Приручи меня

… И в голове что-то перемкнуло. Ярис бросился на Сейшира, на ходу перекидываясь. - Яри...! - голубоглазый успел только пискнуть, когда руки брата сомкнулись на шее. - Ты что творишь, Ярис, Дьявол тебя дери?! - проорал Сирхнэр, отбиваясь от Сильверссиш. Серебряный наг хоть и уступал в силе бывшему королю, но оказался на удивление вертким и быстрым. - Амулет... - простонал Вахханэ, вцепившись пальцами в свою клетку, - я же забыл зайти к нему и отдать... Проклятый камушек на грубой веревке так и болтался, привязанный к запястью. Сирхнэр оступился, и Сильверссиш не упустил свой шанс, набрасываясь, выбивая из рук оружие и вцепляясь в горло острыми зубами. - Нет! - Сейшир рванулся прочь из захвата Яриса, но поскользнулся на россыпи камней. Ярис со всей силы дернул его за волосы назад, и Сейшир полетел в ущелье. Маг замер, тяжело дыша, сознание то и дело мутнело. Где-то рядом кашлял и давился кровью Сирхнэр, кричал Вахханэ... Сильверссиш отшвырнул от себя труп Сирхнэра и огляделся. Медленно, подняв с земли меч, серебристый наг подползал к Ярису. Замах. Но удара не последовало. Сильверссиш забился в магических путах, теряя контроль над Ярисом. Серебристого нага придавило к полу, клетка, удерживающая Вахханэ рассыпалась. У входа в пещеру стоял Магистр, а рядом с ним перепуганный Шахашши. Ярис открыл глаза, моргнул, и вдруг осознал все произошедшее. На глаза навернулись слезы, маг еще никогда не испытывал такой гаммы отрицательных чувств. Сзади его тихо окликнули. Ярис медленно повернул голову, ловя настороженный взгляд Вахханэ. Ему нечего было сказать. Он убил своего брата... Маг окинул взглядом край ущелья. Перекинулся и, цепляясь за выступы, полез вниз. Вахханэ так и остался стоять.

***

В комнате было темно. Плотные шторы не пропускали ни лучика света. На широкой кровати свернулся клубком и замер без движения некрупный наг. Он не спал, но и не бодрствовал. Неуверенный стук в дверь был проигнорирован, как и оклик по имени. По комнате разнесся звук повернувшийся ручки — он не запирал дверь. Во мрак спальни робко проскользнул Шахашши. - Ярис? - юноша присел на край кровати, едва касаясь пальцами голых плеч мага. Змей не вздрогнул, не ответил, и вообще, как будто не заметил чужого присутствия. - Ярис, - настойчивей позвал Шахашши, обнимая мага за плечи, - это не выход. Если ты продолжишь сидеть здесь, ничего не изменится. Маг не шевельнулся. Юноша тихо выдохнул. Он не умел убеждать и успокаивать, но что-то делать было надо. С момента их возвращения и похорон прошло уже полтора месяца, а Ярис так ни разу и не вышел из своей комнаты. - Он не хотел бы этого, - делая ударение на первое слово, с нажимом произнес Шахашши. Плечи мага дрогнули. Ярис поднял голову — скорее почувствовал, чем увидел, юноша. - Я уверен, он хотел бы, чтобы ты жил дальше, а не запирал себя здесь, словно в склепе... - Я убил его... - перебил юношу тихий надтреснутый шепот. - Я — убийца собственного брата... Шахашши сжал зубы. Последнее слово сильно резануло по нервам. Злость поднялась из глубины души, опережая голос разума. - Вот интересно, калеча его, ты не боялся, что может случиться что-то подобное. Доводил его до края, издевался... Ты ведь желал ему смерти, - Шахашши горько усмехнулся, - так почему сейчас, когда твое желание осуществилось, ты строишь из себя мученика и страдальца?! Ярис ощутимо вздрогнул и сжался. - Молчишь? - Шахашши начало потряхивать от бешенства. - Ответь же мне?! - Я не желал ему смерти, - глухо выдохнул маг. - Только понял это слишком поздно... Юноша громко выдохнул. Злость прошла так же внезапно, как и появилась. На несколько минут воцарилось молчание. - За что ты так с ним? - наконец выдавил из