Потеряна

Девушка бросила пугливый взгляд на Найла. Она думала, что он спасёт её? Да, она верила в это всем своим сердцем, она хотела, чтобы её спасли. Но блондин даже не повернулся к ней, он продвинулся вперёд на несколько шагов и протянул руку Зейну. — Готов к этому вечеру? — поинтересовался хозяин дома и скривил губы в улыбке. Возможно, это и было очень привлекательным, но у Софи позывы тошноты становились сильнее. Малик приобнял своего друга и что-то тихо сказал, и они вдвоём засмеялись. — Ладно, не очень вежливо оставлять Софи в одиночестве. Как твоё настроение? Услышав своё имя, девушка автоматически посмотрела сторону Зейна. Его глаза были тёмными, пропитанные зверским желанием, немного потрескавшиеся губы были приоткрыты, засохшая кровь манила Софи, она хотела чувствовать этот металлический привкус у себя на языке, проводя им по трещинкам, плавно переходя к ключицам, опускаясь всё ниже и ниже, поддаваясь искушению. Лёгкая дрожь пробежалась по её телу, оставляя напряжённое ощущение. Это было пыткой для неё. Но приятной ли? — Но твой ответ не изменит наше решение, — прошептал Найл. На миг его глаза озарил хищный свет. Обстановка была напряжённой, а молчание и вовсе добило ситуацию. Молодые люди стояли рядом, хотя Софи всё время отдалялась и пятилась назад, создавая расстояние между ними. Её голова была пуста, мыслей никаких не было, кроме той, как Зейн ещё не замёрз, ведь она и в пальто давно уже покрылась мурашками. — Ты замёрз, — произнесла Софи, скорее, как утверждение, а не вопрос. — Нет, я чувствую себя, будто попал в жаркие страны, а было бы весьма неплохо! — воскликнул с мечтательности в голосе пакистанец. Но после опомнился и схватил за руку рыжую. — Ты совсем замёрзла, пойдём домой, ты согреешься. Что-либо говорить было бы глупо, во всяком случае, бесполезно, так что девушка поплелась следом за парнем. Тёплая рука грела её холодную. На секунду показалось, что Зейн с заботой посмотрел на Софи. А, может, это правда? Девушка замечала, что в последнее время он ведёт себя нежнее с ней. Теперь с его стороны не следовало грубых движений, не было той изначальной неприязни. Он может измениться, если захочет, если сильно этого захочет. Когда Зейн открыл дверь в дом, оттуда повеяло теплом и терпким ароматом только что сваренного кофе. Софи глубоко вдохнула воздух, заполняя лёгкие приятным запахом. Сейчас она была готова пойти на сделку с дьяволом, лишь бы сделать глоток этого напитка и ощутить во рту этот вкус. Но она молчала, прикусив язык. Малик, как истинный джентльмен, помог ей освободиться от пальто, а затем одной рукой заправил выбившуюся прядь за ухо. Милая улыбка озарила его лицо. Казалось, что это ребёнок, искренне радовавшийся какой-то очередной безделушке, но как только в прихожей очутился Найл, лицо первого тут же помрачнело. Переодевались они молча, никто не проронил ни слова, словно играли в молчанку. У каждого из присутствующих в голове кружились свои мысли. Найл мечтал быстрее оказаться на втором этаже, где располагалась комната с большой кроватью. Его тайные желания, я думаю, не стоит описывать, потому что они были чрезвычайно жёсткими, полные садизма. Грустные мысли терзали Зейна. Впервые за долгое время они были посвящены бедной рыжей девушке, находившейся в той же комнате, что и он. А сама Софи думала всё о том же приятно пахнущим кофе. — Здесь холодно, — прохрипела та, поправляя короткое платье. Оно постоянно поднималось до неприличной высоты, что доставляло его обладательнице смущаться и опускать взгляд в пол. — Тогда пойдём наверх, — сказал Найл. Он хотел придать голосу безразличие, якобы он не намекает ни на какие грязные вещи. Подойдя к своей жене ближе, он нежно коснулся своими губами её щеки и отдёрнул её руку от подола платья. Это непередаваемое ощущение, будто по телу прошёл заряд. Софи вздрогнула. — Вы тогда поднимайтесь, а я выпью чашечку кофе, он должен взбодрить меня. Эту ночь я почти не спал. М, может, вы тоже хотите? — в замешательстве произнёс Зейн, поправив причёску, укладывая волосы назад. — По-моему, это хорошая идея! — восхищённо воскликнул Найл, отпуская рыжую и подходя к Зейну. — Софи, можешь подняться наверх и подождать нас там. Мы были бы приятно удивлены, если ты подготовишься и встретишь нас как-то по-особенному, — он сделал акцент на последнее слово. Софи поняла смысл всех слов, которые услышала из уст Найла, но подчиняться не хотела, это было постыдным для неё. Вместо этого, она покорно вышла из комнаты, заходя в другую, где располагалась винтовая лестница. Она вела на второй этаж, попадая