Пол был вымыт, одеяла и подушки лежали на полу, все это и те огни придавали помещению такую романтическую обстановку, что я потерял слова. – Гарри? Что ты заду.. – но кудрявый включил свет до того, как я успел закончить предложение. Я почувствовал руку своего сопровождающего, и его тепло передалось мне. – Тебе нравится? – прошептал он мне на ухо. Я не смог ответить – все было каким-то нереальным. – Как.. как тебе удалось сделать все это так, что я не заметил? – я услышал его смешок и то, как он встает передо мной, быстро целуя в губы. – Ты проснулся намного позже, чем я, милый. И Робин был рад помочь мне, – его улыбка занимала все лицо, и я задался вопросом, что сделал такого в прошлой жизни, чем заслужил этого мужчину. Я сделал единственное, на что был способен в тот момент: поцеловал его. Я набросился на розовые губы и встал ближе к нему, как будто это был наш последний день вместе. Пока я пытался стянуть его футболку, он аккуратно толкнул меня. – Что-то не так? – поинтересовался я удивленно, ведь заметил, как глаза мужчины потемнели, а его руки сжали мои бедра – он хотел меня. – Лу, у меня запланировано кое-что еще перед этим, – он прикусил губу, и я снова захотел поцеловать его, но позволил провести меня к маленькому столику. На нем стояли две бутылки шампанского(ах!) и какие-то бумажки. Гарри налил нам по бокалу и, когда мы начали пить, передал мне бумаги. Я забрал их с удивлением, думая, что это было. Мужчина, должно быть, прочитал это на моем лице, потому что скоро продолжил говорить: – То, что ты держишь, Лу, это подтверждение моего сотрудничества с Лиамом Пейном для журнала. Я посмотрел на бумаги ближе, но ясности это не придало, там большая часть была написана официальным языком. – Гарри, я не уверен, что понимаю, – мужчина забрал бумаги, чтобы вернуть их на стол, и схватил меня за бедра. – Я знаю свои ошибки, и одной из них было то, что я слишком много работал. Не хочу облажаться в этот раз, так что с этим договором я буду работать меньше, у меня будет меньше обязанностей и больше свободного времени на тебя и детей. Более того, Лиаму нужно это увеличение зарплаты, ты знаешь, он хочет ребенка, – пораженный, я пропустил мгновение и закричал как сумасшедший. Все, что я только что услышал, сделало меня невероятно счастливым. – Это великолепно, Гарри! Черт, я люблю тебя, – сказал я, беря его руки в свои. – Но ты уверен, что Зейн готов завести ребенка? – Я так думаю, но.. Откуда ты знаешь Зейна? – спросил он, отодвигаясь от меня, чтобы посмотреть в глаза. Только тогда я вспомнил, в какой ситуации я познакомился с Зейном, и заранее понял, что ответ не обрадует Гарри. – Я.. эм, я свел одну из своих татуировок, – парень выглядел удивленно: – Оу? Какую? – он казался слегка подавленным, когда спрашивал. И конечно же, так как удача снова была на моей стороне, Гарри без задней мысли водил рукой по моему левому бедру. Стыдливо, я ткнул в него пальцем, надеясь, что он поймет. Так и случилось, и он приподнял мой джемпер, оголяя кожу. На этот раз он выглядел более раздраженно, и я почувствовал себя плохо. Он отстранился и за один глоток допил шампанское. – Гарри.. – сказал я, пытаясь удержать парня в своих руках, но он быстро вытащил Бог знает откуда конверт и протянул его мне, улыбаясь. – Что это? – я не знал, на что посмотреть, все происходило так быстро. – Сюрприз. С Днем Рождения, любимый, – небольшая улыбка появилась на моем лице, когда я аккуратно взял вещь. Внутри была информация об Австралии для туристов. Я замер на секунду, прежде чем понял. – Гарри.. Это то, о чем я думаю? – я поднял взгляд и увидел, как Гарри закусил губу, чтобы не начать улыбаться. – Мы едем в Австралию, малыш, – как подросток, который получил билет на концерт своей любимой группы, я закричал перед тем, как прыгнул в объятия своего мужчины. – Черт, ты ненормальный! Я.. Когда? Он рассмеялся надо мной, пока я продолжал кричать в его ухо. – В любое время, когда ты захочешь, Лу. Мы можем поехать когда угодно и решить, поедем ли мы только вдвоем или с детьми. Я отложил справочник перед тем, как продолжить целовать его, благодаря в промежутках. Не в силах расстегнуть его футболку, я разорвал ее. Гарри посмотрел на меня широко раскрытыми от удивления глазами. Я медленно прижался к его горлу, оставляя на нем прекрасный засос перед тем, как перейти к ключицам и мягко прикусить их. Я провел языком по каждой складочке на груди, а затем позаботился о уже твердых сосках, облизывая и целуя их. В то же время я расстегивал его штаны, и Гарри последовал за мной, быстро снимая мою кофту