Кто сказал, что один в поле не воин?

Она шла по еле заметной лесной тропинке, увязая на каждом шагу в земле длинными каблучками своих высоких (до колен) чёрных сапожек. Из-за этого ей приходилось медленно идти, обворожительно виляя при ходьбе попкой, обтянутой облегающим бордовым платьицем, длиною чуть ниже середины бедра. Между краем платьица и верхом сапожек виднелись стройные ножки, обтянутые чёрными чулками в мелкую сеточку. Прекрасно сложенное тело её (выгодно подчёркнутое платьем) венчала изящная головка с тёмно русыми волосами, чуть-чуть не достающими до попки. Вся её фигура выдавала в ней зрелую женщину. К несчастью, с текущей позиции я мог видеть её только со спины, посему ничего более сказать о ней не мог. Сам вид её будил во мне дикое желание. А уж виляющая попка и слегка колышущиеся на ветерке волосы и вовсе сводили меня с ума. Будь она одна, я б давно уже перешёл бы от наблюдения к более активным действиям. Но, увы, красавицу сопровождали. Слева и справа от неё чуть впереди шли ещё две девушки. Из-за их длинных серых плащей можно было разглядеть лишь нижнюю часть белых сапожек, волосы (у той, что слева — рыжие, свободно ниспадающие до середины шеи, у правой же — чёрные, заплетённые в косу, опускающуюся до середины спины) и висящие на правом боку каждой из них мечи средней длины. Судя по их лёгкой и грациозной походке складывалось ощущение, что передо мной весьма опытные воительницы и связываться с обоими одновременно мне решительно не хотелось. Тем более, что рано или поздно тропинка куда-нибудь да приведёт, да и не вечно же они будут держаться вместе… Успокаивая себя подобными мыслями, я крался за путницами около получаса. А потом тропинка вышла на небольшую поляну, один из краёв которой венчала здоровенная скала. Тропинка же пересекала поляну и исчезала в чёрном отверстии пещеры. Ещё на подходе к полянке я почувствовал мощную магическую ауру и понял что их там ждёт колдунья. Поэтому, дабы не быть замеченным, я не стал приближаться к полянке, а вместо этого залез на одно из высоких деревьев, росших близ тропинки, и стал наблюдать за происходящим оттуда. На поляне путниц поджидало ещё несколько женщин: трое в плащах и с мечами, как и две предыдущие, одна в длинном обтягивающем платье изумрудно-зеленого цвета (по всей видимости та самая волшебница), одна в свободном белом платье, ясно выдающем в ней жрицу какого-то светлого божества и ещё одна, в коричневом кожаном жакете, высоких сапожках и короткой зелёной юбочке. Увы, из-за значительного расстояния рассмотреть детали было несколько затруднительно. Устроившись поудобней, я стал ждать. Женщины же тем временем разожгли на поляне костёр, натянули посередине навес и стали о чём-то совещаться. При этом две воительницы постоянно обходили поляну по периметру, явно оберегая лагерь от незваных гостей. Периодически кто-нибудь из женщин отлучался в близлежащие от лагеря кусты, но я не рискнул пытаться приблизиться к ним, опасаясь быть замеченным волшебницей или часовыми. Разок несколько воительниц углубились в лес, по всей видимости за водой, но и за ними я идти не рискнул. Спустя некоторое время моё ожидание было вознаграждено: большая часть дам ушла в пещеру, оставив у костра всего лишь двух воительниц, судя по цвету волос, встреченных мной первыми. Оставшись одни, девушки сняли плащи, расстелили их у костра, сели на них и, судя по всему, затеяли беседу, периодически оглядывая окрестности. Я же покинул своё убежище на дереве и стал подкрадываться к поляне, стараясь двигаться бесшумно и незаметно (надо сказать, весьма успешно). Добравшись до крайних деревьев я остановился и осторожно выглянул из-за ствола. Оказалось я нахожусь как-раз за спиной рыжеволосой, напротив обладательницы косы. Увы, со столь невыгодной позиции у рыжеволосой можно было разглядеть только точёную шею, гибкую спину, затянутую кольчужной сеткой, и каблучки белых сапожек, которые она, присев, подогнула под себя. Зато на её подругу вид открывался просто замечательный. Одета, как оказалось, девушка была в короткую кольчужку, прикрывающую ноги до колен и оставляющую открытыми шею и плечи. Под кольчужкой находилось белое платьице, тоже оставляющее открытыми плечи, зато снизу заканчивающееся чуть ниже коленей. На груди кольчужка аппетитно оттопыривалась. Кончик косы был перекинут через плечо и девушка задумчиво его теребила. В довершение