iMania

Как только самолет коснулся шасси взлетной полосы, Виталий сразу же переключил свой обожаемый яблофон в обычный режим и взглядом маньяка начал пожирать экран в надежде на порцию новостей, лайков и восторженных комментариев под своей очередной мегаконцептуальной фоткой. Почти не отрывая нос от экрана, он прошел все межполетные процедуры, на ощупь подхватил багаж и двинул на выход, совершенно плюя на окружающую его реальность. На улице было прохладно – редкие снежинки, слишком ранние для середины осени, оседали на асфальт, одежду, но Виталий не обращал внимания, лишь досадливо стирая мелкие капли с обожаемого сенсора. Руку он поднял на автомате, и практически сразу рядом остановилась машина. – В Запруд, – бросил молодой человек, даже не взглянув ни на автомобиль, ни на его водителя. Пасмурное мрачное небо сыпало свою мелкотравчатую пургу, превращая бесцветный асфальт в блестящий. Огни то освещали трассу – там, где город следил за своим «лицом», – то предоставляли водителям рассчитывать на свет фар. Через полчаса пути грязь основательно забрызгала фары, видимость стала существенно хуже, но это были проблемы исключительно водителя – пассажир компенсировал интернетное десятичасовое голодание во время перелета. Виталик даже не припоминал, когда его ломало настолько сильно, и теперь вынырнуть из сетевого пространства могла заставить только полностью разряженная батарея, потеря сигнала или… Или хороший удар по затылку и полное беспамятство как последствие. *** Водитель еле сдерживал восторги – жертва оказалась настолько увлечена своей погремушкой, что представляла собой не просто легкую – невесомую добычу. «Проще, чем конфетку отобрать». Не поднял голову ни разу, чтоб взглянуть в лобовое стекло, узнать, по каким местам проезжает – ни до чего этому молодому, хорошо одетому человеку не было дела. Машина остановилась на обочине, на неосвещенном участке дороги. Водитель, видимо не опасаясь и не особо торопясь, стянул руки бесчувственной жертвы скотчем за спиной, отрегулировал ремень безопасности так, что тот не просто удерживал пассажира, а блокировал его движения, опустил кресло до упора, заботливо укрыл флисовым пледом – темным, под цвет салона. Если бы кто-то заглянул внутрь, увидел безмятежно спящего молодого человека лет 25-ти, ничем особо не выдающегося – среднестатистическая внешность жителя средней полосы. Убедившись, что пассажир теперь никуда не денется, водитель вышел под хлесткий ветер и колючие снежинки, протер фары и поколдовал с номерами, оставив на их месте другие. Отодрал наклейку с логотипом фирмы, а заодно и кляксу, очень убедительно смахивающую на потертое железо. Закончив преображение автомобиля, его хозяин сел обратно и двинулся дальше, оставив на память лишь раздавленный под колесами iPhone. Дорога заняла еще около получаса – машина свернула к воротам коттеджного поселка. Водитель был совершенно спокоен: вел размеренно, останавливаясь на всех перекрестках и пережидая запоздалых пешеходов. Кивнул охране на въезде и не спеша порулил по поселку. Добротные дома, говорившие либо о солидном достатке их владельцев, либо об ощутимых долгах, окружали солидные участки – кое-где целые парки. Таксист, видимо, очень неплохо зарабатывал, раз мог позволить себе двухэтажный дом: не очень большой, он прятался в глубине сада с еще не до конца облетевшей зеленью от любопытных соседей. Автоматические ворота закрылись, обозначая частную территорию, рольставни поднялись, запуская машину в гараж. – Ну вот, малыш, ты и дома, – негромко произнес водитель, хотя парень, лежащий без движения, его не слышал. Просторный гараж был явно рассчитан не на одно транспортное средство, и верно – рядом с неприметной «октавией» сверкал хищным оскалом джип. Внутреннее освещение, пусть и приглушенное, позволяло разглядеть мужчину средних лет – от тридцати