Потеряна

Она медленно продвигалась вперёд, опираясь на кирпичную стену какого-то старого дома. Погодка и вправду была ужасной: деревья порой нагибались чуть ли ни до земли, рекламные щиты скрипели что есть мочи, а люди, буквально подгоняемые ветром, торопились домой. Девушка уже сотню раз пожалела о том, что вышла из отеля, даже телефон с собой не взяла. Лишь завернув за угол дома, Софи почувствовала себя в относительной безопасности. Ветер почти не чувствовался, хотя изредка он подхватывал рыжие волосы и слегка поднимал вверх. Девушка присела на грязный асфальт и облокотилась на не менее чистую стену, испсанную непонятными яркими надписями. Она пыталась как можно быстрее придумать план дальнейших действий, но в голову ничего не лезло. До отеля она знала лишь одну дорогу, по которой пришла, телефон оказался забытым, а рядом ни единой души. А вариант подождать здесь до окончания всех этих бедствий было как минимум глупо. Кто даст гарантию, что ветер стихнет именно сегодня, а не через неделю? Вздохнув полной грудью, Софи посмотрела в сторону, где заканчивался переулок. Листья в перемешку перенаправлялись из одной стороны в другую, врезясь в препятствия и захватывая с собой другой мусор. Частые порывы ветра — дребезжание старых крыш пугало бездомных животных и рыжую гостью, которая со всей силы вжалась в стену и бросала пугливые взгляды по сторонам. В итоге, она решила выйти оттуда, потому что на пару минут ветер стих, возможно, даже прекратился. Настраивая себя на самый ужасный конец жизни, Софи встала со своего места и двинулась вперёд. Будь, что будет. Порыв ветра сбил всё, что находилось вокруг. *** Зейн сидел в самолёте, устало потирая переносицу. Он долго не спал, переживал всё время за девушку, которую оставил в одиночестве, боялся, что по телевизору показывали её обездвиженное тело, что теперь её нет в живых. Он еле успел купить билет на этот самолёт. По непонятным причинам, возможно, везение не покинуло его, ему досталось последнее место, правда, в эконом классе. Но сейчас было бы глупо жаловаться на условия, ведь поездка была не прихотью, а необходимостью. Сказать, что Зейн волновался — ничего не сказать. Парень не находил себе места всё время полёта. Он судорожно расхаживал по длинному коридору взад-вперёд, хотя стюардессы вежливо просили перестать это делать. Он постоянно спрашивал бортпроводников о последних новостях, но те, увы, ничего не могли сказать, так как на время полёта были "отрезаны" от внешнего мира. Ужин, предлагаемый в самолёте, так и остался нетронутым. Лишь были крошки от хлеба, который от волнений крошил брюнет. Он отсчитывал минуты до прибытия в аэропорт. Следил за секундной стрелкой и молил двигаться её быстрее, но время отказывалось подчиняться. Оно вне нашей власти, к сожалению. Крик хотел вырвался из Зейна, но парень сопротивлялся из всех сил. Меньше всего сейчас ему хотелось показаться слабым в начале борьбы. Сжимал рубашку в кулаки и усердно переминал ткань, которая тут же мялась. Никогда не сдаваться. Никогда и ни за что. Остальное время в дороге не отличалось от предыдущего. Всё казалось унылым, мучающим, и до ужаса бесконечным. В конце концов, Малик добрался до Тироля, а потом заявился в отель, где проживала Софи. В очередной раз не пожалел, что выбрал именно его. — Мистер Малик? — хилый паренёк в униформе подбежал к Зейну и скривил губы в улыбке. — Какими судьбами? — Ты как раз вовремя, Джексон, — Зейн хлопнул в ладоши и приложил их к подбородку, будто размышляя. — Слушай, ты помнишь ту девушку, которую... — Софи Блэк? — опередил работник персонала и его улыбка стала ещё шире, — вы о ней? — Ты сообразителен, — брюнет выудил из бумажника купюру и засунул её в карман приятеля, с кем сейчас вёл разговор. — Ты видел её сегодня? — Да, мистер. Но она покинула отель с самого утра, так и не вернулась. Вы можете подождать её в холле и выпить что-нибудь. За наш счёт, разумеется. — Куда она направилась? — Честно говоря, я не знаю. Мы пытались её остановить, потому что было штормовое предупреждение и выходить куда-либо без надобности опасно, но та сказала, что уверена в своём поступке. — Почему вы так легко выпустили её? Да там от любого порыва её бы снесло! Она весит вдвое меньше тебя и меня! Господи, чем ты думал? Я же просил следить за ней. Просил хоть изредка поглядывать за ней, чтобы ничего не случилось плохого. Ладно, когда она ушла? — Вы же знаете, что я не в вправе заставить кого-либо не покидать отель. Тут каждый сам решает. Максимум, что я мог сделать: попробовать повлиять на решение. Увы, это не помогло. — Это уже не важно, Джексон. Скажи, куда она пошла! — Я не знаю, мистер. Не выдержав, Зейн метнулся вон из отеля. Его передёрнуло от такой безответственности Джексона, которому он доверил следить за Софи. Ну, не следить, а присматривать. Хотя что в этом такого? Практически ничего, просто присматривать, ничего большего. Ветер усилился с тех пор, как Зейн зашёл в здание гостиницы. Пугливо оглядываясь назад, он двинулся дальше уверенным шагом. Парень и понятия не имел, куда идти дальше. Хоть и знал весь город как свои пять пальцев, он и предположить не мог приблизительный маршрут рыжей. Оставалось только блуждать по окрестностям и надеяться, что фортуна повернулась к нему лицом. Когда на пути ему встречались люди, спрашивал, не видели ли они рыжую девушку, на что все отвечали либо то, что им некогда, либо, не видели. Спустя длительное время, которое Зейн провёл на улице, он так и не получил никакой информации о девушке. Он поник духом и уже, ни на что не надеясь, бродил по улицам с сигаретой во рту. Дым из-за ветра окутывал его, но этот запах нравился парню, приносил успокоение и удовольствие. Последняя затяжка навеяла неприятные и крайне траурные мысли о Софи. Побыстрее отбросив их, Малик пошёл дальше, заглядывая за каждый поворот. И тут, что было явной неожиданностью для парня, кто-то, до ужаса неуклюжий, упал в ноги к нему, взмахнув перед этим копной ярко-рыжих волос. Мимолётный испуг прошёл очень быстро: брюнет упал на колени рядом и прижал к себе бедную девушку. — Господи, Софи, как ты здесь оказалась? — еле слышно спросил парень и заглянул в зелёные глаза. — Я по всему городу тебя ищу. — Спасибо, Зейн.