Кулинария

Солнце слепит и без того незрячие, забрызганные грязью и годами окна Хогвартса. Снег поблескивает под редкими лучиками игриво и маняще, а небо сегодня удивительно голубое – скорее весеннее, чем зимнее. Зеваки то и дело останавливаются у подоконников и пялятся на картину утра, отделенную от них пыльными стеклами и приличной такой высотой. Мне обращать внимание на какой-то там новый наряд природы совершенно некогда. Сегодня, можно сказать, мой первый урок кулинарии и, зная Дамблдора не первый год, могу предположить, что также последний. Если бы я не был Северусом Снейпом, то, конечно же, волновался бы. Но, стоя у зеркала и старательно пытаясь придать чистым, гладким волосам особо грязный и запущенный вид, я совершенно не нервничаю. В класс вхожу стремительно, как бы появляясь из ниоткуда, и, довольный, наблюдаю реакцию учеников. Резко хлопают какие-то книги, на полуслове обрываются писклявые девчачьи голоски и не менее противные, почти сформировавшиеся, баски. Я, как всегда, не вовремя. Ай да я, ай да молодец! Придаю лицу недовольное выражение и, делая свой голос нарочито скрипучим, начинаю: - Сегодня у нас особый урок. Кто мне скажет какой?.. Может быть, вы, Уизли? Конечно, он не может знать. Прорицателей в их сумасшедшей семейке еще не хватало! Но, тем не менее, с наслаждением ругаю его и, не забыв снять с красно-оранжевого, вечно лезущего куда не просят, факультета пять баллов, продолжаю. - Сегодня мы поговорим о приготовлении пищи, ведь зельеварение и кулинария – очень похожие и, что главнее, всегда нужные науки. Еда – это не просто то, чем принято набивать желудок, да, Долгопупс? Это еще и магия, искусство… Потом рассказываю им вдохновленно о чем-то важном и обязательном для любого повара, добавляя обидные фразочки о гриффиндорцах тогда, когда этого требует моя речь. Класс слушает, затаив дыхание – то ли от интереса, то ли от страха. Лишь изредка тишину нарушает чье-то обиженное пыхтение. Наконец приходит время объяснять моим баранам задание. - Вы, - говорю, - должны будете наколдовать нечто мучное, дешевое, питательное и часто используемое, а затем в течение недели сдать мне проект приготовления блюда с этим ингредиентом. Подразумеваю, конечно же, макароны. Но бараны, не учитываю я, – на то и бараны. Слышится возня, сопение, вопросы шепотом и не по теме. Макарон в котлах нет и быть не может! Хожу по классу между парт, грозно хмурюсь и ощущаю, что сейчас взвою от досады. Возьму и банально взвою! Достается в итоге Долгопупсу – в его котле обнаруживаю лягушку и, прочитав всем лекцию о предпочтениях французов в еде в самых обидных тонах, оставляю икающего парня наедине с его «мучным» земноводным. Продолжаю свой крестовый поход. Главное – не забывать недовольно хмуриться. Подхожу к заучке. Неторопливо так подхожу, грозно и таинственно. -Что у вас, мисс Грейнджер? – прерываю ее размышления самым безобразным образом – внезапно и исподтишка. Мне можно. Я – главный страх всего Гриффиндора. Она сидит, скрючившись над котлом в три погибели. У меня возникает желание стукнуть ее чем-нибудь тяжелым. Дура! Сядь ровно, сколиоз ведь будет! Услышав меня, едва вздрагивает. Затем отодвигается подальше и с гордостью всезнайки кивком указывает мне на котел. А там… А там лежит кусок белого хлеба. Аппетитный такой кусок, качественный. Но не его хотел бы я увидеть. - Что ж, это не то, чего я ожидал… - говорю, растягивая слова, в своей обычной манере. - Но вы сказали мучное – вот я и наколдовала мучное. – звучит, как будто она оправдывается. Но это только кажется – Грейнджер тут же достает какую-то книгу и невозмутимо начинает ее листать. Я подумываю уже возмутиться – что за беспредел такой? Совсем, что ли, страх потеряла – при мне, на моем уроке читать?! Название книги замечаю вовремя – «Учимся готовить». Что ж, сегодня ты прощена, Грейнджер. Но это только сегодня. - Что готовить будем? – спрашиваю со своей фирменной насмешкой, стараясь задеть ученика. Привычка – не радость. - Горячие бутерброды, - отвечает она, задрав свой подбородок чуть ли не до Астрономической башни. Мысли взрываются сотнями протестов в моей голове. Нашла чем гордиться! Соплячка! И Уизли твой, наверняка, голодать вечно будет! Хорошая хозяйка из тебя получится, ничего не скажешь! Горячие бутерброды, экое блюдо! Едой даже назвать стыдно! Но она не собирается сдаваться без боя и тут же выдает другой ответ: -Хотя нет. Пожалуй, я приготовлю жаркое в хлебном горшочке. Смотрю на заучку как-то по-новому. Она резко вырастает в моих глазах, превращается в подобие человека. Что ж, Грейнджер, не подкачай. Если приготовишь хорошо – так и быть, накину тебе баллов с десяточку. Разворачиваюсь и продолжаю свое шествие. Мантия моя, в отличии от одежды из распространенных среди учеников шуток, совершенно не взлетает, не колышется на ветру, не живет своей жизнью. Кто вообще придумал эти анекдоты? Небось, Дамблдор! А следующей моей жертвой становится Поттер. Мальчишка настолько наивен и самоотвержен, что мне его даже жаль становится. Наш старый пыльный маразматик из Поттера веревки вьет, а тот рад стараться! И совсем я его не ненавижу. От Джеймса у Гарри разве что фамилия. Но вид делать надо – маразматик цепляется к мелочам и постоянно заставляет воплощать в жизнь свои бредовые планы. Я порой сомневаться даже начинаю, кто из них настоящий злодей – Волан-де-Морт или Дамблдор? Поттер старается. Это сразу видно. Машет палочкой над котлом, что-то вычисляет. Работает. - Что, опять бездельничаем? – говорю ему назло и читаю в зеленых глазах, глазах абсолютного и неисправимого ребенка, необъятное разочарование. Побью однажды Дамблдора – все идет именно к этому. - Я работаю, - вполне внятно отвечает Поттер. Я хмыкаю и презрительно хмурю брови. Все манипуляции с бровями – также мой конек, успевший даже попасть в местные легенды. - Что это у вас в котле, Поттер? – спрашиваю с выдрессированной язвительностью и ожидаю соответствующей реакции. Но лохматый отпрыск Лили не теряется. - Макароны, сэр. Меня охватывает радость – вполне осознанная радость взрослого, сорокалетнего человека. Прыгать от счастья по облакам, конечно же, не хочется, но Поттером я теперь могу гордиться. Если позволю себе. - Ну хоть кто-то додумался, - говорю с ноткой невозмутимости в голосе, затем все так же безразлично добавляю: - 10 баллов Гриффиндору. Тишина в классе стоит гробовая. Даже слышно, как жужжит где-то муха. Зимой. В Хогвартсе. Осознаю, что я что-то сделал не так, и начинаю прокручивать в своей голове последние события. Ответ приходит почти сразу же. О трусы Мерлина в черные фестралы!!! Я же не начислял Гриффиндору баллы вот уже 5 лет! Но я – не просто какой-то там преподаватель. Я – самый хитрый Северус Снейп и выход найду всегда! Резко оборачиваюсь к Поттеру и изгибаю бровь под новым, даже мне незнакомым углом. - А теперь работайте, Поттер! А то рискуете потерять 50 баллов своего факультета! Класс за моей спиной дружно вздыхает. Особенно громко – мои слизеринцы. Но глупую улыбочку с лица Поттера, увы, никакими баллами не сотрешь. Урок заканчивается совершенно вовремя, и я впервые радуюсь тому, что у урока вообще есть такое свойство – заканчиваться. - Проекты сдать до следующей среды, - говорю грозно и, устрашающе махнув полами мантии, скрываюсь в полумраке своих подземелий. А класс еще некоторое время галдит, не умолкая. Обсуждают мой урок. У меня в кабинете. Совсем обнаглели! И куда смотрят их родители?!