сразу в комнату страданий, где чаще всего девушке приходилось выполнять все грязные указания возбудившихся не на шутку парней. Это было невыносимо. Каждый раз она из последних сил сдерживалась, чтобы не заплакать, а, приходя домой, она запиралась в ванной и выпускала слёзы наружу. Горячая вода растекалась по её худому телу, делая ещё больней. А жидкость из глаз спускалась по щекам и губам, оставляя солёный привкус. Но что она могла сделать? Ничего. Софи находилась в вечной власти своего господина. Дотрагиваясь до двери, сделанной из красного дерева, девушка вздохнула, и, стараясь казаться смелой в своих глазах, широко распахнула дверь. Тут ничего не изменилось с того момента, как она была здесь в последний раз. Стены цвета топленого молока, тёмный ламинат, посреди этого зала стоит большая, нет, громадная кровать, комод и зеркальный шкаф расположены в левой стороне, и зеркало напротив. Обычная комната, если не знать, что обычно в ней происходит. Софи прошла к кровати и легла на неё. Прохладный шёлк щекотал её кожу, доставляя удовольствие. Девушка расслабилась, желая продлить этот момент, лежать так вечно. Но такого не будет. Зачем мечтать о несбыточном? Медленно, но хорошие мысли покидали её голову, а на замену приходили воспоминания. Как же Софи не хотела этого! *** — Давай, Соф, сделай это красиво! — Найл сидел на кровати. Он облокотился на руки и следил за движениями девушки, которая сидела перед ним на полу. Он буквально хотел наброситься на неё: растрёпанные волосы прикрывали выделяющиеся ключицы, тонкий чёрный корсет сковывал её, но придавал сексуальность её невинному виду. Тонкие ножки были поджаты изо всей силы — она боялась парня. — Я не могу! Это мерзко! Я не хочу... — рыжая пыталась отползти назад, но ей это не удавалось, так как её руки просто проскальзывали по полу. — Если не послушаешься меня, то я тебя накажу прямо здесь! — выкрикнул блондин. — Не посмеешь. Ты меня любишь слишком сильно. — Да, именно поэтому я хочу исправить тебя, — заметил Хоран. Он медленно встал с кровати и встал на колени рядом с рыжей. От неё исходил приятный аромат: примесь запаха свежих цветов и летней травы. — Опусти руку, иначе я сделаю это сам. Не давая ответить бедному созданию, Найл неторопливо пробежался пальцами по ногам Софи, а затем прильнул к её губам, после чего рука парня поднялась чуть выше, заставляя рыжую покраснеть. *** Тело девушки лежало на кровати, казалось бы, в безжизненном положении, но тихое сопение подтверждало обратное. Во сне она была очень милой: морщинки расправлялись, пухлые губы были сомкнуты, а ресницы иногда вздрагивали. Она была красивой, несмотря ни на что. Но кошмар, приснившийся ей сейчас, заставил Софи резко вскочить из кровати и закричать во всё горло, будто кто-то смертельно ранил её. Она отчаянно кричала, пока не осознала, что весь этот ужас был всего лишь дурным сном. Оглядев комнату, она потёрла глаза и вновь легла на кровать. Так как в комнату никто ещё не зашёл, были предположения, что её крик был слишком тихим, но вряд ли. Пять минут Софи пролежала, открыв глаза и устремив их в потолок, это казалось вечностью для неё. Сама не понимая зачем, но девушка подняла руку вверх. Её глаза осматривали каждый миллиметр её белой кожи. Пальцы, ногти, костяшки... Щуря глаза, а потом раскрывая их полностью, она с удивлением продолжала своё занятие. Кажется, рыжая сходит с ума. Спустя ещё какое-то время стали доноситься приглушённые звуки с лестницы. Софи безразлично опустила руки и повернула голову в сторону двери. Её взгляд был пустым, лишённым жизни. Шаги стали отчётливее, и в проходе появился Зейн. Но привычной улыбки на его лице не было, да и все движения слишком резки, слишком тревожные. — Ну, чего стоишь? — пролепетала девушка, накручивая локон на палец. — Давай, иди ко мне, давай, сделай мне больно, тебе ведь нравится причинять мне боль? Она плавно поднялась с кровати, выпячивая грудь вперёд, ноги заплетались, но это не мешало. Закусив губу, она откинула волосы назад и подошла к шатену. Её руки потянулись к нему, вычерчивая на торсе какие-то узоры. Нежно приблизившись к нему, она облизнула ему нижнюю губу и захохотала. — Хочешь, я сделаю тебе ещё приятней? — закрыв глаза, Софи опустила руки и начала расстёгивать молнию на его джинсах. Но она получила лишь лёгкий шлепок по рукам, и, открыв глаза, отстранилась, пугаясь грозного взгляда. Карие глаза горели огнём. Он был зол? — Тише, Софи, тише, — прошептал Зейн и прислонил палец к её губам, которые были розовее, чем час назад. — Тебе нужно бежать, бежать как можно скорее!