и укладывая меня на одеяла. Мы оба легли, и он остался надо мной, снял свои штаны и коснулся себя, чтобы снять немного напряжения. Он смотрел прямо на меня, когда делал это, постанывая и толкаясь в руку. Я безумно хотел дотронуться до парня. Я жалобно проскулил, и его внимание снова полностью сосредоточилось на мне. Он быстро расстегнул мою молнию, безжалостно потянув штанины вниз, пока они не слезли с моих ног. Гарри накрыл меня своим телом, и его член оказался напротив моего. Он поцеловал меня, проделывая все это, но мне нужно было намного больше. Мои руки потерялись на его спине, пытаясь снять штаны брюнета, но не смогли. Тогда я попросил тут же ухмыльнувшегося Гарри сделать это. – Хочешь видеть меня голым? – спросил он, его голос был медленным и сексуальным. Теперь я отчаянно нуждался в большем, которое он не хотел мне давать. Со стоном я ответил: – То, что я действительно хочу сейчас, это твой член в моей заднице, – он лишь самодовольно улыбнулся после моих слов, ублюдок. Но это стоило того, потому что он, наконец-то, решил избавиться и от своих штанов тоже. После этого Гарри вытащил тюбик со смазкой из-под подушки и выдавил немного на свои пальцы. В этот раз он не дразнил меня, он просто засунул в меня один. Но этого, конечно, не было достаточно. Так что я в плаче попросил еще об одном, и он добавил его с улыбкой. Растягивание всегда ощущалось хорошо, пальцы Гарри были длинными и одаренными, но прямо сейчас я хотел большего. – Бога ради, просто войди в меня наконец, – с небольшой смешком и брошенным "ненасытный" он вытащил свои пальцы и размазал смазку по своей длине. Кудрявый осторожно вошел в меня, это было так знакомо, но и чертовски хорошо! Когда он нашел простату, стало просто невозможно. Я крепко схватился за подушки, мои ноги сжались вокруг бедер мужчины, пытаясь насадить его глубже с каждым толчком. Мои глаза были плотно закрыты, всего было немного слишком, и если бы я открыл их, то, вероятно, заплакал бы. Потому что это был Гарри. Его тело, его волосы, его рот, его запах, его неловкость, и я так, блять, скучал по этому. – Лу, Лу, малыш, я люблю тебя, – было слышно, как он говорил близко ко мне. Я решил наконец открыть глаза и увидел его прямо здесь, нависающего надо мной. Его глаза светились и были любящими, его губы казались красными как кровь, волосы представляли собой нечто растрепанное, мышцы напрягались при каждом толчке, а тело было таким красивым и сияющим напротив моего. Он был прекрасен и снова полностью моим. Я почувствовал столько любви в груди, она переполняла меня. Немного поборовшись за это, я поменял наши позиции, теперь находясь на нем. Задыхаясь, я поцеловал парня с любовью и шепотом, прямо около него, сказал: – Люблю тебя так сильно, что это причиняет боль, Гарри, – и после этого я перетянув инициативу окончательно на себя. Гарри крепко держал мои бедра, пока я насаживался на него и даже не мог почувствовать, как сильно горели мои мышцы, все, чем я был обеспокоен – заставить этого мужчину кончить. Говоря об этом, я чувствовал, что и мой оргазм приближался. Я стал меньше двигаться, больше обхватывая его член, заставляя самого себя стонать так громко, что, если бы кто-то был вне дома, он бы, возможно, услышал меня. – Дерьмо, Лу, продолжай двигаться, я близко, – сказал он, часто дыша. Я даже не знал, что именно делал сейчас, просто постоянно меняя положение и сжимая стенки. Наконец, с громким глубоким стоном, Гарри кончил внутри меня. Я почувствовал тепло, любовь и просто чертовски хорошо себя. Я продолжал придерживать его пульсирующую головку у своей простаты, пока не последовал следом за своим мужчиной с пронзительным криком. Почувствовав, что мой оргазм закончился, я вытащил ставший мягче член Гарри из себя, уже чувствуя смазку, вытекающую из моей дырочки. Я лег рядом с ним или, скорее, на него. Только он закончил укрывать нас, как я повторил: – Я люблю тебя, – он поцеловал мой висок и медленно погладил по спине. – Люблю тебя тоже, малыш, – я заснул, чувствуя себя любимым, защищенным и так, будто никогда не хотел спать ни с кем другим. Не удивительно, что мы сделали это еще два раза той ночью, не правда ли?

***

На следующее утро вся семья стояла вокруг рождественского дерева*, под которым была куча подарков. С чашкой чая в руке, я наблюдал за тем, как дети разворачивались свои подарки, а на их лицах красовались широкие улыбки. Когда я обернулся, Гарри был прямо позади меня, наблюдал за ними с той же счастливой улыбкой. Не спросив, он нежно поцеловал меня. Я не мог быть счастливее. * Да, я знаю, что это елка :)