Grandbastard

      Истерика отступила. Бессилие притаилось где-то за спиной. Сжалось колючим комочком и выжидало появления новой бреши слабости.       Джерри спустила ноги с койки, упёрлась о края руками. Желтые глаза прицелились на мрачный космический пейзаж за панорамным окном. В неосязаемой дали бликовали оранжевые волны солнца и россыпь звёзд. Песчаная пыль поднималась столбами в атмосферу, перекрывая собой лучики света. Инопланетный город сверкал малахитовой иризацией. В такому виду привыкаешь. Ничем не хуже прежней картины за окном. Мысли перестали перекручиваться ядовитым клубком змей и отравлять разум и, наконец, распутались и встали по полочкам. В чём её вина? Она защищалась. Майакс специально провоцировала её на ярость и получила по заслугам. Азимус метался между двух огней и не мог принять ничью сторону: он дорожил своей верной помощницей и плод спонтанного проекта занимал особое место на пьедестале важности. К тому же, он сам велел беречь голову и тело, потому что потратил на них последние невосполнимые ресурсы. Скелет ещё можно отлить заново, но компоненты для внутреннего убранства исчерпаны, и второго такого мозга не отыскать в хранилище. Джерри - единственный экземпляр. Уникальный механизм. Торжество науки. Симбиоз органической и неорганической материи.       Сжатые губы исправил оскал. Глаза снова заливались яростью. Информация о младшем брате задела за живое и сыграла партию The Dying Song на нервных струнах и прокручивала в голове одно слово: "Умри. Умри. Умри. Умри. Умри". Джерри не собиралась бегать в панике по всем этажам центра в поисках медицинского корпуса и пробивать себе дорогу в стационар. Братец поправится и сам придёт к ней с опущенной головой. И тогда, возможно, она посчитает полученные травмы недостаточными и добавит ярких акцентов его телу своими руками. Он этого заслуживал. За всё то, что пытался сделать с ней. За то, к чему пытался склонить, заваливаясь в её квартиру в алкогольном опьянении или приходя тогда, когда секс с другими девушками его не удовлетворял. Он оставлял синяки на её руках, засосы на шеи и плечах, игнорировал её мольбы о прекращении. Если бы не отважный кот, который нещадно кусал и рвал его кожу, Дэн сотворил бы с сестрой ужасное. И присутствие Альбедо на время избавило девушку от извращённых набегов больного ублюдка. Весь в папочку. У него есть шанс переплюнуть воспалённый разум Виктора.       Пальцы с силой сжали металлическую горизонтальную ось, оставив на ней грубые вмятины. Веки почернили и пустили черноту в глазные яблоки, янтарная радужка побелела и сузилась до размера зрачка. Нет. Одной смерти мало. Она убьёт всех, кто причинил ей боль и обрёк на страдания: отец, мать, старший и младший братья. Отец всегда был суровым и жестоким и зачастую переходил все границы. Мать насмехалась над ней, требуя от мужа ужесточения наказаний для дочери. Старший никогда не проявлял сочувствуя, отмахивался от ней и называл уродом - раковой опухолью великой семьи Уэй. А младший стал одержим. Разве кто-то из них заслуживает беззаботной жизни и жизни в целом? Убить. Убить всех. Убить.       Датчики предупреждали о критической перегрузки. Система посыпалась разноцветными помехами на алом фоне, а резкая боль пронзила и "мягкие" ткани, и кости, опрокинула на пол и вынуждала крючится, шипеть и хватать ртом воздух. Как себе помочь? Она не знала собственного тела. Не знала, что делать в такой ситуации. Попробовала нормализовать дыхание для начала.       -Итэ... Итэ... Итэ..., - тихо протягивала Джерри незнакомое ранее ей слово как заговор. И, о чудо, боль утихала, сползала волнами, возвращая контроль над системой и отключая датчики один за другим.       Придя с себя, она не узнавала своего голоса. Он больше походил на хрип под ручку с эхом. Отражение в зеркале тоже изменилось. Глаза по-прежнему оставались чёрными с белыми точками-зрачками, синтетическая кожа будто потеряла всю насыщенность и выставлялась напоказ черноту внутренней составляющей с фиолетовыми переливами. Джерри видела каждую мышцу и прилегающее к ней сухожилие. Видела титановые ребра, ключицы, тазовые кости, коленные чашечки и костяшки с пальцами. Отражение выглядело пугающе и завораживающе одновременно. Азимус же мог оставить её такой и не превращать в подобие человека. Оставить как истинное воплощение ужаса.       -Дитя моё, - шептало отражение. - Я долго ждал тебя.       От неожиданности Джерри отпрянула в сторону и запрыгнула на койку, вжавшись в угол. Широко распахнутыми глазами таращилась на зеркало, промаргивалась и, похоже, забыла, как дышать. Второе потрясение за несколько минут. Стала оглядывать себя в панике: руки, ноги привычного цвета, без всякой мрачной аномалии. Ещё бы лицо проверить, но тогда заново нужно подойти к зеркалу. Как-то не особо охота. Хотя там больше никого не наблюдалось и никто не шептал демоническим голосом.       