Мой любимый волк

- Простите, Энн, но нам необходимо уехать с Мелз, - начал Тайлер, ставя чашку на блюдце. - Но ведь так мало времени прошло, - воскликнула Энн и перевела взгляд на меня, - неужели ты действительно единственный фотограф? Не поверю, что никто не может заменить тебя! В любой другой ситуации я бы обиделась. Все-таки мои фотографии очень красивые и я даже пару раз побеждала в конкурсах, но только не сегодня. Я врала Энн прямо в лицо. Заметив умоляющие глаза Энн и грустное лицо Софи, которая смотрела в тарелку с хлопьями, я сжала губы и кивнула. - Энн, я приеду в следующий раз. Как только начнутся каникулы, я обещаю! Энн тяжело вздохнула и взглянула на Софи, а затем на Тайлера. - Надеюсь, что вы выиграете эти соревнования, а иначе я вас убью! Вы забираете мою племянницу из отдыха! - Обещаю, что мы сделаем все… - Не сделаете все возможное, а выиграете! Улавливаешь разницу, малец? Тайлер очаровательно улыбнулся и заверил тетю, что они выиграют. Я попрощалась с Софи и Энн, крепко их обнимая и обещая, что приеду через два месяца, как начнутся каникулы. - Пойду тогда сообщу Дейву, что ты уезжаешь, и мы не придем к ним, - рука Энн потянулась к телефону. - Нет! – резко крикнула я, на что Энн удивленно посмотрела на меня, - вы не должны теперь сидеть дома, поэтому обязательно съездите. И вообще, хватит уже прятать свои эмоции. Дейв хороший человек. Я улыбнулась, и мы вышли с Тайлером из дома. Всю дорогу до Бейкон-Хиллс мы ехали молча, слушая радио. Тайлер не спешил начать разговор со мной, поэтому он не отводил взгляда от дороги, а я не могла ехать в полном молчании, но и заговорить тоже, поэтому нервно кусала губы. Мою голову заполняли мысли о том, как бы объяснить маме, что я вовсе никуда не еду, но отчего-то вернулась раньше. - Перестань нервничать. Это действует на нервы, - недовольно пробурчал Тайлер. - Извини, - тихо произнесла я, вжимаясь в сидение автомобиля, - и все же спасибо, что приехал. - Не хотелось бы, чтобы тебя убили до выпускного. Ты же мой запасной вариант. Я усмехнулась и вновь сжала губы. Запасной вариант…Вот как Тайлер оправдывает свои действия? - И как долго ты собираешься быть таким козлом? - Что, прости? - Извинения приняты. Да и тебе еще ждать и ждать до выпускного. Дожить бы до него, - тихо добавила я последнее, но Тайлер все равно меня услышал. - Про «козла» я пропущу мимо ушей, поскольку меня интересует другое, - он метнул серьезный (нет, ну неужели в нем есть серьезность) взгляд карих глаз в мою сторону и на секунду задержался на моих глазах, - ты же рассказала своим друзьям о лимите твоего бессмертия? Хм, забавная комбинация. Лимит как ограничение, но в сочетании с чем-то вечным звучит как-то смешно и нелепо. Я сжала губы и подняла глаза на болтающиеся ароматизированные кубики, что весели на зеркале заднего вида. Издав восхищенный вздох, я толкнула один кубик и приблизилась, чтобы понюхать. Пахло цитрусами, довольно-таки неплохо, кстати. Однако мой «трюк» был раскушен как орешек в два счета. Тайлер лишь набрал скорость. - В таком случае, милочка, я сам им расскажу. И не трогай кубики! Нахмурившись, я откинулась на сидение. - Им не нужно знать, Тайлер. Иначе бы я тебе не позвонила. - А вот это обидно. Хотя мы с тобой квиты, - усмехнулся парень, - один-один. Мы запасные варианты друг для друга. - Да, - уголки губ дрогнули, но я не позволила себе улыбнуться. У меня не было больше сил. Мама отвезла меня к Энн для того, чтобы я отдохнула, но этот псих и там меня нашел. Уверена, что он найдет меня снова и попытается убить. Каждую жизнь он проживает с одной целью – убить меня. Он лишь выбирает разные виды убийств. Из всех мне известных (по моему опыту) я бы выбрала смертельную инъекцию. Помню, что мне не было больно. Я просто перестала дышать, но не так, как в том чертовом отеле. Просто закрыла глаза и перестала существовать. По крайней мере это лучше, чем его сомкнутые сильные руки на моей шее. Вздрогнув, я потерла шею, вспоминая