Кто сказал, что один в поле не воин?

Вот уже несколько часов я шел по подземному туннелю, перекинув через плечо связанную Анастасию. Первые полчаса моя пленница вела себя буйно, извивалась и яростно мычала сквозь кляп, но в последствии притомилась и висела на моём плече спокойно. Изредка коридор разветвлялся, но повороты, которыми пошли соратницы моей ноши, были старательно помечены, поэтому заблудиться было проблематично. В коридоре было темно, но я прекрасно видел в темноте. Вскоре я решил устроить привал и, сгрузив свою ношу, присел рядом. Как оказалось, светловолосая красавица видела в темноте значительно хуже меня, посему, не заметив наблюдающего меня, она решила попытаться освободиться, перетерев верёвки, стягивающие её руки за спиной, о неровный камень пола. Но, первое чего она добилась, так это то, что её платьице задралось, обнажив трусики. Чем я и воспользовался, перевернув девушку на живот, поставив её в коленопреклонённую позу, уперев грудью о пол и стянув трусики. Будучи крепко связанной по рукам и ногам Анастасия почти не могла сопротивляться и лишь громко мычала сквозь кляп и извивалась. Удовлетворив свою похоть, я вновь закинул девушку на плечо и пошёл дальше. Прежде чем в глубине коридора показались огни лагеря девушек, я останавливался ещё несколько раз. Где-то на второй раз Анастасия потеряла сознание и последующие разы я пользовал уже её бесчувственное тело (впрочем с не меньшим удовольствием). Завидев же огни я положил бесчувственную девушку на каменный пол тоннеля и стал медленно подкрадываться к лагерю. Впрочем, подкрадывался я совершенно напрасно, ибо все три его обитательницы были заняты: две из них увлечённо насиловали третью, лежащую на большой белой тряпке, в которой угадывалось разорванное платье жрицы. Рядом лежали сброшенные плащи, кольчужки, платья и трусики воительниц. Пояса же с оружием были предусмотрительно сложены на тряпке, возле ног насилуемой. Сцена насилия озарялась небольшим магическим костерком, горящем на ровном каменном полу. В стене тоннеля с противоположной стороны лагеря угадывалась закрытая каменная дверь. Подойдя поближе и заняв более удобную позицию, я принялся рассматривать девушек. Первая насильница сидела на голове своей жертвы, обеими руками прижимая её рот к своей промежности. Судя по напряжённой спине, насилуемая вполне соответствовала её ожиданиям. Сама насильница обладала подтянутой фигуркой, прямыми чёрными волосами до плеч, небольшой высокой грудью и длинными мускулистыми ногами. На вид она была женщиной зрелой, лет тридцати. Напарница её располагалась между ножек жертвы и интенсивно терлась своей щёлкой о промежность жертвы. В следствии чего обе девушки бешено извивались, а насильница изредка издавала сладострастные стоны. Одновременно она удерживала руками запястья жертвы, не давая ей возможности вырваться. На вид она была явно моложе первой насильницы на пару-тройку лет, обладала более изящной фигуркой, а грудь её была чуть побольше. Цветом волос, спадающих до середины спины, глазами и чертами она сильно напоминала свою напарницу. Видимо они были сёстрами. Обе насильницы были полностью обнажены, не считая сапожек. Насилуемая же ими жрица (о чём было несложно догадаться по лежащему под ней разорванному платью) обладала хрупким телосложением, высоким ростом и длинными русыми волосами ниже талии. Насколько можно было рассмотреть из-за насильниц, грудь её обладала выдающимися размерами, а на одной из длинных изящных ножек была надета белая туфелька на высокой шпильке. Вторая туфелька валялась поблизости от девушек. Зрелище трёх совокупляющихся красавиц было настолько возбуждающим, что я сразу же перешёл к активным действиям. Подскочив к воительнице, сидящей в ногах жрицы, я сходу пнул её по подбородку. Увы, от возбуждения я слегка не рассчитал силу удара, посему девушка отлетела на несколько шагов назад, дёрнув за собой жрицу, и упала на спину, потеряв сознание. Её напарница, предупреждённая неожиданным рывком жрицы, успела откатиться назад, попутно увернувшись от моего пинка. Впрочем, от последующего удара в живот увернуться она уже не успела и согнулась пополам, судорожно пытаясь вдохнуть. Воспользовавшись её позой, я быстро зашёл к ней сзади и вошёл в нутро девушки, обильно смазанное слюной жрицы. Так и не восстановив дыхание, девушка лишь слабо вскрикивала, раз за разом принимая меня в себя. В какой-то момент колени её подогнулись и она упала в коленопреклонённую позу, ткнувшись головой в колени наблюдающей за нами жрицей, успевшей сесть и повернуться в нашу сторону. Опустившись возле поверженной воительницы и приподняв её за талию, я продолжил насаживать девушку. Красавица теперь лишь тихо поскуливала, лёжа головой между ножек жрицы и изо всех сил сжимая руками её запястья. Жрица же безрезультатно пыталась вырваться из стальной хватки своей бывшей мучительницы. Когда на воительницу накатил оргазм, она выгнулась всем телом, прижавшись ртом к лону жрицы и дёрнув на себя её запястья. Почувствовав, как в её промежность ткнулись губы воительницы, жрица вскрикнула и повалилась на свою насильницу, увлекаемая рывком последней. Тем самым жрица ещё плотнее прижала голову воительницы к своей промежности, вынудив последнюю буквально впиться в её бутончик. При этом руки жрицы, по прежнему