Предновогодний вечер

      Непомерно долгий и уже порядком надоевший год неумолимо приближался к своему завершению, и оставалась всего лишь пара жалких деньков до его окончательного исчезновения из жизни уставших людей. Впереди каждый человек воображал своё: один — удачу и ловкость во всём, другой — стабильные, мирные времена, третий же не надеялся ни на что новое. И именно к последней категории относился Хиджиката Тошизо.       «В гробу он видел свою оптимистичность», — пошутил как-то Соджи, и, в общем-то, был недалёк от правды.       Молодой преподаватель классической литературы устало потягивал зелёный чай на кухне своей квартиры, задумчиво посматривая на календарь и отмечая, что через два дня настанет всеми любимый праздник, и наверняка родные вновь атакуют его телефон многочисленными звонками, наперебой поздравляя непонятно с чем и желая одно и то же. Например, бросить курить и завести наконец серьёзные отношения.       Однотипно, хоть и от души.       Откинувшись на спинку стула, расслабленно округлив плечи, мужчина опустил кружку на стол и устало потёр переносицу. Тридцать первого декабря нужно куда-то исчезнуть. Однозначно. В противном случае Харада и Нагакура опять выломают дверь его квартиры и утащат на непонятную вечеринку, что случилось в прошлом году. Хиджиката крайне опасался вновь проснуться в неизвестном месте, связанным, да ещё и… Нет, повторения того ужаса допускать никак нельзя!       Внезапно из прихожей раздался душераздирающий скрип сотрясающейся от ударов двери. Тошизо подскочил. От одной лишь мысли, кто мог прийти по его душу да так мощно отпинать (в этом не было сомнений!) входную дверь, мужчину передёрнуло.       Где-то глубоко в голове пронеслась мысль о побеге через окно, баррикаде в ванной комнате и укрытии в тайном отсеке под диваном в гостиной. Однако мужчина заставил себя встать и пройти в прихожую, повозиться с тремя замками и открыть полуживую дверь, чтобы…       В конец обалдеть.

***

      Легко шагая по едва прикрытому снегом тонкому льду, что покрывал собой все тропинки в парке, Юкимура внимательно слушала сдержанное мнение Сайто о предстоящих праздниках, одновременно поглядывая за вторым спутником, который… вновь распластался на земле в позе морской звезды.       — Соджи, может тебе стоит сменить обувь?       — Я об этом уже сто раз подумал, Хаджиме-кун, — Окита осторожно приподнялся на локтях, слегка качнул головой в стороны, проверяя её целостность, и затем попытался аккуратно встать. Юкимура поспешила помочь ему, и совместными усилиями многострадальное создание приняло вертикальное положение, принявшись отряхивать одежду.       — Уже восьмой раз… — подвела итог Чизуру, сочувственно глядя на друга.       — Да знаю, — слегка раздражённо выдал тот. — И боюсь, что до Хиджикаты-сана я целым не доберусь. Что за день…       Пушистые хлопья снега изящно кружили в воздухе, и за этим танцем не наблюдал разве что слепой. Заворожённым взглядом Хаджиме проводил одну из самых крупных белоснежных танцовщиц, подумав о чём-то своём, видимо, очень приятном, так как на губах его пролегла тень полуулыбки.       — Но хоть кто-то сейчас в хорошем настроении, да, Хаджиме-кун? — задорно сверкнув глазами, заключил Окита и слегка подмигнул, чуть повернув голову в сторону.       Сайто посмотрел вправо и невдалеке обнаружил стайку прогуливающихся девиц возраста Юкимуры, которые украдкой бросали на него любопытные взгляды, а после над чем-то дружно хихикали.       — Чизуру-тян, кажется наш немногословный друг вновь стал объектом женского внимания, — рассмеялся Соджи и подмигнул подруге, прошептав: — Как думаешь, которая из них самая симпатичная?       Юкимура слегка покраснела, но после прикрыла ладошкой губы, и послышался её тихий смех.       — У всех свои вкусы, Окита-кун, так что я не знаю, — прошептала она, смущённо улыбаясь.       — Соджи, хватит уже. Нам пора, — Сайто поправил тёмно-синий шарф, так выгодно смотревшийся с его чёрным пальто, и зашагал дальше.       — Его Ледяное Величество опять не... а-а-а!!!       — Соджи-кун!       — Чёртов лёд...

