Реальность это вам не Средиземье

      После знаменательного знакомства с телефоном Nokia герои решили не приближаться к технике до самого возвращения в Средиземье. Разумеется, если бы так и случилось, мой бы рассказ потерял всякий смысл. Начнём с того, что утром, после телефонной ночи, хоббит почувствовал себя неважно. Позже оказалось, что его поразила простуда. — Ничего, — говорила старушка, напоив Бильбо чаем с лимоном. — Немного подлатаем вашего друга и через пару дней он будет как новенький. — Спасибо, — кивнул Торин и посмотрел на бледного друга. — Как тебя угораздило? — Полагаю, королевство Домофон отыгрывается на мне.       Гном слегка улыбнулся и оглядел комнату. Только сейчас герои заметили большой ящик, стоявший напротив кровати хоббита. Этот ящик превосходил размерами ночной кирпичик раз в десять, если не в двадцать. Торин замер, смотря в своё отражение в ящике. — Ещё один телефон? — предположил Бильбо и чихнул. — Ты помнишь, как звонила та коробочка? — Торин ошарашенно взглянул на друга, а затем снова на ящик. — Так представь, как будет звонить эта штука!       Внезапная паника пронеслась в сознании обоих друзей, и они поспешили вызвать бабушку, чтобы та как-нибудь убрала этот ящик из комнаты. — Боже упаси, это не телефон, — ответила женщина и нажала на небольшую кнопочку. — Это телевизор. Вы когда-нибудь смотрели "Давай поженимся"?       Герои переглянулись и пожали плечами. В этот момент в ящике крупным планом замаячило лицо Розы Сябитовой, заставив хоббита слегка вскрикнуть и забраться с головой под одеяло. Гном же нахмурился, рассматривая изображение крупной рыжей женщины. — У меня пока только два вопроса. Кто это и как они влезли в ящик? — Вы никогда не видели телевизор? — ахнула бабушка. — Полагаю, что нет. Выключите, пожалуйста. У нас Бомбур лучше выглядит, чем эта женщина, — ответил Торин. — Хорошо, — сказала женщина и, взяв в руки очередной кирпичик, нажала на кнопочку.       Изображение сменилось на другое. Теперь на экране мелькали мрачные картинки и какие-то странные люди. — О, битва экстрасенсов!       Хоббит слегка выглянул из-под одеяла. Но в этот момент в ящике громко заорали. Если кто смотрел десятую битву экстрасенсов, то вспомнит Юлию Корнееву, вечно орущую: "Господи помилу-у-у-у-у-у-у-у-уй!". Бильбо не ожидал такого поворота событий, в следствии чего очень испугался и упал с кровати. — Простите, я не хотела вас напугать, — судорожно начала женщина, вновь переключая канал.       Торин удивлённо смотрел в ящик, помогая подняться хоббиту. Старушка быстро щёлкала каналы, что герои не успевали разобрать, кто был на экране — мужчина или женщина. Но вот бабушка включила на канал, где в верхнем правом углу красовалась эмблема "Рен ТВ". Судя по изображению, какие-то медведи пытались продать пиво. Реклама пива "Три медведя".       Пиво перестало мелькать в ящике, заставив героев ещё больше насторожиться. Началось совсем другое. Зелёное поле, очень похожее, какое было в Шире. В верхнем левом углу была какая-то надпись мелкими белыми буквами. Торин пригляделся и прочитал вслух: — Хоббит. Нежданное путешествие.       Бильбо удивлённо переводил взгляд с друга на ящик и наоборот. В этот момент в ящике показался Бильбо, мирно курящий свою трубку. Хоббит ошарашенно уставился в экран. — Это как? — прохрипел Бильбо, смотря как Гэндальф говорит с ним, только в ящике. — Это уже было с нами...       Далее несколько минут герои следили, как Гэндальф и Бильбо беседуют. Хоббит раньше "экранного" отвечал магу, что заставило сильно удивиться Торина. Когда на экране стали маячить гномы, Бильбо совсем впал в апатию, а Торин, как завороженный, следил за происходящим. Когда же в экране появился он сам, гном взял свой меч и свалил ящик на пол. — Вы только что были в телевизоре! Так вы актёры! — женщина захлопала в ладоши и побежала на кухню готовить чай, оставив друзей в полном недоумении. — Торин, пора бежать отсюда, — шёпотом проговорил Бильбо, хватаясь за голову. — Я мог выдержать и все эти царства, этот громкий кирпичик, но ящик, показывающий нашу жизнь, это ужасно! — Согласен. Но сначала ты вылечишься. Минутка лёгкой милости. — Пару дней! — ответил хоббит и погрузился в сон.