до сорока, одетого в неприметную куртку, джинсы, кроссовки. Внешность тоже играла на руку похитителю – увидишь в толпе и не вспомнишь кого: ни приметных шрамов на гладко выбритом лице, ни особо выдающихся черт – нос с легкой горбинкой, рот обычный, уши не торчат. Другое дело, что разглядывать пока некому, а себя мужчина и так хорошо представлял. Силой, судя по всему, он обладал не малой: высвободил бесчувственное тело и, взвалив на плечо, потащил в приготовленные для дорогого «гостя» апартаменты. Когда-то это была весьма типичная комната – светлая, просторная, навевающая позитив и мысли о хорошем утре. Однако светлое прошлое сменилось мрачным настоящим – хозяин, видимо обладая извращенной фантазией, превратил милую комнатку в помещение для пыток. Никто бы и не заподозрил, что расположена она на втором этаже: окна тщательно затянуты плотными жалюзи, нежные обои заменила темно-серая краска. Ободранный линолеум, казалось, покрывал бетонный пол – еще одна качественная иллюзия. В общем и целом, хозяин очень надеялся, что его гость оценит атмосферу – ведь он так старался. Обстановка иллюзорного подвала была скудна, но так же тщательно продумана: в углу стояла кровать – старая, кое-где покрытая ржавчиной и облупившейся противно-голубой краской. Мужчина потратил достаточно времени на поиски подобного раритета. Главное, спинки этого почти музейного экспоната имели несколько перекладин, и хозяин явно собирался приспособить их к чему-либо. Роль прикроватной тумбочки выполняло рассохшееся нечто, покрытое куском пленки. Алюминиевая посуда и, как ни странно, стальной нож, кусок резко пахнущего дегтем мыла, зубная щетка, сдавленный на половину тюбик зубной пасты, рулон серой туалетной бумаги – все это вместила поверхность тумбы. Резкий контраст с культивированной убогостью составляло кресло, стоящее напротив кровати. Роскошное кожаное кресло, похожее на трон, в каких обычно восседают руководители корпораций. И, наконец, последний штрих вносили металлический умывальник и ведро в углу. Разумеется, рядом находилась отдельная ванная комната – да что там, целый зал для омовений, – но опять-таки в планы мужчины не входило знакомить своего «гостя» со всеми деталями. Освещала все это великолепие тусклая лампа на длинном шнуре. На самом деле яркость регулировалась, но и об этой хитрости знал пока только хозяин. Дотащив отнюдь не легкое туловище до кровати, мужчина сгрузил его без особой деликатности – пружины жалобно скрипнули. Повернув на бок бесчувственное тело, он разрезал скотч – сдавленные запястья сохранили на себе след широкой ленты. Уложив пленника лицом вверх, мужчина заботливо растер холодные руки, а потом перечеркнул только что совершенный акт человеколюбия – пристегнул уже наручниками и руки, и ноги пленника к спинкам кровати. Правда, наручники, обернутые мягкой тканью, были достаточно свободны и не пережимали, как скотч. Хотя вряд ли жертва, когда очнется, это оценит. Недра старой тумбочки скрывали еще кое-что, нашатырь например, но мужчина решил не «будить» гостя раньше времени. Проверил пульс, убедился, что ран нет, только чудовищная шишка на затылке, и ушел, плотно прикрыв дверь. *** Виталий пришел в сознание к утру: ему, правда, неоткуда было знать, что ночь уже закончилась. Равно как и не понимал он, где находится. Постепенно память возвращалась под аккомпанемент головной боли: Виталик вспомнил, что он ехал в такси домой, но… Но не доехал, кажется. Сознание краем зацепило неяркий свет уличных фонарей и однообразный пейзаж за бортом машины, но дальше? Дальше начинались непонятки: почему он не может двигаться? Где он находится? Что и кому от него нужно? Парень задергался, желая освободиться, но задачка оказалась не по силам. Противный скрип пружин немного отрезвил и насторожил – возможно, на звук придет тот, кто все это устроил. Или нет? Виталик