себя Шахашши давно мучавший его вопрос. - Расскажи мне все... Может, станет легче... - Я был первым ребенком в семье, - после долгой паузы начал маг, - любимым, желанным... Меня баловали, уделяли все внимание только мне... А потом родился Сейшир. Милейшее создание. Бастард. Папа изменил моему отцу, но желал выдать Сейшира за их ребенка. Все было ясно, как день: Сейшир рыжеволосый. У моего отца были темные волосы, а у папы — золотые. Рыжие наги — большая редкость и просто так не рождаются, должны быть гены, наследственность... В семье отца рыжеволосых не было никогда, как и в семье папы. Отец разозлился... Он хотел, чтобы папа рассказал правду, но тот отмалчивался и увиливал от ответов. Я слышал тот их разговор. Если это можно так назвать... Они ругались очень долго, вспоминая все старые обиды, обвиняя друг друга. В конце отец ударил папу по щеке. Несильно, но достаточно, чтобы ослабленный, он потерял равновесие... Папа упал очень неудачно: виском на угол стола... После похорон отец отправил Сейшира на другой конец королевства. И меня вместе с ним. Я был уже почти совершеннолетним и мне совсем не хотелось прозябать в глуши, но отца тогда было лучше не трогать. Там было все по-другому... И Сейшира там полюбили все. Меня будто отодвинули на второй план. Все было для него, маленького, миленького... Уже тогда он раздражал меня. Я в тайне радовался его маленьким неудачам и слезам: разбил коленку, плачет — я готов был улыбаться весь день, обжегся ядовитым цветком — еще лучше, покусали пчелы — чудесно! А он тянулся ко мне, глупый... Тянул свои маленькие ручки и так смотрел своими невозможными глазами. Папиными глазами. Голубыми. Я специально обижал его, отбирал лакомство, пока никто не видел, ломал, как бы случайно, игрушки, язвил... Когда он подрос и начал пытаться отвечать мне, провоцировал его на драки. Меня не могли отругать за это — наследник престола ведь — но смотрели так осуждающе. Эти взгляды злили меня еще сильнее. Я начал издеваться и над слугами. Меня возненавидели. Я видел это в их глазах, видел, как они пытаются оградить Сейшира от меня... Тогда во мне впервые проявился дар. В тот вечер от злости я задушил лианами двоих слуг на глазах у Сейшира и остальных. Тогда меня стали бояться. Когда отец узнал о моем даре, то забрал в столицу. Там не было надоедливого братца его ненавистных заступников. Но во мне ничего не поменялось. Я по-прежнему злился из-за ерунды и издевался над кем придется. Отец закрывал на это глаза, даже поощрял порой... А потом появился он. Сирхнэр. Красивый, сильный, добрый... Я влюбился в него без памяти, но выразить свои чувства не умел. И он стал объектом моих извечных насмешек, ведь применить силу я не смел, да и не за что было... Но он как будто понял все. Терпел мои выходки, никогда не отворачивался и помогал, чем мог. Он сумел вытащить меня из этой крепости злобы, которую я воздвиг в душе. Я изменился. Изменилось и отношение ко мне. Мы с Сирхнэром были парой... Он дарил мне подарки, водил гулять, обнимал... Мне тогда казалось, что ничего не может разрушить мое счастье, я был готов улыбаться всему миру... Когда после нескольких лет я впервые увидел Сейшира, во мне, вопреки моим страхам, не поднялась та злость, что была раньше. Я впервые улыбнулся ему по-доброму. В тот день мы действительно были братьями... Я даже не предполагал, что Сирхнэр наблюдал за нами весь день. Я начал подозревать неладное, когда наши встречи стали реже пары раз на дню. Он перестал гулять со мной и целовать. Прятал глаза и старался быстрее сбежать. Я не понимал, что происходит. Мне и в голову не приходило... А потом я уехал учиться к Магистру. Это было худшее время в моей жизни, так я тогда