ощущения, но убедившись, что там нет ничьих рук, я расслабилась. Обычно я не вспоминаю специально свои прошлые жизни, ведь там не было ничего хорошего. По крайней мере, я помнила только плохое. Правда, до сих пор помню зеленые глаза или голубые, а точнее что-то среднее. И, кажется, кое-что еще… - Даже спрашивать не хочу о чем ты думаешь, - скривился Тайлер. - И не спрашивай, - машинально ответила я, все еще оставаясь в своих воспоминаниях. - Да, конечно, - проворчал Харвард, - я же каждый день чувствую рядом розовые мечты девчонок. Изогнув бровь, я наконец-таки повернула голову в его сторону. Весь его вид говорил о том, что ему противно. Ужасно противно. Кажется, он не любил все эти нежности. Ха-ха, как забавно. - Может нам начать встречаться? – спросила я, - и тогда ты точно отобьешь у меня всякое желание думать о любви. Тайлер прорычал и вдавил педаль газа в пол. До Бейкон-Хиллса мы добрались довольно быстро. Мама вытянула лицо, когда увидела меня на пороге дома, и недоверчиво посмотрела на топтавшегося рядом Тайлера. Она видела его, но никогда с ним не разговаривала, да и ей не особо хотелось. Все разговоры с парнями она предоставляла папе, но только такого разговора никогда не было, поскольку и парней-то у меня не было. Хотя нет, я помню, как в седьмом классе поцеловалась с Брайаном Холтом, а потом мы целый день ходили за ручку. Пожалуй, это были мои первые отношения. За этот день я уже познакомила его с родителями и братьями, купила заранее свадебные наряды и дала имена нашим будущим детям, но только лишь в своих мыслях. На следующий день Брайан сказал, что больше не хочет быть со мной. Вспоминая это сейчас, я смеюсь, но тогда я рыдала целую неделю и не ходила в школу. Когда вернулась, то он уже дружил с Линой Грейг. Не люблю ее до сих пор, ведь она украла мою первую любовь. И что, то она сто семьдесят сантиметров, модной стрижкой и большой грудью размера D? Да кого я обманываю. До сих пор помню, как Айзек смеялся надо мной. Тогда мы не разговаривали с ним почти месяц, а потом наверстывали его, бегая вместе по улицам Бейкон-Хиллса. Чудесные были времена. Теперь мой друг воет, быстро бегает, у него есть стая и девушка. Что же стало со мной? За мной охотится психопат-убийца из прошлого, а также у меня осталась одна жизнь. И прожить ее надо с толком. Нет, ну а что? Вдруг мне осталось не так уж и долго. - …роуз. Мелроуз! - А? Что? – я посмотрела на пустое место рядом с собой, а затем перевела взгляд на маму, - прости, я задумалась. Где Тайлер? - Тайлер поехал домой, - мама с подозрением посмотрела на меня, - почему ты не попросила меня забрать тебя? - Не хотела беспокоить, - быстро ответила я и улыбнулась. - Ты не беспокоишь меня, милая, - улыбнулась мама, - по крайней мере, пока ты не придешь домой с новостью, что беременна, не окончив школу. - Мама, - воскликнула я, всплеснув руками. - Ну, а что? Надо предохраняться. Мы обязательно поговорим на эту тему, но позже. Ты выглядишь лучше, но все равно уставшая. Вымой руки, а затем за стол. И не возражай! - Ох, я и не собиралась, - усмехнулась я, поднимаясь к себе в комнату. Переодевшись, я заметила на столе сложенный в несколько раз лист бумаги. Нахмурившись, я взяла его в руки и развернула. Аккуратным почерком было написано: «Тебе не скрыться от меня, детка. До следующей встречи. Твой Оливер». Подавив нарастающий ком в горле, я обернулась и заглянула во все места, где мог бы спрятаться Оливер, но его нигде не было. Облизав губы, я спрятала записку в книгу Харпер Ли « Убить пересмешника» и направилась вниз, к маме. Из кухни тянулся приятных запах еды, но аппетита это не вызывало. Чертова записка. В последнее время я заметила, что в моем лексиконе появилось много словечек, связанных с бесом. Быстро пообедав, я расположилась на заднем дворе дома на кресле-качалке. Я вновь задумалась и поэтому не сразу заметила, что звонит телефон. Айзек. - Да, я слушаю, - хриплым голосом произнесла я. - Привет, ты в