поднял голову, насколько позволяла фиксация, подергал онемевшими ногами – неприятные иголочки кололи ступни. Одет полностью, разве что сняты куртка и обувь. Что все это значит? Что? Похищение – да кому он нужен? Обычный менеджер, иногда отвлекающийся на какой-нибудь отчетик между зависанием в социальных сетях. Вся его жизнь проходит там, в Сети – в реальности лишь оболочка, которую надо кормить, одевать, отправлять в отпуск. И все это делается для того, чтобы виртуальная проекция могла получить свою порцию наркоты в виде лайков и восторженных комментариев. Никто не даст за него выкуп. Да и некому: конечно, друзья были. И даже много – по ту сторону монитора. А сейчас Виталий вплотную столкнулся с проблемой, которую не решить с помощью гугла. «Окей, гугл, как мне выбраться из этого дерьма?» Шестеренки завертелись в привычном направлении: с помощью верного айфона можно определить местоположение и передать сигнал бедствия. Бравые ребята на лихих конях полицейской раскраски живо бы прикатили и спасли его, а неизвестного злодея за киднеппинг отправили за решетку всерьез и надолго. А он, Виталик, выложил бы полную трагизма историю на своих страничках, и вконтактно-фейсбуковская известность ему обеспечена… Парень пошевелил пальцами – затекшие в неудобном положении руки ныли. Виталик не замечал у себя каких-либо фобий, но сейчас ему мучительно хотелось обрести даже не свободу, а возможность опустить руки вниз. Он попробовал подтянуться повыше – так, чтобы согнуть хотя бы в локтях. Увы, снизу держала та же проклятая фиксация. Дверь открылась бесшумно. Виталик сконцентрировал взгляд на вошедшем, но своего водителя не признал – хотя он даже не взглянул на него ни в аэропорту, ни в машине. Он видел перед собой человека в маске, однозначно мужчину – фигура совершенно не женская, скорее всего маньяка, потому что вошедший держал в руках нож. Большой хозяйственный нож. Виталик прочистил горло и выдавил: – С меня нечего взять. Мужчина дернул уголком рта – Виталик не мог видеть его лицо целиком, поэтому сосредоточился на губах – ждал, когда маньяк заговорит. Маньяки же обожают объяснять своей жертве, за что те попали к ним в лапы. Но этот молчал. Наверное, какая-то другая разновидность маньяка. Он подошел к пленнику, выудил пластиковую бутылочку и, дернув Виталика за волосы, заставил приподнять голову – напоил. Теплая вода лилась как в рот, так и по шее, впитываясь в матрас. Мелочь, конечно, если сравнивать с остальными неприятностями, но и увеличивать перечень имеющихся тоже не хотелось. Маньяк поставил воду рядом – Виталик проследил жадным взглядом – и отошел вглубь комнаты, усевшись в кресле. – Вы, может, скажете, что хотите-то?.. – попытался завязать диалог Виталий. Похититель молчал, что нешуточно нервировало. – Вам же что-то нужно?.. Меня будут искать, уже ищут! Противоречивые заявления и неуверенные вопросы мужчина оставил без ответа: просто сидел в кресле и созерцал. Виталик снова начал дергаться под этим пристальным взглядом – не видел, но чувствовал на себе глаза-иглы. Когда кровать чуть ли не ходуном заходила, мужчина неторопливо продемонстрировал лезвие ножа, вытащив его из ножен. Повертел в руках, проверяя пальцем остроту, поднял повыше, любуясь, и встал с кресла – Виталик обмер. Шаг, второй, третий – даже тусклый свет давал неяркие блики. Парень постарался вжаться в кровать, отодвигая момент встречи со смертоносной сталью, но мужчина лишь переложил нож из правой руки в левую, а потом и вовсе спрятал. Виталий выдохнул – желание вести беседы испарилось без следа, поэтому он не стал останавливать своего похитителя дерзкими репликами. Оказалось, все гораздо страшнее. *** Адреналиновый выброс закончил свое действие, уступив место головной боли. Ноющая, противная, она то концентрировалась на затылке, то охватывала широким обручем всю голову. Несколько