Игра безумцев.

Мойра: - Ну... если я такая чокнутая шлюха, то откуда тебе знать, может я уже развлеклась с твоими родителями, а после убила их одного за другим, оставив нас с тобой наедине, а? - выдохнув это, словно брошенный птенчик, вдруг весь этот сарказм ушел куда-то в пятки, куда ушла и моя душа, от испуга. Сейчас я видела не картинку моего больного разума, а реальность. Четыре острых конца вилки впивались мне в кожу, весьма болезненно впивались. Я зажмурилась, слушая историю, которая не могла не вводить в ужас, пусть я и не была до конца уверена, правда это или ложь, что непременно выясню, побывав на чердаке чуть позже. - О, милая.. я всего-то хотела прибраться там, дабы тебе не приходилось дышать пылью. Сезон аллергии, знаешь ли! А ты взяла и рассказала мне такое, после чего однажды тебе придется меня убить.. - последнее слово я произнесла так, словно кончила от этой мысли. Мое сознание раздваивалось: одна часть меня хотела поскорее уйти, спрятаться от этой ненормальной девушки, которая все еще держит вилку около моей сонной артерии, но вторая я буквально вжималась в эти острые кончики столового прибора. С минуту мы так стояли, после чего я тихонько проговорила: - Мне нужно помыть посуду. Вилку тоже. - Обрывисто проговорив, я стала вести себя совершенно сдержанно, словно переключившись на другую волну. Аккуратно отстранившись, я повернулась к Вайлет и улыбнулась, в душе ликуя от найденного "запретного места". Я стала вымывать посуду, прибирать на столе, прятать еду, в общем выполнять свои обязанности так, словно только что ничего не произошло, твердо решив, что после отправления спать, я поднимусь на этот чертов чердак, дабы узнать, действительно ли на нем происходят такие жуткие вещи. Комната для прислуги находилась на первом этаже, недалеко от столовой, где мы сейчас прибывали, так что я легко смогла сделать вид, словно иду спать, даже уточнив: - Ваш отец разрешил мне принимать ванную на первом этаже, чем я и займусь на сон грядущий. И вам тоже пора в свою комнату, постарайтесь больше не поранится, а то родители шкуру с меня сдерут. Вайлет: -Я убью тебя, можешь в этом не сомневаться. И выберу метод по изощренней. - пробурчала я себе под нос, одновременно желая, чтобы горничная это услышала, но между тем и словно даже и не адресуя это ей. Чувство усталости накатило на меня, подобно урагану, глаза слипались, давая мне знак, что пора дать отдых своему бренному телу, да и разуму тоже. Но напоследок, я должна была еще раз ввести рыжую в состояния ступора, свести ее с толку, заставить так же злиться, а возможно даже вновь испугаться. Почему-то страх в ее глазах нравился мне до дрожи в коленях, я начала испытывать неизвестное мне доселе чувство томления внизу живота, обычно такого не происходило, но сейчас я была готова поклясться, что возбуждалась от трепета служанки, мне хотелось вновь и вновь видеть, как темнеют от животного ужаса ее зеленые, пленительные глаза. Встав со своего стула, я демонстративно невинно улыбаясь, приблизилась, к похоже ошарашенной молодой женщины. Да, моя быстрая смена эмоций, была еще одним моим психическим отклонением, собственно говоря, он мне был даже на руку и я была не против такого диагноза. -Спокойной ночи... - с наигранной любовью, но всеми силами, делая ее правдивой и как можно более настоящей, промурлыкала я, вставая на цыпочки, чтобы дотянуться губами до щеки рыжей бестии, которая секунду назад выводила меня до нервного срыва, а теперь я целую ГОРНИЧНУЮ. Надо потом не забыть прополоскать рот хлоркой. Стараясь не скривиться, я все же оставила на ее, до странности нежной и бархатистой коже, поцелуй. Меж тем, моя здоровая рука с легкостью забралась под укороченное мной же платье, оттянув резинку чулок, а потом резко отпуская ее, отчего раздался характерный шлепок, вызвавший у меня улыбку. -Будь осторожней со своими желаниями. Я ведь могу и правда проткнуть тебя вилкой или чего доброго утопить в ванне. Закрывайся на ключ, - напоследок шепнула я и развернувшись к девушке спиной, отправилась к себе в комнату. Где раздевшись и забравшись в постель, буквально через несколько минут забылась беспокойным сном, даже не доделав ритуал и оставив множество улик на чердаке, что наверняка было моей огромной халатностью.