Decoy/ Ловушка

      "Ах... Ох! Капитан! Я не слышу тебя! Ах... Ах! О...." Это единственные звуки, слышимые в гостиной. Голубоватые и желтые тени, исходящие от телевизора - единственный источник света, который освещал крошечный кусочек пространства этой части апартаментов. Окурки, пустые банки из-под пива, валяющиеся в центре стола; опустошённые банки, некогда наполненные чипсами, тоже валялись где-то поблизости. Поношенные джинсы, небрежено закинутые на подлокотник дивана; белая измятая рубашка валялась на полу, в нескольких миллиметрах от полупустой банки пива, остатки которой пролились на ковер, грозясь оставить после себя, запах алкоголя, но к счастью, банка была практически пуста. Ближе к спальне валялась еще одна клетчатая рубашка, умоляя избавить её от страданий: на ткани виднелись следы, так небрежно оставленные кем-то…       Через крошечную щель в двери спальни, можно было увидеть еще одну пару черных джинсов с белыми вставками, зажатыми полуоткрытой дверью. Никто не удосужился закрыть дверь; недалеко от кровати, тут и там было разбросано скрученное и помятое нижнее бельё: красного и серого цвета. В то время как безжизненные куски хлопка и джинсы мирно валялись по окружности помещения, на своих местах, кровать яростно скрипела. Вместе с каждым толчком, с каждым новым скрипом, кровать, кажется, плачет от удовольствия и боли. Тэмин, с длинными волосами, собранными в небрежный пучок, стоял на коленях, упираясь на локти: его тело неосознанно дергалось туда - сюда, в то время как Чонин нещадно толкался сзади, раздвигая руками ягодицы. -Блять, Чонин! Ах…,- это единственные слова, которые он смог сказать, хотя нет, это больше походило на стон или крик. Все это время он колеблется, и не знает, стоит ли повернуть голову и взглянуть на лицо парня позади себя, или же утонуть в поту, промочившим насквозь подушки. Он чувствует большие и потные ладони Чонина, обхватывающие и скользящие по его бедрам, требующие извиваться и стонать в его руках, заставляя его собственное тело подстраиваться под ритм. Он любит, когда его сводят с ума, он любит, когда другие контролируют его тело во время секса. Он также обожает звук, исходящий из его задницы, когда Чонин резко входит и выходит, заполняя его на всю длину. Все, что связано с Чонином, сводит его с ума. -Я знаю, тебе нравится,- шумно выдыхает Чонин, пытаясь совладать со своим дыханием. Он наклонился ниже, чтобы коснуться лица ТэМина, нежно касаясь шеи старшего легким касанием, будто требуя поцелуя. С рваными стонами и горячим дыханием, ТэМин открыл рот, жадно лаская язык Чонина, дабы показать ему то, чего тот так жаждал. -Ммм… Ммм…,- ТэМин стонал и выл в поцелуй, в перерывах шепча: - К-коснись меня… Прошу… Чонин сбавил темп на более медленный, пытаясь уточнить просьбу Тэ: ведь обычно тот не любит, когда его трогают во время секса, но теперь он сам попросил, попросил то, что Чонин хотел сделать с ним очень давно. Тэмин не видел лица младшего, потому что был готов взорваться от эйфории: пусть и младший двигался медленно, это сводило его с ума. Кай прекрасен в этом. Целуя Тэ в щеку с ухмылкой, он двигался очень медленно, горячо шепча что-то, в то время как его губы ласкали ушную раковину старшего. -Мой малыш хочет, чтобы я дотронулся до него? Да? – горячо шептал Чонин, намеренно выдыхая слова, практически кусая ухо ТэМина, прекрасно зная, что такие ощущения сводят старшего с ума. -Дааа…,- ныл Тэ, опершись головой на Чонина, в надежде поймать губы того вновь, так как он чувствовал, как Кай отстраняется от него. Разочарование – это своего рода корабль, плывущий прочь от причала… -Чонин-и… Прошу… Дотронься до меня, - это была самая пошлая просьба, которую когда-либо Чонин слышал от ТэМина. Нет, никто так пошло не умеет просить. Никто, кроме Тэ. -Как сильно мой Тэмин хочет, чтобы я дотронулся до него?