глотков воды не могли толком утолить ни жажду, ни голод. Плюсом о себе напомнил мочевой пузырь – когда он там последний раз пользовался благами цивилизации? Еще в самолете. А сколько времени он находится у этого маньяка? И что же этому психу надо? Виталик заелозил по кровати – организм неуклонно требовал своего. Время в бездействии и обездвиженности текло медленно, и выносить природную пытку становилось все тяжелее. Маньяк появился так же неожиданно, как и в первый раз – не исключено, что жертва находилась под присмотром камер. Свой нож похититель с собой не захватил – Виталик отметил свободные руки. Крупные, достаточно ухоженные, но явно знакомые не только с компьютерной мышкой. Маньячная ладонь легла на кадык, слегка надавив – Виталиковы глаза открылись до предела. Но пытка продолжалась недолго; ладонь поползла вниз, слегка задержавшись на сердце, убедился – бьется. Следующая остановка случилась у ремня: потеребив пряжку, маньяк задумался и переместил руку к паху – Виталик дернулся. Значит, маньяк оказался сексуальным? Еще хуже. Или лучше? Может, тогда в живых оставит? Или нет – обычно маньяки надругаются над своей жертвой, а потом убивают. А некоторые наоборот: сначала убивают. Виталик опять впал в крайнюю степень паники и закусил губу. Похититель, наверняка чтобы убедить жертву в своей маньячности, наклонился к его лицу – парень ощутил дыхание на своем лице и зажмурился. А маньяк выпрямился, заодно убрав и руку – Виталик тихо выдохнул. Мужчина продолжал удивлять: на Виталиковы глаза легла плотная повязка. Раздался не очень приятный скрежет – снизу и сверху, и парень наконец услышал механический голос: «Встать. Повязку не снимать». Задеревеневшее тело плохо слушалось, парень с трудом сел, с наслаждением опустил руки – кандалы остались на месте, но какое счастье просто сменить положение! Тем временем голос робота продолжал выдавать команды: «Идти», «Стоять», «Ближе», а рука маньяка направляла. Бестолково путаясь в собственных ногах, Виталик получил приказ остановиться. «Туалет». Руки слушались так же плохо, как и ноги, а еще движения сковывала цепь наручников, поэтому даже самое простое действо, знакомое с детства, превратилось в подвиг. Как о многом, оказывается, Виталик не задумывался, пока жил полноценной жизнью. Обратный путь закончился у умывальника, стоящего в углу – похититель треснул ладонью парня по кнопке, без слов объяснив, что требуется. Финиш гигиенического забега с препятствиями состоялся на кровати. Маньяк с механическим голосом молча сунул в руки Виталику алюминиевую чашку и ложку. Что за интрига скрывалась за обедом, Виталик не понял – хотя он уже смирился с фактом, что вообще ничего не понимает. После таиландской экзотики и самолетной еды местное угощение показалось пищей богов. Внезапно он поймал себя на мысли, что ему хорошо даже без кучи лайков и восторженных комментариев – правда, эйфория длилась недолго. Неизвестно, что еще выкинет этот непредсказуемый маньяк. – У тебя есть выбор, – снова зазвучал механический голос. – Ты пообещаешь не снимать повязку, а я не буду привязывать тебя к кровати. Еще одно странное желание, подумал Виталик. – А если не пообещаю? – Нет повязки, есть фиксация, – пояснил голос. – Ну… обещаю. Эй, а дальше что? – Но ответа парень не дождался. То ли маньяк затаился в углу, решив поиграть в жмурки, то ли вообще покинул камеру узника. Виталик осторожно соединил руки – металлические браслеты, пусть и в мягкой упаковке, держали крепко. На ощупь он не обнаружил замки, да и наивно предполагать, что пленник с легкостью сможет избавиться от «украшения». Парень встал и пошел, осторожно переступая и вытянув руки перед собой. Он ждал механических комментариев, но слышал лишь мерный звук падающих капель. – Блядь! Епт! Сучий хвост! – Все эти комплименты получило ведро, о которое Виталик