Мой любимый волк

В палате повисло напряженное молчание, пока Стайлз не разрядил обстановку. Он начал говорить, что отныне мне вечеринки у Мартин противопоказаны. Или же идти стоит, но только в балахоне, на что мы с Лидией обе хмыкнули и, посмотрев друг на друга, улыбнулись. Никто из нас больше не заговорил снова на эту тему, но это только пока. Все знали, что этот разговор еще всем нам предстоит. В палату вошла миссис МакКолл и сказала, что с анализами у меня все в полном порядке, но все-таки меня следует оставить. Однако ребята и я заверили ее, что со мной все будет в порядке. Строго посмотрев на сына, она взяла с него обещание, что он лично проконтролирует меня ближайшие три дня. Ребята вышли, а я переоделась в одежду, которую мне принес Айзек. Это были обычные джинсы и кофта, а также кеды. Я улыбнулась, ведь он знал меня лучше, чем кто-либо. Надев вещи, я вышла из палаты к друзьям, и мы направились в сторону моего дома. Меня завезли, и поехали дальше. Позвонив родителям, я сказала, что мне стало лучше, а затем пошла принимать душ. Когда прохладная вода коснулась моей кожи, я непроизвольно дернула плечами и закрыла глаза. В моей голове тут же началось просто слайд-шоу из моей прошлой жизни. По крайней мере только так все это можно объяснить. Сны, которые были настолько реальны, что иногда я просыпалась в поту и пыталась восстановить дыхание. Это было и раньше. Я помню, как три года назад я проснулась от того, что мама трясет меня за плечи и кричит мое имя. В ее глазах стояли слезы, она облегченно вздохнула, когда увидела мое удивленное выражение лица. Тогда мне мама сказала, что я не дышала, и пульса тоже не было. Больше такого не повторялось. Я даже Айзеку об этом не сказала, хотя делилась когда-то с ним всем. Почти. Не думаю, что ему нужен график моего цикла. Выходя из душа, я посмотрела на себя в зеркало. Темные круги под глазами меня явно не украшали, а впалые щеки выглядели отвратительно. Сейчас я напоминаю себе «себя» из сна про психиатрическую клинику. Так здорово, что я жила во Франции, Англии, Италии и Индии. Это было потрясающе, если бы не одно «но»: меня настигает смерть еще до тридцати лет. В Индии я вообще умерла в возрасте пятнадцати лет. Я помню, как я ждала врача, ожидая прививки, но он вколол мне явно не лекарство. Почему? Да потому, что после этого воспоминания обрываются. Теперь я вспоминаю день своей смерти в каждом воплощении. Там я всегда была любима, я чувствовала это. И я помню зеленые глаза, помню то учащенное сердцебиение, когда наши мы касались друг друга. Вернувшись к разглядывания себя, я покачала головой. - Да уж, к тебе, милая, помрешь ты старой девой. Усмехнувшись, я отвернулась от зеркала и надела халат. - Это уж точно, - услышала я, услышав знакомый мужской голос. Такой бархатный, такой нежный… Резко развернувшись, я заметила руку, в которой сверкнуло лезвие ножа, готовое вонзиться в меня. Быстро дернувшись в сторону, я закричала и побежала вниз, чтобы выбежать на улицу. - Нет смысла убегать, милая. - Что тебе от меня нужно? - Убить. Я всегда это делал. Я почти сбежала с лестницы и на последней ступени споткнулась и упала. Черт подери, как во второсортном ужастике. Вскочив, я побежала к двери и дернула ее на себя, но она не открылась. Нет. Я развернулась, чтобы побежать к другой двери, но Оливер уже нашел меня. Теперь я разглядела его. Светлые волосы в некоем беспорядке, глубокие серые глаза, высокий рост и спортивное телосложение. Мне не справиться, подумала я, и по моим щекам потекли слезы. Парень улыбнулся, и прикоснулся к моей щеке, отчего я вздрогнула. - Ты все такая же. А я моложе, чем в наш прошлый раз. Знаешь, мне тогда было трудно достать смертельную инъекцию. В этот раз я нашел тебя раньше, милая, - он вытер мои слезы и провел рукой по волосам, - прости за то, что дал тебе такой дерьмовый виски. Там не было много яда. Мне просто надо было сделать так, чтобы ты осталась одна. Возможно, - Оливер взяла одну прядь волос, и опустил ее на нож, и несколько сантиметров волос упало на пол, - эпохи и разные, но ты все такая