Одержимость

Голд похолодел. Замер, словно надеясь слиться с креслом. Его рука сама собой метнулась к ящику стола, нащупала пистолет. Сжала. В древности считали, что холодный металл отпугивает духов. Ну что же, реальных призраков он убивает не хуже. Румпельштильцхен беззвучно облизнулся. Здесь у Крюка нет над ним власти. Здесь он сможет дать бой. Снаружи начали доноситься голоса жильцов. Люди выходили на площадку. Должно быть, свет вырубило везде. Румпильштильцхен хрипло рассмеялся и захлопнул ящик. Просто поломка. Обычная, мать ее, поломка! Сейчас электричество включат и он отправит запрос. В дверь постучали и он, вопреки обычной нелюдимости, тут же ответил: - Да! - и заковылял к двери. - У вас тоже? - это говорила женщина, кажется с его этажа. - Да, представляете? - от души улыбнулся Голд - и это в наше-то время, в современном городе! - ему хотелось говорить, хотелось слышать свой голос. Слышать людей. Как же это прекрасно! И он сам не заметил, как его втянули в светскую беседу с еще несколькими кумушками. Подтверждение на полет он получил тем же вечером и это окончательно улучшило его настроение. Вещей у него было мало, и следующее утро он собирался провести закрывая здесь дела. Следовало лечь пораньше, но от переживаний он долго крутился и не мог заснуть. - Просыпайся, золотко, - ласково позвал кто-то и чьи-то грубоватые пальцы отвели прядь волос от его лица. Голд резко распахнул глаза и вжался в кровать. Нет. Этого не может быть. Это сон. Это... - Не надо так пугаться, - пират умиленно улыбнулся и отступил, на шаг. Голд вскочил на ноги, отступая от кровати. Крюк сложил руки на груди, и сокрушенно покачал головой. - Какой ты нервный. Совершенно себя не бережешь. Вопреки всем своим надеждам, Голд совершенно потерялся от страха. Он пятился назад, мечтая только сбежать отсюда и чуть не упал, натолкнувшись на стол. Крюк прикусил губу, сдерживая усмешку. - Куда теперь, милый? Мне кажется ты набегался. Устал. Если ты хотел позвать меня в романтическое путешествие, не обязательно было играть в золушку, - он медленно направился к замершему мужчине. - я слышал, не съел пирог. Я огорчен. Он очень вкусный. Немного яблок, немного рома, все как ты любишь. Голд панически шарил рукой, пока ящик не открылся. Пистолет сам скользнул в руку и маг выставил его перед собой, словно забыв как им пользоваться, выставил - как священник выставил бы распятие. Крюк презрительно фыркнул. - Думаешь, я о нем не знаю? Я успел вытащить патроны. Лучше отдай его мне и договоримся по хорошему. Голд мелко затрясся и сильнее стиснул пистолет. Пират мученически вздохнул. - Почему ты всегда все усложняешь? Я прислал тебе пирог, ласково разбудил... Может, тебе просто нравится грубость? Хотя конечно... тебя еще никогда не завоевывали, - он сверкнул наглой усмешкой. - итак, что ты выберешь? Отдашь мне пистолет, или я должен буду снова сделать тебе больно? Румпельштильцхен почувствовал как по спине катится холодный пот. Он не сможет. Он промахнется, и Крюк снова заберет его. Опять будет больно, и он снова станет беспомощным. Пока он жив, Бель всегда будет в опасности. А он... он слишком много натворил, чтобы рассчитывать на "долго и счастливо". Бейлфайер уже погиб из за него. Мила правильно сделала, что сбежала. Он должен был сделать это давно. Он шумно сглотнул и приставил пистолет к собственному виску. Зажмурился и почувствовал, как по щеке скатилась слеза. Вот так. Вот и все. Он нашел выход. Он спустил курок. Но боль почему-то пронзила плечо.