I write my own story

I write my own story, милая. My... Own... Story. PS: Это все... твоя харизма.       - Путник милый, в город дальний унеси мои слова, чтобы сделался печальней тот, кем я еще жива... - в унисон с последней нотой по комнате разнеслись восторженные аплодисменты.       - Ох, ну что вы, что вы, - заулыбалась Света. Щеки ее при этом залились смущенным румянцем.       Играть на таких вот «междусобойных» посиделках Сургановой случалось далеко не в первый раз, но стеснение и скромность непременно одолевают ее. Она все не может всерьез поверить, что ее бесхитростные песенки встречают одобрение. Точно такое же смущение она испытывала во времена, когда эти музыкальные и поэтические экзерсисы только только рождались, несмелой поступью нащупывали дорогу. Когда она играла их первый раз: сначала для себя, тихо-тихо, чтобы никто не услышал, потом для близких, знакомых и, наконец, не очень знакомых… Было это уже много лет назад, а Сургановское смущение остается прежним. И, вероятно, не изменится никогда.       Тогда, во времена, когда песни не писались, а выдыхались сами собой, Света больше всего боялась потерять этот дар обращения с инструментом и погрязнуть в рутинной медицинской работе. Практика же показала, что переживала она зря. Видимо, в самом деле, в людях, выбирающих врачебную профессию, есть что-то от художника, поэта и музыканта. В их скромном коллективе центральной районной поликлиники немало людей, на досуге отдающих себя творчеству. Однако отчего-то именно Светкины песни цепляют больше прочих.       - А я давно говорил: тебе на сцене петь надо, - тоном знатока заверил Валера Тхай.       Публика разразилась поддержкой.       - Да ну вас, - отмахнулась Сурганова. - Куда мне уже?       - "Уже"? – усмехнувшийся Валера стал похож на довольного кота. – Значит, все-таки хотелось?       - Ну... разве что самую малость... - засмеялась Света. - Нет, конечно же, это не мое. Я, в первую очередь, врач, а музыка - это так...       - "Музыка - это так", говорит человек, играющий на трех инструментах, обладающий волшебным голосом и, более того, сочиняющий такие потрясающие песни!       - Да прекращайте вы уже! - Светлана засмущалась пуще прежнего. - Ну каким "волшебным"? Ну какие "потрясающие"?       - Нам, Светочка, со стороны лучше слышно.       Публика в белых халатах дружно закивала.       - Ой, ну вы сейчас совсем расхвалите, - Сурганова расплылась в довольной улыбке, сдавшись завалившим ее с головой комплиментам.       - Серьезно, Свет, одно другому не мешает, - заметил Тхай. - У нас есть сложившийся коллектив, готовый принять твои аранжировки. Мы вместе такое можем организовать!       - Спасибо тебе огромное за предложение, Валерочка, но тут ведь совсем иной уровень нужен, не то, что у меня.       - Все-таки ты хорошенько подумай. И знай, что мы, со своей стороны, готовы приступить в любой момент.       - Да, я знаю, - тихо сказала Света. Ответ ее потонул в шуме веселых голосов и перезвоне бокалов.       Сурганова незаметно для всех вздохнула, уж слишком печально для человека, с губ которого по-прежнему не сходила лучезарная улыбка. Но своими мыслями она не поделится ни с кем.