Алое мученье

Неделя пролетела незаметно. Все встало на круги своя, и Сабине начинало казаться, что происшествия той ночи – это просто сон. И для того, чтобы убедиться в реальности минувших событий, девушка дотрагивалась пальцами до мочки уха. Серьги не было, а, значит, случившееся – не плод воображения. Как вернуть драгоценную вещицу, дампир не знала, да и цель, ради которой она приехала в академию не сдвинулась с мертвой точки. Вздохнув, блондинка перевела взгляд на преподавателя английского языка. Учебный день подходил к концу, а она снова большую часть уроков провела, витая в своих мыслях. Проблемы, кругом одни проблемы, обладающие поразительной способностью возникать буквально на пустом месте. Взяв ручку, Номен принялась машинально выводить на листке бумаги замысловатые узоры. Самое страшное – это то, что Куран прекрасно осведомлен, кто она на самом деле. Подсознательно Сабина ждала, когда же об этом станет известно остальным обитателям академии Кросс, и ее выгонят из этого учебного заведения. В лучшем случае. В худшем – просто уничтожат, как опасное, принадлежащее двум мирам, существо. От безвыходности ситуации хотелось биться головой об парту. Как забрать обратно вещь, хранившую столько теплых воспоминаний? Как исполнить задуманное? И зачем она чистокровному? - Дурак, — не выдержав, зло прошипела полукровка, вонзая острие ручки в несчастный, ни в чем не повинный, тетрадный листок. Почему Канаме хранил ее тайну? По сути, она – его враг. Выходило, хладнокровный принц вел свою игру. Хотя этого от него и следовало ожидать. Промучившись до конца урока, Номен, все-таки, приняла решение. Банальное и глупое. Но ничего другого в голову не пришло, кроме, как отправиться и поговорить с Кураном. Но как выманить вампира в укромное место, где никто не сможет их подслушать? Снова тупик. Есть только один выход – это дождаться, когда обитатель Лунного общежития явится к директору Кроссу. К счастью, она староста и должна патрулировать территорию академии каждую ночь, что давало возможность узнать, когда же его вампирское величество соизволит посетить их скромную человеческую обитель. Вернувшись в комнату, блондинка принялась обдумывать то, что она скажет Канаме. Но на ум ничего, кроме, бреда, не приходило, и староста решила скоротать оставшиеся до дежурства часы, отсыпаясь. Скинув пиджак и заведя будильник, Сабина рухнула на кровать и тут же провалилась в глубокий сон. Полукровке снилась Румыния. Место, где жил ее отец, и куда она частенько ездила на каникулы. Она, еще совсем ребенок, стояла на огромной веранде, залитой солнечным светом. Тепло и радостно. Счастье заполняло каждую частичку маленького сердечка. Лучезарная улыбка и серебристые локоны, рассыпавшиеся по плечам. - Сабина! – позвал ее ласковый голос, и малышка, повернувшись, побежала обратно в комнату. Здесь сумрачно, совсем, как вечером. Тяжелые шторы и богатое убранство. Какое-то время девочка стояла и моргала, пытаясь привыкнуть к мраку, и рассмотреть силуэт худощавого мужчины, сидящего в кресле. Светлые волосы и бледная кожа. Дочь получилась полной копией родителя. Только вот глаза достались Номен от матери. Миндалевидные, немного раскосые, глубокие. - Папа, — блондинка потянулась к отцу, и тот, поднявшись, подхватил ее на руки. Ощущение защищенности и умиротворения накрыли теплой волной, и в этот момент все вокруг начало кружиться. Мир превратился в безумный водоворот, уносящий в бездну. Все исчезало. Не было больше семьи, друзей, каникул, проведенных в огромном особняке. Не было горячего чая по утрам, маминой улыбки, ее уютной спальни. Она одна. Совсем одна. - Вернитесь! Пожалуйста, не бросайте меня! – она пыталась