***

      Новогодняя традиция наряжать ель всевозможными блестящими побрякушками пришла из Европы и в Японии была принята более чем тепло. Заботливо выбирая в магазинах самые пушистые искусственные экземпляры, по красоте мало уступающие оригиналам, японцы с особым удовольствием приносили их в свои дома, украшали шарами и гирляндами, чтобы любоваться этим ярким кусочком праздника как можно дольше, оттягивая новое погружение в серую рутину будних дней. И, стоит сказать, это и вправду помогало — казалось, будто на несколько дней люди становились ещё добрее, дружелюбнее и терпимее, и в такие моменты невольно верилось в лучшее. Верилось в чудо.       Какое прелестное слово — чудо. Чёрт побери, как же его сейчас не хватало! Лишь только чудо могло бы спасти Хиджикату от этого позора...       — И те голубые шары, пожалуйста...       — Прекрасный выбор! Однако вы точно сможете донести все свои покупки до машины? Может быть вам помо...       С переполненной магазинной тележки слетели две небольшие коробочки и звонко шмякнулись об пол. Раздался характерный треск разбившегося стекла.       — Не откажусь.

***

      Слабые порывы ветра проскользили по личику Юкимуры плавно и даже немного щекотно, отчего та невольно спрятала нос и щёки глубже в толстый бежевый шарф. До многоэтажки, где жил Хиджиката Тошизо, оставалось всего ничего — минут десять размеренной ходьбы. И с каждым шагом сердце юной демонессы билось всё чаще, а щёки невольно краснели. Ну вот зачем она в тот вечер была в школе? Ну почему не сдержала себя? Всего лишь одно простое для Они действие, неподвластное обычному человеку, — и вот она стала объектом пристального внимания случайного свидетеля. А им оказался именно Тошизо…       Прав был Каору — за пределами дома нужно быть в сто раз осторожнее.       Позади Сайто тащил за собой нечто зеленоглазое, решившее использовать скользкую обувь в позитивном ключе: прицепиться за плечо друга и просто (да, именно так!) покататься. Со стороны это выглядело весьма забавно.       — Хаджиме-кун, прибавь-ка шагу! Я недостаточно шикарно разогнался!       — …       — Хей, ну не молчи! Я же могу подумать что…       Сайто резко обернулся и парой стремительных движений уложил друга на лопатки.       — Что ты можешь подумать? — спокойно поинтересовался тот, взирая на Соджи сверху вниз.       Чизуру обернулась ещё до воспитательной меры Сайто по отношению к не особо серьёзному другу, а потому видела, что никакого конфликта нет — никто ни на кого не сердился, просто желал немного ускорить процесс пути до конечной цели.       — Вот зануда, — беззлобно выдохнул Окита и, приняв протянутую руку друга, поднялся. — Хаджиме-кун, а давай я тебя покатаю!       Тонкая бровь Сайто слегка приподнялась вверх. Что-что, а кататься на собственной обуви, тем самым делая её менее пригодной для ходьбы — это далеко не то, что хотелось бы вообще делать.       — Соджи-кун, мы опоздаем, — послышался голосок Юкимуры, всё это время с лёгкой улыбкой наблюдавшей за друзьями.       — Ладно-ладно, — на выдохе протянул Окита и взъерошил рукой свои волосы. — Наш любимый Хиджиката-сан ведь та-а-ак по нам соскучился, нэ, Чизуру-чан?       — Конечно! — наигранно серьёзно ответила девушка, но тут же улыбнулась. — Особенно по тебе.       Раздался тихий ехидный смех.       — По мне так в первую очередь!