же: характер, внешность и привычки. - Зачем ты это делаешь? – спросила я дрожащим голосом. - Тш-ш, - он приложил палец к моим губам, - я же сказал, что я всегда это делал. Я всегда тебя убивал, графиня Амелия, Джозель, Шей, Имэнна, Кэролин, Шарлотт, Гретель, Хлои, Изабель, Орифин, Одри, Кристина, Анна, Рина, Оливия, Фрейя, Джулия, Шэрон, Элизабетт, Ребекка, - с каждым названным именем, он проводил по моей руке, от плеча до предплечья, ножом, оставляя кровавый след, а затем посмотрел мне в глаза, - Мелисса Роуз Гарднер. - Ты – псих, - я вытерла слезы и, что есть сил, толкнула его и побежала на кухню, где был выход в задний двор. Однако Оливер быстро поймал меня, крепко схватив за руку, а затем грубо развернул к себе. Все, что я успела сделать – это вскликнуть. Я так хотела закричать. Халат был практически развязан, оголяя мое тело. Как же мне хотелось сбежать. Мне бы не хотелось умирать сейчас. Хотя…я же все равно оживу. - Ты не уйдешь. Я убью тебя, - он продемонстрировал нож, - а затем подожду, пока ты снова не очнешься, чтобы убить снова. За одну жизнь ты можешь возрождаться только три раза, дорогуша. На сколько мне известно, ты уже умирала. Осталось всего лишь два раза, милая, только два раза. - И ты снова будешь искать меня? В другой жизни? - О да, я всегда это делал, - он сжал меня еще крепче, а затем замахнулся, - до встречи. Прежде, чем услышать звук выбитой двери, я почувствовала, как нож вошел в мое тело, а затем наступила темнота.

***

Когда я открыла свои глаза, то я резко встала и вскрикнула. Лидия и Эллисон попытались меня успокоить, но я кричала и брыкалась до тех пор, пока в комнату не залетели парни. Айзек взял меня за руки и заглянул мне в глаза, но я все равно пыталась оттолкнуть его, что у меня отлично получилось. Видимо, он боялся применить ко мне способности волка, но кое-кто вовсе не собирался со мной церемониться. Услышав громкий рык, я вздрогнула и посмотрела на обладателя этого рыка, коим стал Джексон Уиттмор. Слезы покатились из глаз, поэтому я опустила голову и заметила, что я уже была не в халате, а в майке и шортах. - Спасибо, Джексон, - Лидия строго посмотрела на парня, а затем взяла со стола стакан и подала мне его, - держи, выпей это. - Спасибо, - я сделала несколько больших глотков, а затем посмотрела на ребят, - простите. Где он? - Если ты про того, кто всадил тебе нож в грудь, то его уже нет, - сказал Джексон, пока остальные пытались сообразить, что ответить. Я посмотрела на него, в ожидании продолжения. - Когда мы вошли, то ты уже лежала на полу и…, - договорить Стайлз не успел, так как его перебил Уиттмор. - Ты лежала на полу практически голая и вся в крови. - Я только вышла из душа, - я сделала еще глоток, - в этот раз я запомнила его. Его я никогда больше не забуду, - я чувствовала, как пальцы крепко сжимают стакан, поэтому Лидия забрала его у меня, - кстати, как вы вошли? - Я почувствовала неприятное ощущение, а затем закричала, - сказала Лидия. - Мы, правда, чуть не оглохли и не попали в аварию, но главное, что успели к тебе, - весело сказал Стайлз. - Успели? – раздраженно спросил Джексон, - да она трупом уже была, когда мы зашли! Мы не успели. Я резко соскочила с кровати и побежала вниз, где я лежала. На полу была кровь, которая немного попала на светлый ковер. - Нет, - одними губами выдохнула я. Ребята спустились вниз и посмотрели на меня, ожидая, по всей видимости, нового приступа истерики. Однако его не последовало. Друзья и Уиттмор наблюдали за тем, как я ушла, а затем вернулась с ведром и щеткой. Сев на корточки, я загипнотизировано уставилась на ковер. Уйдя, я вернулась с тряпкой в руках и чистящими средствами. - Еще раз спасибо, - я оторвала взгляд от крови и посмотрела на ребят, - а теперь оставьте меня, пожалуйста. - Мелз, я не думаю, что это хорошая идея да…, - начали ребята, но их снова перебили. - Ты идиотка?! – взбесился Джексон, - он же снова вернется. И снова убьет тебя. Я вскинула голову и посмотрела ему прямо в глаза. - Тогда останься со мной и охраняй меня, раз так беспокоишься за мою жизнь! С чего бы