закричать, но из горла рвался лишь хрип. - Папа! – Сабина резко села в кровати, широко распахнув глаза. Серые стены, шкаф, кресло. Ее комната в общежитии. Сумерки и дождь, барабанивший по подоконнику. Погода окончательно испортилась. - Это сон. Всего лишь сон, — прошептала дампир, чувствуя, как по спине течет липкий пот. Сердце колотилось в груди, а пальцы судорожно сжимали покрывало. Несколько минут она приходила в себя. Прошлое никак не желало отпускать, постоянно возвращаясь. Медленно поднявшись, девушка прошла в ванную, и первым делом посмотрела на свое отражение. Бледная кожа, и ужас, плещущийся в самой глубине потемневшего взгляда. Холодная вода помогла прийти в себя, и староста, глянув на часы, и поняв, что до дежурства осталось еще около часа, решила, что все равно пойдет патрулировать территорию. Свежий воздух и ливень, вот, что поможет окончательно стряхнуть жуткое сновидение. Нацепив поверх формы куртку с капюшоном, полукровка отправилась на улицу. Оружие ей пока не выдали. Видимо, Кайен Кросс боялся, что она натворит дел. Ведь Номен не могла контролировать свою силу, таившуюся внутри, и никак не желавшую пробуждаться. Не пройдя и нескольких метров, блондинка вымокла до нитки. Дождь лил, как из ведра. Деревья, трава, все сливалось воедино, но ученица Дневного класса продолжала брести по узкой тропинке, ведущей вглубь парка. Внезапно странное ощущение страха и тревоги заставили замереть на месте. По телу прошлась дрожь. - Вампир, — прошептала Сабина. Она всегда испытывала нечто подобное, когда поблизости находились кровопийцы, — Он рядом, — голос дрогнул. Внутри все сжалось, и возникло непреодолимое желание бежать. Но, как ни странно, полукровка не могла сдвинуться с места. Ноги не слушались, и она продолжала стоять, все острее чувствуя приближение врага. Сильного врага, невероятно сильного. - Значит, вот оно как, — закрыв глаза, проговорила Номен. Презрительная усмешка исказила ее губы. Он пришел. Он здесь. Она могла с точностью до одной сотой процента заявить, что за ее спиной стоял он – Куран Канаме. Она больше не чувствовала страха. Он исчез, растворился в дождливом мареве. Плотные, большие капли стекали по капюшону, попадая на лицо. - Я ждала тебя, — хрипло проговорила девушка. Тело не подчинялось. Она была слишком слабой, чтобы противиться силе чистокровного. Но когда-нибудь она сможет бороться с такими, как он. - Знаю, — спокойный голос, и внезапно он отпустил ее. Напряжение, сковывающее мышцы исчезло, и дампир еле удержалась на ногах. - Тогда, скорее всего, тебе известна и причина, — она резко повернулась, и встретилась взглядом с темными глазами Канаме, казавшимися бездонными. - Да, — каштановые пряди намокли, падали на лоб, придавая парню еще большую привлекательность. И Номен не могла этого не отметить, хоть и разозлилась на себя за такие мысли. Куран был не в форме академии. Удлиненный черный пиджак и брюки. - Тогда верни мне ее. Прошу, — она опустила голову в ожидании ответа. Ярость скрытая за лояльностью. Староста еле сдерживала рвущееся наружу негодование. Слишком импульсивная, грубая, нетерпеливая. Ей всегда было сложно заниматься самоконтролем. - Верну, когда придет время, — проговорил собеседник. Он оставался невозмутимым, и от него так и несло высокомерием. Интересно, там внутри, под этой ледяной оболочкой, есть что-то еще, кроме арктического холода? - В принципе, ничего другого я и не ожидала услышать. Вот дура. Зачем старалась, — Сабина пренебрежительно хмыкнула. Ей безумно нравилось действовать чистокровному на нервы. Интересно, сможет ли она вывести его из себя? И чем это грозило? Опасность. Номен любила адреналин, но никогда не умела