Потеряна

Софи спокойно наблюдала за парнем, который с полуулыбкой на лице собирал свои вещи. Сердце глухо стучало внутри, пытаясь скрыть боль и слёзы, которые вот-вот норовят показаться. Но она старалась, старалась ради него, не думая про себя. Печальные мысли засели глубоко в её голове, да и в его тоже, но никто не хотел признаваться. Прощание. Нужно простить и отпустить. Зейн обулся, даже не потрудился завязать шнурки, куртка свободно моталась на нём, солнечные очки служили теперь ободком для волос. Он был потерян, она тоже, никто не знал что можно сказать на прощанье. — Мне пора, иначе я опоздаю на самолёт, — сказал Зейн будто в пустоту. Его голос быстро разошёлся по комнате и гулко откликнулся в правой стороне. Теперь всё стало пустым и одиноким. — Да, тебе пора, — растерянно согласилась рыжая, неловко приближаясь к Зейну. Она прижалась к нему, зацепляя руки за его шеей, положила аккуратно голову на мужское плечо и закрыла глаза, больно прикусывая губы. Ненужная влага скопилась на уголках глаз девушки, но теперь ей всё равно, ведь выбор сделан. — Знай, я всегда буду ждать, ведь я люблю тебя, — дверь закрылась вслед за Маликом, больше в тот день она не открылась. Девушка долго ещё стояла на месте, не думая ни о чём. Взгляд был каким-то пустым, ничего не выражающим, а эмоции бушевали внутри. Но кто позволит им выбраться? Софи всеми силами пыталась переубедить себя, внушала, что эти чувства быстро пройдут, не оставив даже следа, но какова же была её ошибка. Рыжеволосая тяжёлым шагом устремилась обратно в зал. Включила телевизор и начала без всякого интереса щёлкать на следующие каналы, пока они не стали повторяться, в итоге, оставила на каком-то местном вещании. В какой-то момент душевные порывы были настолько велики, что Софи хотела схватить телефон и позвонить Зейну, объяснить, что отрицательный ответ был дан по глупости, а настоящие чувства совсем другие и отличаются от тех, что она прежде показала... Но что-то останавливало её делать это. Причины всей этой нерешимости, искала Софи весь вечер, держа кота на коленях — сладкое сопение последнего иногда успокаивало хозяйку, но эффект был кратковременный, поэтому девушка сразу же возвращалась к проблемам.И почему она заявила, что не нуждается в Зейне? Зачем ранила его чувства? Зачем отвергла того человека, который стал ей почти родным? Это было крайне сложно — признаться самой себе. Возможно, дело правильности. Да, иначе как объяснить тот факт, что любая мысль о каких-либо чувствах к Зейну обязательно заканчивалась строгим взглядом Найла в воображении. Такие моменты заставляли бедную Софи вздрагивать и трясти головой, чтобы видения исчезли. А, может, дело вовсе в другом? Дело в чувствах, и Софи вовсе не воспринимает Зейна? Нет, эта мысль исключена. Девушка ни раз задумывалась об этом, всё время приходя к одному и тому же выводу: он ей симпатичен. Тогда что же толкнуло её сказать неправильные слова парню? Уже была полночь, привычные выкрики с улицы сменились тихим пением под гитару и лаем бездомных собак. Всё-таки Тироль отличается от Лондона, что даже казалось странным. Но в комнате Блэк ничего не изменилось, всё та же напряжённая тишина, угнетающая атмосфера и холодные стены. Три часа ночи. И всё без изменений. Сон не приходил к девушке, которая так и сидела, смотря на одинокую луну, восходящей на звёздном небе. Мурашки по коже от неизвестного страха, плохих предчувствий. Пять часов. Чуть сонный взгляд упал на искусственный цветок, поставленный, видимо, для уюта. Черные лепестки роз переплетались с алыми, цвет последних был настолько жив и ярок, что неприятно выделялся на общем фоне сумрака. Смиренно кинув взгляд куда-то в сторону, Софи прерывисто вздохнула и выпрямила спину, будто показывая, что вовсе не устала сидеть в одном положении. Шесть часов. Веки девушки устало опускались и труднее поднимались с каждой секундой. Так повторялось до тех пор, пока сон под конец не сморил её. Спала она сидя, хотя это вовсе не предоставляло дискомфорта, видимо, организм сильно измотался, поэтому любой отдых был ценен. Но он продолжался недолго — какой-то жалкий час и несколько минут. Чувствуя дикую боль в области спины, Софи, наконец легла, тем самым испугав кота. Он чуть оцарапал ноги девушки, потом спрыгнул и скрылся где-то за углом. Проводив его взглядом, девушка перевернулась на бок и подняла глаза на стенку. Рассмотрела глупые и затейливые узоры, левой рукой играла с кончиками волос, которые уже пора давно подстричь, а думала всё об одном и том же. Ещё не поздно всё изменить. Можно вернуть то, что было и чем она дорожила, время позволяло это сделать, а смешанные чувства нет. Всё было бы просто замечательно, не будь стольких проблем и мыслей в голове. Однозначно. Но жизнь такая, тут и говорить нечего. Забот не уменьшить без труда, любовь не получить одним взмахом руки, иначе всё было бы легко и неинтересно. Трудности украшают жизнь, хоть и