Дневник Люсии

      Уже ночь, а мне все не спится, дневничок. За окном слышно, как воет ветер. Наверное, на море началась буря. То, что происходит за окном, немного смахивает на то, что сейчас творится у меня в душе. Я растеряна. Я смущена. У меня трясутся пальцы. Я хочу спать, но не могу.       Я не успела сегодня перекусить дома после уроков, как за мной зашел Гарри. Он был одет в футбольные шорты и длинную футболку. Его кудри были в беспорядке. Он поставил свою большую сумку, из которой выглядывали мыски кроссовок, на пол моего коридора. В моей руке был зажат бутерброд, я хотела его откусить, но увидела укоризненный взгляд зеленых глаз. Гарри не дал мне поесть, заявив, что я должна быстро собраться и пойти с ним на спортивную площадку школы. Я начала возмущаться, потому что до проб оставалось целых два часа!       В итоге я впопыхах собралась, пытаясь не слушать, как меня внизу подгонял Гарри. Мы закрыли дверь на замок и пошли в сторону школы. Гарри выдавил усмешку и сказал, что я должна посмотреть на него в разогреве. Это было важно для него. Когда мы почти обошли школу и подходили к спортивному стадиону, Гарри остановил меня и заявил, что ему что-то нужно от меня, чтобы точно попасть в команду. Я нахмурила брови, скрестила руки на груди и спросила у него, что же ему такое нужно от меня. Гарри усмехнулся, сделал шаг навстречу ко мне и произнес хрипловатым голосом: «Всего лишь поцелуй на удачу». Я закатила глаза и ответила, что ему не дождаться от меня поцелуя. «Слишком жирно», — подметила я и хотела уже пойти дальше, но Гарри схватил меня за руку и, улыбнувшись, сказал «пожалуйста».       Я, закатив глаза, быстро подошла к нему и поцеловала в щеку, спросив, доволен ли он теперь. От него пахло мятной жвачкой. Он улыбнулся и ответил, что теперь точно выиграет. «Ну, что же, увидим», — произнесла я.       Я смотрела на то, как Гарри бегал по стадиону вместе с другими мальчишками, которые хотели попасть в команду. Гарри был хорош. Он быстро перебирал ногами, не давал противникам увести мяч. В какой—то момент его так достали кудри, которые лезли ему в глаза, что он подбежал ко мне, весь мокрый и потный, и попросил резинку для волос. Я сняла резинку со своей косы и отдала ему. Он улыбнулся и показал большой палец.       Со временем места на стадионе заполнялись. Минуты утекали, а время до начала проб становилось все меньше. Всех участвующих отпустили немного отдохнуть, и Гарри завалился на место рядом со мной, вытягивая ноги вперед. Он вытащил из своей спортивной сумки бутылку воды, открыл ее и начал жадно пить, а потом облил немного лицо. Вдруг капли воды прилетели на мою щеку и шею. Я не ожидала этого и вытаращила на Гарри глаза. Он засмеялся, а я ударила его по коленке. Он засмеялся еще больше, я начала легонько бить его по колену, и в какой-то момент Гарри схватил мои руки. На его лице играла веселая улыбка. Мы пытались перетянуть руки друг друга, пока за нашими спинами не послышался кашель. Гарри и я синхронно обернулись. Сзади стояла Одри, выдавливая из себя улыбку. На ней было надето короткое желтое платье, которое облегало ее тело. Гарри сразу же отпустил мои руки и с улыбкой поздоровался с Одри. Она, будто совсем не замечая меня, мило проворковала, что пришла посмотреть на его выигрыш. Гарри воодушевился, и на его лице еще больше расползлась улыбка. Я чувствовала в тот момент себя не в своей тарелке. Одри пригласила его сесть рядом с ней, Гарри с радостью согласился и, посмотрев на меня, предложил присоединиться. Я хотела отказаться, но он схватил меня за руку и поволок за собой.       Одри привела нас к местам, где сидели Бренда, Ливан, Лия и еще три парня. Мне их представили: Фред, светловолосый парень с родинкой на подбородке, приветливо улыбнулся мне; Дрейк с черной копной волос и идеально ровными зубами одарил меня оценивающим взглядом; а Пол скривил губы. Определенно они были «рады» пополнению в виде меня. Гарри посадил меня между Ливаном и Одри и побежал готовиться. Одри не сводила с него взгляд, пока он спускался по ступенькам вниз, а потом перевела его на меня и закатила глаза.       Через минут пять послышалась барабанная дробь, что означало начало проб. Все сидящие на трибунах оживились и подали голос. Наконец, вышел физрук и сказал, что мероприятие можно считать открытым. Объявили первое соревнование. Оно заключалось в том, что парни делились на пары и пытались отобрать друг у друга мяч. У Гарри хорошо получалось. Я пыталась хлопать громче других, а Одри кричала: «Гарри — молодец, Гарри — чемпион!». Меня тошнило от этого. В какой—то момент Ливан усмехнулся и шепнул мне на ухо, что девчонки такие дурочки, когда влюблены.       Я повернула голову в сторону Одри, увидела ее сосредоточенный на Гарри взгляд и поджала губы, кивнув Ливану.       Соревнования длились около двух часов. После того, как все испытания были пройдены, физрук объявил, что все могут увидеть результаты в понедельник на стенде. Как он это сказал, школьники начали вставать с трибун, переговариваясь друг с другом. Я не успела даже опомниться, как Одри вскочила и чуть ли не отдавила мне ноги, пробегая по проходу. Я медленно встала, следя взглядом за ней. Она быстро спустилась по ступенькам и побежала к мокрому от пота Гарри. Одри громко взвизгнула и кинулась ему на шею. Гарри подхватил ее на руки и покрутил несколько раз. Мое сердце сделало кульбит, в глазах потемнело. «Эй, не прожги в них дыру», — услышала я над ухом насмешливое замечание Ливана. Я скривила губы и ответила, что мне все равно.       Ага, как же!       Гарри и Одри поднялись к нам. Гарри пожал руки всем парням, а потом его взгляд остановился на мне. Он улыбнулся, а я кивнула ему головой, пытаясь спрятать грусть в глазах.       Одри пригласила всех в кафе. Все согласились, кивая и весело переговариваясь, а я все еще чувствовала неловкость. Никто не общался со мной из этой компании, кроме Ливана.       Гарри, когда Одри, наконец, отошла от него, подошел ко мне и спросил, не хочу ли я пойти. Я ответила, что мне уже пора домой, хотя это было далеко не так. Гарри кивнул, и мне показалось, что в его глазах проскользнуло огорчение.       Я осталась на трибунах, наблюдая за тем, как веселая и громкая компания отдалялась от меня. Я тысячу раз пожалела, что я не такая активная, не такая энергичная, не такая дружелюбная, в конце концов!       Ох, мой палец сейчас отвалится от писанины. В общем, дневник, ты уже все увидел, что нужно было. По—моему, я усну сейчас прямо с ручкой в пальцах. Нужно спать. Привет—Пока и спокойной ночи!