во время заткнуться. - Ты старалась, потому что, на самом деле, хотела спросить у меня совсем другое, — от слов вампира девушка вздрогнула. Он фактически читал ее мысли, проникая в самую глубину сознания. Президент Лунного общежития приблизился. И дампир резко опустила голову. Она не могла выдерживать прямого взгляда карих глаз. Пустых и глубоких, затягивающих в самую бездну. - Вижу, мне нет смысла ходить вокруг, да около, — тихо проговорила студентка Дневного класса. Сейчас она должна выяснить все относительно себя. Нельзя больше тянуть. Нельзя убегать. Нельзя прятаться и ждать, — Скажи, как... как я могу обрести свою силу? – неожиданно она вздернула подбородок и уставилась прямо в красивое лицо собеседника. - Ты должна пролить кровь, — ответил тот, безотрывно глядя в распахнувшиеся от ужаса глаза полукровки. - Что? – прошептала Сабина. Внутри все сжалось. Она не желала причинять кому-то вред, хоть и часто грозилась. - Ты должна убить, — по ее щекам текли капли дождя, — Неважно кого – человека, дампира или вампира. Кровь. Вот, что тебе необходимо, — и Канаме, развернувшись, направился прочь от окаменевшего стража академии. - Но я не могу так поступить! — выкрикнула она ему в след, — Не могу! Раньше она часто представляла, как убивала вампира. В какие-то мгновения она жаждала стать охотником, получить ту мощь, которая даровала ее вторая сущность. Но теперь, когда Номен столкнулась с этим, она никак не могла взять на себя роль убийцы. - Должен быть еще какой-то способ! – она рванулась за чистокровным. Судьба повернула все так, что сейчас лишь Куран мог помочь, спасти, подсказать. Враг становился спасителем, и приходилось приспосабливаться, прогибаться, запихивать гордость куда подальше. Догнав короля ночных обитателей, полукровка бессознательно уцепилась окоченевшими пальцами за его ладонь, и он остановился. - Другого способа не существует, — странно, но он не отнял руки. И они так и стояли. Она – отчаянно цепляясь за него, в надежде услышать то, что не заставило ее совершить нечто страшное. Он – воззрившись в даль, надменный и спокойный. Курана всегда волновала одна Юуки. Младшая сестра – вот, ради кого он пытался сохранить мир между двумя расами, и многие поступки диктовались ее благом. - Тогда у меня нет выбора, — губы Сабины скривились в горькой усмешке. Она ненавидела себя за слабость, которую не смогла скрыть. Ноги подкосились, и дампир рухнула в грязь. Из глаз брызнули слезы. - Дура... какая же ты дура, — ругала себя полукровка. Что с ней такое происходило? Почему она рыдала, как идиотка, позволяя Канаме видеть все это? Разве она не готовилась к жизни охотника? Разве не желала всем сердцем найти дорогого человека? Отомстить за страдания своей семьи? Если это все так и есть, тогда, с чего она закатила такую истерику? Начиная с приезда в академию, она держалась молодцом, демонстрируя какой железной леди является. Скрывала переживания за оболочкой равнодушия и пофигизма. Но одиночество давило, разрывало на части, терзало. На самом деле, Номен была обыкновенной девушкой, мечтающей о понимании и участии, о матери и отце, о друзьях и любви. И она не выдержала, нервы сдали, обнажая настоящую сущность. Опустив голову, укрывшись капюшоном, спрятавшись от всего мира, Сабина тихо плакала. Тяжелые, холодные капли дождя, падавшие с неба, заглушали ее всхлипывания. Сумерки сгущались. Ночь вступала в свои права, окутывая пространство мглистым покрывалом. И среди стволов деревьев, уже с трудом можно было разглядеть два силуэта. Стоящую на коленях девушку и высокого парня. Она — все также сжимала его ладонь, ища хоть капельку тепла. Он – закрыв глаза, пытался понять, почему до