описания можно сказать, что личико девушки было весьма зрелым и глаза у девушки были карие. Первым моим порывом было броситься на красавицу, опрокинув и оглушив по пути рыжеволосую, благо, увлечённые разговором, девушки мало обращали внимание на то, что творилось вокруг (а если и поглядывали, то больше по сторонам, а не за спину друг дружке). Но, увы, между девушками находился костёр, куда рыжеволосая обязательно бы упала. Мне же было откровенно жалко девушку. Стремясь занять более удобную для нападения позицию, я стал аккуратно смещаться вправо, но тут рыжеволосая сама невольно облегчила мне задачу, встав и направившись в мою сторону к ближайшим кустам. Как я сумел увидеть, глаза у неё были светло-карего оттенка, под стать рыжей шевелюре. Грудь же совсем немного оттопыривала кольчугу. Пройдя совсем близко от затаившегося меня девушка прошла ещё пяток шагов и присела за ближайшим кустом, скрывшись от моих глаз. Милостиво подождав, пока девушка не встанет из-за кустика и не направится к поляне, я, подойдя со спины, накинул на шею девушки лозу, свисающую с ближайшего дерева, и стал её душить. Рыжеволосая извивалась всем телом (тесно прижимаясь при этом ко мне), скребла ногтями по своей шее, но всё бесполезно — лоза всё туже сжимала нежную шейку. Наконец девушка дёрнулась и затихла. Подержав её ещё немножко для верности, я медленно опустил её на землю. После чего удостоверившись, что девушка всё ещё жива, хоть и без сознания, склонился над ней и припал к её губам страстным поцелуем. Потом опустился ниже, поцеловав шею девушки, сжал сквозь кольчугу упругую грудь… Но тут я вспомнил о её подруге, оставшейся на поляне — а ну как её насторожит долгое отсутствие рыжеволосой. Посему, связав девушку по рукам и ногам той же лозой, я снял с неё пояс с оружием и направился назад на поляну. На поляне же мне предстало неожиданное зрелище — обладательница косы вовсю общалась с ещё одной воительницей, видимо только что вышедшей из пещеры, волосы которой были белого цвета, фигурка поражала изяществом и из-под кольчужки которой выпирала немаленькая грудь. При этом, увлёкшись разговором, девушки совершенно не смотрели по сторонам (а стояли они рядом со входом в пещеру, в стороне от костра), что дало мне возможность подбежать к ним почти в упор. Подбегая я услышал, что блондинка рассказывает подружке о том, что экспедиция в пещере займёт больше суток и им троим вменяется в обязанность охранять лагерь. А затем, подскочив уже совсем близко, я обрушил эфес меча на затылок девушки с косой. Девушка рухнула как подкошенная. Блондинка потянулось за мечом, но я, приставив лезвие меча к её шее, объяснил ей, что так лучше не делать. Смотря на меня испуганными глазами и тяжело дыша, девушка повиновалась. После чего я заставил девушку снять пояс с оружием, а затем кольчужку и платье. Как оказалось, под платьицем у прелестницы были лишь небольшие трусики. Я готов был сейчас же броситься на прелестницу, но памятуя о её находящихся без сознания подругах решил чуть-чуть повременить, обезопасив свои тылы. Первым делом я приказал девушке медленно идти вперёд (всё так же, в трусиках и сапожках) к краю поляны, где я оставил рыжеволосую. Сам же я пошёл позади неё, задавая девушке верное направление лёгкими уколами меча и исподволь любуясь её напряжённой фигуркой, подтянутой попкой и стройными ножками. Когда мы дошли до цели я приказал пленнице тащить свою подругу на поляну. Взяв оглушённую рыжеволосую под мышки красавица, пятясь, потащила её на поляну. Я же занял стратегическую позицию чуть сбоку от процессии, предупреждая её возможные попытки убежать или броситься на меня. Первое время блондинка исправно тащила свою подругу, но оказавшись на краю поляны она сделала вид, что споткнулась, упав и уронив на себя свою ношу. При этом она попыталась незаметно вытащить из своего правого сапожка спрятанный там кинжал, но я вовремя это заметил и сумел отобрать оружие, несколько раз сильно пнув девушку. После чего пинками же я заставил её подняться и продолжить тащить рыжеволосую. Почти дойдя до натянутого посередине поляны навеса девушка упала ещё раз. Но, судя по всему, на этот раз от усталости. Я вновь заставил её подняться и подтащить свою подругу к одному из столбов, поддерживающих навес. Затем я приказал ей поднять рыжеволосую, оперев её на столб, и закинуть лиану, которой были связаны руки пленницы на