вдруг самому Джексону Уиттмору беспокоиться о невидимке? – прокричала я. - Да потому, что ты без мозгов! И я очень благодарен Скотту, поэтому мне бы не хотелось, чтобы твои друзья оплакивали такую безмозглую девчонку, как ты! – в тон мне ответил Джексон. - Брейк, - сказал Стайлз, - ребят, хватит. - Джексон, ты можешь остаться с Мелроуз? – попросили Лидия и Скотт. - Да. Ребята подошли ко мне, а Уиттмор остался стоять около лестницы. - Ты точно будешь в порядке? – спросила Лидия. - Да, точно. У меня же теперь защитник, - с ухмылкой сказала я, - увидимся завтра. Айзек, прости за то, что оттолкнула. Друг улыбнулся и потрепал меня по волосам, а затем заметил короткую прядь. Его взгляд напрягся, а вена на лбу начала пульсировать. - Все хорошо, - я убрала его руку, и обняла друзей. Когда они ушли, я, не обращая внимания на своего гостя, присела около лужи крови. Взяв тряпку, я намочила ее и, выжав, начала вытирать кровь с пола. Когда рука коснулась крови, я вздрогнула. Сжав губы в тонкую линию, я продолжила вытирать лужу. Когда мои плечи начали вздрагивать, то на них легла рука Джексона. - Оставь это. - Нет, я не могу, - ответила я и начала тереть усерднее, - я должна все убрать до приезда родителей. Ковер будет самым сложным, - усмехнулась я. - Оставь. Я бросила тряпку в ведро и скинула руки парня со своих плеч. - Ты можешь чем-нибудь занять себя? Посмотри фильм, поешь чего-нибудь. Только не мешайся. Джексон хмыкнул, а затем пошел выбирать фильмы. Он с интересом разглядывал диски, что-то откладывая, а что-то убирая на место. Тем временем я убрала лужу с пола и принялась за ковер. Сменив воду, я вернулась в гостиную и увидела, как Уиттмор налил себе сок. Отвернувшись, я достала щетку, насыпала на ковер порошок, и начала чистить. Кровь не смывалась, и я добавила еще чистящего средства, еще воды и с еще большей силой начала тереть щеткой ковер. - Давай же, давай, - причитала я, и с каждым словом, мой голос становился громче, пока вовсе не сорвался на крик, - ДАВАЙ!! - Так, все, достала, - Джексон оторвал меня от пола, убрал щетку из моих рук и подвел к кухне, усадил за стол, - держи, - он поставил передо мной сок, а затем стопку с прозрачной жидкостью, - сначала выпей водку одним залпом, а потом запей соком. - Не собираюсь я пить эту гадость. - Значит, водка – гадость, а отравленный виски – шедевр среди алкоголя? Выпей. Я опустошила стопку, а затем быстро выпила полный стакан сока. - Ужас. - А теперь поешь чего-нибудь. Ты вообще себя видела? Щеки впали, мешки под глазами, а теперь еще и мертвенно-бледная кожа. Ужас какой. - Ну да, я далеко не девушка для обложки глянцевого журнала. Джексон нахмурился. Подошел к холодильнику и достал оттуда сыр и ветчину, а затем тостовый хлеб из шкафа. Сделав мне пару сэндвичей, он поставил передо мной тарелку. - Ешь. - Ты должен защищать меня, а не кормить. Я не голодна, спасибо, - я хотела встать, но он рыкнул на меня, заставляя сесть обратно. На меня никогда, простите, не рычали. - Ешь, я сказал! - Х-хорошо. - Отлично, а потом мы пойдем смотреть фильм. Какой ты хочешь? - Я не хочу смотреть фильмы, - раздраженно ответила я, после того, как проглотила кусок, вкусного кстати, сэндвича. Однако увидев его взгляд, я поняла, что спорить не стоит. - «Дневник памяти». Глаза Джексона расширились и он застонал. - Только не этот фильм. Давай боевик посмотрим, прошу тебя. Только не этот фильм. Я даже готов посмотреть «Зачарованные», но только не этот фильм. - А что не так с этим фильмом? - Я его уже наизусть знаю, благодаря Лидии. - А-а-а, - протянула я, откусывая еще кусочек, - тогда «Великий уравнитель». - Отлично. А ковер лучше купить новый. - Прости, но я не дочь миллионера. - Завтра я куплю тебе его. Кровь плохо отмывается. Доев последний сэндвич, я с удовольствием прикрыла глаза. - Ты идешь или собираешься спать на стуле? Мы сели на диван и Уиттмор нажал на «Play». Когда прошло пять минут от фильма, я прошептала «Спасибо», зная, что меня услышат. Боковым зрением я заметила, как дрогнули уголки губ у Джексона. Может, он действительно изменился.