порядке? Что с голосом? – обеспокоенно спросил друг. - Все в порядке, - прочистив горло, ответила я, - что-то случилось? - Да, нам надо поговорить. Где ты? - Дома. Положив трубку, я взяла лежащий рядом плед и укуталась в него. День выдался прохладным, но я не любила жару, хотя она и была довольно частой в Калифорнии, но я всегда ценила такие холодные деньки. Они выводили меня на размышление о моей жизни. Этот случай не стал исключением. Я думала о том, во что превратилась моя жизнь. Раньше я была невидимкой, Айзек был моим лучшим другом, я училась спокойно в школе и получала высокий балл, а что сейчас? За мной охотится парень с садистскими наклонностями и желанием меня прикончить. Это не то, чего я хотела. Я мечтала окончить школу и поступить в Нью-Йоркский университет и все на этом. Кто-то мечтает увидеть Париж перед смертью, а я думаю о том, что хочу попасть на выпускной балл и только потом я могу смело умирать. Но все же я не хочу, чтобы вместо меня в дом родителей постучала полиция и сообщила о моей смерти. Это не то, чего я хочу. Мне нет смысла хотеть чего-то, я просто должна жить сегодняшним днем, так как следующего дня может не представиться. Оливер проник в мою спальню, и я искренне надеюсь, что он не навредит Энн и Софи. Однако он не из тех, кто будет убивать близких жертвы. Он никогда не убивал моих родных в других жизнях, только меня. Оливер просто делал так, чтобы я осталась одна и без поддержки, чтобы я почувствовала себя ничтожеством и беспомощной. Он любит наблюдать за тем, как я угасаю, а затем приходит и убивает меня. - Может, лучше зайти в дом? Я вздрогнула и испуганно посмотрела в сторону голоса. Айзек. Выдохнув, я натянуто улыбнулась и облегченно выдохнула. - Нет, здесь мне больше нравится. Где ребята? – поинтересовалась я. - Они там, - он кивнул в сторону дома, - твоя мама пытается накормить их, так что они задержатся. Держи, - он протянул мне черничный кекс. - Спасибо, - взяв кекс из его рук, я откусила кусочек и от удовольствия прикрыла глаза. Во двор вошли ребята. Руки Эллисон были заняты тарелкой с двумя десятками кексов. Иногда я поражаюсь, как маме хватает терпения столько готовить. Мое коронное блюдо – яичница, которая получается у меня лучше всего. Как-то я пробовала испечь кексы, но они сгорели. Больше я даже не пыталась, поскольку мы дня два не могли избавиться от запаха гари в доме. - Стайлз! – воскликнула я, увидев только что вошедшего парня, и кинулась ему на шею, - хреново ты выглядишь, поешь маминых кексов, - с улыбкой сказала я, отпустив его. Стилински засмеялся, но как-то не очень весело. Его лицо стало бледным, а под глазами появились темные круги. Лидия сказала, что у него атрофия. Но я уверена, что Скотт поможет ему. И я, если смогу. - Не надо так на меня смотреть, - усмехнулся Стайлз, - я в полном порядке. И да, тоже рад тебя видеть, Мелз. Мы все очень скучали, но я особенно. Ведь никто так не умеет вляпываться во всякие ситуации, как ты. - Да, это точно, - я засмеялась, но как-то не естественно, поэтому ребята заметили это, - кстати о ситуациях. Хотите узнать еще одну? Ну конечно хотите, - я снова засмеялась, - оказывается, что моя тетя влюбилась в старшего брата моего убийцы. Так забавно звучит, словно начало детектива или какого-нибудь хоррора, если добавить соответствующие линии в сюжет. Однако она этого не знает, как и сам он, возможно. Поэтому я уехала, когда он попытался вновь все повторить, но тогда для меня это стало бы последним событием в моей жизни. То есть в этой жизни. Тогда бы я больше не увидела вас и своих родных, - я оторвала глаза от травы, на которую смотрела до сих пор, - сегодня он зашел в мою спальню и оставил записку. - Он играет с тобой, - твердо сказала Эллисон, на что я кивнула. - Где эта записка? – спросил Скотт. - В моей спальне, в книге «Убить пересмешника», - сказала я, и Айзек тут же зашел в дом. Вернувшись спустя пять минут, он держал листок, а его глаза горели янтарным пламенем. Айзек