сих пор остается рядом с ней. Юуки уже который день не находила себе места из-за беспокойства. Оно забралось в душу с того самого момента, как в день бала она очнулась в кабинете ректора. Причем, девушка ничего не помнила. Последним воспоминанием было то, как она вышла из зала на балкон, чтобы освежиться и собраться с мыслями. А потом в сознании зияла огромная дыра. И, конечно же, Кайен Кросс не потрудился ничего объяснить приемной дочери. Как обычно, мужчина скрылся за маской заботливого «папочки», и бывшая староста сама поспешно ретировалась в Лунное общежитие. Канаме тоже упорно молчал, делая вид, что ничего не произошло. Так всегда, пытаясь ее защитить, брат часто доходил до абсурда. Но ей надоело играть роль неразумного ребенка, за каждым шагом которого надо следить, а то вдруг что-то произойдет. При этом Кириу все также продолжал ее игнорировать, и это уже начинало злить. Поглощенная мыслями, девушка не заметила, как оказалась возле большого зеркала, стоящего в углу комнаты. Машинально она уставилась на свое отражение. Длинные каштановые волосы, лихорадочный блеск в широко распахнутых глазах, и белая бесформенная сорочка. Все, как всегда. Время было над ней не властно. Черт, как же ей хотелось послать куда подальше свое бессмертие, вечную красоту и вампирскую сущность. Как хотелось стать опять человеком. - Я хочу стать прежней, — проговорила принцесса, обращаясь к своему отражению. И неожиданно оно ухмыльнулось. Юуки рассеяно моргнула, подумав, что уже совсем сошла с ума. Ее зеркальная копия никак не могла делать то, чего не делал оригинал! Наверно, показалось. - Нууу, прежней тебе не стать, а вот стать сильнее, вполне реально, — тихий, вкрадчивый голосок прозвучал в голове. - Что это еще такое? – Куран испуганно отшатнулась, и не удержавшись на ногах, грохнулась прямиком на пятую точку, больно приложившись поясницей, — Аххх... — прошипела шатенка, хватаясь за ушибленное место. И тут краем глаза она заметила что-то ненормальное. То, чего быть не должно. Взгляд медленно переместился на зеркало. Отражение. Оно продолжало стоять и ухмыляться, хотя, нет, это уже была не ухмылка, а улыбка. Широкая, показывающая белые, острые клыки, похожая на оскал. Ужас сковал тело, и несколько минут бывшая староста тупо рассматривала странное видение, убеждая себя, что это всего лишь сон, и ничего больше. - Это не сон, — недовольно проворчал кто-то в ее голове, причем, голос был точь-в-точь как у Юуки, что еще сильней напугало. - Кто ты? – она вцепилась в волосы, сдавив виски и зажмурившись. Выгнать незваного гостя, не слушать ничего, этого не может быть. - Я – это ты. Посмотри на меня. Я – твоя вторая половина, и могу дать тебе то, чего ты так хочешь, — протянуло нечто, и Куран, не выдержав, опять уставила на свою копию. Чуть прищуренные глаза, хищное выражение на красивом личике. Это была она, и все же... что-то было не то, — Ту силу, о которой ты мечтаешь. Тебе больше не придется полагаться на других, — копия довольно оскалились, метнулась вперед, коснулась ладонью оборотной части стекла, — Выпусти меня, — в глубине покрасневших глаз мелькнула мольба. В душу заползли сомнения. Канаме остановил взгляд на Такуме. Парень стоял напротив стола, за которым сидел чистокровный. На красивом лице застыло выражение крайнего беспокойства. - Вчера снова произошло нападение, — он беспомощно пожал плечами, — И опять никаких следов. Никакой зацепки, — зеленые глаза замерли на лице Курана. Вампир сегодня пребывал в несвойственном для него состоянии. Слегка взволнованно выжидательном. Будто бы случилось что-то нехорошее, о чем президент Лунного общежития не желал распространяться. - Да. Этот некто