- оставляя дорожку из воздушных поцелуев на спине Тэ, Голос Чонина вибрирует, касаясь горячей кожи старшего, усиливая возбуждение. -О-о-чень по-оошло,- стонет Тэмин, практически скуля, решив закопаться в подушке. -Прошу малыш, пожалуйста…,-стонет он, еще глубже насаживаясь на член Чонина, призывно крутя задом, умоляя и прося. Чонин сдвинул свои руки, обхватывая Тэ за талию, а другой рукой поддерживая его вес, он чувствовал, как старший выпрямляется стрункой от его прикосновений. Не отрываясь от губ Тэ, покусывая и целуя, он продолжил ласкать влажную от пота спину ТэМина. А затем он решил немного подразнить старшего, Чонин задрал футболку, цепляя соски указательным и средним пальцами, слегка посасывая чувствительный бутон. -Аах… Ммм…,- он мог слышать лишь приглушенные стоны и скулеж Тэ.- Ну давай же!- старший поднял голову, а его руки оказались над головой. Если бы не скованность, то ТэМин бы уже давно ласкал себя сам, в такт толчкам Чонина. Но это было бы не весело. ТэМин ныл он возбуждения, а Чонин лишь усмехался. Затем, его руки, наконец-то двинулись вниз, хватая член старшего: движения руки младшего были медленными и неспешными, в такт толчкам. ТэМин сдавленно застонал: - Быстрее… Чонин-и… Быстрее… -Ты так несдержан. Ты знаешь это? – Чонин тяжело дышал, но никак не прибавлял темп. Голова Тэ покоилась на подушке, однако он отвернулся лицом к стене, касаясь бедра Чонина, в надежде, что тот ускорит движения. Ему до одури было плохо, он хотел прямо сейчас, в этот самый момент.       Чонин ускорил темп, сильнее сжимая член ТэМина. Он чувствовал, что разрядка близка, сейчас… Как… “Дзинь… ДЗЗЗЗЗЗЗииинь”,- раздался звонок в дверь. Это дверь! Долбанная дверь! – мозг Чонина пытался что-то распознать и понять, хотя в этой ситуации это довольно-таки трудно. -Чонин-а! Этот голос! Чонин на секунду замер, а в следующее мгновение резко вышел из попки ТэМина, так и не получившего оргазм. -Твою мать! Что за херня? Идиот! – ТэМин скулил. Он чувствовал себя пустым. Пустым и неудовлетворенным как никогда. Он был так близок, так близок в разрядке. Так близок, что аж в глазах потемнело. -Что не так?- он развернулся лицом к Чонину, осознавая, что он оставался в этом положении довольно-таки долго: руки и ноги затекли. Блять. Старший зашипел от боли и онемения конечностей.       Казалось, что в этот момент Чонин не слышал Тэ. Следующее, что увидел младший – это Чонин, натягивающий на себя штаны. Чонин стянул с себя презерватив, кинув его мимо мусорного ведра: промахнулся. -Ты в туалете? Я могу зайти? И, наконец, ТэМин тоже узнал голос, раздающийся из прихожей. -Это?...- его глаза забегали по комнате. Твою ж мать! Что за фак? - М-минуту… Дд-да, я в туалете сейчас! – он бегал туда-сюда: то в гостевую, то обратно в спальню. Еще никогда эти апартаменты не казались ему такими большими. Затем он увидел штаны и рубашку Тэ, раскиданные на диване и полу. Нужно быстро схватить одежду и отдать ТэМину. -Т-ты… Т-ты должен спрятаться! Живо! – ЧоНин был в панике, хотя, это мягко сказано. -Я думал, что он не придет сегодня? Ты же говорил, что..,- ТэМин с дрожащими зубами, но все еще голый, пытался скрыть свой гнев в едва различимом шепоте. -Я также думал! Он сам мне сказал! – холодный пот прошиб Чонина. -У меня ключ есть! Я могу зайти? -Ты дал ему ключ, а мне нет?!- тыкая Чонина в руку, в истерике кричал Тэ, в то время как Чонина не волновала разница в возрасте, тащил его к ванне, пытаясь запихнуть туда, словно старший был манекеном, которого срочно нужно спрятать. -Ты ведь знаешь какой он, когда он не в совеем уме, так ведь? Поэтому… Поэтому давай ты просто переждешь… Немного… Я постараюсь быстро его выпроводить… Я обещаю,- Чонин чмокнул в губы старшего, захлопывая за ним дверь в туалет…