издал негромкий рык и передал записку Скотту. Он поднес ее к носу и стал нюхать. Со стороны это выглядело довольно забавно. - Пахнет землей и сосной. Кажется, что он в лесу. - И это все, что ты почувствовал? – спросил Айзек, глядя на записку. Скотт поднял голову, уставившись на Айзека, а затем медленно покачал головой, мол, не стоит. Я повела плечом и тяжело выдохнула. - Даже не имея чутья оборотня, я скажу вам, какие эмоции он испытывал, когда это писал. Ему это нравится, доставляет истинное наслаждение. Он любит загонять жертву в угол, впитывать ее страх и боль, заставлять ее чувствовать себя никем, а затем убивать. Он не любитель физических страданий, но душевные самоистязания жертвы ему доставляют удовольствие. Лидия посмотрела на меня. Она не понимала, как я могу так спокойно об этом говорить, но оборотни чувствовали мой спрятанный страх. Мда, прямо сейчас я была центром их внимания, что мне не очень нравилось, поэтому я закрыла глаза и потянулась. - Простите, но я очень устала, поэтому лягу сегодня спать пораньше, если вы не против, - я встала с кресла, и забрала листок из рук Скотта. Ребята вышли из дома, поблагодарив маму за кексы, а Лидия сжала мою руку на прощание и улыбнулась. Кажется, она пыталась поддержать меня, и я ей благодарно улыбнулась в ответ. Мама еще некоторое время провозилась на кухне, а я отправилась в свою комнату. Приняв душ, я вновь подошла к столу и посмотрела на записку. Я должна быть готова к этому в любой момент, подумала я и почувствовала, что кто-то стоит сзади. Кажется, я говорила, что должна быть готова в любой момент, но не сейчас. Только не сейчас. Однако я резко развернулась и облегченно выдохнула. - Джексон, какого черта ты тут делаешь? – шепотом спросила я. Парень повел плечом, убрал руки в карманы джинс и осмотрел комнату, а затем вернул свой взгляд голубых глаз ко мне. - Дело в том, что я снова твой рыцарь в сияющих доспехах, - я изумленно посмотрела на него, - ты находишься под моей защитой. По крайней мере пока. И да, ты так и собираешься разгуливать передо мной в полотенце, которое еле прикрывает твой зад? Я резко опустила взгляд вниз и поняла, что он прав. Черт подери, из-за него я растерялась. Быстро юркнув под одеяло, я натянула его до подбородка. - Будь так добр, мой рыцарь, - зло прошептала я, - подай мне из шкафа пижаму. - Тело должно дышать, - издевательски прошептал он в ответ, но встретив мой яростный взгляд, лишь пожал плечами, мол, как хочешь, и достал из шкафа пижаму. Кинув мне ее на кровать, он отвернулся, а я надела пижаму. Когда я справилась с ней, то легла обратно в постель. - И как долго ты здесь пробудешь? – поинтересовалась я. - Всю ночь. Я пожала плечами и откинулась на подушки, искренне надеясь, что я не буду храпеть или говорить во сне. Мне казалось, что уснула я довольно быстро, поскольку я сразу же погрузилась в мир сновидений. В этот раз я смотрела на себя со стороны. Видела себя. Мне семнадцать лет и это настоящая реальность, только во сне. Приглядевшись, я узнала свою комнату и увидела, что другая я смотрит на записку. Рядом в кресле, не смыкая глаз, сидит Уиттмор и смотрит куда-то в мою сторону, но сквозь меня. Другая я открыла двери комнаты и вышла в коридор, и я следом за ней. Затем мы вышли из дома и оказались на ночной улице Бейкон-Хиллс, где горел всего лишь один фонарь. Я видела лишь свою спину, но затем другая я остановилась и я вместе с ней. - Ты должна кое-что знать, - наконец-то я увидела лицо. Оно было в многочисленных ссадинах. - Что я должна знать? – спросила я. - Оливер, он придет за тобой. Он всегда это делал и сделает это вновь, но ты должна быть готова. С каждым разом тебе будет больнее умирать и все труднее возвращаться, все твои жизни смешаются в одну, и ты перестанешь отличать реальность от иллюзии. Затем зажглось еще несколько фонарей, и отовсюду были слышны шаги. Я испуганно завертела головой. - Не бойся. Это не то, чего тебе стоит бояться, - тихо сказала другая