Возможно, ей просто показалось - побочный эффект после перегрузки. Своего рода галлюцинации от стресса, чего ей хватает сполна. Нелегко осознать собственную смерть и факт возрождения в новом теле и новом месте, в галактической дали от дома. Собрав волю в кулак, Джерри осторожно слезла с койки, приблизилась к зловещему зеркалу и увидела ... себя. Покривлялась и помахала рукой - ничего не изменилось. Она даже расстроилась, не получив отклик.       -Эй, алло! - может, этот кто-то среагирует на голос. - Я не знаю, кто ты, но ответь. Алло! У тебя приёмные часы закончились? - похоже, чувство страха и инстинкт самосохранения Азимус ликвидировал вместе с человеческими останками. А вдруг чёрное отражение притаилось где-то и в любой момент схватит за машущую руку и утащит во тьму или заточит в зазеркалье? Требовалась максимальная осторожность, а не досадный возглас: - Ой, иди в жопу!       Вероятно, увиденное действительно галлюцинация, мимолётное помутнение разума. Без помощи создателя не разобраться, только как ему об этом сказать... Он скорее сочтёт её сумасшедшей, чем признает свой промах в проекте. С другой же стороны, он бы никогда не вывел биомеханизм из статики, пока не удостоверился в его полной исправности.       Азимус не спешил с приглашением на перетягивание повреждённой кожи. Синтез не завершён или он работает над новой, более прочной материей? Кто знает. Сегодня он немногословен и выглядел очень загруженным. Вся его жизнь за последние семь месяцев крутилась вокруг проекта. Создатель занимался не только техническим обеспечением, но и раздавал указания своим подчинённым. Девчонке, как минимум, нужна подходящая одежда её размера. Стандартные мантии сотрудников сгодятся лишь на голень. Почему не позаботился об этом заранее? Не хватало уверенности в том, что созданное им существо способно функционировать в правильном режиме и в том, что оно останется в центре под его непосредственной опекой и контролем.       Нужно чем-то себя занять во время ожидания. Был бы телефон под рукой, она бы погромче включила музыку в наушниках и залипла в игрушку про убийства зомби в туманных локациях. Был бы скетчбук и пару карандашей, провела бы часы с пользой. Уже, кажется, забыла, как правильно держать карандаш и как рисовать. Возвращаться в тренажёрный зал совсем не хотела. Её не мучала ни совесть, ни воспоминания о случившемся утром, но на душе было как-то гадко. Не по себе. Майакс ещё долго не сможет вернуться в строй и продолжать её обучение. Кто её заменит? Или с сегодняшнего дня все тренировки прекращены навсегда? А хотелось бы дойти до финала. Получить те прекрасные клинки, которая химера ей продемонстрировала. Наверняка они очень острые и будут рубить головы с таким же успехом, как тесак мясника кусок масла.       Надо подумать о чём-то другом. О чём-то хорошем. Повернувшись на правый бок, Джерри снова уставилась в окно. Интересно, как там поживает Альбедо? Где он сейчас? Что с ним? Временами его очень не хватало. С ним было спокойно. И забавно. Забавно наблюдать за тем, как высшее существо снисходило до людской обыденности: перестал считать сигареты чем-то противным и мерзким, одобрял вкус белого полусухого вина, с пристрастием разглядывал обновленное окрашивание волос и новый дизайн ногтей девушки после салона красоты и не скупился на нежности в сексе. Он всегда был аккуратен, не позволял грубости взять вверх при разговоре и тем более в постели. Альбедо берег Джерри. Альбедо единственный, кто относился к ней по-человечески, кто уважал её мнение, интересы, и как личность. Увидеть бы его сейчас. Услышать его голос.       Джерри закрыла глаза, мысленно звала его. В прошлый раз "встреча" вышла неосознанно и подкреплялась скулящей тоской. Может, сейчас тоже получится? Попытаться стоит.       Тот дивный сад хранился на подкорках сознания. В самом потайном комнате, не тронутой гнетущими мраком детства и юности. В том саду она бывала совсем ребёнком, который только-только начал соображать и анализировать реальность. Тёплое летнее солнце спряталось за высокие цветущие деревья. Мимо пролетали птицы. Ветер играл расслабляющую мелодию на листьях, словно на изящной флейте, а зелёная трава нежно щекотала босые ноги. В открытой беседке на столе по-прежнему стояли бутылки изысканного вина и соответствующая закуска в виде хрустящего хлеба и винограда. Соблазн так и толкал вскрыть одну бутылку и сорвать виноградину. Но если провести по ним рукой, композиция поплывёт, словно рисунок на песке от шипящей волны, и соберётся обратно. Это лишь воспоминания. Здесь всё ненастоящее. Картинка лишь радовала глаз и навивала спокойствие, иллюзию уединения и безопасности. Здесь никто не тронет. Никто не причинит вреда.       