удерживаемые за запястья стальной хваткой воительницы, оказались заломленными назад, грудь легла на спину бывшей насильницы, а личико оказалось в непосредственной близости от моего жезла, размеренно входящего в нутро жертвы. Продолжая раз за разом входить в нутро воительницы, я вовсю любовался ёрзающим личиком жрицы, её серыми глазами и тонкими чертами лица. Жрица же тем временем отчаянно извивалась, пытаясь если не вырваться, то хотя бы сменить свою неудобную позу на более комфортную и убрать своё личико от моего трудящегося фаллоса. Периодически, то ли особенно неудобно заломив руки, то ли чувствуя губы воительницы на своей промежности, жрица пронзительно вскрикивала. К тому же, бедняжка тяжело дышала, приоткрыв свой очаровательный ротик. Скоро воительница взвыла, тело её напряглось, руки конвульсивно дёрнулись, вынудив жрицу вжаться в свою спину и пронзительно завизжать от боли, а мышцы влагалища особенно прочно обхватили меня. Затем воительница затихла и замерла, по прежнему удерживая жрицу, но уже никак не реагируя на мои действия. Жрица же рыдала в голос, сидя перегнувшись через воительницу и рассыпав в беспорядке по спине свои длинные волосы. Устав входить в безучастную воительницу, я приподнял головку сотрясающейся от рыданий жрицы (вынудив последнюю взвыть от боли в заломленных руках) и быстрым движением вставил свой член в её приоткрытый ротик. Жрица инстинктивно обхватила его губами и я стал качать её голову туда-сюда, насаживая её на себя. Жрица стонала и всхлипывала, но продолжала исправно доставлять мне удовольствие. И только когда я, насытившись, оросил её лицо и попку воительницы, взмолилась о помощи, пообещав удовлетворить любые мои желания. Естественно я не переменул воспользоваться столь выгодным предложением и не только освободил жрицу, но и позволил ей привести себя в порядок. Зная, что обещания жриц нерушимы, я тем временем покрепче связал обеих воительниц и надёжно зафиксировал обеих на полу в сидячем положении, привязав их связанные за спиной руки к выступам на стене пещеры. После чего я осмелился даже сходить за так и не очнувшейся Анастасией, принеся её к лагерю и зафиксировав рядом с подружками. Когда я поднял взгляд на жрицу, оказалось, что она успела не только подмыться, но ещё и надеть новое платье. Как и предыдущее оно было кристально белого цвета. Длинная юбка платья доходила до щиколоток, оставляя открытыми лишь ступни, облачённые во всё те же изящные туфельки. Но при этом юбка была настолько узкой, что позволяла девушке передвигаться лишь мелкими шажками, обтягивая изящные длинные ножки и подчёркивая тонкую талию хозяйки. Верхняя же часть платья хоть и была столь же обтягивающей, но при этом имела внушительных размеров декольте, почти не скрывающего аппетитную грудь девушки от моего похотливого взора. В общем, облик был крайне возбуждающ. Подойдя к жрице, я обнял её за тонкую талию, впившись губами в её очаровательный ротик. Девушка осталась безучастной, впрочем, и попыток отстранится не проявляла, замерев в моих объятьях. Я же давал своим рукам всё больше и больше воли, сперва гладя красавицу по спине, затем сжимая её попку, а после задрав ей юбку и схватив её за обнажившиеся бёдра. Прижав жрицу изо всех сил к себе, я вынудил её обхватить себя ногами, тем самым позволив нам повалиться на связанных воительниц. Жрица приземлилась аккурат поперёк обнажённых девушек, по-прежнему обхватывая меня ногами. Я же, упав сверху, со всего маху вошёл в красавицу (трусиков на девушке не было). Ощущение, как мой жезл молниеносно пробороздил лоно девушки, а её шикарная грудь с силой расплющилась о меня, было в разы сильнее всего, испытанного мной за день. Сама же жрица сумела лишь сдавленно пискнуть, будучи вжата моим весом в тела своих бывших насильниц и их подружки. Не теряя темпа, я начал стремительно насаживать жрицу, не отпуская её бёдер. Тело девушки судорожно подёргивалось и острые каблучки туфель слегка царапали мне ноги. В скором времени я отпустил бёдра жрицы, схватив её голову и жадно припав к раскрытому для дыхания ротику. Через некоторое время жрица задергалась подо мной гораздо интенсивнее. А после затихла. Подвигавшись на жрице ещё какое-то время и ощутив приближение оргазма я привстал и, отбросив в сторону тело красавицы, обильно оросил лежащих без сознания воительниц своим семенем. После чего, возбудившись от вида осквернённых воительниц, вновь стал пользовать жрицу. Но на этот раз постелью ей служил холодный камень пола, а сама девушка была без сознания. Очередной оргазм жрица была вынуждена принять уже в себя. Затем я продолжил пользовать её распробованные врата, разнообразия ради задрав её ножки и наклонив их к её личику, так что коленки жрицы оказались прижаты к её животу. Почувствовав, что вновь готов излиться, я, потянув на себя красавицу, кончил аккурат в разрез платья, между грудями жрицы. Затем, оставив жрицу в покое, положил поверх неё ещё не пользованную воительницу и, задрав ножки последней, обесчестил так и не очнувшуюся девушку. Удовлетворившись таким образом, я, не снимая платьица, наскоро подмыл груди жрицы, после чего расправил её длинную юбку. Затем вновь привязал воительницу рядом с её подружками. Полюбовавшись жрицей, я уже привычным жестом взвалил её на плечо и, открыв дверь, покинул лагерь.