слишком хитер и неуловим, — шатен резко поднялся и принялся мерить комнату шагами. Задумчивое выражение. Ичиджоу ждал, не решаясь вмешиваться в ход мыслей друга, — Сегодня он приходил к Юуки, — нотки злости в голосе и растерянность, мелькнувшая во взоре аристократа. - Но как? – это было невозможно. Принцесса круглосуточно находилась под защитой брата. Он следил за каждым ее шагом, не подпускал к любимой никого, кто мог бы причинить ей вред, отгородил бывшую старосту Дневного класса от мира, где ее могли поджидать какие-либо опасности. - Он обладает способностью проникать в сознание и полностью подчинять своей воли, — Канаме остановился и воззрился на блондина. Во взгляде читался еле сдерживаемый гнев. Да, в Куране что-то изменилось. Появились зачатки чувств, которые раньше были сокрыты от посторонних. Хладнокровие постепенно исчезало, уступая место чему-то новому. - И что ты собираешься делать? – Такума прекрасно знал, что чистокровный не будет сидеть, сложа руки. Скорее всего, выход уже найден. Но тогда откуда эти сомнения? Что мешало другу начать действовать немедленно? - Придется прибегнуть к помощи одного человека, хотя нет... она – не человек, а дампир, — услышав последнее слово, Ичиджоу содрогнулся. Нос брезгливо сморщился. - Ты хочешь обратиться за помощью к выродку аристократов? – фыркнул красавец, негодующе зыркнув на собеседника. Полукровки, родившиеся больше людьми, чем вампирами. Те, у кого человеческая кровь победила. Несостоявшиеся кровопийцы. Грязные ублюдки. Таких существовало один на тысячу. Большая редкость. Обычно они становились охотниками. Лучшими из лучших. - У меня нет выбора. Ты сам знаешь, что дампиры не восприимчивы к влиянию. Они обладают иммунитетом против нас. И если я вдруг не смогу, то она защитит Юуки, — легкая усмешка исказила губы. Надо же, эта новенькая пришлась как раз кстати. Открытая, напористая, отчаянно смелая. Ей легко будет руководить. Стоило только указать путь к тому, кого она ищет. - Кто она? – подозрение шевельнулось в груди блондина. Неужели... тот взрыв силы, бледная кожа, внезапное появление в Академии посередине года. Кусочки складывались в картину. Как же он раньше не догадался? - Это Номен? – полуутвердительно произнес Такума, и Куран в ответ кивнул. - Да. Это она, — Канаме подошел к окну и уставился на ночное небо. Сейчас шли занятия, и его сестра находилась в классной комнате. Раньше он считал, что это одно из самых безопасных мест на земле, но оказалось, что ошибался. Пока он не уничтожит хитроумного врага, спокойствия не будет. Любимой будет грозить опасность, а этого шатен допустить не мог. - Хм... мне нечего сказать. Все равно ты сделаешь, как посчитаешь нужным, — Ичиджоу явно был против такого плана, считая его неприемлемым. Но переубеждать он не решился. - Ты прав, — чистокровный закрыл глаза, сосредотачиваясь на дальнейших действиях. Сабина. С завтрашнего дня он будет внимательно следить за ней. Пока девчонка не обрела силу, придется позаботиться о том, чтобы с ней ничего не случилось. Неугомонная студентка искала своего отца, пропавшего несколько лет назад. Канаме всегда знал это, как и все остальное. Теперь осталось только кинуть наживку и использовать Номен в своих целях. - Прости, что лезу не в свое дело, но хочу тебе кое-что сказать, — Такума внезапно заговорил. Голос звучал неуверенно, но решительно, — В тот раз с Ридо, ты вовлек в свою игру Кириу. И все чуть было не пошло наперекосяк. Сейчас ты пытаешься вмешать эту полукровку. Это, конечно, твое дело. Но, смотри, не запутайся. Ведь правила могут измениться в любой момент, и каким бы могущественным ты ни был, всегда найдется кто-то или что-то сильнее.