С аллеи послышались торопливые шаги. Кто-то явно спешил к беседке. Секундой спустя показался высокий силуэт с белыми волосами. Пришёл. Он пришёл.       -Ал!       Джерри побежала навстречу. Так приятно снова увидеть его.       -Я уже начинаю привыкать к твоим фокусам, - Альбедо улыбался, раскинув руки, и принял девушку в заботливые объятия. Хотел обнять покрепче, но её хрупкое человеческое обличие не выдержало бы подобного натиска. Пальцы нежно зарывались в красные волосы, поглаживали тонкую шею и плечи. Стоял бы так с ней вечность и стоял. Но из эйфории вырвали тихие всхлипы и падающие слёзы на светлую футболку. Галванец настороженно отстранился и взглянул на заплаканное лицо девушки. - Джерри? Что-то не так?       -Мне там плохо без тебя, - она прижалась к его крепкому телу, спрятав лицо. Не сказать, что прям плохо. Скорее трудно переносить тяготы в одиночку. Не хватало опоры, мудрого совета и поддержки. Защиты, в конце концов. Пусть в реальности она жуткая машина для убийств, но в действительности всё такой же брошенный ребёнок, страшащийся ответственности и вселенского одиночества. - Я скучаю по тебе.       -Я скоро приду, - Альбедо пытался её успокоить, хотя у самого подбирались слёзы. Она давно пробудила его сентиментальность. Он ни о ком так сильно не беспокоился, как о ней. И когда-то давно о своём величие и превосходстве над другими. А сейчас, смахивая её слёзы, был готов свернуть себе шею от бессилия. Джерри по-прежнему далеко и без посторонней помощи до неё не добраться. Вдруг прямо сейчас там происходит что-то ужасное. То, что он не в силах остановить или предотвратить. Одна мысль об этом превращала его в каменную статую. Но надо крепко держать себя в руках. - Осталось совсем немного. Я найду тебя, обещаю, - и пока у него есть возможность для поцелуя, он её не упустит. Слегка приподняв её острый подбородок пальцами, Альбедо коснулся приоткрытых губ, ощутив вкус персика. Она их очень любила и искренне радовалась, когда он приносил ей пакетами любимый фрукт. - Я тебя больше не потеряю.       Они оба в это верили. Искренне. Иначе быть не могло. Его риск в связи в человеком оправдывал себя. Он искал выгоду, проблем на свою голову и новую дозу адреналина, а нашёл нечто большее. Что-то, что помогло обрести душевное равновесие, избавиться от отравляющей ненависти и одержимости местью Бену Теннисону. Что-то, что помогло принять человеческое тело и жить. А Джерри нашла того, кто не расценивал её как кусок мяса и девочку для битья; того, с кем она чувствует себя в безопасности и по-настоящему живой. Однако в нынешней обстановки время играло не в их пользу. Долгие поцелую и объятия пришлось прервать.       -За мной могут прийти в любой момент, тебе пора возвращаться, - с грустью произнесла девушка.       -Так быстро?       -Я не знаю, как здесь течёт время: прошло пару минут или пару часов. Лучше не рисковать, - она нехотя сделала несколько маленьких шагов назад. Она получила, что хотела, хоть и в скудном количестве. Получила уверенность. Альбедо никогда не кидался обещаниями направо-налево, а если и обещал что-то, то выполнял. Голову об асфальт разобьёт, но выполнит.       -Но благодаря риску я встретил тебя, - он продолжал держать её на руку, надеясь удержать в иллюзорном мире хотя бы на мгновение. Ещё раз взглянуть на неё, почувствовать приятное тепло её кожи, ощутить лёгкие прикосновения, чтобы немного усыпить удушающую тоску. Слишком сильно привязался к этой девчонке.       -Иди. Лучше рискуй в реальности.       Сад стал рассыпаться на частицы, погружаться во тьму и откуда-то издалека доносились щелчки пальцами. Прямо перед носом.       Распахнув глаза, Джерри увидела щёлкающего Азимуса напротив себя. И как только ему удавалось запрыгивать на такую высоту? Маленький зелёный старик прыгал выше кузнечика. Он привычно заложил лапки за спину и с ухмылкой смотрел на своё творение. Поймал с поличным. От её мозговых штурмов снова пришлось запускать генераторы, чтобы не оставить лаборатории без электричества.       -Осваиваешься? - спросил Азимус.       -Экспериментирую, - в ответ хмыкнула Джерри. Нет смысла отпираться или оправдываться, придумывать правдоподобную ложь и продвигать её умнейшему из живущих.       -После твоего прошлого эксперимента мы до сих пор пополняем запасы анальгетиков, - поспешил напомнить об инциденте галванец.       -Да, они вызывают головокружительный эффект, - она впервые услышала смех создателя. Приятно, что он оценил её шутку. Возможно, ещё не всё потеряно и она сумеет выстроить с ним доверительные отношения. И убедить его вернуть Альбедо в главный центр. Но с последним придётся повременить. Чересчур наглеть тоже нельзя.       -Идём. Приведём тебя в порядок.