думал. Помимо стычек с Сильверссиш, отношения не заладились и с самим учителем. Я интуитивно чувствовал, что Миирсильнерр ведет себя со мной так же, как я с Сейширом когда-то... но не мог понять, с чем это связано. Когда он впервые... взял меня, мне не хотелось жить. И, как ни странно, именно издевки и подколки Сильверссиш вернули меня в реальность. Я поставил себе цель - превзойти Магистра несмотря ни на что. Уезжая домой, измученный неудачами, я мечтал только вновь оказаться в объятиях Сирхнэра. Но когда я вернулся... Оказалось, что Сирхнэр сделал предложение Сейширу. И тут, как по заказу, отец, чье слово могло кардинально изменить ситуацию, погиб. По закону, если правитель погибает, корону наследует старший сын. Нас было двое, он был младше, но он выходил замуж. А я был один. По закону, если старший наследник не помолвлен, а младший замужем, корону получает именно младший. Так и случилось. Сейшир вступил в брак. Боги признали его младшим супругом, и корона перешла к Сирхнэру. Мне пришлось стать придворным магом, чтобы не потерять «место под солнцем». Но меня это не устраивало. Я озлобился... Дальше ты знаешь... Когда родился Вахханэ, я думал, что буду ненавидеть и его, но... мне оказалось все равно. Я избрал своей вечной мишенью брата. А когда родился Шаххан, так похожий на отца, мне казалось, я схожу с ума. Я сблизился с ним, учил его, кажется, даже любил... Но по мере взросления он все меньше походил на Сирхнэра. В конце концов от отца в нем остались только глаза и волосы... Я начал отдаляться, но Шаххан, оказалось, не безразличен ко мне... Я держал его на коротком поводке, используя, как еще один способ поиздеваться над братом... Я всегда думал, что ненавижу его, но это оказалось совсем не так... - чуть слышно закончил Ярис. Шахашши слушал его в неком оцепенении, не шевелясь и не перебивая. А после, встал и подошел к окну, резко сдергивая в сторону плотную ткань штор. Комнату залило яркое рассветное солнце, безжалостно освещая осунувшееся лицо мага с острыми скулами, бесцветными глазами и всклокоченными, неухоженными волосами. - Я не знаю, что сказать тебе, - Шахашши спокойно повернулся, - да и не умею я красиво говорить. Просто... Вставай. Ты нужен здесь. Выражение лица мага не изменилось, только бровь чуть дернулась вверх. - Да, нужен, - повторил юноша, - после нашего возвращения многое изменилось. Вахханэ официально отказался от короны в пользу брата. Но перед самой коронацией Шаххан сбежал вместе с Сильверссиш. Если верить оставленной записке, назад они не вернутся... - То есть... - Ярис нахмурил брови, внимательно вглядываясь в лицо юноши. - Вахханэ отказался от трона, - повторил Шахашши, - это было подтверждено жрецами и советом Лордов. Он не может вновь стать королем. Шаххан сбежал. Других родственников у них нет... Ярис уронил голову на руки. - Вставай, - юноша подошел вплотную к кровати, протягивая магу руку. - Вставай. Мне тоже нужна твоя помощь, помнишь, ты обещал. Это твой шанс хоть как-то загладить вину... Ярис посмотрел на него долгим взглядом и поднялся с постели. Позже, расчесывая влажные волосы, маг поднял на Шахашши глаза. - А какая помощь нужна конкретно тебе? Юноша, не ожидавший вопроса, чуть не выронил из рук кинжал, не пойми как оказавшийся у него. - Вот, - Шахашши немного смущенно показал магу оружие. - Узнаешь? - Проклятый кинжал? - брови Яриса взлетели в верх. - Откуда? - Я — маг. Сильверссиш научил меня нескольким мелочам и сказал, что мой дар — пространственное перемещение, но добавил, что не уверен в этом. Ты ведь поможешь мне? - Чем смогу, - растерянно кивнул маг, - чем смогу... А за окном все выше и выше поднималось солнце, пробуждая от ночного сна прекрасный город.