слезами, но слёзы — это тоже краски. *** — С вами всё в порядке? Маленькая девочка, лет семи, может, чуть меньше, приметила одного парня, сидящего в одном положении больше часа. Конечно, такого она раньше не видела, ведь жизнь умело маскировала трудности от неё, но вовремя показывала. Очередной сюрприз в виде очень грустного, возможно, чуть пьяного молодого человека, был преподнесён милой натуре. Девочка сделала пару прыжков через скакалку и приблизилась к той лавке, которую, кстати, недавно перекрасили из голубого в ярко-рыжий цвет. Аккуратно пригнулась, чтобы вглядеться в небесные печальные глаза и попытаться разгадать тайну блондина. Но несмотря на заданный вопрос, он продолжал сидеть, не поднимая головы и вообще не обращая на окружающий мир внимания. — Я бы оставила Вас сейчас в одиночестве, тет-а-тет со своими проблемами, но моё воспитание этого не позволяет, — гундосым голосом заявила девочка и оттолкнулась от земли, чтобы сесть на лавку. Она ещё раз посмотрела на незнакомца и отвернулась, понимая, что он не обращает внимания. — Меня, кстати, Сэм зовут. Странное имя для девочки, но моим родителям нравится. Знаешь, они немного странные, назвали моего брата Олли, хотя я считаю, что это девчачье имя. А ты что скажешь? Сэм предприняла очередную попытку разговорить парня, но и она, увы, не увенчалась успехом, поэтому девочка решила говорить без остановки, дожидаясь момента, когда незнакомец прикажет ей замолчать. — Где мои родители? Хм, — Сэм нахмурила лоб совсем как взрослая и начала качать поочерёдно ногами. Затем опять продолжила. — Они поссорились, очень сильно поссорились. Вчера папа накричал на маму, затем ударил. Дальнейшего я не видела, потому что прибежал Олли и оттащил меня к себе в комнату. Там мы просидели всю ночь, только брат спал, а я нет. Он рассказывал мне о том, почему родители ругаются, только я не особо поняла. Мама спала с другим мужчиной. Знаешь, я ведь тоже сплю с папой, хотя я женского пола, но мама никогда не кричала из-за этого. Всё очень странно у этих взрослых. А я пока ребёнок, Олли говорит, что это лучшее время, а я так не считаю. Ведь намного интереснее самому решать проблемы, отвечать самостоятельно за свои поступки. — Ты совсем уже взрослая, Сэм, — отозвался парень. Он выпрямил спину и взглянул на девочку, сидящую подле него. Её зелёные глаза внимательно изучали парня. И признаться честно, она была удивлена столь прекрасному голосу незнакомца, и лишь поэтому в открытую рассматривала его. — Я Найл. — Мистер Найл... — Просто Найл, — поправил парень и дружелюбно улыбнулся, хотя это давалось крайне тяжело. — Найл, — заинтересовано начала девочка. Она ликовала своей маленькой победе, ведь человек старшего её возраста позволил называть его по имени, да и к тому же назвал её взрослой. — Как вы думаете: мои родители будут вместе? Они ведь так любили друг друга. Хоран вначале хотел сказать, что чудес на свете не бывает, и родители Сэм вряд ли когда-то ещё будут вместе (берём из расчёта, что любви как таковой и не было), но вовремя опомнился и, раскрыв рот, запнулся. Уж лучше наврать ребёнку, чем сказать обидную правду. — Знаешь, я уверен, что они будут вместе. Твои родители любят тебя и готовы на всё, лишь бы их маленькая дочурка была счастлива. Вот увидишь, что так оно и будет! — Вы правда так думаете? — удивлённо спросила Сэм, тут же меняясь в лице. Теперь на личике появилась более широкая и радостная улыбка. — Разумеется. — Спасибо за то, что не дали пасть духом. Теперь я чувствую себя обязанной. Найл, хотите, я тоже помогу вам? Немного рассмеявшись, парень согласился. ОН не хотел обидеть новую знакомую, к тому же такую милую и совсем взрослую. — Что стало причиной вашей грусти? — Это серьёзные проблемы, совсем не касающиеся детей, но... я смотрю ты взрослая и всё-всё поймёшь. Дело в том, что недавно мой друг предал меня. Он сбежал от меня вместе с моей женой. — Вы страдаете? — Я страдаю, Сэм. Так больно вспоминать те моменты, когда я стал обманутым. Мой лучший друг, которого я ценил, уважал, любил как старшего брата, предал меня. Он выставил меня полным дураком в игре под названием "жизнь". Забрал лучшее, что я когда-то имел, забрал всё, что я любил всем сердцем до глубины души. И это я потерял. Каким же я был идиотом! Боже мой, как я ошибся! Я ведь мог всё исправить. Мог наблюдать за милой улыбкой моей Софи, смотреть в зелёные глаза, полные надежды и любви, изучать каждый сантиметр лица, и это теперь не в моей власти. И мне даже не удалось сказать обычное, но искреннее "прости". Я не простился с ней, мою жену крали, не дав сказать и слова. Теперь мне мучиться и гнить одному в мире, полному таких же монстров как и я... Посмотрев направо, где сидела Сэм, Найл больше не обнаружил её. Пустая скамья рыжего цвета без единого признака милой девочки. Нервно начав оборачиваться, парень так и не нашёл её взглядом: тысяча детей и никакой Сэм. Значит, ему показалось...