Тайны забытого дворца

К возвращению Падишаха снова устроили грандиозный прием. Хюррем родила прекрасную девочку – Михримах. Она так ждала сына, поэтому узнав, что у нее дочь, сначала огорчилась, мол, разлюбит её Сулейман, но Валиде успокоила бедную наложницу, сказав, что у неё самая красивая девочка на свете, и что Повелитель обязательно полюбит их дочку. Во время торжества я не увидела Ибрагима Агу, где же он? Я пошла в сторону его покоев…стучать или не стучать…все же постучала. Ответ не последовал, я толкнула дверь, но она была заперта. Неужели… - Не меня ли ты ищешь, Нигер Калфа? – вернулся…живой. Я боялась повернуться, вдруг мне просто послышалось, я медленно развернулась и увидела его. На его лице была улыбка, я впервые её увидела. - Вас не было на празднике, и уж было подумала… - Подумала, что я пал во время боя и ты наконец от меня избавилась. – он был в необычайно хорошем расположении духа. - Что Вы такое говорите? Все так переживали за Вас и молились о Вашем здравии! – он пронзительно посмотрел на меня. - И ты? - Конечно! - Эх, Нигер Калфа, лучше бы ты мне отчеты из гарема присылала, а не молилась о здравии. - Нам сказали, что Вас… - Ранили, и ты решила, что будет неуместно меня беспокоить, я это где-то уже слышал. Скажи, ты когда-нибудь научишься выполнять поручения? - Я стараюсь, важного ничего не было, вот я и… - Ладно, слушай внимательно, - он подошел к своему столу и присел на стул, немного искривился, значит, рана все еще беспокоит, - некоторое время я буду отсутствовать… - А где Вы будете? - Не перебивай! Я уезжаю ненадолго к своим родным. И я хочу, чтобы ты в мое отсутствие следила за гаремом и за всем, что происходит, постарайся улаживать все конфликты и проблемы. – что-то здесь не так, он говорит, будто прощается. - Сколько времени Вас не будет во дворце? - Я точно еще не знаю… - он растерян, ему это не свойственно, тут явно что-то не то. – Тебе ясны мои указания? - Более чем. Когда вы уезжаете? - Завтра утром. - Я могу идти? - Да! – я развернулась и пошла к выходу, - До свидания, Нигер Хатун. – я ничего не ответила, просто вышла и закрыла за собой дверь. Бежит? Но от чего… неужели от запретной любви к Хатидже Султан? Грубый, властный тиран убегает от любви, даже не попытавшись ничего сделать? Разве такого Ибрагима я знаю… Он уехал…давно…теперь мне некому отчитываться, никто не кричит…даже скучно немного. Все же я была права, он сбежал, оставив Повелителю письмо, в котором рассказал о том, что не может больше находится рядом с Хатидже, рассказал ему все. Благодаря наложницам слухи разносятся очень быстро, и я в скором времени обо всем этом узнала. Оказывается у меня хорошая интуиция, ведь так и думала, что он убегает от всего этого. Бедная Хатидже Султан, она была такой подавленной, даже пыталась покончись с собой. Это было ужасно, случайно услышав о таком происшествии, я испугалась, теперь за ней нужен глаз да глаз. Она очень тяжело переживала разлуку, а после того, как выяснилась причина такого её состояния, Валиде Султан отвернулась от неё и даже слушать не захотела о чувствах к Ибрагиму Аге. Я увидела Сюмбюля Агу и Дае Хатун. - Нигер Калфа, тебя зовет Хранитель Покоев! – как такое может быть, Ибрагима Аги уже два месяца нет. Неужели Повелитель назначил нового… - Кто же он? - Нам не сообщили. – Что же, сейчас пойду сама все узнаю. Идти по привычным для меня коридорам, к покоям Хранителя, было как-то странно, зная, что не будет больше взгляда таинственных серых глаз. У меня навернулись слезы, я пыталась успокоиться и не могла. Все эти два месяца я не давала волю чувствам, а теперь дала. Я скучала за ним, осознание того, что я больше его не увижу, стало тяжелим камнем на моих плечах. Как можно было скучать за таким тираном, я и сама не знаю, но какая-то его часть, возможно та, которую я так и не разгадала до конца, заставляла меня скучать за ним. Немного успокоившись, пошла в покои Хранителя. Не решаясь постучать, я остановилась у двери. Так, всё! Соберись, в конце концов. Я постучала, но никто мне не ответил. Может это Сюмбюль и Дае подшутили надо мной? Я легонько толкнула дверь и та открылась, а я замерла на пороге, в моей голове была лишь одна мысль: «Как такое возможно?».