я, - вижу, что ты запуталась. Называй меня Ребеккой или Беккой. Так меня когда-то называли, - я вздрогнула. Оливер называл это имя. Шаги приближались, и я заметила еще несколько таких же девушек, как и я. То есть это и есть я, только из прошлых жизней. Кто-то был старше меня, а кто-то младше. Их было около девятнадцати. На шее одной из них были следы асфиксии. Амелия. Ее зеленые глаза с сочувствием и пониманием смотрели на меня. Дальше шла Джозель в своей больничной одежде, рядом с ней двенадцатилетняя малышка Хлои с перерезанным горлом. Ее губы были растянуты в доброжелательной улыбке, но глаза, как и у всех остальных – мертвые. - Он соврал тебе, Мелроуз, - сказала Анна. Ее застрелили. - Твои жизни бесконечны, - с грустной улыбкой сказала Шей. Умерла от потери крови. - Да, но тогда почему вас так много? – сорвавшись на крик, спросила я. - Ты всегда меняла имена и закрывала свои воспоминания, - Имэнна встала рядом с Ребеккой и строго посмотрела на меня. Ее тоже застрелили. - Так тебе было проще. Так было гораздо проще, пока ты не потеряла себя, - Кэролин подошла ко мне, а Шарлотт встала рядом. Их обеих утопили. - Пора все вернуть. Ты должна вспомнить, а не разбивать свою личность на несколько частей, - Изабель подошла ко мне совсем близко и протянула руку, чтобы коснуться меня, но я отшатнулась. - Мне не нужна эта правда! – кричала я, отходя назад, - оставьте меня в покое! - Без правды сложно, Мелисса, - сказала Оливия. Ее одежда была разорвана, а руки дрожали, - ты должна с этим справиться. Элизабетт вышла из тени. Она была передо мной. Ее зеленые глаза были мертвыми, как и у всех, но что-то отличалось там. Она сломалась. Суицид. - Ты не должна повторять моих ошибок, Мелроуз. Или ты хочешь сойти с ума и убить себя, как это сделала я? Я единственная, кто умер от передоза таблеток. У тебя есть то, чего не было у меня. Чего не было ни у кого из нас. У тебя есть друзья, которые будут рядом. А также у тебя есть он, - Элизабетт опустила взгляд в пол. Я посмотрела на остальных. Они отводили взгляд от меня, но заметила Ребекку, которая смотрит на мой дом. - Кто – он? - спросила я, - кого вы имеете в виду?! Элизабетт вздрогнула, и повернулась ко мне. - Уходи, Мелроуз. Уходи! Быстрее! – ее голос сорвался на отчаянный крик, - уходи! Просыпайся! - Но как? Элизабетт посмотрела на Ребекку, и та кивнула. Взяв меня за руку, она потащила меня в дом. Мы быстро поднялись в мою комнату, и я увидела себя спящую. - Давай же, ложись и ты проснешься. Только быстрее. Оливер тоже знает об этом месте, поэтому мы не можем говорить долго, - Ребекка уложила меня в кровать и заботливо накрыла одеялом, - увидимся, когда ты будешь готова. Только постарайся быстрее, прошу тебя. Ребекка исчезла, а я проснулась и резко села на кровати. Джексон быстро подошел ко мне и обеспокоенно посмотрел на меня. - Что с тобой? Ты в порядке? Я посмотрела на него и, сжав губы, отрицательно покачала головой. Одно дело видеть их всех по отдельности, но другое – всех вместе. Слезы потекли из глаз и я, сама не понимая, что творю, обняла Уиттмора и крепко обхватила его руками, утыкаясь носом в плечо. Он растерялся, но затем обнял в ответ и начал гладить по голове, словно маленького ребенка. - Плохой сон? – спросил Джексон. - Да, - тихо ответила я. - Ну, - сказал он и отстранился от меня, - теперь ты в реальности. Сможешь снова заснуть? - Я попробую, - все также тихо сказала я, смотря вниз, - спасибо, что был рядом. - Не за что. Он вернулся на кресло, а я вновь положила голову на подушку. Стоп. Кресло? Я резко поднялась и посмотрела на Джексона. - Что? - Нет, ничего, - ответила я и легла. Мне казалось, что я не засну. Я боялась закрыть глаза и вновь увидеть их всех. Однако то, что я видела и узнала, кое-что значит. Значит все, что было – не просто сон. Это было предупреждением. Что там сказала Бекка? Увидимся, когда я буду готова. Но я не готова. И не уверена, что когда-то буду. Я не готова увидеть их снова.