споткнулся. Схватившись за ушибленную ногу, он умудрился треснуться о край умывальника и озвучил новую порцию нецензурщины. Отсутствие механического смеха доказывало, что в комнате никого больше нет, и Виталик рискнул – осторожно потянул повязку вверх. И первое, что увидел, восседающего на своем кожаном троне маньяка. Затравленно глядя на мужчину, Виталик начал отступать к кровати. А тот про себя думал, что будь на месте этого инфантила, давно бы уже набросил цепь на горло похитителю. И впечатал головой об стену. И по затылку двинул – да вообще масса вариантов, а этот… Нулевое поколение, офисный планктон – что с них взять? Виталику отступать уже было некуда – позади кровать. Маньяк встал – неторопливо, специально растягивая удовольствие, подавляя жертву своей уверенностью – и подошел к парню. Тот завороженно следил за движениями: правая рука поднялась к щеке, мягко, почти нежно пальцы пробежались по коже, а затем та же ласковая рука сдавила горло. Виталик вцепился в маньяка, но тот без особых усилий отшвырнул – пружины отозвались привычным скрипом. Цепь наручников заняла свое законное место, а сам мужчина устроился на Виталиковых бедрах, прижимая всем весом. Он медлил, глядя на пленника из-под маски и мысленно выбирая наказание. Из кармана джинсов выудил нож-бабочку и медленно опустил его к горлу ослушника. Надавил слабо, но Виталик в очередной раз начал прощание с жизнью. И все это без единого слова, лишь под аккомпанемент рваного дыхания испуганного парня. Маньяк тем временем сместил лезвие ниже – к вороту футболки. Глаза из-под маски кололи не хуже самого ножа – Виталий разнообразия ради изучал не губы, а этот холодный взгляд. В темноте, конечно, все детали не разглядишь, но глаза казались темными – из-за расширившихся зрачков. Нож распорол ткань и оставил тонкий порез на коже, но внимание Виталика переключилось на ощущения ниже ремня. Даже сквозь двойной слой джинсовой ткани он чувствовал, что маньяк обычный все отчетливей становится маньяком сексуальным. Виталик же никак не мог определиться, чего ему не хочется больше: быть изнасилованным или расчлененным. Наверное, первый вариант все-таки оставлял хоть какие-то шансы на жизнь, хотя этой историей в соцсетях не похвастаешься; с другой стороны – та угроза, что была ближе, и казалась наиболее страшной. Другое дело, что похититель их то чередовал, то совмещал. Красная линия – совсем неглубокая, неболезненная – остановилась около пупка. Джинсы с чуть заниженной талией открывали еле заметную «блядскую» дорожку, и острие поползло по ней. Одной рукой маньяк ловко управился и с пряжкой, и с молнией, и снова нож замер: мужчина не сводил взгляд с лица пленника, а тот, бледный до синевы, ждал продолжения, надеясь на чудо. Дождался – ткань трусов осталась невредимой, и острие заскользило к паху. Виталик почувствовал укол в мошонку, а затем левой рукой маньяк взял Виталиков член и оттянул, примериваясь. Парень не то что похолодел – его организм установил новый полюс холода. Правую мужчина занес для замаха, словно собирался кастрировать быстро, одним движением. – Нет, нет, пожалуйста, не надо, не надо!!! Все что угодно, только не это! – Виталик сейчас действительно был готов на все: вплоть до пожизненного рабства на плантациях днем и сексуального по ночам. Слишком страшную картину нарисовало воображение – мертвая плоть, небрежно отброшенная на пол, кровь фонтаном заливает кровать, а сам Виталий, менеджер среднего звена, корчится от невыносимой боли. Маньяк усмехнулся и разжал пальцы – нож упал, воткнувшись в пол. Несколько секунд мужчина размышлял, стоит ли сейчас воспользоваться податливостью жертвы, но подавил мелькнувшее желание. Просто слез, оставив парня полураздетым, полюбовался на созданный им же натюрморт и ушел. А Виталик тихо умер, чтобы родиться с одним-единственным вопросом: что это было?