верх столба, закрепив там. Задача оказалась весьма и весьма непростой и к тому моменту, когда блондинка с ней справилась, она, не смотря на свою вынужденную наготу, вся вспотела и тяжело дышала. Но оставалась ещё обладательница косы, которую блондинке пришлось сперва освободить от пояса с кольчужкой, а затем привязать к столбу напротив рыжеволосой. К моменту окончания работ блондинка еле стояла на ногах и, как только обладательница косы была надёжно зафиксирована, без сил опустилась на землю, явно уже не думая ни о чём кроме как о покое... Тут то и настал мой час. Я не спеша разделся, после чего стянул с не сопротивляющейся жертвы намокшие от пота трусики, вылил на неё ближайший бурдюк воды (дабы привести жертву в хоть какое-то подобие тонуса), после чего рывком перевернул её на спину и, положив ножки девушки себе на плечи, попробовал в неё войти. Увы, мало того что девушка оказалась девственницей, так она ещё и начала сильно извиваться, царапаться и даже кусаться. Так что сперва мне пришлось какое-то время прижимать её к земле и только потом, когда она выдохлась, овладеть ей. Впрочем, то удовольствие, с которым я раз за разом входил в её узкое, но обильно смазанное нутро, полностью окупило все неудобства. Да и девушка, утратив свой пыл, лишь изредка подёргивалась подо мной, вскрикивая каждый раз, как я наваливался на неё особенно сильно. Скоро девушка испытала оргазм и окончательно обмякла, лишь прерывисто дыша. Я же продолжал двигаться в том же темпе, раз за разом погружаясь в её девственные глубины. Чуть погодя я рискнул поцеловать девушку. На поцелуй она никак не отреагировала, посему я надолго припал к её губам, играясь с её язычком. Внезапно блондинка подо мной напряглась, обхватила руками мои плечи и, застонав, изо всех сил вжалась в меня. Я понял, что у девушки случился второй оргазм и, видимо от этого осознания, бурно в неё кончил. После чего я встал с девушки, позволив ей лечь набок, а сам лёг рядом и, обняв и играясь с её грудью, попытался узнать имя её, имена подружек и с какой целью она здесь находится. Находясь под впечатлением от своего первого опыта девушка была со мной предельно откровенна и рассказала всё, что знала. Дабы не утомлять читателя, приводить знания полученные от неё я буду по мере надобности. Кстати, оказалось, что светловолосую красавицу зовут Лилианна, её рыжеволосую подругу Ирина, а обладательницу косы — Анастасия. После чего мы вновь занялись с Лилианной любовью. На этот раз она не сопротивлялась и я сумел вовсю насладиться ей, позволив ей быть сверху и держа девушку за грудь. И вновь мы с ней кончили одновременно, тесно прижимаясь друг к другу. После чего Лилианна положила свою головку мне на плечо и уснула. Я же, аккуратно скатив с себя её тело, связал ей руки и ноги оказавшейся поблизости верёвкой и отнёс под навес. Пока я опускал связанную Лилианну на плащ возле костра, очнулась рыжеволосая Ирина и, осознав тщетность попыток освободиться, громко закричала, зовя на помощь. Вид извивающейся в путах воительницы был настолько впечатляющ, что я невольно залюбовался и почувствовал, что во мне вновь просыпается желание. Схватив отобранный у блондинки кинжал, я перерезал сперва путы на ногах Ирины, а затем, задрав платьице и кольчужку, срезал с неё трусики. Осознав мои намерения, рыжеволосая оглушительно завизжала и изо всех сил сжала ножки. Но один удар по животу вмиг заставил девушку обмякнуть в своих путах и замолчать, судорожно глотая воздух. Я же тем временем схватил девушку под коленки и, разведя её ножки, стал раз за разом входить в неё. Увы, такого удовольствия как с Лилианной соитие с рыжеволосой мне не доставило: девушка была явно поопытнее, но при этом оставалась сухой, так что овладевать ей было не так уж и приятно. Видимо было не очень приятно и самой девушке, ибо она, пока я не кончил, визжала и судорожно извивалась, а после обвисла на столбе, потеряв сознание. Оставив рыжеволосую болтаться в своих путах я задумчиво посмотрел на черноволосую Анастасию, но, решив, что пока с меня удовольствий хватит, не спеша оделся. После чего отвязал всё ещё не очнувшуюся девушку от столба, покрепче связал верёвкой, вставил вместо кляпа трусики Ирины и, закинув девушку на плечо, направился к пещере. У самого зева я бросил последний взгляд на лежащую у костра Лилианну и висящую на столбе Ирину, после чего решительно вошёл в пещеру.